Рейс 815

      — Оказаться в четыре утра в абсолютно незнакомом городе, черт знает где, без карты и практически без гроша за душой. Прямо как в дешёвом боевике, только без крутой тачки и саундтрека. М-м-м, обожаю. Но шарахаться по потемкам еще больше, — саркастично хохотнул Коди, почесывая затылок, когда они наконец-то смогли выбраться из пут сумасшедшего аэропорта на свежий воздух… и расцепить эти дурацкие руки!       Ну наконец-то! Долой эти потные ладошки Киллиана и Эммы, от сжимания которых уже сводило пальцы. Пейдж усиленно разминал затекшие конечности и мышцы, а такая банальная и незаметная в обычной жизни возможность свободно передвигаться, независимо от кого-то, доводила его до фантастической эйфории.       — Ну да, тебя ж там хрен найдешь! Прям невидимка два-ноль, — хохотнул Джонс и скривился, встряхивая руки и растирая шею. — М-да, создатели явно не доработали моментик с передачей силы через прикосновения. Это реально можно возвести в отдельный ранг пытки — буквально «кто продержится дольше».              — Ещё чуть-чуть — и я бы официально вступил в союз потных ладошек. Спасибо, нет. Я за свободу, — фыркнул Пейдж, усиленно разминая плечи.       Один тяжелый рюкзак противно давил на плечи, а другой мешался под ногами — его Киллиан по-джентльменски забрал у Эммы. После таких приключений троица, откровенно говоря, чувствовала себя отвратительно, а голова начинала болеть от нехватки сна. Джонс осмотрелся вокруг: судя по количеству машин на парковках и отсутствию небоскребов на горизонте, они находились очень далеко от города. Потрясающе. С другой стороны, чистый воздух, звезды, цикады и улетающие самолеты!..       — Ну уж простите! Чего имеем, тому и рады. Спасибо, что камушек работает не как старая колымага, а исправно и тогда, когда я захочу, — фыркнула Свон, поежившись на ночном прохладному ветру. После раскаленной Калифорнии попасть в адекватный, обычный климат было максимально непривычно. — Так, было бы неплохо иметь хоть какой-то план действий. Наверное, нужно позвонить Аарону и сообщить, что мы добрались живыми.       — Да, вон там вижу телефонную будку! Погнали уже куда-нибудь в центр? Отелей там полно. Еще несколько часов мытарств по Вашингтону я не выдержу, — предложил Киллиан и ткнул в первое попавшееся такси. — Поедим, помоемся и завалимся спать, а все проблемы будем решать уже потом.       — Вопрос на засыпку: а сколько у нас осталось денег? Я не брал с собой много, у меня буквально сто долларов, это не та сумма, на которую можно шикануть. И дома у меня не больше двухсот, а мне еще как-то за аренду жилья платить нужно, — невзначай спросил Коди и драматично присвистнул, заглядывая в кошелек.       — У меня, мальчики, красивый нолик. Разве что пару центов найдется. Так что, господа, теперь я — ваша официальная обуза. Но обуза симпатичная! — невинно улыбнулась Свон и похлопала ресницами. — До чего непривычно. Гуляю за чужой счет, обычно я делала это за свой.       — Мы щедрые, гордись… Не морить же тебя голодом? — иронично прыснул Киллиан и заглянул в свой бумажник. Картина тоже не радовала. — Не густо… Тут семьдесят баксов. Судя состоянию моего кошелька, мы на грани банкротства. Надеюсь, меня скоро восстановят на работе.       — А как же твоя волшебная банковская карточка? — удрученно выдохнула Свон и лично убедилась в его словах. — Денег нет, но вы держитесь!       — Господи. Мы настоящие герои капиталистической драмы. «От нищеты — к спасению мира!» — иронически выдохнул Коди.       — Там, может, еще сто лежат, но не везде их принимают. Остальные все в банке на вкладе, — задумчиво почесал за ухом Джонс. — Так, всё, ладно, пойдемте уже, я не могу ждать.       Они быстро позвонили Аарону, разбудив его, и обошлись коротким разговором о том, что полет прошел удачно, за исключением летающих куриных ножек и рандеву в туалете. Такси нашлось моментально, и друзья практически облегченно выдохнули, когда водитель повернулся к ним, и стало ясно, что он — мексиканец, который с трудом связывает слова по-английски. Двойное комбо! Джонс тут же захотел выбраться из салона, но не успел, потому что таксист дал по газам и понесся, видимо, туда, куда глаза глядят.       — Нам бы в центр куда-нибудь. К Белому дому, пожалуйста, — неловко попросил Коди.       — На встречу к президенту прилетели? Син проблемас, Белый дом будет вашим, — задорно отозвался мужчина и начал болтать о чем-то на ломаном английском вперемешку с испанским.       — Лучше бы крепость ФБР… — полушепотом пробормотала Эмма и положила голову на плечо Киллиана, закрывая глаза.       Как оказалось, их действительно далеко забросило — до центра Вашингтона нужно было ехать целый час по трассе. Фонари мелькали за окном, а в голове Киллиана в полудреме мелькали мысли, что вся эта сумасшедшая беготня совсем скоро закончится. Осталось совсем чуть-чуть, буквально совершить последний рывок — и они на финише.              Вот только, как этот финиш будет выглядеть? Особенно сильно его внезапно кольнули волнения об отце и больной матери. Он же просто пропал с радаров уже как месяц, и наверняка они его потеряли. А что, если от тревоги ей стало еще хуже? А если, всю его семью тоже забрали федералы и допрашивают уже который день? Ее сердце явно не выдержит такого стресса…       Наверняка они подумали, что их непутевый сынок снова во что-то ввязался… Хотя постойте-ка! Так и есть. Здесь бы они не ошиблись.       