Strip club Singularity

      Выступать в стрип-шоу уже было непростительной тратой навыков Мелтриллис. Выступать наедине с клиентом было непростительно. Её таланты предназначались для демонстрации её грации и превосходства перед всеми, а не для развлечения какого-то хама, единственным искупительным качеством которого была способность признать ее более достойной покровительства, чем другие Слуги, задействованные в стрип-клубе, что было очевидной истиной. Тем не менее, она стояла перед своим клиентом на эту ночь, одетая лишь в тонкую голубую робу с белыми рукавами, и смотрела на него с привычной надменностью и презрением, пока он ошарашенно смотрел на нее. «Знай, что даже если бы это был не ты, мне пришлось бы выступать для другого из бесчисленного множества других людей, которые просят мои частные шоу, это не значит, что я прощу тебя за это. Сиди, смотри мое частное представление и запечатлей его в глубинах своей души, потому что это то, что я никогда бы не позволила увидеть такому червю, как ты, если бы меня не заставляли. И держи свои грязные руки при себе, как можно больше, я не желаю чувствовать их прикосновения к своей коже». Увидев, что мужчина нервно кивнул в знак согласия, Мелтриллис не теряя времени начала своё представление. Подойдя к нему, она начала, как в своем сценическом шоу, подняв одно колено, а затем выпрямив ногу, стоя в идеальной стойке, только на этот раз она была обращена к клиенту и стояла прямо перед ним, не говоря уже о том, что она была одета гораздо более скудно, предоставляя ему близкий вид на свою промежность. Наклонив верхнюю часть тела назад, чтобы не смотреть ему в лицо, так как он, несомненно, любовался ею, она переместилась лицом вниз, развернув ноги, тем самым предоставив ему хороший вид на свой зад. Сохранив позу на мгновение, стройная девушка опустила ногу и сделала шаг в каждую сторону, чтобы разделить их. Прижавшись к ним, Мелтриллис держала их прямо, опустившись так, что её грудь оказалась прижатой к земле. Подняв бедра высоко в воздух, она пару раз приглашающе покачала ими, затем подняла кончики протезов от земли и выпрямила тело, пока оно не стало перпендикулярно полу. Оставаясь на мгновение совершенно неподвижной, как бы показывая, насколько это просто, она снова опустила ноги, только вместо того, чтобы опустить их на пол, она поставила свои «ступни» на спинку дивана, по одной с каждой стороны головы клиента. Если бы её тело обладало чувствительностью нормального человека, она бы почувствовала учащенное дыхание мужчины на своей заднице и ногах, возбужденного тем, что тело Мелтриллис висело так близко к нему. Блаженно игнорируя его, она раскачивала свое тело из стороны в сторону, дразняще покачивая попой и интимными местами прямо перед лицом своего клиента. Упираясь руками в пол, она приподняла верхнюю часть тела, согнув колени и расположив бедра в нескольких сантиметрах от лица мужчины, продолжая раскачиваться. Быстрым движением она соскочила со спинки и опустила свои бедра на его бедра, поставив его на колени и выпрямив свое тело. Подпрыгивая и опускаясь на него, никогда не опускаясь настолько низко, чтобы коснуться его, она потянулась к плечам руками в рукавах и спустила с них струны рогатки, одну за другой. Позволив ему упасть вниз, срамное одеяние осталось на месте только благодаря единственной веревке, застрявшей между ягодицами. В этот момент дыхание клиента стало настолько тяжелым, что она наконец-то смогла почувствовать его на своей шее. «Как мерзко. Само собой разумеется, что моё тело — это воплощение формы и функции, но он должен восхищаться им более корректно и менее вульгарно». Несмотря на свое недовольство его возбуждением, Мелтриллис продолжала подпрыгивать на своем клиенте, пока, наконец, не позволила своим бедрам опуститься на его. На мгновение она прижалась к его коленям и, шаркнув ногами, повернулась, открыв мужчине беспрепятственный вид на свою маленькую, нежную грудь и круглые, светло-розовые соски. Его глаза расширились, как блюдца, в то время как её глаза сузились в презрительный взгляд, презирая его развратное внимание. Тем не менее, она не прекратила своё представление, откинувшись