Грязная игра

POV Вики До комнаты мы шли в тишине. Меня бесило то, что никто не отвечает на мои вопросы. Даже намёка не даёт. И я чувствую себя полной дурой. Я пытаюсь подстроиться под обстоятельства и как-то играть в дешёвом спектакле, вот только не понимаю, зачем все это нужно. Я вошла, и Мальбонте закрыл решётку с обратной стороны. Я посмотрела на свое отражение в зеркале. Моя кожа сверкала чистотой и приятно пахла гелем, но я чувствовала себя грязной. Если бы Чуме пришло в голову пустить меня по рукам, всех бы это устроило, наверное? И подыграла бы я в этой ситуации? Я тряхнула головой. Провела руками по волосам, затем щекам, смахивая непрошенные слезы. Затем потянулась к бретелькам лифчика, буквально царапая кожу, чтобы скорее стащить с себя этот дешёвый прикид. Хотелось натереться железной мочалкой, чтобы избавиться от дурацкой ауры, что въелась в меня в том зале. Во что я превратилась? Я столько всего пережила, чтобы оказаться на вершине... Стольким пожертвовала и терпела столько дерьма... Ради чего? Я больно и громко упала. Меня столкнули щелчком пальца. И сейчас я лучше снова была бы глупой непризнанной, чем птичкой. Скам вышел на новый уровень. Мне всегда нравились птицы. Они красивые, умные и несут собой смысл. Сейчас же я не смогу смотреть на них так же. Чума обесценила их. Даже Люцифер придумывал мне прозвища разнообразнее. - Хочешь дальше посмотреть? - Нервно гавкнула, так и не поворачивая головы. Мне было все равно, кто за мной до сих пор наблюдает. Почему он не уходит? Скинула лифчик к ногам, закрыла груди руками и развернулась к входной "двери". - Дальше за деньги. Или хотя бы еду. - Голос мой сочился ядом. Мальбонте стоял, скрестив руки на животе. Прожигал меня задумчивым взглядом. Будто решался что-то сказать, чего я не могла разобрать. Когда я развернулась, он уставился в мои глаза, будто сканируя мои мысли. Я с вызовом фыркнула и опустила руки, показывая свою грудь. Он на секунду опустил на неё взгляд, но не так, как это сделал бы мужчина, а скорее как родитель, показывающий своему ребёнку, насколько он глуп. Затем он медленно повернул ключ в замке, открыл дверь и зашёл ко мне. Стал надвигаться своей фирменной угрожающей походочкой, и я рефлекторно отпрыгнула назад, прикрываясь ладонями снова. - Я вообще-то пошутила. - Прошипела, пытаясь казаться смелой. Расстались мы с ним не очень, и поэтому гадала, чего он сейчас хочет. Он завёл руку под подол плаща, что-то там ища, и я зажмурилась, готовясь к тому, что он может меня пырнуть. Внешней стороны моей ладони чуть выше живота коснулось что-то холодное. Но это не было похоже на металл. Я открыла один глаз и посмотрела. - Бутылка Глифта? Серьёзно? - Я чуть не рассмеялась. - Дай угадаю. Он отравлен? - Как знать. - Откуда ты его взял? Молчание. Черт. - Я думала, было бы логично мне отомстить, учитывая, что я тебя убила. - Если бы я хотел отомстить, я бы сделал это по-другому. Помучительнее. Хотя... Ты сейчас... - Он скорчил непонятную гримасу и осмотрел мои "покои". - Возможно, это и есть мой коварный план по твоему уничтожению. Решай сама, как тебе хочется думать. Я хмыкнула и выхватила бутылку, обошла его массивное тело и направилась к ширме, что называлась шкафом, кинув добычу на кровать. Рядом с коробкой из-под туфель, предположительно подарок Чумы. - Спасибо. В любом случае лучше сдохнуть таким образом. Возможно, я восприниму этот жест как заботу. - Там нет яда. Поэтому тебе придётся мучаться дальше. Возможно, бесконечность. - Черт. А начиналось так красиво... - Я залезла за занавеску, раздеваясь догола и вслепую ища какое-нибудь платье. - А что так? Госпожа не разрешила, щеночек? Он сморщился от такого обращения. Зашевелились скулы. Я явно забыла, кто он такой, что мог делать с бессмертным, и что теперь моя-его сила вернулась к нему, оставив меня без козырей. И если против Всадницы он никто, то меня на части разорвать может щелчком пальцев. А я знала, что я дура, но язык прикусить не могла. - Она не знает об этом. И у меня нет в мыслях тебя убивать. Пока. И дело не в...