Глубоко внутри зашевелилась совесть, и Джонс неприятно поморщился, прикусив губу. Если бы их отношения были такие, как у родителей Эммы с ней… а под рукой имелся переносной телефон, как у Малдера. Вот бы поскорее вернуться к семье и объяснить все, что с ним происходило с долбанного тринадцатого июня. Может быть, в отеле даже получится позвонить им? Или лучше это сделать после всех опасных шпионских заданий?..       Киллиан с трудом не дал себе уснуть, чтобы наблюдать за дорогой и водителем, в то время как его «птенчики» облепили его с двух сторон и уснули на плечах. Машина внезапно остановилась. Они едва успели спросонья выбраться из нее, забрать рюкзаки и захлопнуть двери, как резвый мексиканец уже унесся вдаль. Троица не сразу и поняла, где оказалась, а когда все окончательно разлепили глаза, то осознали: перед ними в темноте не что иное, как парк и сам белоснежный, мраморный Белый дом, а за ним египетских размеров обелиск Свободы.       — Охренеть не встать, вы можете прикинуть? Мы добрались аж до столицы! Впервые в жизни я, черт подери, в столице. Там и правда Белый дом, чтоб меня. И там реально президент — актер Рональд Рейган? — Эмма разинула рот, любуясь тем, как вдалеке яркими огнями прожекторов подсвечивались стены главного здания Вашингтона.       — Реальнее некуда, детка. А какая там предвыборная гонка была, ух! — ухмыльнулся Киллиан и подмигнул ей. — Мы какой-то американский треугольник совершили: сначала Майами на юге, потом Лос-Анджелес на западе, и на востоке — Вашингтон. Я тоже здесь никогда не бывал… Поэтому не мешало бы нам найти карту и отель.       — Народ, он, к слову, за нашими спинами. Как раз то, что я хотел: прямо с видом на Белый дом! И президентский номер сто процентов найдется, — обрадовал всех Пейдж, и команда с горящими глазами сорвалась с места.       Позади их спин оказалось огромное, монументальное здание «Хей-Адамс» конца девятнадцатого века из белых каменных блоков. В темноте над входом в несколько человеческих ростов развевались флаги США, и очарованная этим дорогим пафосом и роскошью Эмма едва не забыла стать невидимой, но вовремя схватила парней за руки и наскребла в себе последние силы на включение суперспособности. Еще сложнее было сдержать уйму шокированных и восхищенных вздохов, когда они вошли внутрь и очутились в мире миллионеров. Высоченные мраморные стены с колоннами навевали одухотворенную атмосферу, где даже отпетый матерщинник побоится так богохульничать и ругаться. Естественно, любой, кроме Эммы, Киллиана и Коди.       Свон даже и предположить не могла, что она когда-нибудь сможет оказаться в подобном месте, хотя, пожалуй, ее брат и семья с таким огромным агрохолдингом вполне могли бы оплатить себе несколько ночей в подобном отеле.       В просторном холле с красными, расшитыми золотыми нитками коврами стояла стойка. И не было ни души вокруг, кроме задремавшего администратора. Троица сразу приметила навороченные, передовые камеры видеонаблюдения и напряглась еще сильнее.       Они медленно обошли стойку, оказавшись втроем возле сопящего мужчины. Эмма быстро осмотрелась, затаив дыхание: на столе какие-то бумажки, квадратный компьютер и стенка с множеством заветных ключей от номеров. Она наугад выбрала самое привлекательное число и быстро стянула его. Ну что ж, номер хотя бы не восемьсот пятнадцать!       — Ес-с, ура, — прошептала Свон, надеясь, что администратор не заметит пропажи на одну ночь… Как вдруг он зашевелился так, что сердце в пятки рухнуло, почесал нос и благополучно перевернулся на другой бок, именно тогда, когда ключ исчез в руках Эммы.       Свон и парни короткими перебежками, как партизаны, добрались до лифта, заскочили в него и доехали до седьмого этажа. Все было бы потрясающе, если бы, как всегда, не пошло через задницу. Хотя никто уже этому не удивлялся. Прямо перед открывшимися дверями возник уборщик.       Неизвестно, кто удивился сильнее: троица, увидев его поющего в швабру и, похоже, копирующего Фредди Меркури в сценарном угаре, или несчастный дед, который едва не потерял вставную челюсть и уронил ведро, когда пустой лифт поднялся и неожиданно открылся перед его носом.       — Свят-свят!.. А я давно говорил, что эти места богатеев нечистые! — он испуганно сглотнул, быстро подхватил ведро и истерически попытался впихнуться в кабинку, но что-то упорно не давало ему это сделать.       Все просто — это Коди в тот же момент пытался протиснуться в двери и случайно не ударить уборщика локтем. Уж лучше бы они были бы видимыми, тогда старик не получил бы возможность схватить сердечный приступ в пять утра.       Они кое-как разошлись и наконец-то добрались до номера. Эмма со стоном наслаждения закрыла дверь на все обороты, сбросила рюкзак, обувь и наконец-то облегченно вдохнула запах дорогих, нежных ароматических палочек, расставленных по всей комнате. В кои-то веки это был не убитый жизнью мотель с перегоревшей лампочкой, а действительно достойный номер с элегантными обоями, нормальной ванной и туалетом, с потрясающим видом на город, огромной кроватью королевских размеров…              Черт, и всего одной!       — Вот это я понимаю — делюкс-номер! Я там заметил цену: сто долларов за ночь. Это вам не шуточки шутить, — восхитился Коди, включив свет, как внезапно получил шлепок от Киллиана по ладони.       — Выключи быстро! Не пали контору: не дай бог заметят, что в пустом номере кто-то есть, — шикнул он, на что Пейдж закатил глаза.       — Боже, ты думаешь, у них там снаружи круглосуточно смотрители блудят… бдят, как Малдер? Нет, лучше, он стоит с биноклем под окно и орет «подозреваю нелегальное заселение!», — закатил глаза Пейдж. — Просто признай, что тебе нравится интимная обстановочка, мой шоколадный заяц, — саркастически хрюкнул он и шутливо хлопнул Джонса по щеке.       — Кто бы говорил. Это ты, скорее, шоколадный заяц, а вот я ласковый мерзавец, — передразнил Киллиан.       — Ты его развращаешь, Коди! Без меня вы тут уже в объятиях и на первом этапе совместной ипотеки, — подметила Эмма, смеряя скептическим взглядом.       — Конечно. Без тебя, крошка, и жизнь не та, и одеяло холоднее. Вернись — и будет отопление! — Пейдж подмигнул ей, с пафосом шагнул к кровати, как будто его пригласили в Зал Славы, и упал на неё с характерным громким выдохом: — Оргазм для моей спины. Квинтэссенция уюта. Моя душа только что вышла из тела… и легла рядом на подушку.       — Так, мальчики, мое место — на кровати. Вы уже там сами решайте, куда ляжете: на пол, на диван, вместе со мной, — Эмма немного подумала и осеклась: — Со мной — это только привилегия Киллиана. Поэтому вариантов у тебя, Коди, немного, прости. Ты хороший мальчик, но не такой хороший. А я пошла мыться, — она послала воздушный поцелуй и моментом упорхнула в ванную.       Стрелка на часах передвинулась на 5:12, когда Свон в кромешной тишине разделась, открыла кран, набрала фаянсовую ванну и опустилась туда. Теплая вода обволокла тело и расслабила мышцы, позволяя отдаться неге, забыть про все и просто понежиться.              Даже двигаться и мыться не хотелось. Свон нехотя и неторопливо намыливала себя ароматным гелем для душа и впитывала в себя клубы пара аристократической атмосферы вокруг. Чего только стоила эта дорогая плитка на стенах!       В голову лезли мысли, но сильнее всего зацепила одна: так иронично, что Эмма мечтала провести отпуск на Багамах с несколькими потрясающими парнями, а по факту оказалась в люксовом отеле с двумя красавцами за стеной… Неплохая награда за ее страдания! Пусть даже один всего лишь друг, потому что претендовать на Коди она бы и не пыталась. Эмма так желала поделиться этим с лучшими подругами, но, увы, наверное, это произошло бы не скоро.       Помывшись, Свон вышла из ванной, и ее невольно прорвало на смех: Пейдж и Джонс наглым образом развалились на кровати и жадно жевали сэндвичи из выпотрошенного мини-холодильника. Она в их компании явно была третьей лишней.       — Эй, алло, это мое место! А ну разошлись быстро, — возмутилась Эмма и с разбега нырнула между парней, вытолкнув их на края.       — Вы посмотрите-ка, командирша летного звена пришла!.. — хохотнул Киллиан, вскинув бровь, а после Свон беспардонно откусила не только у него кусок сандвича, но и у Коди.       — Еще и голодная командирша, — многозначительно хихикнул Пейдж. — М-да, знала бы Тиффани, в каком компрометирующем положении я сейчас нахожусь… «Чем ты занимался все это время, пока меня трясли ФБР? Лежал в кровати с лучшим другом и его девушкой». После этого как раз Тиффи меня и сожрет, — спародировал ее голос он и поперхнулся, когда Эмма оказалась обманчиво близко и неожиданно откусила сандвичи у обоих. Без предупреждений. Без жалости.       — Действительно, кому расскажешь, не так поймут. А я всего лишь-то ела сэндвичи двух парней в кровати. Все как в лучших романах, — Свон всей душой упивалась пошлыми шутками, которые теперь могла бесконечно шутить без каких-либо ограничений, а после показательно подползла к Киллиану и, давясь смехом, поцеловала его.       — Ну хоть не бананчики облизывала, — подал голос Коди. — А то всё — конец рейтинга, здравствуй, красная кнопка.       — Слушай, ну облизывание бананчиков надо еще заслужить, — подмигнула Эмма. — И ты еще даже в конце списка не числишься. А ты не ревнуешь, Киллиан?       — Нисколечко… — его слова прозвучали больше, как аффирмации и убеждения самого себя. — Для лучшего друга ничего не жалко. Особенно если проиграл вибратору.       — Вы настолько далеко зашли в изучении восьмидесятых! Вы начали говорить, как энциклопедия по разврату, изданная в 1986 году, — Пейдж удивленно вытянул лицо и понимающе покачал головой.       — Ах ты ж зараза такая! А меня, между прочим, никто не переплюнет, — с гордостью заявила Эмма и шлёпнула Киллиана по бедру.       — Пс-с, Коди, этой женщине явно не занимать уверенности, — прошептал он с видом заговорщика, специально игнорируя присутствие Свон рядом.       — Имею полное право! — засмеялась Свон. — Всё, всем сладких сплюш! Коди, ты — на диван. Командир сказала! Завтра у нас великая шпионская миссия, и я не позволю провалить её из-за сна на подушке слишком высокой моральной температуры.