назад, чтобы опереться спиной о его ноги, когда она снова наступила на спинку стула. Приподняв бедра, практически обнаженная девушка выпятила свою промежность прямо перед лицом клиента, прижимая струны рогатки к животу, чтобы та, что все ещё прикрывала её крапинки, не соскользнула. Трясясь и толкаясь прямо перед ним, его глаза безостановочно двигались, пытаясь рассмотреть практически обнаженное женское достоинство прямо перед его глазами и одновременно стараясь запомнить каждую деталь изящной, абсолютно голой груди Мелтриллис. «Получить такой близкий обзор моего тела — это привилегия, слишком хорошая для таких мерзавцев, как ты. Наслаждайся, пока можешь, потому что ничего подобного у тебя не будет до конца твоей жалкой жизни». Сделав несколько последних толчков, она опустилась обратно на колени клиента, выпрямилась и отошла от дивана. Повернувшись, она откинула длинный каскад фиолетовых волос в сторону, чтобы показать голую спину и голубую веревку, которая свисала с ее тела полностью за счет небольшой длины, всё ещё застрявшей между щеками. Потянувшись назад, Мелтриллис медленно и целенаправленно сняла ее, позволив ей упасть на пол, и, наконец, разделась догола, не считая рукавов на руках. Повернувшись, обнаженная балерина предстала перед своим клиентом без малейшего намека на стыд. Предоставив ему полный обзор своих великолепных форм, она просто почувствовала отвращение к тому, как он смотрел на обнаженную, нетронутую щель между её ног. Его отчаянно похотливый взгляд и то, как он вцепился в подлокотники дивана, могли бы быть забавными, если бы ей позволили наказать его за это, но в данном случае ей пришлось стоически терпеть. Закинув одну ногу на подлокотники, она с некоторым удовольствием наблюдала, как он нервно отдергивает руку, внезапно выходя из своего транса. Забравшись на другой подлокотник, Мелтриллис стояла, сгорбившись, расставив ноги прямо перед клиентом, положив руку на спинку кресла для равновесия. Подвешенная так близко над ним, она раскачивалась и трясла всем телом, вперед-назад и из стороны в сторону, презрительно глядя на мужчину, который полностью игнорировал её презрение, поскольку был слишком занят тем, что пристально смотрел на элегантное тело, танцующее прямо перед ним, явно наслаждаясь наблюдением за каждой идеальной, тонкой чертой, так чувственно извивающейся перед ним. Не останавливаясь и не замедляя движений, стройная танцовщица медленно опустилась, в конце концов, снова оказавшись на коленях клиента. Раздвинув ноги в стороны, она наклонилась вперед и прижалась своим телом к его телу, потираясь своей скромной грудью о его грудь и скрежеща голой промежностью о его брюки. Даже с её деградировавшим чувством осязания Мелтриллис всё ещё могла ощущать биение его сердца в груди и твердость его брюк, прижимающихся к её обнаженному женскому достоинству. «Какой жалкий мужчина, так легко возбуждается. Я могла бы довести его до экстаза без проблем, если бы захотела, но он не стоит таких усилий». Встряхивая и массируя все быстрее и сильнее, она чувствовала, как её клиент всё больше и больше возбуждается, его дыхание становится затрудненным, а костяшки пальцев белеют от силы его хватки за подлокотники. Зная, что он, несомненно, изо всех сил старается сдержаться и подольше насладиться развратным танцем, она с диким напором задвигала бедрами, решив сломить его сопротивление и довести его до грани. Как только она услышала первый непроизвольный стон удовольствия, вырвавшийся с его губ, Мелтриллис подняла себя с клиента и грациозно оттолкнулась от дивана, заставив его заскулить от ее внезапного отсутствия на нем. Стоя обнаженной, все такая же правильная и элегантная, как всегда, она с забавой рассматривала жалкий образ мужчины, который был так близок к завершению, но в конце концов был отвергнут. «Думаю, я позабавила вас гораздо больше, чем вы того заслуживали. Сохрани воспоминания, которыми я великодушно одарила тебя, и не трудись возвращаться, я не хочу тебя больше видеть». Бросив свои сладко-ядовитые слова в адрес клиента, балерина-садистка вышла из комнаты, довольная тем, что на данный момент её обязанности выполнены.