Try Not To Wake Me.

«Jeg elsker dig af hele mit hjerte! Jeg elsker dig af hele mit hjerte! I love you the most!» Какого чёрта Ларс повёл себя словно идиот? Зачем он признался в чувствах? Ульрих устало вздохнул. Перед ним сидели Клифф и Джеймс и смеялись. Кирк побежал за кофе. Продюсер ушёл в магазин купить сигарет и алкоголя, а визажистка кричала на секретаршу в соседнем кабинете с требованием оставить её в качестве рабочего группы. После признания Ларса Кирк попросил Хэтфилда убрать всех девушек из Металлики, с чем Джеймс, разумеется, согласился. Он понимал, что Ульрих очень волнуется и нервничает, а эта девчонка точно попробует добиться Хэмметта. Так что доводить друга до самоубийства Джеймс не осмелился. Через пару минут визажистка по имени Ханна зашла в комнату, где должна была проходить репетиция ребят. Девушка вытерла слезы с щёк и улыбнулась. Ханна призналась, что ненавидит каждого участника, кроме Кирка. Остальные же — просто пидоры, которые хотят отбить её будущего парня. Девушка заметила, что Ларс сидит поодаль ото всех и поняла, почему. Ведь Кирка не было! А Клиффу и Джеймсу было хорошо вместе! Она показала, как ей на всё плевать и вышла, хлопнув дверью и поливая грязью Ульриха. — Вот же сучка. — процедил Джеймс. Сказать, что Ларс был абсолютно согласен — ничего не сказать. Однако он смог вздохнуть свободно и без нервов. Ещё одна преграда была устранена на пути к мечте и цели Ульриха. Минуты тянулись словно часы. С каждым тиканьем часов сердце Ларса отбивало такой же ритм и бешено заколотилось, стоило Кирку войти в комнату. — Ребят, я Ханну встретил по дороге. Она была очень злая. Прям бешеная. Вы повздорили? Её выгнали?.. — Выперли, я бы сказал. Кирк, она чокнутая! Если бы мы не послали её нахуй, она бы кого-нибудь зарубила бы ножом, я тебе отвечаю! Мне жаль того, кто свяжется с этой психичкой. — Клифф улыбнулся и провёл пальцами по шее, словно показывая, как ему её перерезают. — Это уж точно. Абсолютно сумасшедшая девушка. — Она ничего тебе не сделала, Ларс? Хэмметт подошёл вплотную к Ульриху и вопросительно на него взглянул. В висках забилась кровь. — Не-а, всё хорошо. Прошло несколько дней с момента, как Ларс признался Кирку в любви. За это время они не продвинулись ни на шаг. Они не стали встречаться, а любые нахождения вдвоём парни стали избегать. И сейчас, когда Кирк стоит прямо здесь, перед Ларсом, всё, чего хочет барабанщик — схватить его за талию и никогда больше не отпускать. Ведь в жизни будет ещё целая куча дерьма, с которым нужно уметь справляться. А рядом с этим человеком Ульрих сможет всё, даже больше. Никто не понимает его так, как Хэмметт. Никто и никогда не сможет. Ни у кого не получится. Да, Джеймс — человек довольно проницательный, да и Клифф сможет раскрыть любую тайну, применив лишь свои способы. Но Кирк — это совсем другая история. Ему Ларс готов всецело довериться, на него у него нацелена вся надежда. Никто и никогда не будет Кирком. Никто и никогда не будет человеком, подобным Кирку. Для Ларса он будет один такой, единственный, неповторимый. — Кирк… Скажи пожалуйста, мы можем поговорить наедине? Хэмметт нежно улыбнулся. — Разумеется, Ларс. Пойдём, выйдем. Кирк обхватил своей рукой с кучей мозолей на ней запястье Ульриха и вывел его из комнаты. Клифф усмехнулся. — Хера себе… У мальчиков секретики, я прав, а, Джеймс? — Точно-точно. Тут дело пахнет либо дракой, либо горячей ночью. На что ставишь ставки? — Однозначно на жаркое продолжение. — Посмотрим, посмотрим… Клифф просунул пальцы между пальцев Джеймса и сделал из их рук своеобразный «замочек». В это время Ларс и Кирк стояли и смотрели друг на друга. Никто не мог и слова