Жадность

      Ночь была смолянисто-чёрная, холодная и неприветливая. Огрубевшая земля под ногами сбивалась в комки и будто пыталась поглотить, кусая бегущих за пятки. Беглецов было двое: столь разные по комплекции и росту, они бежали нога в ногу, задыхаясь и ища приюта у высоких скал. Тот, что был выше, всё ещё видел на земле свою тень, отбрасываемую зажжёнными за спиной факелами, но то был лишь мираж испуганного разума. Второй остановился, сипло дыша и упираясь руками в колени.       — От… орвались? — едва выдавил он, запуская когтистую ладонь в густую распущенную гриву, пытаясь слегка остудиться.       Акзарго обернулся, прижав уши к голове, будто боясь, что его мираж был реальной опасностью на горизонте. Он сам с трудом восстанавливал дыхание, чувствуя, как почти болезненно пульсируют бёдра от долгого бега. Но вдалеке лишь слегка покачивались от дуновения ветра ветви пустынных деревьев, освещаемые лишь светом полных лун.       — Оторвались, брат, — сипло произнёс он, повернувшись ко второму. Услышав слова брата, каджит бессильно свалился на песок, всё ещё нервно дёргая хвостом и прижимая уши. Акзарго повёл бровью, усаживаясь на крупное корневище. — Сакар, не пугай так.       Тот, что лежал, хрипло захохотал. Истерика пробирала его, заставляя хвататься руками за живот и буквально кататься по холодному песку. Наблюдавший за сей картиной брат поёжился, поджимая губы. Шерсть невольно вставала дыбом от поясницы к затылку. Прежде он не видел брата таким.       — Они так бежали за нами, будто мы несём с собой что-то ценнее своих задниц, — отвлечённо произнёс Акзарго, отведя голову в сторону от беснующегося брата. Его собственное дыхание уже пришло в норму, и он пригладил растрепавшиеся косички с бусинами ещё дрожащей рукой. Сакар внезапно прекратил гомерический смех, садясь в позу лотоса перед возвышающейся фигурой родственника.       — А мы и несли, — улыбаясь как-то криво, произнёс он, доставая из-за пазухи свиток. — Это карта, братец. Каджит уверен: по ней мы легко найдём что-то дорогостоящее! Вместо ответа Сакар получил увесистый удар в морду. Акзарго прижал уши к голове, подорвавшись с места и яростно размахивая чуть кривым хвостом.       — Акзарго говорил тебе, что ни за что не поддержит твою авантюру с поиском сокровищ! — шипел каджит, подхватывая брата за грудки и поднимая на уровень своего лица. Сакар испуганно выпучил глаза, не в силах сопротивляться злости сородича. — Ты сказал каджиту, что мы попали в лапы к разбойникам случайно. Говори правду, облезлый кошак! Мы шли туда целенаправленно?!       Он кивнул, цепляясь руками за запястья крепко державшего его Акзарго. Глядя на них в такой ситуации, было легко оценить разницу между братьями: пухлый и низкорослый в сравнении с родственником сутай Сакар выглядел в его лапах поистине беззащитным. Начёсанная львиная грива, что должна была придать внушительный вид, скорее наоборот, уменьшала его круглое лицо с острыми хитрыми изумрудными глазками. Акзарго же был высоким, несколько худощавым сутай-ратом, предпочитавшим пышным гривам тугие косы. Он разделил с братом чёрный цвет шерсти, но луны наградили его голубыми, как небо, глазами. И этими глазами, с узкими, как у змеи, зрачками, он пилил своего родича, будто пытаясь заглянуть к нему в голову и найти хоть крупицу разума. Тяжело вздохнув, он разжал пальцы, заставив Сакара плюхнуться обратно на задницу, и, отряхнув кафтан, сел обратно сам.       — Машари-ла? — спустя несколько минут спросил Акзарго, отрешённо всматриваясь в горизонт. — Это всё ради неё?       Сакар, привыкший к вспыльчивости брата, будто вовсе не был обижен проявлением к нему резкости. Каджит поднялся, собирая вокруг себя ветки для хотя бы небольшого костра. Становилось всё холоднее.       — Конечно, — тихо ответил брат, не убирая с лица улыбки. — Ради милой Машари-ла Сакар вытерпит любую взбучку.       — Значит, ты всё же намереваешься просить её руки, — утвердительно произнёс Акзарго, поведя усами и опираясь локтем на колено. — И ты наивно полагаешь, что это сокровище, даже если оно существует, станет достойным подарком её семье?       — Да нет же, — отмахнулся гривастый, пытаясь развести огонь. — Сакар планирует крупно разбогатеть, чтобы обеспечить любимому брату и любимой каджитке самую лучшую жизнь.       Любимый брат хмыкнул, щелчком пальцев выбивая искру в сторону костра. Он ничего не ответил на наивные сладкие речи, мысленно прокручивая, как в Сенчале скроется в толпе и больше никогда не выйдет за городские стены. Акзарго не видел в идеях младшего брата ни капли потенциала. Но отчего-то всё равно шёл за ним и вытаскивал его неблагодарную пушистую задницу из какой бы то ни было передряги.       Тепло огня успокаивало. Сакар свернулся клубком у костра и почти сразу же тихо захрапел. Поразительная способность спать в любых обстоятельствах, без задних мыслей и лап. Акзарго вздохнул, спускаясь с корневища на землю, прислонившись к нему боком. Каджит тревожно прислушивался к окружению какое-то время, но вскоре сон одолел и его.

