За что я так полюбил Сочи?

Утром Назар уходит, когда Егор ещё сонный: они разговаривали почти всю ночь, обнимались и много целовались, больше не возвращались к теме про отношения, но теперь это ещё больше не даёт покоя, потому что Егор хочет быть рядом с Назаром чаще, а как представит, что тот со своей девочкой вместе, то сразу бесится и даже ревнует – это, конечно, не измена типа, потому что они не встречался даже, но все равно слишком неприятно. Он целует на прощание и проваливается обратно в сон: просыпает завтрак и даже обед, а как просыпается, то первым делом к родителям, чтоб извиниться за отсутствие и узнать как дела – оказывается, они собираются уезжать через три дня, Егор же сообщает, что пока останется, может даже на все лето, потому что ему нравится здесь. Хоть и пишут друзья с вопросами о том, когда вернётся, Булаткин все равно хочет остаться, чтоб быть с Назаром – друзья подождут, а вот он нет. Только он весь день не пишет, Егор сначала выходит просто погулять от скуки, пока не встречает компанию людей, которые идут в какой-то клуб на тусу: ну, Егор присоединяется и так они доходят до места. Тут оказалось скучновато, будто диджей очень устал и не может ставить нормальную музыку, а от этого и люди вялые, почти не танцуют, сидят либо за столиками, либо за баром. Скучно. Егор пьёт коктейль, подпирает плечом стену и копается в телефоне – очень ждёт хотя бы слова от одного человека, но этого не происходит, поэтому телефон отправляется в карман, а сам Егор осматривается. И замечает знакомый силуэт. Да это ж Назар! Раз здесь и не позвал с собой, значит не один, но этот факт не мешает Егору подойти, поэтому он идёт к бару и занимает место рядом. — Привет, — улыбается, ведёт себя достаточно сдержанно, понимая, что где-то здесь может быть его девушка, — Ты мне не пишешь сегодня, заскучал...а тут тоже скучно, — вздыхает, смотрит в глаза, — Ты не один и мы не сможем свалить, да? Пока Егор к нему шёл, Назар уже выпил почти коктейль и знатно охуел от того, насколько во рту стало холодно. Однако лицо по-прежнему непроницаемо, он медленно кивает в знак приветствия, пальцами бьет по стакану и кивает: — Да, она здесь где-то. Туса отстой кстати, — жестом просит официанта повторить, смотрит на Егора и максимально сдерживает свой порыв начать задавать вопросы, потому что он и сам не в монастыре живёт. — Как день провёл? — вроде обыденный вопрос. — Я вот нихуя не выспался и пиздецки успел по тебе соскучился. То, что он скован обстоятельствами сейчас, угнетает, но может Егор как-то поднимет ему настроение? В любом случае он рад его видеть и даже немного спадает накал ревности — по взгляду Назара это понятно. Что в Назаре привлекает – так это то, что по его лицу никогда непонятно, что он чувствует на данный момент, но знать то хочется, потому что такой вот он человек-загадка, ибо самым загадочным образом притягивает к себе. Егор смотрит на него, ставит свой стакан на столик и вздыхает. Да уж, обидно, что они не смогут уйти вместе, потому что Егор тоже скучал. — Я спал весь день, — жмёт плечами, поправляет браслет на руке – тот самый, что Назар подарил, — Потом погулял, оказался тут...скучно было в общем. Но и тут скучно. Я лучше б с тобой куда-нить сходил, на пустой пляж может...