сказать. Прервать тишину решил Ульрих. — Ты… То есть, прости, Кирк. Я боюсь, что заставил тебя ненавидеть меня. — Что-о-о?! Ларс, как ты мог вообще подумать, что я ненавижу тебя?! Ты просто лучший! Таких, как ты нелегко… Возненавидеть. — Ну, мы… Можем обняться или типа того? Слов было достаточно, чтобы Кирк прижал Ларса к своей груди. — Ещё бы я тебя не любил. Ты же знаешь, Ларс, про кого я так не хотел рассказывать? Тем человеком, которого я люблю, был ты. — Я догадывался. Ларс обхватил спину Кирка своими сильными и накаченными от постоянного движения руками. — Всё хорошо, я рядом с тобой. Я стою здесь. Я держу тебя. Хэмметт прижался губами к макушке головы Ларса и начал напевать какую-то песню. — Просто не отпускай меня. Слышишь, Кирк? Не отпускай, пожалуйста. Я хочу чувствовать тебя каждой клеткой своего организма. — Слышу, слышу, Ларс. Не отпущу. Теперь уж никогда. Кирк коснулся пальцами руки Ульриха и погладил её. Он гладил её со всей нежностью и любовью, коими готов был одарить этого прекрасного человека. Парни обошлись без слов. Лишь через несколько минут Кирк запустил руку в волосы Ларса. — Do you care? — Nothing matters. — It would be a great name of a great song, did you know? — Kun hvis du lytter til hende. — I don't understand Danish, Lars. Кирк шумно выдохнул. — Я люблю тебя, Ларс. Очень люблю. — Не знаю, извиняться мне надо, или нет, но я чувствую абсолютно то же самое. — Не за что тут извиняться, милый. Ты сказал мне, что чувствуешь и пробудил этим чувства. Искренние чувства, Ларс. Так что я должен благодарить тебя. Кирк провёл ладонью по плечу Ульриха. — До конца вместе. Навсегда.

***

Ларс открыл глаза и понял, что лежит на диване. Не на своей кровати. Его тошнило, словно он бухал целую ночь. Потерев глаза, он приподнялся и огляделся. В воздухе витал запах табака, окна прятали серые от жизни занавесочки, а бельё, которым был застелен диван, пахло предательски знакомым стиральным порошком. Ларс огляделся и увидел две гитары, висящие на стене. Одна была чёрно-белой, вторая такая же по форме, но уже чисто белая. Рядом с диваном на тумбочке стоял стакан с водой и какое-то средство от похмелья. Краем уха Ларс услышал, как где-то льётся вода. Через пару минут вышел Кирк с полотенцем на голове. Он был одет в шорты и белые носки, а его торс оставался голым. Заметив, что Ларс уже проснулся, Хэммет подошёл к нему и сел рядом на диван. — Как ты себя чувствуешь, Ларс? — улыбнулся он. — Какого-то чёрта я вообще тут делаю? — Ну, знаешь… В общем, мы вчера ходили отмечать концерт в баре… И… Очень много пили… Очень, очень много… — Так? — Ты выпил три стакана пива и отрубился. — А Джеймс и Клифф? — Про них вообще молчу. Они сначала набухались, потом начали петь, Клифф спëр у бармена гитару и расстроил её. Как всегда. — А как я… Оказался тут? — Я подумал, что было бы очень мило забрать тебя к себе. Ты проспал двенадцать часов. — Двенадцать?! — Тебя не тошнит? — Очень тошнит. — Вот средство от похмелья. Выпей и отдохни ещё. — Спасибо. Кстати, я вспомнил… У меня дома кот! Котёнок! Его покормить надо. — Не тревожься, Ларс. Я уже съездил к тебе и покормил твоего друга. Ульрих побледнел. Не заходил ли Кирк к нему в комнату? Там же всё увешано его фотографиями! — Ты… Корм был на кухне? — Ага. Я быстро покормил его и поехал домой. Фух. Кажется, пронесло. — Спасибо тебе огромное. — Всегда пожалуйста! Как же Ларсу повезло, что Кирк существует. — Ну так… Я пропустил вчера всё самое интересное? — Есть такое. Клифф играл на гитаре, а Джеймс прыгал по столу и пел. Люди в баре явно поняли: «Оу, это люди высокой морали. Они хороши. Особенно тот, что вырубился.» Последняя сказанная фраза