Чуме. Тогда мы воевали. Кто-то из нас двоих в итоге должен был убить другого. И ты оказалась сильнее. Все честно. Претензий нет. От того, что он признал мою силу как-то так просто, несмотря на то, что она принадлежала ему, как он назвал меня сильнее, моё сердце глупо ёкнуло, заставляя гордиться собой. -... К тому же мы какие-никакие родственники. Я к тебе за это время прикипел. Мне вроде как не плевать. - Как мило. - Я вышла в старом платье не по размеру, и он скривился в отвращении. Я понимающе оскалилась на той самой нашей с ним волне, когда мы собачились. Когда ни одно слово не подходит под ситуацию, и мы понимаем друг друга молча. - Хочешь меня? - Передразнила я его выражение лица, и его губы дрогнули в понимающей улыбке. - Черт, я бы сжёг тебя вместе с этим отстоем. Я прыснула в кулак. Он даже показал зубы, но вовремя очнулся, чтобы стать серьёзным. - Что с тобой? В Небытие Маль решил подружиться с Бонтом, наконец? Поэтому ты больше не такой гавнюк? Или в этом скрывается более глубокий смысл, до которого я ещё не доросла? - О, эти твои шуточки про раздвоение личности. Ха-ха. Я подумал, что за время в темнице ты успела придумать что-то новое. - Сухо кинул он. - А, нет. Мне показалось, дедуля. - Демонстративно тряхнула фланелевым подолом на три размера больше и пошла и кровати. Моя задница соприкоснулась с одеялом, и раздался отвратительный скрип матраса, что невольно вызвал у нас непонятно комфортные улыбки, что мы замаскировали за кашлем. - Так звучит безысходность. - Я повела плечами, протягивая руку к подаркам. - Ты угадал. Я бы надралась. Хочешь со мной? - Думаешь проверить, не отравлюсь ли я содержимым? Нет. И у тебя ещё куча дерьмовых дней, так что советую растянуть попойку на более маленькие порции, чтобы хватило на подольше. Другую такую достать проблематично. - Ты очень милый. Это тоже план? - Я просто хотел тебя поддержать. Мне тебя жалко. Давай назад, если не надо. - Эй, надо! И это сарказм, ты так и не научился его различать? Хотя лучше бы поесть принёс. - Но тогда к тебе вернутся силы, и ты станешь похожа на прежнюю себя. - Это что, был сарказм? -... Ну да. Что-то спрашивать бесполезно. Знаю. Я открыла коробку, надеясь, что хотя бы обувь будет по размеру или просто удобной. - Да ну нахрен... - Я открыла рот от шока, а Мальбонте, увидев содержимое, тактично отвернулся, любуясь трещиной в стене. - Очень смешно. - Я не знал, что внутри. И это прям по больному. - Он сжал челюсти, чтобы не заржать надо мной. - Тебе она тоже подарила что-то подобное? - Увы, нет. Но у меня завалялась парочка батареек. Они, правда, для другого, но если тебе приспичит - готов пожертвовать нуждающимся. - Буду иметь в виду. - Я откинула коробку, и оттуда вылетел один фаллоимитатор. - Актуальный подарок. Мальбонте странно посмотрел на меня, ожидая логичного вопроса, на который скорее всего не собирался отвечать. А я прикусила язык. Предпочту промолчать о Люцифере. Они наверняка посплетничают о моем шоу, и я не хочу, чтобы он знал, что это для меня что-то важное. - Он не считает тебя шлюхой, все прекрасно все понимают. - Я не спрашивала. - Это логично. Мне тоже было бы любопытно. - У него паршивый язык, и у меня уже иммунитет. Поэтому мне плевать, что он думает о бывшей. - Давай же. Задай этот вопрос. - А ты дашь мне ответ? - Как знать. Я хотела спросить. Но знала, что промолчу. Возможно, Мальбонте провоцирует меня. Возможно, он не знает