Пятнашки

Бэкхён вздыхает уже, кажется, в сотый раз, но Кёнсу даже не смотрит в его сторону. Он играет в какую-то глупую игру в своём телефоне, а ещё делает то, что у него получается лучше всего на свете — игнорирует Бэка. Ну вот, какой из него лучший друг? — думает Бэкхён и вздрагивает, когда Кёнсу с громким стуком опускает телефон на журнальный столик и поворачивается к нему. Кажется, он заебался от того, что Бэк не отрывает от него взгляда уже очень долгое время. — Я знаю, что у тебя на уме, — говорит Кёнсу и выглядит он так, будто действительно знает о чём думает Бекхён. — Мы не поедем в конец города только для того, чтобы ты смог заказать себе самый хреновый кофе и пофлиртовать с баристой. — Вот откуда ты всегда знаешь, о чëм я думаю? Кёнсу закатывает глаза. — Я знаю тебя с пелёнок. Плюс к тому, мы за последние две недели ездили в это кафе уже десять раз. Десять Бэкхён! У меня нет столько денег на метро и автобусы, я бедный студент, и ты кстати тоже. Бэкхён надувает губы на лучшего друга. Вообще-то они ездили туда двенадцать раз за тринадцать дней, но Кёнсу об этом знать не обязательно. Просто, Бэкхён же не виноват, что бариста там такой нереально красивый, высокий, с милой улыбкой, который краснеет и опускает взгляд каждый раз, когда Бэкхён подходит к прилавку. — Ну Кëнджа, ты же знаешь, как сильно я тебя люблю, да? — Бэкхён строит щенячий глазки, смотря в которые никто не может устоять. Никто. Но Кёнсу только приподнимает бровь и продолжает смотреть на друга с непроницаемым взглядом. Бэкхён сдаётся. — Я буду мыть посуду целый месяц. Два месяца. Я даже начну готовить. — О боже, нет, — мотает головой Кёнсу, и Бэкхён улыбается, потому что броня друга даёт трещину. — Кëнсу-я, мой самый лучший друг, моя самая большая любовь, пожалуйста… пожалуйста, давай пойдём в то кафе, которое находится в конце города и выпьем дерьмовый кофе. — Если мы снова опоздаем на последний автобус, и мне придётся тащиться домой пешком целых пять кварталов, я тебя убью, — говорит Кёнсу, и Бэкхён кивает. Хорошо, по крайней мере, он увидит красивого баристу перед своей кончиной. — Окей, можешь идти одеваться, выходим через пятнадцать минут. Бэкхён залетает в свою комнату ещё до того, как Кёнсу заканчивает предложение.

***

Сехун широко улыбается и поворачивается к двери, когда та открывается и впускает в прохладное помещение нового гостя. — А, Чанёль, это ты. Чанёль щурится, смотря на своего лучшего друга. — Почему ты звучишь так разочаровано? Ждал кого-то другого? Сехун мотает головой и снова поворачивается к кофемашине, которая почему-то именно сегодня решила, что не хочет работать. — Сехун, её надо чинить, а не гладить. Сехун фыркает, продолжая потирать машину до блеска, вдруг она перестала работать из-за пыли. — Тебе действительно следует вызвать мастера, — говорит Чанёль, и Сехун знает, что его друг прав, но у него нет денег на мастера. За последние пару месяцев клиентов стало совсем мало. — Видимо, в конце концов мне придётся закрыть кафе, — тяжело вздыхает Сехун и опускает тряпку на барный стол. — Хорошо, что мой отец не видит этот крах, он был бы так разочарован во мне… впрочем как и всегда. Чанёль качает головой, но ничего сказать не успевает, потому что дверь с грохотом открывается и в кафе заходят двое парней. — Добрый вечер, — говорит один из них и бьёт второго локтем в рёбра. Тот шумно втягивает воздух в лёгкие и делает поклон. Первый закатывает глаза и подходит к барной стойке. — Ты Сехун, верно? — спрашивает он и улыбается, когда О растерянно кивает. — Замечательно, вот этот парень, — кивок в сторону друга, — очень хочет взять твой номер телефона, чтобы звонить и писать тебе днями и ночами, звать на глупо-романтические свидания и по… — парень не успевает договорить, потому что его друг подлетает к нему и закрывает ему рот ладонью. — Кёнсу просто немного не в себе, — говорит он Сехуну и улыбается во все зубы. Чанёль замечает, как у Сехуна появляется румянец на щеках, и он опускает взгляд, прежде чем спросить: — Так, тебе не нужен мой номер телефона? Парень, который всё ещё зажимает рот своего друга, зависает на несколько секунд, а потом его улыбка становится ещё шире, будто такое возможно, и он быстро кивает.

***

— Простите, у меня поломалась кофемашина, и я не смогу угостить вас кофе, — говорит Сехун садясь рядом с Бэкхëном. Чанёль замечает, как они переплетают пальцы под столом. Он улыбается и смотрит на Кёнсу, который неотрывно смотрит на ночной город. Кажется, он находится рядом с ними только телом. — О, так Кёнсу может починить её, — говорит Бэкхён. Он бьёт друга по плечу и тут же вжимается в Сехуна, когда Кёнсу поворачивается к нему. — Что? — Ты же можешь починить кофемашину? Кёнсу щурится, а Бэкхён только улыбается. — Я буду мыть посуду целых три месяца. Кёнсу приподнимает бровь, и Чанёль удивлённо смотрит на то, как красивая, хитрая улыбка появляется на полных губах парня. — Полгода, — говорит он, и Бэкхён уже почти начинает спорить, когда Кёнсу продолжает: — Иначе я перестану готовить. — Окей, полгода так полгода. Кёнсу поднимается с места, и Чанёль следует за ним, чтобы показать, где инструменты и помочь, если будет нужно. Краем уха он слышит, как Бэкхён с Сехуном о чём-то тихо говорят и хихикают.