Судьбы и дороги

      Нелегко быть кукольником! Сколько раз опускались у Макса руки после неудачного обжига: то температура была запредельной, и хрупкий фарфор трескался прямо в форме, то по нежному фарфорому личику куклы пошли ржавые пятна. Ная плакала, держа в руках кукольную головку с уродливыми ржавыми пятнами, а Максим усиленно вспоминал, что определенно он читал, от чего это бывает, пока в одной отливке он не обнаружил на лице куклы заусеницу. Он осторожно расковырял место с заусеницей, и на его ладони оказалось маленький как манная крупинка металлический осколок.       Вот как избавиться от такой напасти Максим знал, но как воплотить все в жизнь, не имел, ни малейшего представления. Он рассматривал на ладони источник всех бед, над ладонью наклонился шуган.       — Куклы портятся от этого? — он травинкой потыкал в ржавую крупинку на ладони Максима.       — Да, — кивнул Максим, — знаю, как от этого избавиться, но не имею возможности.       — Ну-ка, ну-ка, расскажи, — попросил шуган, присев рядом с Максимом.       — Есть такие материалы, которые притягивают к себе металл, — начал Максим. — О знаю, знаю о таком, — перебил кукольника шуган.- у главы деревни был малюсенький осколок на веревочке. Он этим осколком проверял золото. Если прилеплялся к золоту осколок, то такое золото глава не брал, он говорил, что это осколок звезды, он показывает чистое золото без железа, но правда это или нет я не знаю. Я держал в руках этот осколок, и я знаю, как он действует. Пойдем, проверим.       Шуган встал, отряхнул со штанов прилипший мусор, а Макс подумал, что необходимо сделать лавки-скамейки, да и жилье какое-нибудь ставить нужно. А тем временем шуган остановился возле глиняного таза, размешал в нем деревянной мешалкой глину и сунул руки в емкость. Помешал глину уже руками, вынул руки, осторожно опустил ладошки в ведро с водой и показал их Максиму. На ладонях шугана гроздьями повисли мелкие металлические осколки. Он осторожно стряхнул их на подставленную Максимом тряпицу.       — Так? — спросил он Кукольника.       — Да, — кивнул Максим.       Еще несколько раз Геныч руками отлавливал металл в шликере*, раз за разом выискивая в нем железо. Пришел, наконец, тот момент, когда он вынул из таза руки без металла. Фанни посмотрела на это действо и проговорила.       — Камни.       — Что камни? — одновременно спросили Макс с Генычем.       — Тебе нужно, — она ткнула пальцем в шугана, — камни зарядить. На ночь в раствор их положить, а утром раствор слить. Получится то же, но быстрее.       Так они и сделали, а утром их ожидал раствор без металлических вкраплений. Максим из выструганных небольших дощечек заново сделал ящик, для получения слепка. Замесив гипсовое «тесто» он медленно выкладывал его вокруг смазанного маслом слепка будущей головы. Дождавшись затвердения нижнего слоя, он полностью покрыл слепок гипсом и поставил его сушиться. В этот день он приготовил еще несколько слепков. Нетерпеливый шуган ходил вокруг отвердевающей формы, несколько раз Максим ловил его, когда он пробовал застывший гипс на твердость пальцем.       — Хозяин, а хозяин, давай я этот гипс высушу, — начинал канючить он, когда Макс заявлял, что еще рано раскрывать слепок.       Но наконец, этот день настал. Задерживая дыхание от волнения Максим осторожно разделил застывшую форму. Форма для будущей отливки была великолепна. Подождав еще день для лучшего высыхания формы, Максим соединил верхнюю и нижнюю часть гипсовой формы и плотно перемотал их веревками.       — А это зачем ты сделал? — спросил шуган.       — Чтобы части не сдвинулись при заливке.       — А давай я их примотаю воздушными путами?! Будет еще крепче, чем веревками. Максим согласился. Он взял в руки форму, придирчиво осмотрел, и осторожно покачивая в ладони, начал заливать шликер. Шуган и ная тоже с волнением смотрели на форму. Из места соединения не вылилось ни капли. А через несколько дней из формы была вынута первая головка будущей куклы.       Даже неокрашенная она показалась Максиму самим совершенством и эталоном кукольной красотки!