ответа. Ведь Люцифер не делится своими чувствами и планами. Или, скорее всего, я просто боялась разочароваться в ответе, ведь он мне не понравится. - Молчишь? Неплохая позиция. Возможно, ты права. И так будет проще. Тогда твоя надежда не умрёт... - Он выпрямился и слегка тряхнул крыльями, готовясь уходить. -... Надежда иногда сильнее любого кинжала. - Он добавил это таким странным шёпотом, что я даже подняла голову. Это звучало как ребус или намёк. Мои брови взлетели вопросительно, на что он предпочёл не обращать внимания. - Мне пора. Я буду присматривать за тобой из соседней комнаты. - Зачем? Ты теперь моя охрана? - Мы будем наблюдать за тобой по очереди. Это приказ. Мы... Кто "мы"? Он и Люцифер? Боже, только не это. - Почему мне такое внимание? - Я и так сказал тебе лишнего. С тебя хватит. И у меня больше нет времени болтать. Чума может нагрянуть сюда в любой момент. Я невольно вспомнила, что она осталась с Люцифером. Как гладила его, когда мы выходили. И каким послушным он был. - А чем она занимается сейчас? Мальбонте остановился и повернул ко мне голову. Он изменился. Снова надел маску. Хитро оскалился, и даже голос изменился. - Получает удовольствие... Как обычно. Что он имеет в виду? Я снова замолчала, уставившись на свои ноги. Глаза стали слезиться, и я обессиленно слушала удаляющиеся шаги. Дверь скрипнула, готовясь снова оторвать меня от мира и запереть со своими мыслями. - У неё кто-то есть? - Вопрос вырвался сам собой. Я ужаснулась, сколько отчаяния было в моем голосе. И что он это понял. - Он её не интересует. В этом плане. - Неожиданно честно ответил Мальбонте. - А он... - У него никого нет... - Выпалил он с таким выражением, будто не хотел этого говорить. - Насколько я видел. - А... - С таким характером к нему на милю никто не подходит. - А он бы подпустил? - Ты уверена, что мне стоит отвечать? Нет. Не уверена. Если бы хотел, подпустил бы. Или не хотела думать об этом, чтобы не почувствовать утвердительный ответ. Мальбонте тоже неплохой манипулятор. Зацепилась за глупое "насколько я видел". Конечно, прошло столько времени... А он не записывался в монахи. И он бросил меня, сбросив с себя ответственность передо мной. Очень удобно. - Я так и думал. Вечер откровений окончен. *** Наконец, я осталась одна, чтобы разделить очередную ночь со своими чувствами. Естественно, усевшись на полу перед зеркалом, раскупорила бутылку и выпила. Желудок жалобно заурчал, напоминая, что я давно ничего не ела. Поэтому и развезло меня с двух глотков. Очень экономно. Я чувствовала, что Мальбонте прислонился к стене с противоположной стороны и прислушивался. Я смогла немного поплакать тихо, но потом икнула и громко всхлипнула, сама испугавшись своих же звуков. Он зашелестел крыльями, и я поспешила взять себя в руки. Может, и хорошо, что он здесь. Если не соберусь и расклеюсь, мне будет тяжелее. - Куда? - Заткнись... - Это дурацкая идея, Люцифер, иди к себе. - Я не спрашивал твоего мнения, умник. - Ты не осторожен. Мне это не нравится. - Я не собираюсь тебе нравиться, я не тёлочка... Шёпот за дверью заставил меня остолбенеть. Люцифер здесь? Поиздеваться пришёл? Да плевать, пусть смотрит. Если у него ещё осталась совесть, чтобы оценить, до чего довёл меня. - Пусть попробует войти, Мальбонте. Это его яйца висят на ниточке хозяйки сейчас, а не твои. Момент. Заскрипел замок, и решетка отворилась. Я покосилась на мощную фигуру любимого через зеркало, но не пошевелилась. - Чего тебе? - Ты голодна. - Да? Ты так думаешь? - Не боишься захлебнуться ядом? - А ты? Он осторожно потянулся к внутреннему карману накидки и достал оттуда фольгированный сверток размером примерно с бейсбольный мяч. Вытянул руку, показывая его и наблюдая за моей реакцией. Будто я сейчас как