✈✈✈

      Эмму разбудил яркий свет, ударивший в глаза, как предательская пощёчина судьбы. Кто-то из этих двух засранцев распахнул бархатные портьеры и запустил солнечные лучи в комнату.       Свон недовольно застонала и кое-как разлепила один глаз, неуклюже пытаясь перевернуться на другой бок, наощупь попыталась найти одеяло и спрятаться обратно, но в следующий миг перед ней возник… Коди.       Коди.       Лицом. Рядом. Очень рядом.       Она едва не задохнулась от испуга — и одновременно ярости, которую не ожидала испытать до первого кофе. Подскочила, лихорадочно протирая глаза. Он, оказывается, работает лучше, чем ледяной душ по утрам!       А Коди, мерзавец, улёгся рядом, изогнулся как гламурная модель, и держал розу в зубах, позируя с видом «я ваша утренняя фантазия, мадам».       Так, Свон вчера не пила, чтобы ей привиделось такое. Она резко перевела взгляд на Киллиана — и зависла ещё больше: он как раз неспешно натягивал на себя футболку — и, конечно же, делал это с эффектом замедленного кино. Солнце, мускулы, рельеф его пресса, всё как положено. Нет, поправочка: ещё и спина, гад. Ну, конечно. .       Великолепно. Эй, вселенная, это что правда исполняешь желания? Осталось только чтобы Коди оказался в одном полотенце. На мгновение в голове пробежала мысль: а не так уж и плохо. Хоть поглядела бы на его мышцы… Чуть-чуть, ну так на полглазка!       — Ты что тут забыл, Кодински? — выдала она, окончательно проснувшись и пытаясь не ржать вслух.       — От души душевно в душу, так сказать. Служу романтике, мадам, — торжественно отозвался он, аккуратно вручив ей ту самую розу. — Цветы, сервис, настроение — всё включено. Доставка сразу к кровати.       — Вот я понимаю — сервис! Это что, извинения? Или прелюдия к катастрофе? Где вы вообще розу откопали? — Эмма недоумевающе покосилась на Киллиана, но все же не смогла сдержать улыбку.       — Почему сразу накосячили? Мы никуда даже не выходили, решили поднять тебе настроение перед нашей спецоперацией, кэп, — обиженно надул губы Коди, на что Свон рассмеялась еще больше и погладила по голове.       — В цветочный магазин я сходить не смог, увы. Так что пришлось реквизировать из вазы. Искусство требует жертв, — довольно ухмыляясь, указал на нее Киллиан, а после лихо запрыгнул на кровать, как кот, которому все можно. — Но уж не обессудьте.       Секундное притяжение — и его губы его прижались к ее, легко и дразняще, больше напоминая задорную игру.       — Киллиан! — хихикнула Свон и кое-как отстранилась от Джонса. — Тут вообще-то Коди, а мы приличные люди… Ну хотя бы чуть-чуть.       — Ой, да что вы, ребятки. Что я там не видел уже? Продолжайте. Я умею игнорировать реальность, — невозмутимо бросил Пейдж, лежа на соседнем краю кровати. — Особенно, когда она полна наготы и роз.       — Тьфу на тебя! — фыркнула Эмма и закатила глаза.       Замутненный взгляд упал на часы, показывающие 13:00, а потом на потрясающие виды за окном: кварталы, окружающие Белый дом и утопающие в зелени.       — Супер. Мы самые нерасторопные шпионы всех времён. Полдень пробил, ФБР уже наверняка жуют бургеры, а мы даже зубы не почистили, не то чтобы придумали, что делать дальше! Черт, — цокнула она и задумчиво почесала затылок.       — Так собирайся быстрее и погнали отсюда! Не думаю, что кто-нибудь из персонала будет рад увидеть нас здесь. Втроем. Полуголыми. На одной кровати и к тому же нелегально, — поторопил ее Джонс.       Они успели распихать всю одежду по сумкам и все же умотать из отеля быстрее, чем кто-то заметил присутствие таких нестандартных гостей. Как ни в чем не бывало уже без прикрытия по пути купили карту города и дошли до ближайшего кафе, где на полчаса образовали мозговой центр.       Вот только их спортивные костюмчики Адидас не вписывались в сдержанную атмосферу центра Вашингтона, пропитанного официозом, и притягивали чересчур много недоумевающих взглядов. Но другим и не нужно знать, для какой великой цели нужен такой прикид! К тому же, не идти же на задание в коктейльном платье и смокинге.       Под хороший, сочный стейк, салаты с морепродуктами и бодрящий кофе думалось лучше. Их план сводился к тому, что нужно купить фотоаппарат и рации, если вдруг придется разделиться, спрятать под какой-нибудь надежный куст все пожитки, а дальше — действовать по ситуации, молясь, что им не придется провести остаток жизни в катакомбах архивов и не стать первыми призраками, умершими от занудства и пыли.       На спецоперацию Джеймса Бонда или Брюса Ли этот план походил слабо, но Киллиан, Эмма и Коди и не были ими, чтобы метить в очередных бессмертных придурков без чувства самосохранения, которые устраивают потасовки с полицейскими погонями и размахом на весь город. Успех любит тишину и конспирацию, тем более когда стоит задача незаметно пробраться в хранилище и найти суперсекретные документы.       — Ну да, ну да, конечно, именно поэтому успеха у нас пока и нет. Ты хоть слышишь, как это наивно звучит? Когда у нас хоть что-то получалось по плану? — саркастически фыркнула Свон на слова Коди.       — Не сто процентов, но попытаться стоит придерживаться нашему девизу: тихо спиздил и ушел — называется «нашел», — словно раскрывая тайну, понизил голос он и дожевал последний кусок стейка.       — Напоминаю, за такое «спиздил» нас никто по головке не погладит, тем более могут схватиться раньше времени о пропаже. Только шантаж фотографиями. А еще, если в архиве на каждом шагу будут натыканы камеры, то мы можем просто их сломать. Нас же все равно никто не заметит, — с довольным видом победителя выдал Киллиан и откинулся на сиденье.       — А, то есть камеры ломать законом не запрещено? — изумленно ахнул Коди и подавился слюнями.       — Это другое, Кодински, ты не понимаешь. Поломка камер — государственной тайной не является, и никто не узнает, что это сделали конкретно мы, — она с улыбкой знатока постучала по виску с посылом «Подумай». — Так, лишнего внимания не привлекаем, улыбаемся и машем… Официант, подойдите, пожалуйста! Эти молодые люди готовы расплатиться за всех.