***

      Сакар рыл землю уже около часа, морщась от боли в когтях. Вокруг него было уже около дюжины ям различной глубины, а сам он то и дело хватал злополучную карту, чтобы свериться. Акзарго сидел неподалёку, с львиной долей скепсиса наблюдая за одержимым идеей родственником. Они шли согласно карте с самого раннего утра, пробудившись от крика стервятников и сильного голода. Солнце становилось всё злее, но, кажется, то беспокоило только старшего.       — Жадность погубит тебя, брат, — сипло усмехнулся каджит, уперевшись в щёку кулаком. — Сворачивайся, отправимся в Сенчал, может, хоть на объедки в таверне повезёт.       — Вот увидишь, мы станем богаты! — не без энтузиазма ответил Сакар, дёргая хвостом из стороны в сторону. — Каджит почти нашёл! Почти!       Акзарго раздражённо фыркнул, поднимаясь и направляясь к брату. Если было необходимо тащить его в город за шкирку, он бы сделал это. Но, остановившись рядом с ним, старший ошарашенно замер: Сакар бережно держал в руках обломок массивного щита, сделанного, кажется, из метеоритного железа.       — И это всё? — разочарованно и плаксиво произнёс младший, опустив находку на песок. Акзарго же невольно коснулся горла, представляя цену реликвии и то, что будет, если те головорезы всё же найдут их.       — Придурок, — сипло произнёс он. — Такие щиты носили в драконью эпоху. Даже этот кусок стоит как четверть дворца Сенчала.       — Врёшь! — капризно ударив хвостом рядом с собой, выпалил Сакар. Но, задрав голову и увидев выражение лица брата, каджит понял, что тот говорит серьёзно. — И кому же нам продать её, Акзарго?       Земля будто уходила у него из-под ног. Старший всё ещё держался за горло, едва дыша. Если разбойники знали, к чему ведёт карта, то они не угомонятся, покуда не найдут их и не вытрясут всё до последней монеты за это сокровище. Или, может, просто отдать часть вырученных денег наёмникам, чтобы вырезали эту шайку?       — Акзарго, каджиту очень страшно бить тебя, даже чтобы привести в чувство! — истерично завопил Сакар, растрясывая брата за плечи. Он медленно перевёл взгляд на гривастого, опуская уши.       — Нам немедленно нужно возвращаться в Сенчал, — процедил старший, поджимая хвост. — Найди, во что завернуть осколок, и ни слова никому не говори о том, что мы нашли. Не то следующее, что Акзарго продаст, будет твоя шкура. Ты понял?       Сакар кивнул, снимая камзол и укутывая реликвию. Судя по его виду, искатель сокровищ понятия не имел, отчего его брат вёл себя так настороженно. Старший взял свёрток под мышку и двинулся вперёд, лишь шикнув, чтобы гривастый не отставал.