заставила Ларса вспыхнуть. — Это же люди так думают? — И они, и я. Чёртов Кирк! — Ха-ха… А я правда настолько хорош? — Великолепен. Кстати, как тебе моя мини-коллекция? Я хочу, чтобы их стало ещё больше! «Мини-коллекция? Это он о гитарах на стене?» — Мне нравится. Вот насмотрюсь на тебя и тоже начну что-нибудь коллекционировать. Палочки там барабанные. — А я буду этому рад. Мне не терпится увидеть, как ты будешь собирать их. Покупать или ловить на концертах? Попросишь, чтобы тебе вернули те палочки, которые ты не использовал? — Там уже решу. — Тогда покажи мне потом свою коллекцию! А я буду долго собирать гитары и покажу их всех тебе! Кстати, гляди. Это моя любимица. Кирк встал сдивана и подошёл к чёрно-белой гитаре, попутно стаскивая с головы мокрое полотенце. — Gibson Flying V. Шедевральная гитара. Звук чистый, форма удобная, соло шикарное. Я просто в любви рядом с этой гитарой. Ох, если бы она была человеком, то я влюбился бы в неё без раздумий. Она стала бы красивой девушкой, я уверен. Или датчанином с классной причёской. — Хм, девушку понять могу. А что за датчанин, если не секрет? — Сам ещё не догадался? — Нет... Хэмметт оставил гитару на стене и подошёл к Ларсу. — Датчанином по имени Ларс Ульрих. — Чёрт! Серьёзно? — Абсолютно. В этот раз Ульрих решил не сдаваться. Он схватил Кирка за талию и прижался к нему всем телом. — Ларс, я не убегу и не исчезну. Я живой, я реальный. Не бойся, что я останусь лишь в твоих воспоминаниях. — Таким, какой ты сейчас, ты никогда больше не будешь. Du er en blomst, som jeg ikke kan plukke. — Ларс, ты порой забываешь, что я не знаю датский. — Мне нравится этим пользоваться. Ты не понимаешь, о чём я треплюсь. — Я тоже хочу его знать! Ох, Ларс. Кирк встал на колени прямо перед Ульрихом. Внутри что-то загорелось. Голова предупредила о наступающей мигрени, но решила пока что подождать. Организм кипел изнутри, в глазах темнело, руки затряслись. Ларс приблизился лицом к лицу Кирка. Он приноровился, чтобы хмельной запах от него исходил куда-нибудь в другую сторону, лишь бы его не чувствовал Хэмметт. — Ларс... Ох, Ларс... Знал бы ты, как я люблю тебя. Я боюсь, что ты потеряешь ко мне интерес. Когда я в группу пришёл, ты стоял поодаль, стесняясь подойти... Внезапно Кирк перешёл на шёпот. — Я очень люблю тебя. Ты не просто мой лучший друг. Ты большее. Ты — причина продолжения моей жизни. Я хочу, чтобы этот момент остался навсегда. Вот бы это время никогда не кончалось. Щëки Ларса показали, что они не в меньшем восторге, чем он сам, поэтому решили покраснеть. Руки без разрешения своего хозяина залезли в шевелюру Кирка и принялись путать мокрые локоны. «Не расправит же потом...» — только и блеснуло в голове Ларса. Но он ничего не мог с собой поделать. В голове блеснуло воспоминание. Ларс вспомнил, как всю ночь чувствовал, словно его гладили по голове. Кирк не стал останавливать Ульриха. Он лишь подался вперёд и прижался головой к его груди. — Ты, это... Прости меня. — Ничего, Ларс. Можно мы просто посидим так ещё немного? Кирк обхватил спину Ларса руками, как вдруг отрубился. Он закрыл глаза и уснул на плече Ульриха. — Кирк? Ты не спал что ли? Поняв, что ответа не дождётся, Ларс переместил Хэмметта на диван, а сам резко встал. От таких непредвиденных движений мозг сам получил шоковую травму и решил послать всё далеко. В глазах уже не темнело, а просто почернело. Схватившись за журнальный столик, Ларс покачался и выпил воду из стакана. На этом веселье с его организмом не закончилось. После раннего предупреждения о мигрени, по голове словно ударили тремя молотками одновременно. «К чёрту!» — решил про себя Ларс и вылил остаток воды себе на лицо.