зверь кинусь и съем его вместе с его рукой. Затем опустил на пол перед собой и выпрямился. Будто бешеному питомцу. - Я принёс тебе еду. - Он оглянулся, чтобы убедиться, что нас не подслушивают. Ароматный запах горячего запеченого цыплёнка как назло послал сигнал в мой желудок, и он громко заурчал. Черт. - Чума сегодня щедра. Но забитые птенцы не едят себе подобных. - Прекрати кривляться. Это лучше, чем идиотский бульон. Я покосилась на сверток. Люцифер глубоко выдохнул, сел на корточки и развернул фольгу. Запах пряного картофеля, что тоже лежал внутри, ударил в нос, и мой рот заполнился слюной. Я закрыла глаза. - Давай, Вики. Поешь... Я нерешительно повернулась на бок бедра, готовая ползти навстречу. - Мне придётся каждый раз показывать сиськи, чтобы она меня так кормила? - Это мой ужин. Я решил, что тебе нужнее. Я отскочила как от огня. Как бы мне ни хотелось откусить кусок, но скорее всего он бы застрял у меня в глотке. И моё выражение лица его не устроило. - Оу, ну нет. Ты серьёзно? - Мне не нужны твои подачки. - Вики. Хоть раз. Засунь свою гребаную гордость себе в задницу и поешь. Мне больно на тебя смотреть. - Оу, это ты мне говоришь о гордости? Он порывисто подошёл ко мне. Мой нос почти встретился с его коленями. - Хватит пить. - Да что ты? Забыла спросить, что ты об этом думаешь. - Ты пьяна. Если не поешь, тебя стошнит. - Прекрати притворяться, что заботишься обо мне! Мне хотелось расплакаться. Я чувствовала хорошо скрываемые переживания, но моя обида была слишком сильной. Я устала понимать его, входить в положение, терпеть боль, которую он причиняет. Я хочу вырвать ему язык. Хочу стать маленькой девочкой, которой можно пореветь и выдать что-то по-детски глупое. Но сейчас я не хочу показывать слабость ему. Теперь все изменилось. Люцифер закрыл глаза и устало надавил на веки пальцами. - Встала и поела, блять! Я подняла голову и сосредоточилась изобразить самый убийственный и возмущенный взгляд из своего арсенала. Даже нижняя губа задрожала. Демон вздохнул, потом подошёл и поднял ужин и вернулся ко мне. Сел на корточки и сунул его мне под нос. - Не надо показывать характер. Это не играет тебе на руку. Я хотела пнуть дурацкую курицу и в идеале попасть ей прямо в его красивую физиономию. Он выглядел как-то странно. Усталый и какой-то удовлетвореный... Или, скорее, опустошенный, высосанный и от этого облегчённый. Ему бы самому не мешало поесть. Сглотнув, я посмотрела на еду, и...накинулась на неё как первобытный человек. И мне было плевать, как я выгляжу с грязным ртом, жирными руками и маслом, что текло с подбородка. Глотала куски, даже толком не жуя, а затем жадно обсасывала пальцы, громко причмокивая. Его хватка на фольге немного ослабла, и я, наконец, посмотрела на него. Люцифер закрыл глаза и думал о чем-то. Желваки ходили туда-сюда, и на секунду я подумала, что ему противно на меня смотреть вот такую. А потом подумала, что мне должно быть плевать. Может, предложить ему кусочек? Он выглядит еле живым. Обойдётся. - Выглядишь хреново. - Наконец, заговорила я. Он не ответил. Открыл глаза, что немного покраснели как от недосыпа. Потянулся к моей бутылке и смачно отхлебнул, продолжая смотреть на меня. - Откуда у тебя бутылка? - Отнимешь? - Нет. Я стала изучать выражение его лица. В мысли его всегда было сложно забраться. У него великолепный блок. А у меня совсем нет сил даже попытаться. Читала лишь по глазам. Его зрачки немного расширились. Его что-то волновало и не отпускало. - Мальбонте дал. - Что? - Мальбонте дал. – Равнодушно повторила я. - Зачем? - Мне откуда знать? Наверное, оплатил шоу, в котором участвовал. - Вики… - Забей. – Я шмыгнула носом, вспоминая, что было пару часов назад. – Это… - Выхватила бутылку из его руки, - хотя