чтоб вдвоём быть, но видимо не сегодня, — вздыхает и заметно расстраивается, но все равно улыбается, — Уединимся в туалете на пару минут? — всё-таки хочется хоть немного получить от этой внезапной встречи, чтоб не было так обидно и грустно. Назар подмечает, что браслет с руки Егор не снял — это приятно, значит, что, наверное, его реально ценят. Льстит конечно ужасно, но ему этого и хотелось бы. Он поднимает взгляд от стакана и смотрит ему в лицо: — Пойдём, — лицо продолжает оставаться абсолютно непроницаемым. Приходится оставить свой стакан, спрыгнуть с барного стула и взглядом попытаться сориентироваться, чтобы понять, где здесь мужской сортир. Похожая на то, что им нужна, дверь, находится сбоку от сцены, там яркое жёлтое освещение, какой-то чел стоит моет руки, но быстро выметается, даже не воспользовавшись сушилкой. Вотяков опирается задом о раковину и приподнимает подбородок, смотря на Егора, надеясь, что никто не зайдёт, хотя туалет в разгар вечеринки это излюбленное место для вмазывания порошками и колёсами, а также для мамкиных экспериментаторов в сексе. Они вместе идут в туалет, там становится пусто, когда какой-то челик сливается. Очень жаль, что нельзя закрыть дверь и огородить себя от всех людей за ней, чтоб никто им не помешал. Но, увы, придётся быть осторожнее. — Я тоже скучал, — говорит Егор, когда подходит ближе, кладёт ладони на чужие бока и улыбается, — Слушай, — вздыхает, щурит глаза, внимательно выглядывается в чужое лицо, — Ты какой-то не такой, будто тебя что-то очень волнует или типа того...хотя может мне кажется, — просто Назар сейчас как-то отстранённый будто, задумчивый такой, так ведь ещё по нему непонятно нихуя – может это его обычное лицо, а может и нет, — Ну типа если что-то такое есть ты же можешь мне рассказать..., — руки на плечи, слегка поглаживает и поправляет тишку, — Может не сейчас, как захочешь...но и молчать не надо, ибо когда в себе копишь, то потом будет взрыв и пиздец. Егор далеко не первый, кто пытается в вечно пустом лице Вотякова искать эмоции, и у него это получается процентов на двадцать. Назар наклоняет голову и улыбается: — Всё в порядке, просто я устал немного, и не выспался от слова совсем, — ладони на плечах — Егор как всегда выглядит охуенно, особенно его чуть порозовевшие от алкоголя щеки. Хочется поддаться вперёд и коснуться губами губ, но, опять-таки, приходится соблюдать осторожность, мало ли что. Хотя, максимум, кто их может застать тут — вмазанный тусовщик или типа того, и то, наверняка отнесётся с пониманием, ну или же ему просто будет похуй. Не хочется превращать их недолгое времяпрепровождение наедине в разговоры о всяком сейчас, душевных разговоров хватило и вчера. — Ты затащил меня сюда сказать, что с моим лицом что-то не так? Егор усмехается, понимает одну вещь: ему, вероятно, врут сейчас, но он не будет требовать ответа, потому что не знает чужих мыслей, не знает, что в голове у Назара, поэтому лезть не будет. Да и не за этим они пришли. Он улыбается, опускает руки обратно на бока, прижимается ближе, тянется к чужому лицу. — Нет конечно. Твоё лицо как и всегда очень красивое, — почти шепчет, касается губ чужими, но не целует пока, а заглядывает в глаза. Улыбается, после чего уже целует: медленно, осторожно, потом же нагло лезет в рот и поцелуй становится быстрым, мокрым. Отстраняется, когда уже нечем дышать, а у Назара в кармане вибрирует телефон. Егор облизывает губы, убирает руки, которые успел сунуть под футболку и погладить, делает шаг назад, вздыхает. — Идти надо видимо, — поджимает нижнюю губу, понимая, что ему сегодня светит только поцелуй в туалете, — Я наверно домой поеду ща, ну ты пиши если че. Назар приоткрывает рот и вжимается задом в раковину, что позади. Всё готов отдать за то, чтобы оказаться с Егором наедине сейчас, хотя в момент поцелуя для него никого и ничего больше не существует. Он позволяет себя целовать, закрывает глаза и шумно дышит, и даже не сразу понимает, что у него звонит телефон. Прикладывает ладонь к карману. Блять. Нужно срочно собрать себя в кучу — вечер определённо был бы хуже, не встреть он Егора здесь, хотя поначалу у него неслабо так кольнуло от ревности внутри. Как оказалось, зря. — Давай на днях встретимся на пляже вечером. Я