***

После того, как Кирк и остальные отоспались, команда собралась в крохотной комнатке с окном и грязными стенами. Джеймс выглядел подавленным, поэтому Ларс, как его лучший друг, осмелился поинтересоваться, что же произошло. — В жопу всё! Клифф сказал, что я несексуальный, когда пьяный! А сам-то! Набухался как алкаш! — Я не сказал, что ты несексуальный. Я сказал, что от тебя алкашкой несёт. — Иди в пизду! Это зацепило мои личные чувства. — Ну прости, Джеймс. Простишь? Клифф мурлыкнул и прижал руку Хэта к своей груди. — Черт, куда ты денешься! Прощаю. Но не смей больше мне такого говорить! Я горячий и сексуальный, а ты непонятно кто! Понял?! — Понял, понял. Значит в следующий раз мне нужно быть вообще в хламину, чтобы не чувствовать шикарного запаха алкаша. — Ты опять начал?! — Тогда ты не пьешь. — Да иди в жопу! Отпусти меня! Клифф зажал Джеймса и не отпустил его. Через несколько минут в комнату вошёл Кирк. Он выглядел очень помято. «Только проснулся, видимо.», — додумался Ларс. И правда — по сравнению с Кирком, который приходил каждый раз, этот был совсем другим. Его волосы были спутаны, глаза тонули в синяках, одежда выглядела так, словно её мяли специально. Кирк смотрел на всех безумным взглядом. — Чертила, Кирк! Ты чем всю ночь занимался? С кем кувыркался? С Ларсом? — улыбчиво спросил Клифф и осмотрел парня с ног до головы. — Клифф, ну что ты? Они такие хорошенькие, что не будут спать... Пока что. А потом... Любовь и постель. Я прав? — лениво протянул Хэтфилд. — Абсолютно. У нас с Джеймсом именно так, знали? — Скажи, Клифф. — Ларс махнул рукой. — Нам всем обязательно знать, как у вас там с Джеймсом? Ну здорово, молодцы. Это то же самое, что ты будешь рассказывать о том, с кем ты спишь и каким образом. — Обязательно, чувак! Ты же сам знаешь, какой он крутой. — Ох, блин... Как же вы уже надоели оба. Делайте что хотите. — Спасибо, мамочка! А вот что я хочу, Джеймс узнает сегодня ночью. Клифф ещё сильнее сжал тело Хэтфилда. — Не убей его только, я тебя умоляю. — В постели я просто убийца. — Я тебе устрою! — Понял, извиняюсь. А ты кто ночью? Убийца или жертва? — Никто, Клифф. — Понял. Значится, ты будешь жертвой. Кирк, включай опасного преступника! Понял? Джеймс поежился и возмутился. — Клифф! — А что Клифф сразу? Я должен подготовить этих малышей к настоящей жизни с кучей партнёров и талантов. Вот тебе, Джеймс, нравится, что я такой умелец? — Твою мать! Клифф, давай обсудим это дома?! — Дома твой рот будет занят. А сейчас — неужели я плох? Ларс с ядовитой улыбкой наблюдал за тем, как Джеймс побежал за Клиффом, избивая его кедом. — Да понял я, понял! Хватит, всё, я выдохся. Клифф остановился на секунду, но по его спине моментально пролетели любимые кеды Джеймса. — Я же заберу себе! Смотри, они мне идут. Бёртон в мгновение ока обул чёрные кроссовки с белыми мысами и показал, как идеально они подходят к его новенькой джинсовке. — Отдай, Клифф! Ты ничего и никогда не понимаешь сразу! Ну отдай, ну пожалуйста. Клифф не мог сдерживать себя, глядя на эти щенячьи глазки, кои ему строил Джеймс. Он стащил кеды с себя и получил одним из них по руке. — Это тебе месть! — Не понял. — Зато