✈✈✈

      Расплатившись за обед, троица приступила к исполнению плана в жизнь. Фотоаппарат моментом подвернулся под руку в ближайшем магазине техники, там же они купили и рации и фонарики на всякий случай. Найти подходящий невзрачный куст, куда можно припрятать вещи, оказалось чуть более сложной задачей, даже несмотря на масштабное озеленение Вашингтона. А для того, чтобы никто не задавал лишних вопросов, что забыли под кустом такие сомнительные личности, Свон стала невидимой.       До конца не верилось, что они преодолели сотни тысяч миль и пролетели всю Америку вдоль и поперек, действительно оказались в столице, в том месте, где хранится практически смерть семейства Стрикленд, пока перед ними, как штык, не возникло гигантских масштабов монументальное, бетонное здание в семь этажей. Настоящая крепость — голову сломаешь, думая, как к ней подступиться. Мало было тяжеловесного бетона! Так архитекторы еще и придавили левое крыло огромной крышей в виде плиты, чтобы у человека внизу не осталось никакого сомнений, в какое властное место он попал. И чтобы он знал свое место.       Киллиан ошарашенно присвистнул, почесывая затылок:       — И с какого конца нам начинать?       — Я думаю, стоит начать с входа, — залихватски хлопнул его по плечу Коди и уверенно зашагал к штаб-квартире, когда Эмма схватила за руку и шикнула:       — Гений, а о предохранении ты не забыл? Невидимость — наше главное слово на сегодня.       — Сюда бы вписалась реклама презервативов, но, увы, у нас ее никто не заказал, — невзначай, с наигранной печалью добавил Киллиан.       Джонс даже предположить не мог, что можно вот так легко пересечь улицу и как ни в чем не бывало вместе с толпой сотрудников попасть в сердце ФБР. Их словно огромной волной вынесло в океан, где вокруг них с бешеной силой крутился офисный планктон и федералы — они куда-то спешили, неслись с бумагами наперерез друг другу и, казалось, сейчас столкнуться. Глаза разбегались во все стороны, и никто из друзей не имел ни малейшего понятия куда идти. Киллиан, Коди и Эмма замерли, осматриваясь вокруг и убеждаясь, что их точно никто не видит. Убедились! Они едва успели отскочить в сторону, когда какой-то мужчина с томами дела понесся напролом к ним.       — Налево!       — Направо!..       — Прямо, — одновременно прошептали все и дернули друг друга в разные стороны, чуть не разорвав руки.       — Черт, нужно было примотать ладони скотчем друг к другу, — фыркнула Свон и скомандовала. — Я говорю, идем прямо, значит, идем прямо! В том коридоре карта пожарной безопасности.       Парни озарено замычали и беспрекословно последовали за ней. Однако все надежды обломались через несколько минут, когда они безуспешно пытались разобраться в этих чертовых лабиринтах минотавра.       — Твою мать, кто так строит! Я уверен, здесь правда кто-то умер и оказался замурован в стенах, пока искал выход отсюда, — глаза Коди шокировано полезли на лоб, и он с трудом сдерживал себя от повышения голоса. — Долбаный брутализм.       — Хрена себе, какие ты словечки знаешь!.. Держу пари, они это сделали, чтобы никто отсюда не сбежал, — ошеломленно усмехнулся Киллиан.       — Ну так не зря ж меня Тиффани по галереям всяким таскала.       Троица пыталась еще несколько минут понять, как двигаться, пока полностью не разочаровалась в силе своих мозгов и смекалке… Или думали, что разочаровались, пока удача не подкинула им спасение. Мимо не спеша прогуливался охранник, когда к нему вдруг подлетел запыхавшийся парниша в очках и с огромной, тяжелой кипой бумаг в руках.       — Мистер, простите! Не подскажите ли вы, где тут находится архив? Я недавно устроился работать секретарем и в этих лабиринтах скоро потеряюсь, — жалобно проблеял он, на что суровый мужчина с залысиной на затылке недовольно вздохнул, попытался объяснить на пальцах путь, но вскоре плюнул.       — Короче, это слишком провальная затея. Просто иди за мной, главное потом вернись с минус третьего этажа, а то я тебя вытаскивать не буду, — тот сделал одолжение, закатил глаза и быстро зашагал, скомандовав: — И не отставай!       Эмма, Киллиан и Коди потрясенно переглянулись, кое-как сдержали ликующий визг и, подпрыгнув, понеслись за ними вслед. Нельзя упускать такой подарок судьбы! Они примчались в какой-то странный, отдаленный от холла закуток и в последнюю секунду натолкались в лифт, не учтя один факт: он оказался слишком маленьким. Глаза полезли на лоб еще сильнее от его возмутительных габаритов, но что делать? Пришлось прилипнуть к стенам и втянуть животы на максимум, зловеще окружив ни в чем не подозревающих мужчин.       Тяжело… дышать. Коди держался из последних сил, но проиграл и случайно выдохнул в сверкающий затылок охранника. Никогда они не были так близки к полному фиаско, а Пейдж не ощущал уничижительного морального давления одним взглядом от Киллиана и Эммы.       — Не дыши мне в затылок! — отмахнувшись и случайно проехавшись ногтями по лицу Коди, на автомате выпалил мужчина, а после осознал, что новичок-секретарь все это время стоял рядом. — Что за черт? Что это было?       — Я не дышу… Вам показалось, — испуганно прошептал парень.       — Вот и не дыши дальше, — буркнул охранник, когда лифт запищал и остановился.       