напишу, — это что-то вроде прощания. Вотяков возвращается за бар, Лиза уже ждёт его здесь и пьёт его коктейль, приходится взять себе ещё. Она немного растрепанная и красная, видимо, только притащилась с танцпола. Улыбается и говорит, как рада, что наконец выбралась. А Назар, если хочет, пусть идёт домой, а то пиздец у него кислая мина — как будто она не знает, что у него она такая почти всегда. Пиздец — такой шанс проебал провести вечер с Егором, и где она, спрашивается, была минут десять назад? Но со своим желанием приходится смириться, допить коктейль, взять бутылку виски и только после этого идти домой. Там его не хватает даже на то, чтоб открыть бутылку — просто ложится спать, потому что реально очень устал и не выспался. На следующий день идёт дождь, и море неспокойное. Вотяков сидит в беседке их гостевого дома, ждёт, что погода наладится, и она действительно налаживается к вечеру, даже выглядывает солнце. Он пишет Егору: «приходи через час на пляж», ожидая, что там никого не будет, тем более Лиза сегодня весь день на бьюти процедурах и особо не настроена никуда идти. Назар берет себе пиво и садится на шезлонг среди кучи пустых шезлонгов. Отправляет Егору геопозицию, закидывает ноги поудобнее, пьёт пиво и смотрит на спокойное море. Егор остаётся в туалете, вздыхает и моет руки – придётся вернуться домой и провести вечер в полной скуке, потому что на этой тусе он остаться не может, а идти ещё куда-то нет желания. Он выходит, быстренько сливается из этого места и идёт до отеля пешком. Там включает телек на фон, копается в телефоне – хочет просмотреть себе квартиру, раз остаётся на все три месяца, то оплачивать номер будет как-то дорого, лучше снять квартирку на все эти три месяца, чтоб спокойно жить и приводить сюда Назара: находит один вариант недалеко от пляжа, по его соображениям где-то рядом живёт и сам Назар. А ещё постит в инсту, что сейчас находится в Сочи и если кто хочет фотосессию его личка всегда открыта. Надо же чем-то себя занимать, когда они не видятся с Назаром. Следующий день он с утра сидит в номере, погода хуевая и нечем заняться, даже голова от этого болит. Но Егор оживает, когда получает сообщение от Назара. Ну неужели! Смогут наконец посидеть вдвоём. Встаёт, быстро принимает душ, одевается и выходит – пока идёт приходит ещё одно сообщение, по которому Егор и находит Назара. Тот сидит на шезлонге к нему спиной, Егор подходит ближе и опускает руки на плечи, смеётся. — Привет, — обходит его, аккуратно скидывает чужие ноги, чтоб сесть, — Скучал? — усмехается, смотря на бутылку пива в чужих руках, потом на лицо и тянется, чтоб чмокнуть в губы, — Я вот очень даже, — садится прямо, продолжает изучать взглядом и держит на лице лёгкую улыбку, потому что рад его видеть. Пока Назар чиллит на шезлонге и медленно попивает пиво, он думает о Егоре. Тот ничего не ответит и непонятно, придёт ли вообще, но хочется верить в лучшее. А ещё…ещё он думает, что хотел бы, чтобы Егор на него смотрел, а ещё, чтобы зажал где-нибудь так, чтобы было не выпутаться вообще. Жестко, грубо, интересно, умеет ли он так? Чтобы тянул за короткие волосы, а потом, когда уже неприятно, мягко проводил пальцами. Горячо дышал на ухо, прикусывал край и мочку, и царапал щетиной. Чтобы облизал шею и оставил засос где-то, где никто не увидит. Думает об этом до шагов рядом, поворачивает голову и смотрит на Егора. — Салют, — надеется, по нему не особо видно то, что дал своим фантазиям волю. Приобнимает за плечо, ноги опускает на гальку. — Я тоже скучал. Вчера оказывается был вариант съебаться, правда ты к тому времени уже ушёл. Но я рад видеть тебя щас, — взгляд в сторону, потом снова на море. Вотяков не ел ничего сегодня, как-то не хотел, поэтому его уже чуть поднакрыло просто от