я всё понял. Я не твоя шлюшка! — Ну всё, всё, всё, прости. Ларс прижался к стене и улыбнулся. Внезапно он посмотрел на Кирка и увидел, как у того закатываются глаза и он чуть ли не падает. Подхватив парня, Ульрих вышел из комнаты, где так шумно ругались Джеймс и Клифф. Прошло несколько дней с момента, как они переехали в другое здание. Здесь были просторные, но грязные коридоры, неубранные туалеты и даже крохотная душевая кабина. «На лучшее денег нет.», — объяснил продюсер. Он пообещал, что перевезет всех в свежую студию с хорошим ремонтом. Но пока этой возможности не было. Ларс ещё не до конца привык к расположению уборных, поэтому просто нёс на себе Кирка и шёл вперёд по коридору в их поисках. Через пять минут нашёлся туалет с раковиной. Ларс поставил Хэмметта на ноги, прислонив парня к стене и полил его водой из крана. — Спать надо было, Кирк! Ларс посмотрел на Хэмметта. Он стоял, молча тупя в пол. — Иди ко мне. Ульрих прижал Кирка к груди и получил на это взаимность. Парень тихо вздохнул и решил не двигаться. — Прости, Ларс. — За что? Тут либо ты за меня волнуешься, либо я за тебя. — Прости... — Я же сказал тебе не извиняться! Пожалуйста, не извиняйся. Ты ничего не сделал. Кирк зевнул и пристроил голову у Ларса на плече. — Почему ты не спал целую ночь? Где ты был? — Я... Я не мог уснуть. Ларс вспомнил, как ночью ему казалось, что кто-то гладил его по голове. — Ладно, я отведу тебя домой. Пойдём. Домой? — Я просто хочу... Пить... И есть... И спать... И тебя тоже хочу... — Кирк, вот ты как ляпнешь!.. Пойдёшь домой? Хэмметт схватился за Ларса руками и промычал нечто, похожее на «да». — Пойдём. Ларс подхватил Кирка и потащился к выходу. Он быстро понял, что в одиночку парня до дома не дотащит, поэтому вернулся к стационарному телефону и вызвал такси. Спустя десять минут приехала машина. Клифф и Джеймс попрощались с Ларсом и пошли домой. Бёртон ругался на самого себя за то, что теперь вряд ли успеет поиграть на гитаре, как планировал, а Джеймс просто полз рядом с огромной сумкой на спине. От ранних побоев кедами на руке у Клиффа остался синяк. Ларс оперативно усадил Кирка в салон и закинул его вещи в багажник. Таксистом оказался молодой человек с огромными зрачками, грязными длинными волосами и непонятным стилем одежды. Он нацепил заношеные джинсы, классические ботинки, футболку с надписью «Metalika!» (да-да, действительно с неправильным логотипом), а также пиджак с карманами-обманками. Через несколько минут после начала поездки он затрясся и полез в бардачок, где у него был целый подарок для полицейских — косяки, закладки, шприцы... Вытащив самокрутку, таксист поджёг её и расслабился. — Вы Ларс Ульрих? — спросил он. Ларс не нашёлся, что ответить будет правильно. Он повертел головой в разные стороны. Связываться с этим наркошей он явно не хотел. А тем более их фанатом. — Жаль, а то вы напомнили мне моего любимого барабанщика. Я даже датский ради него выучил. Вот, сейчас. Смешивая английский с датским, таксист начал что-то говорить. Получалось у него, мягко сказать, не очень. — Jeg kan godt lide Metallicas kreativitet. — еле выдавил он и улыбнулся, делая вид, что это