I need you!

*** — Доброе утро, молодёжь! Как спалось? — Намджун, с улыбкой, спустился к завтраку, застав в столовой Чонгука и Чимина. Обычно он уезжал на работу раньше и утром увидеть ребят не успевал. Он вообще почти не виделся с ними. Но сегодня ему захотелось опоздать, а может даже прогулять работу и провести больше времени с братом. Хотя бы позавтракать вместе. — Какие планы на день? Чимин быстро подскочил, поклонился и остался стоять, ожидая разрешения сесть, а братья в шоке переглянулись. — Ты чего это? — Моня приобнял парнишку и, мягко улыбаясь, снова усадил за стол. — В нашем доме не нужны формальности, привыкай уже, ты же не первый день гостишь у нас. — Вы очень добры ко мне и мне очень неловко. Мне постоянно кажется, что я злоупотребляю вашим гостеприимством. — Чимин опустил глаза в тарелку, не прикасаясь к еде. — Я стараюсь найти работу, но пока безуспешно. — Моё предложение в силе, Чимин. Если тебе интересен ресторанный бизнес, то я могу купить тебе что-нибудь уютное и ты сам будешь хозяином своего заведения. Но, я считаю... — Нихрена подобного! Никакого ресторана ему, пока диплом об окончании универа не покажет... — Чонгук перебил брата. — Ты ему сейчас бизнес купишь — он совсем учёбу забросит. Прости, что перебил. И покажи его врачу, он совсем ничего не ест. — Чонгук прав, я так же считаю, что тебе сейчас нужно сконцентрироваться на учёбе. Это твоё будущее, Чимин. Если тебе неуютно жить с нами, то... — Намджун наконец разглядел под чёлкой темные круги под глазами Чимина. Парень определённо мало спал и плохо ел. — Что с твоим аппетитом? Если те блюда, что готовят наши повара, не нравятся тебе, ты можешь попросить их приготовить для тебя всё, что тебе хочется... Мне не нравится как ты выглядишь... — Намджун осёкся, увидев как Чимин снова соскочил и стал просить прощение за свой вид. — Он постоянно такой? Кто его так запугал? — Мужчина перевёл взгляд на брата. — Со мной нормальный... Даже улыбается. — Пожал плечами младший. — А кто его запугал я не знаю... Может скоты всякие, которые бегают по клубам с членом наперевес и тычут им в... куда попало. — Джи Ён, пригласите к нам, пожалуйста, доктора Ли Хэ Вона. — Попросил домработницу Намджун, пропуская мимо ушей колкость брата. — Нужно осмотреть Чимина. — Нет! Нет, пожалуйста! Я поем, честно! — Парнишка, давясь, стал запихивать крошечными пальчиками кусочки в рот, но Чонгук выхватил у него тарелку. — Остановись, Чимин! Тебе плохо станет! — Парень бросил раздражённый взгляд на брата. — Довёл пацана? Джи Ён, попросите, пожалуйста, приготовить что-нибудь лёгкое для Чимина, какую-нибудь кашу и очень сладкий чай. Ему нужны быстрые углеводы сейчас. — Так доктору-то позвонить или как? — Домработница переводила взгляд с одного брата на другого, не зная чью просьбу выполнять. — Да, конечно. Вы же слышали, что сказал Намджун. — Чонгук был раздражён на брата, но понимал, что тот прав и состояние Чимина, действительно, вызывало опасения. — Мне так стыдно... — Парнишка прикрыл лицо ладошками. — Я столько неудобств вам доставляю. — Ребят, у меня предложение! Как вы смотрите на то, чтобы забить сегодня на учёбу и работу, и просто повеселиться? Мы можем погулять где-нибудь или посмотреть какой-нибудь фильм вместе... Что скажете? — Бодро произнёс Намджун, пытаясь разрядить обстановку и посмотрел на брата. — Это отличная идея! — Поддержал Чонгук и, впервые за долгое время, искренне улыбнулся брату. — Тогда надо решить куда пойдём и что смотреть будем. — А можно мне фильм выбрать? — Робко спросил Чимин и быстро опустил голову, смутившись от того, что решился