Троица выскочила за ними вслед, облегченно выдохнув, покрутилась еще по коридорам и наконец-то ввалилась в огромный архив. Охранник закашлялся, включил свет, и люминесцентные лампы внезапно ослепили глаза, замигали и, словно удаляющиеся составы поезда, загораясь, побежали вглубь комнаты, — и вот тогда-то стал ясен масштаб трагедии и поисков. Ряды железных стеллажей тянулись друг за другом до бесконечности и, казалось, никогда не кончатся — таких гигантских, что хотелось плакать, а от взвеси пыли — чихать и плакать еще сильнее.       — Пиздец, это тупик, — прошептал Коди и вытаращил глаза, прикидывая, сколько веков они потратят на то, чтобы найти в ячейках заветное дело о самолете. В ту же секунду на них обернулись охранник и стажер, подозрительно сощурив глаза.       — А, что? Вы что-то сказали? — испуганно покосился на него паренек, а Эмма и Киллиан снова на Коди.       — Нет, конечно! Уши чистить нужно лучше, — гоготнул мужчин и хлопнул его по плечу. — Так, малец, мое дело выполнено, и ты свое не испорти. Смотри и запоминай код от входной двери, потом обязательно закроешь, — наказал он и подошел к электронному замку рядом с дверью.       Теперь вокруг сотрудников стояли трое: он, она и у него Пейдж и внимательно следили за каждой набираемой цифрой. На удивление, они даже идеально запомнились, хотя Эмма еще несколько минут мысленно повторяла их. Охранник моментом исчез, а бедный стажер, напуганный не меньше остальных, скрылся в дебрях архива и больше оттуда не появлялся. Троица долго ждала, но его, во всей видимости, сожрал либо огромный монстр, таящийся в ящиках и питающийся пылью, либо мутировавшая моль-убийца.       — М-да, потеряли пацана, а хороший был малый… И как меня жизнь сюда занесла? — тяжело вздохнул Пейдж и почесал затылок свободной рукой.       — Терпи, Коди, все в этой жизни достается через кровь, пот и страдания, — подбодрил его веселым голосом Киллиан и подтолкнул к камере. — Ну что, пока никого нет, пора сделать твой ход конем. Ломай камеру, только понежнее, не вырывай с корнем, — дал отмашку он.       — Ломаю-ломаю, мы же миллионеры, — передразнил его Пейдж, поднялся на мыски, протянул руку и одним легким движением повернул объектив до треска. Красный, мигающий огонек погас, и троица победно переглянулась. — Теперь можно и на поиски отправляться.       И поиски начались. Правда по пути пришлось переломать еще несколько камер, но это так — издержки профессии. На какие риски только не пойдешь! Сначала Эмма, Киллиан и Коди, полные энтузиазма, принялись разыскивать нужные буквы ящиков, потом, перерыв добрую дюжину не подходящих дел, осознали, что даже не проверили и малой доли документов. По пути едва не столкнулись с загруженным папками пареньком-потеряшкой, посочувствовали ему вслед и углубились в архив.       Обычно говорят, дело пахнет керосином, но в этом случае оно пахло пылью и тоской. Сюда явно давно никто не заходил и не наводил порядок. Прошло, по ощущениям, несколько часов, и друзья нашли какие-то странные бумаги о, якобы, зафиксированных очевидцами летающих тарелках, много-много досье на преступников, расследования наркокартелей, убийств, похищений, даже международные дела затесались, но нужной папки с надписью «Рейс 815» так и не было. На удивление, даже рация не пригодилась.       — Как жаль, что мы не в фильме. Там как-то все поэнергичнее происходит, а у нас тоска смертная… Хоть ложись в эти документы, да помирай, — разочарованно простонал Пейдж, просматривая сотую ячейку с делами.       — Эмма, может, у тебя там еще чуечка на нужные бумаги завалялась, помимо невидимости? — Киллиан с надеждой посмотрел на нее огромными глазами, а потом на уходящие вверх стеллажи.       — А вы что ожидали? Что на вас прямо сходу свалится с полки нужный том дела? Или что случайно откроется потайной проход в суперсекретное хранилище? — иронически расхохоталась она, снисходительно подняв бровь.       — Надежда умирает последней! — словно рассказывая пьесу Шекспира, выразительно выкрикнул Коди, облокотился на стену и внезапно надавил на что-то локтем.       Он не успел даже глазом моргнуть и сообразить, что происходит, как в стене что-то заскрипело и лихо крутанулось, утянув его за собой. Сердце пролетело мертвую петлю и рухнуло в пятки еще быстрее, чем Пейдж понял, что оказался в кромешной тьме. Он заорал, как резанный, и застучал по стене, пытаясь найти эту гребаную кнопку или хоть какой-то рычаг.       — Коди, чтоб тебя! Ты куда провалился?! Ты живой? — закричал Киллиан и лихорадочно принялся ощупывать долбаную стену. — Куда ты нажал? Тут ничего нет! Только ты можешь так налажать.       Где-то в недрах стены раздался характерный грохот, паническое сопение и барабанный бой кулаков по неизвестной поверхности.       — Пока что да. Какого хера происходит? Эмма, ты что наделала? Вот тебе и секретный, задний проход. Тут также темно. Где это идиотская кнопка? — он долбил кулаком в стену, но безуспешно. С этой стороны такой локтевой метод не сработал. — Я не хочу умирать в шкафу!       — А я что? Я пошутила… Откуда мне было знать, что вы живёте в мире, где анекдоты становятся реальностью? — разъяренно прошипела Свон и глубоко вздохнула. — Коди, подожди, дыши, не паникуй! Мысли позитивно: ты жив, цел, и — технически — нашёл проход. Правда, да… через задницу. Да, хрен знает куда.       — Проход-то может и есть, но ощущения — как в мусоропроводе! Тут темно, душно и стенки не особо приветливые! — Коди снова шмякнул по стене, — Где вы там? Я слышу вас, но не чувствую любви!       — А ну не мешай. Отойди, — приказал Киллиан, придумав вариант вызволения, быстро прикинул рост друга и на какой высоте мог находиться его локоть, а после метким движением надавил на нужный кирпич.       