Судьбы и дороги

      Дорожные заботы как-то отодвинули на задний план вопрос: " Кто такая ная?» Есть и есть Фанни и, слава богу. Больше к этому Максим не возвращался. Он внимательно рассматривал карту, что-то шепча себе под нос, задумчиво черкал на огрызках бумаги, Геныч один раз заглянул в эти записи и ничего не понял: какие-то расчеты, круги, овалы линии, а написано все на неизвестном Генычу языке.       Результатом всех этих трудовых подвигов стала новая кукла. Геныч сразу в неё влюбился, как Макс в свою Лялечку.        Небольшая, вертлявая, с двумя не заплетенными косичками на макушке, Макс назвал их «Хвостами». Геныч присмотрелся — точно лошадиные хвосты! Кукла, одетая в наряд, сшитый Фанни, была чудо как хороша. Увидев немую просьбу в глазах Геныча, Макс протянул ему куклу.       Шуган прижал её к гуди и подумал, что у него есть теперь своя личная вещь! Он еще больше зауважал Макса. Да, его бывшая хозяйка покупала ему много всякого, но никогда не дарила ничего сделанного своими руками. Если бы Максим мог перевести взгляды шугана, которыми тот сопровождал каждое движение кукольника, то это бы переводилось так: «Ваня, я ваша навеки!»        Все было как обычно: Дорога, мерно раскачивающийся фургон, только управляла фургоном Фанни. Она лениво шевелила вожжами и напевала себе под нос незамысловатую мелодию. Макс откинувшись на стенку фургона, собирался подремать, но сделать ему не дал шуган. Он на свободном пространстве фургона учился управлять своей куклой. Не все верно получалось, и Макс лениво давал ему советы, но Геныч, или был невнимательным, или, наоборот, сильно усердным, но при одном движении вагой нити управления перепутались, и в его руках оказались ножницы, ими он собирался радикально решить проблему запутавшихся нитей — разрезать узел. Увидев это, Макс крикнул: «Стой!». Геныч опустил руку с ножницами, А Макс взял в руки куклу и так рассматривал её, будто видел в первый раз. Он помог распутать узлы, и отправил шугана заменить Фанни, и всю дорогу до привала, шуган слушал, как Максим напевал песню Фанни, которая пыталась подхватить мелодию на своей флейте. Мелодия была щемяще-печальная, и шуган был в недоумение для чего Фанни разучивает эту мелодию?       На ночевке, шуган после того, как распрягли и обиходили коней, разожгли костер, был поставлен кашеварить, а Фанни с Максимом продолжили свои музыкальные экзерсисы. Ели они торопливо и снова занялись, теперь Макс диктовал, а Фанни быстро записывала текст.        — Хозяин, Макс, — робко позвал шуган, — а что вы с Фанни задумали.       — А это будет номер для тебя и твоей куклы, — зевнув ответил Максим.       Он уснул, а шуган долго вертелся, думая, какой же номер будет репетировать с ним кукольник?