сказать это вслух. — Ну не знаааю... — Притворно закатил глаза Намджун. — Если только покушаешь и позволишь доктору осмотреть себя. — А после взъерошил волосы парнишки и добавил с улыбкой. — Ну, конечно, можно... Всё хорошо... Улыбнись уже... Я ни разу ещё не видел твою улыбку. *** Братья сидели в кабинете Намджуна и ждали когда доктор закончит осмотр. — Нужно показать его психологу, как думаешь? — Тихо произнёс старший. — Он рассказывал тебе что-нибудь о себе? Ощущение, что его много обижали. — Да надо бы... — Согласился младший. — Ничего он мне не рассказывал, а по поводу того, что его обижали... Мне тоже так кажется. Он так смотрит, будто ждёт приказа и знает, что если быстро его не выполнит, то будет наказан. Может слишком строгие родители? Тогда понятно почему он в отчаянии к тебе пришёл, а не поехал домой. — Ну что вам сказать... — Доктор вошёл в кабинет и задумчиво посмотрел на братьев, а после обратился к Чонгуку. — Дорогой, ты не хочешь пойти к Чимину? Мне кажется, что он будет рад увидеть тебя. — Пойду... Конечно, пойду... Сразу после того, как услышу, что вы думаете о его состоянии. — Парнишка всем своим видом показал, что у доктора не получится выставить его за дверь. Доктор перевёл взгляд на старшего брата и увидев, что тот кивнул головой, позволяя ему говорить при Чонгуке всё как есть, вздохнул. — Что вы знаете об этом пареньке? Откуда он появился у вас вообще? — Это не так важно... Что с ним не так? Что вас беспокоит? — Намджун насторожился, очень внимательно слушая. — Конечно, вы сами решите что делать с этой информацией, но я бы обратился в полицию на вашем месте. Сам я это сделать не могу, потому что сейчас его жизни ничего не угрожает, да и не для того вы меня пригласили, чтоб я тут же заявление писать побежал. — Доктор на секунду замолчал, сделал глубокий вдох и продолжил. — Парня систематически и жестоко избивают. На нём живого места нет. Последним гематомам примерно неделя, не больше. Но и это не самое страшное. Всё его тело в шрамах от рассечений чем-то тонким. Прут, шнур, плётка... Я не знаю, чем его били. И в шрамах от... В общем, окурки об него тушили. Намджун стиснул зубы и прикрыл глаза, не в силах слышать этот ужас, а Чонгук подскочил, собираясь рвануть к Чимину, но доктор остановил, не давая выйти. — Постой, подожди... Дослушай. — Что слушать? Это невозможно! Какая неделя, доктор?! Он у нас уже почти три недели живёт, а у нас его точно пальцем никто не трогал! — Чонгук выдернул руку из руки доктора. — Да отпустите вы меня! Я должен знать кто это сделал! — Остановись! Сейчас остановись... — Намджун одёрнул брата. — Ты только напугаешь его! Сядь и успокойся! Давай послушаем доктора и вместе подумаем что дальше делать. — В общем, совсем не удивительно, что у него плохой аппетит. Парень перманентно находится в состоянии стресса. Но делать с этим что-то надо, пока не дошло до анорексии. Ну и как-то нужно узнать у него кто это сделал с ним. — Доктор задумчиво чертил какие-то каракули на листке бумаги. — Пожалуйста, будьте предельно осторожны с расспросами. В идеале проконсультируйтесь с психологом и может вообще стоит ему доверить разговор с мальчиком. Я вскользь спросил его, что с ним случилось и откуда это, но он ответил только, что споткнулся и с лестницы скатился. Я, конечно, порекомендовал ему держаться подальше от курящих и распускающих ступени лестниц, но углубляться не стал, чтобы он не замкнулся. Самое основное, что ему сейчас нужно, это покой, чувство защищенности и уверенности в том, что он в безопасности, тепло и позитивные эмоции. А что с этой информацией делать — решайте сами. *** Чимин сидел на кровати, обняв свои колени и покачивался из стороны в сторону. Его душили слёзы, но он не мог сейчас позволить себе заплакать. В любой момент мог зайти кто-то из братьев. Господи, только бы доктор ничего им не сказал, думал парнишка, прикрыв глаза и пытаясь прогнать всплывшую в памяти последнюю встречу со своим мучителем. Чимин не понимал что именно происходит, но и тупому было ясно, что тот замышляет что-то плохое против братьев. Некоторое время назад он с каким-то мужчиной привез его в клуб и сказал ждать. Примерно через час мужчина сказал ему пройти в вип-комнату и отсосать гостю или сделать вид, что отсасывает. Как он понял, в клубе должен появиться парень этого гостя и поймать его на измене. Чимина затошнило от мерзости и подлости того, что ему предстояло сделать, но грубый толчок в спину не оставлял ему выхода. Мужчина, сидящий в кресле, был в абсолютно невменяемом состоянии и со спущенными штанами. Он пытался открыть глаза, но тут же их закрывал, не в силах ни на чём сконцентрироваться. Парнишка попятился назад, но мучитель больно сжал его волосы и зло проговорил на ухо: "Живо на колени, сука! Или твоя задница по покерному столу сегодня пойдёт!" И ему не оставалось ничего, кроме как опуститься на колени и склонить голову над пахом гостя. А глаза его парня, который увидел эту картину, он наверное никогда забыть не сможет. Он сделал всё, что ему велено было, но от издевательств хозяина и его дружков это его всё равно не спасло. Всю ночь они вчетвером глумились над ним, пуская по кругу на том самом, обещанном, покерном столе и лишь к утру повырубались, оставив в покое его измученное тело. Несколько дней спустя хозяин велел ему подъехать к дому того мужчины. Сказал, что ему нужно надавить на жалость и чувство вины, в общем сделать так, чтоб его там оставили. Он должен был втереться в доверие к прислуге и докладывать всё, что происходит в доме. А главное, он должен был любым путём залезть в постель каждого из братьев. В идеале он должен был влюбить их в себя, а после столкнуть лбами. Братья были очень близки и их нужно было рассорить. Но проблема была в том, что старший боготворил своего парня, хотя после "измены" тот его оставил, а младший, судя по всему, был по девочкам и мальчики его не интересовали. Только хозяину было плевать как он это сделает. Он просто пообещал ему ад, если приказ не будет выполнен, а Чимин знал, что тот слов на ветер не бросает. Неделю назад его хозяин велел ему приехать к нему с отчётом. Чимин понимал, что его не порадует то, что он приехал с пустыми руками, а увидев в комнате ещё двух мужчин около сорока пяти лет, совсем приуныл. — Ну что расскажешь, дружок? — Хосок медленно выдохнул дым от сигареты ему в лицо. — Ты сделал то, что я сказал? — Нет... — Тихо прошептал парень и тут же из глаз посыпались искры от обрушившихся на него ударов. — Да что вы от них хотите? Что они вам сделали? — Парнишка упал на колени, пытаясь прикрыть голову руками. Он понимал, что сейчас только сильнее разозлит хозяина, но ему очень хотелось понять за что с ними так. Чимин прожил с ними почти две недели и понял, что в жизни не встречал таких прекрасных и добрых людей. Их обожали абсолютно все, а прислуга на полном серьёзе молилась за них и на них. — Да ты что, падаль! Голос прорезался?!!! Кто тебе, твари, пасть открывать позволил?!!! Ты, сука, забыл, что твой рот только для того, чтоб член в нём держать?!! Ах ты, падла!!! Ну я тебе, крысёнышу, сейчас напомню как родину любить!!! Следующие два часа стали для него очередным адом, но он уже настолько привык к боли, что