было сказано абсолютно верно. Никто ведь и не поймёт, что он не знает, как правильно произносить эти элементарные датские фразы, которые знает каждый ребёнок! Но Ларса это очень выбесило. — Tal ikke det sprog mere, for fanden. Таксист вытаращил глаза и закричал. — Вы... Разговариваете на датском?! Черт, это очень круто! Я... Я хочу разговаривать как вы! Чертила... Это просто охуенно. — А ты можешь кричать не так громко? На заднем сидении спит человек. — Ой, да, простите. Не хотите? — таксист протянул Ларсу косяк. — Ты идиот?! Какого хрена?! Таксист испуганно отдернул руку и всю оставшуюся дорогу молчал. Ларс же в зеркало заднего вида смотрел на спящего Кирка.

***

После недолгой поездки машина остановилась около серенького дома. — Удачи вам! — улыбнулся обкуренный таксист. — Тебе тоже. Кстати, ты был прав. Я Ларс Ульрих. Ларс захлопнул дверь и залез на заднее сиденье за Кирком. Затем открыл багажник и вытащил вещи. Такси быстро уехало, оставив Ульриха с Хэмметтом наедине. Из окон дома, в котором жил Кирк, лилась нежная музыка. Ларс вспомнил, как такая же музыка играла в баре, где они с ребятами отмечали очередной удачный концерт. «Girl... You are my song... You are the melody. And you are the harmony...» На танцпол вышли девушки с парнями. Они прижались друг к другу и начали танцевать. Из-за стола металлистов первым встал Клифф. Он протянул Джеймсу руку и предложил пойти расслабиться. — Черт, ты придурок! Погнали. Ларс распластался по дивану и лишь краем глаза посмотрел на то, как танцуют Бёртон и Хэтфилд. Они были счастливы. Рядом с Ульрихом, подперев голову ладонью, сидел Кирк и подпевал. — Sweet is your emotion. Кирк посмотрел прямо Ларсу в глаза. — Fly listening to you make me fell so light... Тебе нравится эта песня? — Очень. — Ой, взгляни на Джеймса и Клиффа! Он что, до него домогается?! Кирк рассмеялся и засвистел. В ответ на это Клифф поднял вверх руку с оттопыренным средним пальцем на ней. — Черт, чувак! Не смущай нас! Ларс! Иди лучше с этой красоткой сюда! Рядом с их столиком прошелестела юбкой официантка. Она оказалась милой девушкой с объемной грудью и пухлыми губами. Её голос был тонким, движения быстрыми, а глаза необычно бешеными. Казалось, она хотела не потанцевать с Ларсом, а съесть его. — Не хотите... То есть, если вы не против... Мы можем... Пойти... Потанцевать?.. Там сейчас будет ещё один медляк... Ларс недоверчиво её оглядел. В другом конце зала ему незаметно подмигнул Клифф. — Давай. Ларс встал из-за стола и взял девушку за руку. Она видно занервничала и ухватилась за Ульриха словно уж. — Ой! Простите! Я очень переживаю, ведь никогда до этого не общалась со звездой! — Я ещё не такая уж и звезда. Ладно, пойдём. Официантка покраснела. Ларс вышел с ней на танцпол. Девушка положила руки Ульриху на плечи. Он расположил свои на её талии. В колонках заиграла песня «Still Loving You» от Scorpions. Эту группу обожал Джеймс. Эту группу любил и Ларс. Почему? А потому, что они пели не про сучек и деньги. «Скорпы», как их называли, писали музыку о любви, свободе и чувствах. Каждая их песня — словно маленькая жизнь длиною в пять минут. Некоторые молодые люди прямо