пива. — Погода дерьмо, — откидывает голову назад, вздыхает, делает ещё глоток. — Как день прошёл? — Погода дерьмо, я весь день провел в номере, — Егор пожимает плечами, смотрит вдаль на море: кажется, будто где-то там собираются тучи, хотя вот только недавно выглянуло солнце, — Нашёл себе квартиру, родителям уезжают послезавтра, а я не хочу в отеле оставаться, — делится своими мыслями Егор, — Может поработаю ещё, если у тебя не будет времени на меня, — Булаткин ещё не открывал директ, но думает, что предложений может быть много, — Вот такой скучный день, — двигается ближе, чтоб положить голову на плечо и взять чужую ладонь в свою, — Думаю, как перееду можем не переживать, что кто-то нас спалит, — усмехается, вспоминая ту ночь в отеле, — Не хочешь погулять, сходить поесть? Темно вдалеке так, будто тучи. Да и с моря дует, холодно, — ещё один вздох, Егор поднимает голову, чтоб посмотреть в глаза, — Пошли? Назар оставляет недопитое пиво в подставке на шезлонге, встаёт и смотрит по сторонам, думая, куда им лучше пойти. Хочется какое-нибудь уютное место, такое же уютное, как сам Егор. Улыбается от мысли об этом. Настроение заметно поднялось. — Я думаю, тебя может захлестнуть лихорадка армянских свадеб, — делится своими соображениями Вотяков. — Сейчас же лето. Погуляешь на свадьбах, плюс фотки, лавстори и нехилый гонорар, — протягивает руку, чтобы погладить по плечу. Они забредают в небольшое местечко с красивыми желтыми гирляндами и небольшими светильниками над каждым из столиков. И тут почти никого нет. Вотяков листает меню и краем глаза смотрит на слегка задумчивое лицо Егора, который выбирает, что хотел бы съесть. Сам он берёт горячее и салат — всё по готовности, попить — фруктовый чай, чтобы согреться и отойти от пива. Сыпет побольше сахара себе в чашку, а Егор — ни кубика. Всё-таки они так не похожи. — Когда ты заселяешься в квартиру? И где она? — интересуется Назар. — Ты меня не пойми неправильно, но я бы оч хотел остаться с тобой наедине. Не люблю отели, — усмехается. — Я не фоткаю свадьбы, — усмехается Егор, вставая с шезлонга. Свадьбы – это вообще горе для любого фотографа, потому что ты весь день на ногах, ты то там, то сям, сделать так, сделать то, а в итоге ещё может и не понравится, почему у пьяных гостей такие всратые лица, — Свадебные фотосесии только с женихом и невестой да, а вот сами свадьбы...лично для меня это в начале работы показалось адом, а тут они ещё и армянские с кучей народа...ну нахуй, — Егор не хочет особо напрягаться, поэтому будет выбирать что попроще, — Могу и тебе устроить че-нить классное, если захочешь. Они доходят до небольшой кафешки, Егор заказывает горячее и десерт – уж очень любит сладкое, но не может себе позволить много, поэтому даже сахар в чай не кладёт. — Через два дня заеду, уже договорился с хозяйкой. И эти два дня они не видятся больше: Егор собирает вещи, провожает родителей и выезжает на один заказ по работе – от Назара почти никаких новостей, только вопросы о том, как прошёл день и "скучаю". Но Егору и этого достаточно, чтобы понять, что его ещё не забыли. И вот наконец настал момент: Булаткин едет из аэропорта в отель, забирает свой чемодан и едет в ту квартиру. Там его ждёт хозяйка, деньги сразу за три месяца и ключи на руки. Квартира обычная однокомнатная, с кухней и раздельными санузлом, зато с большими окнами и видом на горы и море. В комнате двуспальная кровать, небольшой диван и шкаф, небольшой плазменный телек в углу, а главное, что до Назара тут минут 10-15 ходьбы, а до пляжа пять. Он падает на кровать, когда провожает женщину, которая его прям заболтала о всяком, достаёт телефон и пишет Назару адрес – просто адрес и больше ничего, надеясь, что он и так поймёт, что это теперь их новое место встречи.