ничего не чувствовал. Его крутили-вертели как хотели, один член сменял другой, снизу, сверху, сзади, спереди, горло, зад, один, два или три сразу, без разницы уже. В него яростно вгонялись, разрывая со всех сторон, но он очень хорошо знал — кричать и плакать нельзя, просить нельзя, закрывать глаза нельзя, нельзя показывать страх, это только заводит. Он давно уже выстрадал свой список "нельзя" и знал, что пока он нужен Хосоку, для любых целей нужен, тот его не убьёт и не сделает ничего чтоб он потерял свой "товарный вид". А всё остальное можно пережить и он переживёт. Обязательно переживёт. Иногда он мечтал, что однажды появится прекрасный принц, который выкупит его и сделает счастливым. Эта мечта помогала ему выживать. Хотя, он не был глупым и понимал, что это всего лишь мечта, а принцы не играют на людей и не используют их в товарно-денежных отношениях, но всё равно мечтал. Другого способа получить свободу не было. Ему в жизни не заработать проигранные отцом 200000$. Папенька проиграл квартиру, машину, свою автомойку, попытался отыграться, а когда сверху еще две сотни тысяч баксов долга прилетело, просто снёс себе башку из ружья, которое тоже уже было проиграно. Чимину хотелось верить, что тем самым он хотел защитить его и думал, что уносит свои долги в могилу, не понимая, что эти долги упадут на сына. В любом случае у него уже не спросить. А мать свою он даже не помнил, хотя бабушка, когда была жива, не особо щадила его детскую психику и часто говорила, что если он не будет учиться, то сдохнет как его мамаша-алкашка в своей моче и блевоте. — Приводи себя в порядок, выблядок, и пиздуй назад, но помни, сука, больше предупреждать не буду! — Больно ударив по ягодицам прорычал Хосок и пригрозил. — Ты же помнишь, что в следственных изоляторах тоже трахаться хотят, а туберкулёзники и спидозники тоже люди. А я человек сострадательный и знакомые, которые помогают желающим получить желаемое, у меня там есть. Вали нахуй отсюда! Десять дней тебе срока, шкура дешёвая! *** — Ну ты чего? Гулять готов? — Чонгук заглянул к Чимину открыто улыбаясь и не показывая, что несколько минут назад брату пришлось встряхнуть его, чтоб он взял себя в руки и не напугал мальчика. А потом они с доктором придумывали что нужно сделать чтобы хотя бы на сегодня, до консультации с психологом, он забыл о пережитом ужасе. — Намджун сказал, что сегодня будет день придурочных взрослых дяденек впавших в детство. И первым делом поедем в парк аттракционов. — Ты серьёзно? В тот? С американскими горками? — Глаза Чимина заблестели. Это было странно, но за всю свою жизнь он ни разу не был в таком парке. — В тот самый. Ты боялся в детстве клоунов? — Очень! — Парнишка расплылся в улыбке. — Я тоже! Собирайся, поехали отомстим им и закашмарим парочку! — Чонгук подмигнул, искренне радуясь его улыбке. — Намджун сказал, что кто первый спустится к машине, тот первый будет атракционы выбирать. — Было бы здорово... — Парнишка посмотрел в сторону окна и улыбка сползла с его личика. — Но ты видел что на улице творится? — А что там? — Чонгук подошёл к окну и выглянул на улицу, а в следующий момент услышал звонкий смех за спиной и, оглянувшись, успел увидеть только сверкнувшие пятки. Вот же хитрый лис, подумал парень и, рассмеявшись, бросился вдогонку за Чимином. *** День был просто замечательным и Намджун прямо душой с ребятами отдыхал. Чонгук переключился на зализывание душевных ран Чимина и совсем забыл, что злился на брата за Джина. Наоборот, много рассказывал Чимину об их паре и говорил, что он просто влюбится в Сокджина, когда познакомится с ним, а