Пятнашки

— Клянусь богом, — говорит Чонин, выбираясь из машины и разминая затёкшие мышцы, — я никогда больше не поеду на машине в путешествие. Это просто кошмар, Чанёль! Это настоящий кошмар! Чанёль, который более чем рад тому, что у него наконец-то отпуск, и он едет на долгожданный отдых со своим парнем, только улыбается, немного виновато, но всё равно шире, чем требуется. Чонин закатывает глаза. Его парень никогда не собирается измениться. Если честно, его всё устраивает, только Чанёлю об этом не говорите, иначе его эго не поместится даже во всей Галактике. — Ты такой болван. — Ну, детка, любовь всей моей жизни, свет очей моих, мой самый прекрасный и сексуальный танцор, я не думал, что дорога займёт так много времени, — Чанёль скулит и с каждым новым словом приближается к нему на один шаг. — Мы скоро будем на месте. Чонин стонет, запрокидывая голову назад. За что ему всё это? За что? Ответ так и не приходит, и Ким снова смотрит на своего парня. Ладно, он знает за что. — Ты говорил это два часа назад. — Но, сейчас мы действительно скоро доедем до нужного места. Чонин качает головой. — Я сделаю тебе массаж, как только ты примешь обжигающе горячий душ и выйдешь из ванной комнаты только в одном полотенце на бёдрах, сверкая своим накаченным телом и шестью кубиками. Чонин действительно пытается не издать смешок, но Чанёль сразу же замечает, как уголки его губ тянутся вверх. Он делает к нему последний шаг и крепко обнимает. — Тут полно людей, — ворчит Чонин, но всё равно позволяет своему парню поцеловать себя в висок и уголок губ. — Дурак. — Ага, — Чанёль улыбается во все тридцать два. — Зато твой дурак. Они заправляют машину, пьют дерьмовый кофе из автомата на заправке и снова садятся в машину. Как и обещал Чанёль, доезжают до нужного места за полчаса, и Чонин действительно получает свой массаж после горячего душа. — Ты самый лучший парень, — говорит Чонин, обнимая Чанёля за талию и утыкаться носом в его макушку. — Я люблю тебя. — Нам ещё ехать обратно, — сонно отвечает Чанёль, и Чонин цокает. — Скажи, что любишь меня, ты идиота кусок. — Я люблю тебя, детка. Чонин довольно стонет. А обратная дорога? Что же, он не откажется от ещё одного массажа и восхитительного секса после.