***

      Город встретил их привычным едким запахом сточных вод и поднимающейся из-под копыт коней патрульных имперцев пылью. Акзарго нервно озирался по сторонам, двигаясь почти полубоком в узких переулках между серыми домами. Сакар едва поспевал за ним, испуганно прижимая уши и лишь примерно догадываясь, куда его ведёт брат.       Сенчал был по-своему красив. Заключённый в кольцо дорог, он казался почти заброшенным. Покрытые мхом монументы и стены, вечная плесень и целый квартал, выделенный больным и нищим, — всё это прекрасно демонстрировало некомпетентность имперского правления в землях, о которых они ни черта не знали. Сенчал очень быстро превратился из гордости Пеллитина в обитель преступности и рассадник всяческих заболеваний. Но Акзарго город любил, и любил искренне. Архитектура, весёлый азартный народец, яркие закаты, которые он так любил созерцать в компании какой-нибудь каджитки и бутылки сливового вина. Жизнь наёмника позволяла ему тратиться на себя как угодно и сколько угодно. Позволяла. Покуда из родного поселения, Чёрных холмов, на его голову не свалился младший брат. Мелкий транжира мало того что отъелся за счёт чужой семьи, так ещё и «великодушно» отдал им этот самый дом, ведь всё равно же собрался уезжать.       Из глубоких размышлений старшего вывел вид здания гильдии магов. Акзарго пихнул брату свёрток и толкнул его вперёд. Сакар неохотно зашёл в холл гильдии. Старший ступил следом и тут же двинулся к магу, тихо интересуясь у него, где можно найти специалиста по древностям. Рыжий каджит в богатой мантии мельком взглянул на зажатого хмурого льва за спиной у наёмника. Дежурная улыбка украсила его лицо, прежде чем он проводил их на нижний этаж, где за заставленным пробирками столом сидел пожилой альтмер, неспешно перелистывающий страницы какого-то увесистого старого фолианта.       — Ты что-то хотел, Каргик? — не отрывая взгляда от страниц книги, спокойно спросил мер. Маг жестом велел братьям пройти в напоминающую библиотеку комнату, прежде чем ответил ему слащаво-любезным тоном:       — Господин Ланамир, эти юные каджиты утверждают, что у них есть чем Вас заинтересовать, — каджит слегка поклонился специалисту и чуть отступил назад, держа руки сложенными перед собой, будто в молитве.       Альтмер наконец поднял взгляд, изучающе глядя то на первого, то на второго. Выбрав, с кем будет говорить, мер обратился к Акзарго:       — Тебе повезло, я уже собирался покинуть Сенчал, — со скучающим видом он подпёр лицо рукой. — Что ж, может, это место и не такое глухое. Изволь показать, что ты нашёл.       — Мы нашли! — не выдержал Сакар, явно задетый пренебрежением в свою сторону. Но Ланамир проигнорировал и это, протянув руку в сторону свёртка. Лев прижал уши в раздражении и всучил альтмеру желаемое. Облокотившись на комод, он пилил взглядом то брата, то специалиста, будто готовый в любой момент взорваться гневной тирадой.       Мер брезгливо развернул каджитский кафтан, в который был завёрнут обломок щита, и заглянул внутрь. Он осматривал реликвию долго, проверяя металл и оценивая сохранность. Акзарго был терпелив, кивая на редкие замечания мера и подавая тому нужный инструмент. И лишь иногда он вёл ухом на недовольное фырчание Сакара, который явно представлял оценку реликвий иначе.       — Хм-м, это первая находка в этом регионе, связанная с древней Драконьей стражей, — отложив окуляры, протянул Ланамир. — Как тебя зовут?       — Акзарго, господин, — спокойно ответил старший, скрестив руки на груди. — А это мой младший брат, Сакар.       — Хорошо, Акзарго, — кивнул мер, поднимаясь с места и размещая взятую им книгу на одну из полок. — Я предлагаю тебе сделку. Я плачу тебе пятнадцать тысяч золотых монет сейчас и десять тысяч за каждую драконью реликвию, что ты сможешь раздобыть за полгода. По… рукам?       Акзарго смело протянул когтистую ладонь меру, едва веря в происходящее, но вместо рукопожатия ощутил в ней тяжёлый мешок. «Разумеется, с чего бы ему жать каджиту руку», — мысленно усмехнулся он. Ради мешка золота можно было и потерпеть.       — Вот и славно. Учти, через полгода ты меня здесь уже не найдёшь, — взяв новую книгу, альтмер вернулся на своё место и зафиксировал взгляд на тексте. — Посему, будь добр, поторопись, если хочешь больше денег, наёмник.       Выйдя из отделения гильдии и преодолев высокую лестницу, Акзарго упал на колени, рвано выдыхая и гулко смеясь.       — Вот видишь, братец, каджит говорил тебе… — довольно улыбнулся Сакар, усаживаясь рядом.       — Это, конечно, очень здорово, брат, — поднял сапфиры глаз наёмник, щурясь от радости. — Но нам просто повезло. Вряд ли мы сможем найти ещё подобных осколков или чего-то навроде.       — Пессимист, — просто констатировал факт Сакар, доставая из-под кафтана странную голубую пластину. — С этой штукой мы найдём что угодно!       — Ты что, украл её? — прошипел Акзарго, занеся ладонь для подзатыльника.       — Позаимствовал! — усмехнулся лев, вжимая голову в плечи. — Верну, когда закончим. Он даже не заметит. Настало наше время, брат!       — Разве ты не хотел сразу отправиться в Чёрные холмы и…       — Не сейчас, Акзарго. Было бы глупо отказываться от возможности стать богатейшими каджитами в Пеллитине…