Не прошло и десяти секунд, как эта же стена громко заскрипела, в ней зашуршали какие-то механизмы, во все стороны полетели клубы пыли, и буквально на глазах Эммы и Киллиана она начала поворачиваться. Они обомлели, разинув рот, но Коди вовремя сообразил, схватил их за руку и дернул в проход. Дверь с грохотом захлопнулась.       Хоть бы никто этого не услышал!       Трое крепко зажмурились и прижались друг к другу, боясь открыть глаза. Они стояли так, едва дыша, с полминуты, а потом Джонс все же проявил героизм и приоткрыл один глаз. Сквозь тьму и ощутимую взвесь пыли неожиданно появился свет.       Мигающая одинокая лампочка, очень слабо освещала коридор, как в фильме ужасов. Но ничего больше сквозь мрак подозрительного не просвечивало.       — Вот только пусть какой-нибудь монстр попробует отсюда выползти, — Эмма прижалась к парнями посильнее и взяла их за руки, хоть так ощущая себя немного в безопасности. — Коди, на кой хрен ты нас сюда затащил? Помирать, так вместе? Почему ты сам не вышел?       — Да хуй его знает. Я запаниковал, и это был первое, что пришло мне на ум. Вдруг это и правда вход в хранилище! Я проверю, — и он решительно сделал шаг вперед, отчего Свон и Джонс испуганно закричали, будто он ступал на край обрыва.       — А ну стой! Не делай этого!       Один шаг — и из стен коридора со скоростью света выстрелили красные лазерные лучи, перегородив проход. Проверять, простой ли это свет или настоящие лазеры, которые могут разрезать надвое, совсем не хотелось, а уж тем более включит ли это истеричную сирену или нет.       — Прям как по твоему заказу, Эмма. Вот тебе тайный ход и лазерный лабиринт. Система безопасности уровня вселенной. Это не просто прикол фильмов, получается, — раздосадованно хлопнул руками Пейдж, а Киллиан смачно выплюнул:       — Это ебаный твистер со звездочкой! К такому меня армия не готовила. Никогда не подумал бы, что ча-ча-ча и их растяжка с гимнастикой когда-нибудь пригодятся… Может, там какая-нибудь ловушка для особенно любопытных и тупых идиотов, типа нас? — печально вздохнул он и почесал затылок, а после распахнул глаза, изумленно уставившись на лазеры. — Твою ж мать, они еще и двигаются!       — У нас есть два варианта: либо пытаться выбраться отсюда, либо проходить лабиринт. Мы-то с Киллианом, может, и пройдем как-нибудь, по сравнению с тобой мы лилипуты, а вот пройдешь ли ты… У меня большие сомнения, — Эмма взволнованно стерла пот со лба и тяжело сглотнула. — Что хуже: убегать от калифорнийских мафиози или проходить такую сигнализацию?       — Бандиты будут похуже. Если идти, то до конца. Я с вами, нам до финиша осталось чуть-чуть, — кивнул Коди и перекрестился.       Киллиан отважился идти первым. Глубокий вдох и первый шаг через лазер. Удачный! Надо же! Это даже придало немного уверенности, и он нырнул под следующий, переступил несколько следующих… И едва не проиграл эту игру на выживание — не заметил летящий на бешеной скорости над головой лазер и в последнюю секунду рухнул на пол. Вжимаясь в него и втягивая живот, насколько возможно, прополз под другим лазером и попал в западню из нескольких других, образующих узкий и ужасно неудобный треугольник.       Злосчастная капля пота соскользнула со лба и полетела прямиком на чертову линию, словно убийственная пуля. Киллиан в ужасе выбросил руку вперед и поймал ее в последнюю секунду. Перед глазами пролетела вся жизнь, а в голове уже завыла сигнализация. Но, слава богу, пронесло! Джонс ошарашенно посмотрел под ноги и, затаив дыхание, медленно убрал руку от пересечения линий, оказавшись зажатым в узком треугольнике.       — Бро, ты давай бочком-бочком, чтобы все пучком было. И задницу не подставляй! — едва не закричал ему Коди, от всего сердца болея за него.       — Еб твою мать за этот бочок, к такому меня жизнь не готовила… Спасибо за заботу о моей заднице, — процедил Джонс и по-акробатически изогнулся, чтобы пролезть под еще одним лазером.       До финиша осталось совсем немного. И все бы ничего, если бы не три ряда движущихся лазеров, между которыми пролезть мог разве что Человек-паук. Киллиан ошарашенно вытаращил глаза, тяжело сглотнул и понял, что вариант добраться до конца только один — по верху. Нужен хороший прыжок. Места вокруг катастрофически мало, но стоит попробовать… Джонс начал подпрыгивать на месте, набирая амплитуду, немного разбежался и лихо перемахнул через лазерные лучи.       Всего лишь какие-то считанные дюймы до заднего кармана штанов!..       Мир перед глазами встряхнулся, и голова закружилась так. что он не сразу осознал, что сделал боковое, мать его, сальто! Киллиан шокировано обернулся и закричал от счастья, подпрыгивая на месте:       — Блять, народ, я еще на что-то способен! У меня второе дыхание открылось, черт подери.       — Да чтоб тебя, бро! Ты реально крут. Когда ты стал таким гибким сальтокрутом и акробатом? — Коди изумленно уставился на него, разинув рот.       — Понятия не имею. Вот что адреналин творит с людьми! Так, кто следующий? — облегченно рассмеялся Джонс и уперся руками в колени, переводя дыхание.       — Это было сильно, Киллиан. Но я пойду другим путем, не хочу делать никакие опасные прыжки, — неожиданно заинтриговала Эмма. — Видите, там металлические прутья? — она указала на укрепляющую решетку из прутьев под потолком, а после начала разминать руки и ноги.       — Подожди, ты собираешься ползти по верху и хвататься за них? А это якобы не так опасно, да? — потрясенно выпалил Джонс и всплеснул руками.       — А если ты свалишься прямо на лазер? — обомлело протараторил Пейдж.       — В таком случае исход будет точно такой же, как если бы я задела его задницей. Я отлично доверяю своим рукам, мы постоянно проходили такие полосы препятствий в армии. Только жаль, что тут нет магнезии, — снисходительно фыркнула Свон и под обескураженные взгляды принялась осуществлять задуманное. — Цыц, не мешайте.       Откровенно говоря, она и сама сомневалась в таком трюке, но оба варианта были паршивыми. Хорошенько вытерла ладони. Приглядела выступающий камень из стены, отошла от нее подальше… Раз. Два. Три. Разбежалась, подпрыгнула, мощно оттолкнулась от стены, подлетев вверх, и вцепилась обеими руками в железный прут.       — Встать мне и не падать! Вот это женщина! Эмма, так держать! Давай-давай-давай, — в голос завизжал Коди, от волнения искусав себе все костяшки пальцев.       Проклятие, вот не нужно было смотреть вниз. Только она взглянула под ноги, как внутри все обмерло и вместе с сердцем рухнуло еще ниже: Свон болталась на одних руках буквально над пропастью — над этими долбанными лазерами, едва не задевая их пятками. А мышцы уже сейчас начинали напрягаться и медленно затекать.       Глубокий вдох-выдох… Ползти дальше. И не смотреть вниз.       Она подтянула ноги ближе к животу и резко перехватила перекладину. Еще одну и еще. Концентрировалась только на процессе и пыталась откинуть разгорающуюся боль в мышцах и пальцах из-за впившегося металла. Несмотря на то, что Эмма давно не занималась такими трюками, она достаточно быстро и ловко прошла всю решетку, не задев ногами ни один лазерный луч. Только в самом конце неудачно раскачалась и едва не соскользнула, но смогла подтянуть себя на одной руке и зацепиться другой снова.       И в конце долгожданный прыжок на землю.       — Господи, две минуты — а ощущение, что я полжизни провела, вися между лазерами и своей прокачанной гордостью. Хочешь узнать, как замедлить время? Повисни над пропастью с одним шансом на провал, — ошарашенно рассмеялась Свон, встряхивая руки.       — Эмма, ты это видела? Ты прошла всю решетку, как будто родилась в цирке и тренировалась с младенчества! Я серьезно думал, что у меня сейчас от страха ресницы вспотеют.       — Ага, только реснички или еще и мозг вскипит, да? — усмехнулась Свон, целуя его в щеку. — Не даром же я в армии служила столько лет.       — Не просто вскипит. Он уже подал в отставку. Эмма, ты Халк, Джеймс Бонд и Терминатор в отпуске в одном лице. Ты не акробат, а кошмар всех лазерных охранных систем, — Джонс испуганно выпалил и крепко прижал к себе, облегченно выдохнув.       Боже, это у него сердце замирало каждую секунду, когда Свон перепрыгивала на новый прут, и десятый пот сошел со лба. В очередной раз, когда она так рисковала жизнью, в голове Киллиана в панике билась мысль: насколько сильно он ее любит и боится потерять. Примерно, как тогда, когда рядом с ними взорвался самолет.       — И бабка, не забывай. Бабка, которая может еще держать не только свою задницу в напряжении, но и чужие, малыш — гордо улыбнулась Свон, ни капельки не показав страха на лице.       — Эй, мы же в шутку, — передразнил ее Джонс, моментом оправдавшись. — Ты сейчас всех молодых позоришь. Я тут думал, как тебя ловить, если ты сорвёшься — а ты выдала гимнастику олимпийского уровня!       — Ну, спасибо, что хотя бы морально готовился падать со мной, — саркастично фыркнула она и повела бровью. — Коди, ты жив? Или уже притворяешься мёртвым? Ты идешь к нам?       — Да-да, ща паутину достану. Как Человек-паук, только в Адидасе и с криком «мамочка». Я тут просто выясняю, что страшнее: лазеры или моя жизнь в целом. Спойлер — лазеры выигрывают, — и Пейдж с размаху взлетел и вцепился в прут. — Если что — скажите моей маме, что я пытался. А папе — что он был неправ.       Пожалуй, вот он и стал рекордсменом по прохождению полосы препятствий — перемахнул ее меньше чем за минуту, прилагая минимум усилий.       — То есть ты серьезно больше всех боялся и быстрее всех прошел? — недоумевающе вскинул брови Джонс и скривился.       — По проторенной дорожке идти всегда проще, — саркастично упрекнула Свон.       — Адреналин — это топливо героев, детка, — фыркнул Коди, спрыгивая вниз. — Или самоубийц. Там разберёмся, — довольно подмигнул им Коди и первый пошел к железной, бронированной двери.       — Хитрожопости тебе не занимать, — цокнул Киллиан.       Вопрос «Что за ней, нахрен, скрывают?» рождался сам собой. Учитывая такую охрану, там действительно прятали либо суперсекретные документы, либо… то, что пока человеческий разум себе даже представить не может. Почесав затылок, пораскинув мозгами и осмотрев дверь, друзья наткнулись на кодовый замок точно такой же, как и на входе в архив. Сколько давалось попыток на ошибки, было неизвестно, а поэтому они долго вспоминали те шесть цифр, которые вводил охранник, и наконец-то рискнули.       — Семь. Три. Пять. Два. Ноль. Один. С богом, — продиктовал Киллиан и нажал на кнопку.       Повисла тишина… Не сработало? Как вдруг раздался пронзительный писк, и троица отшатнулась назад, в панике оглядываясь по сторонам. Тяжелая дверь заскрежетала.              Две металлические створки с хлопком разъединились, встроились в стену и разъехались в разные стороны, и в глаза ударил яркий свет.