под песню стали целоваться. Джеймс и Клифф смеялись, толкали друг друга, наступали на ноги, показывая, что они «просто друзья». Девушка нервно осматривала зал и словно пыталась найти кого-то. Ларс же думал о своём. Он мечтал, чтобы его руки лежали на тонкой талии не официантки, а Кирка. Внезапно девушка схватила Ульриха за волосы и притянула к себе, стараясь поцеловать. Ларс не сразу смог среагировать. Он позволил ей коснуться его губ и даже не оттолкнул! За происходящим с грустной улыбкой наблюдал Кирк. Он сполз и закрыл лицо руками. «I'm still loving you!» «I'm still loving you!» — Я ведь... — прошептал мокрый от слез Кирк, — и правда тебя люблю... Люди продолжили танцевать, а Хэмметт плакал, пряча лицо. «Your pride has built a wall, so strong that I can't get through... Is there really no chance to start once again?» — I'm loving you... Когда песня закончилась и Ларс с ребятами уселись за стол, Кирк уже улыбался во все 32 зуба. — Что-то хорошее произошло? — подмигнул Клифф. — Нет, я просто увидел, как мило вы все танцевали. Ларс, как тебе та девчушка? Ульрих поперхнулся пивом. — Ужасная. Она предложила мне трахнуться! Я похож на мужчину лёгкого поведения? Вроде нет. Тогда почему она так легко предложила переспать? Клифф посмотрел на Джеймса. Хэтфилд скрестил руки на груди и вздернул нос. — А я тебе сразу сказал, что ему она не понравится. «Она милая, она классная. Она очень популярна среди мужчин.» Вот ты бы ей дал? — Ну почему же сразу дал?.. Ладно, сомневаюсь. Ну кто ж знал, что она такая развратная? Вроде такая миленькая. — Ой, всё. Типичная шлюха, услуги которой стоят десять долларов. На кой хер она сдалась Ларсу? Ему вот можно... Ну... Эм... Ну вот Кирка! Кирка можно. Смотри, как они будут смотреться вместе. — Черт, да! — Ребят, идите нахуй. Ларс сполз по спинке дивана. Сидящий рядом Кирк покраснел. — Что, правда? Джеймс и Клифф выкрикнули в один голос. — Да! Ульрих просто взял ещё стакан пива.

***

Ларс подхватил Кирка и потащил домой. Он знал, на какой этаж нужно подняться, каким ключом открывать дверь. Добравшись до квартиры Хэмметта, Ларс вытащил связку ключей. Определив один небольшой, он вставил его в замочную скважину и прокрутил. Дверь открылась. Ларс прошёл, держа Кирка на руках. Он быстро отнёс парня в его комнату, а сам прилёг рядом и прижался лбом к лбу Хэмметта. Кирк приоткрыл глаза. — Ты здесь, Ларс?.. — Я тут, а в чем дело? — Ты со мной... Включишь Скорпов? Кирк указал на музыкальный центр и кассеты рядом с ним. — Хорошо. Ульрих поднялся с кровати. Подошёл к центру и вставил одну из кассет в него. — Чувак, это же «Still Loving You»! Офигеть, ты где этого добра надыбал? Кирк встал на пол и подошёл прямо к Ларсу. — Я уже и не вспомню... Давай лучше потанцуем? — А давай! Руки Ларса оказались на талии Хэмметта. Кирк прижался к барабанщику и судорожно вздохнул. — Знаешь, Ларс... — прошептал он. — Ты не ко мне в гости пришёл. Парни закружились в танце. — А к кому же? — улыбнулся Ларс. — Считай, что к самому себе. Тебе больше не нужно приглашение, чтобы зайти сюда. Теперь это и твой дом. — Кирк выдержал паузу. — Welcome home, Lars.

Продолжение следует.