в следующий раз они обязательно вместе развлекаться пойдут. Джуни смотрел как брат осторожен и внимателен к парнишке, как старается его чем-то порадовать и улыбался, вспоминая как тот говорил, что собирается однажды жениться на девушке и нарожать с ней троих детей. Ну-ну... Прямо с девушкой и прямо троих. — Монь, попробуй моё! — Парни сидели в уличном кафе в парке и ели мороженое. У каждого был свой вкус и у Намджуна было фисташковое. Чонгук протянул ему на пробу ложечку своего, бананового, а когда он съел, зачерпнул ещё ложечку и поднёс к губам Чимина. Старший переводил умилённый взгляд с одного на другого, а в следующий момент уже Чимин поднёс ему ложечку своего клубничного мороженого и, очень стесняясь, спросил: — А моё попробуете? — Попробую, если станешь обращаться ко мне на "ты"... — Парень, тихо смеясь, съел угощение и предложил ребятам прокатиться ещё разок, а после поменять локацию на что-то где есть кондиционеры. Он видел как, пытающаяся не попадаться ему на глаза, охрана, изнывает от жары в своих пиджаках. Вот неумные, думал он, совсем не палятся своими костюмами в толпе людей в майках и шортах. Такие беспалевные шопздц. Немного подкрепившись ребята убежали еще раз прокатиться на американских горках, а Намджун набрал Хосока. — Слушай внимательно и записывай. Мне нужна вся информация на Чимина до пятого колена. Найди мне информацию о каждом из списка его контактов. Особенно меня интересуют последние полгода. — Джуни собирался из-под земли достать того, кто так поиздевался над парнишкой, даже не догадываясь о чём в этот момент подумал Хосок. — Что-то случилось? — Волосы Хоби зашевелились во всех местах. Того, что ситуация развернётся в эту сторону он почему-то вообще не ожидал. Как же он мог не подумать о том, что Намджун решит пробить Чимина. — Да... Случилось кое-что. Ещё мне нужна вся информация о его передвижениях за последние десять дней. Где был, с кем встречался. Абсолютно всё. Сейчас везде камеры, в каждом помещении и на улице, на каждом подъезде, в каждом лифте и на каждой лестничной площадке. Будь готов рассказать мне всё поминутно. От того, что ты мне скажешь будет многое зависеть. — Дал указания парень и сбросил звонок. Хоби на грани инфаркта положил трубку и вытер холодный пот со лба. — Блять, блять, блять! Как же я мог так облажаться! — Хосока реально трясло, а язык прилипал к нёбу. — Я же во всех его списках, во всех соцсетях! Да даже далеко ходить не надо, просто открой контакты в телефоне и вот он я во всей красе. Блять! Что Намджун знает?! Почему его тон был таким злым?! Неужели этот щенок что-то рассказал ему?! Блять, что делать-то теперь?! За этой операцией такие люди стоят... Да как только всплывёт что он так бездарно и тупо всё завалил от него мокрого места не оставят, его просто в порошок сотрут... Если повезёт. Он уже за Тэхёна на волоске висит, но для его поиска он поднял всех кого возможно и невозможно, а значит вот-вот найдут. А если эти люди узнают, что он на них компромата терабайты насобирал... Столько времени всё готовить, предусмотреть каждый шаг и любое возможное развитие событий, и срезаться на Чимине. Да там же тонны переписок с ним. Там столько имен уважаемых в стране людей под которых он его подкладывал, инструкции по их ублажению и какую информацию нужно из них вытянуть. А если этот гадёныш скриншоты сделал... Господи, делать-то что?! Хосок судорожно думал как спасать свою шкуру, а ничего не подозревающие ребята отправились развлекаться дальше, умиляя Намджуна своими спорами на "Камень - ножницы - бумага" кто будет выбирать какой фильм они будут смотреть.