бы помогло мне забыться. Он оказал мне заботу. Люцифер продолжал буравить меня взглядом, но ничего не сказал. Его скулы напряглись, и я отвернулась под этим взглядом. Стало неуютно, будто он хочет меня пристыдить или отчитать. То, что это была ревность, я старалась не воспринимать. Хотя надежда на это грела душу. Его губа дрогнула, будто он хотел задать еще вопрос, но он быстро ее закусил. Слишком личные вопросы теперь были не в его положении. - Да, я приняла ее. Какие-то проблемы? – Опередила его, проверяя теорию. - Нет, никаких. Нам и правда всем тяжело сейчас. - Да что ты? Тебе-то тем более… - Мне бы язык прикусить, но, когда я начинаю спорить с адским отпрыском, мозг с ним не синхронизируется. - Да, бля, мне тоже тяжело! – Прошипел он сквозь зубы, даже не пытаясь меня переспорить. Клянусь, мне хотелось ляпнуть что-то об удовольствии, которое он приносил Чуме в зале. А может и не только. Но я знала его много лет. Видела, как он морщится, когда она его касается. Если он и правда ее интересует лишь как мячик-антистресс, ревновать его вслух было бы слишком по-детски. И я выглядела бы глупо, как безответно влюбленная девочка. - Ты хотя бы на свободе. - На свободе? То есть я могу делать, что хочу? Ходить, куда хочу? Улететь домой в Ад, где меня не было много месяцев? - А что, не можешь? - Нет! – Выкрикнул он, взбесившись. Его подбородок дрогнул. Я замолчала. Какое-то время мы сохраняли тишину. Я дожевала и вытерла рот и руки тряпкой, неловко косясь на него. Он покосился в ответ, затем на обглоданные кости, как-то горько усмехнувшись. - Просто я не могу понять, почему ты принимаешь что-то от него, а мне хотела запихать ее в зад. - Потому что на него мне все равно. Когда он бил меня, он предупреждал об этом. От того, кто вонзил нож в спину по-тихому … - Я не смогла закончить, да и он вздрогнул, словно от пощечины. Снова тишина. Почему он не уходит? - А я не могу понять, как Сатана подчинился ведьме. Ладно Сатана, но как это сделал мой Люцифер? – Наверное, это звучало жалко, ведь он снова презренно сморщился. - Всем пришлось чем-то пожертвовать. Я хотела костью выколоть ему глаз. Он даже не боролся. Или его чем-то накачали? - Да. Это проще. - Будучи Сатаной, я понял одну вещь. Точнее понял давно, а осознание пришло недавно. Я понял отца, когда он отдал меня под меч Кроули. Для правителя не должно быть ничего важнее своего дома. Защитить Ад – это мой кровный долг. Любой ценой. Пожертвовав самым дорогим. Сыном… Мной… Или мне опять мерещится ребус? Я поджала ноги под себя, чтобы сесть удобнее. Меня разрывало от сомнений. Ему надо уйти. И поскорее. Но он будто не хочет этого, и я не хочу отпускать. - Почему, Люцифер?... – Я знала, что он промолчит. Но собрала всю волю в кулак. Я должна понять сейчас, что у него в голове, и решить, что буду делать дальше. - Мне пора, уже поздно. – Он резко поднялся и направился к выходу. Сейчас или никогда. - Стой! – Я поднялась следом. – Стой, не смей! Ради уважения к нашему прошлому. Ты выслушаешь все то же дерьмо, что и я! А потом можешь валить нахрен, ясно тебе? Сейчас или никогда. Он встал как вкопанный. Но спиной. Я не видела его лица. Закатил глаза? - Меня это достало! Что происходит? Молчание. - Почему она не убила меня? И почему не убила тебя? - Я согласился выслушать тебя, а не отвечать на вопросы. Он мне еще и одолжение делает, ублюдок? - Что ты ей пообещал? Ты что-то задумал, верно? Ты не мог просто так пасть к ее ногам! Молчание. - Хах, молчишь… - Я горько рассмеялась. – Как на тебя похоже. Ты уже не тот, кем был. Тот дьявол, которого я знала… Он не мог не просчитать каждый ее шаг. - Ты плохо ее знаешь. - Ох, куда уж мне! Пока я гнила в тюрьме, вы двое успели хорошенько познакомиться, верно? Теперь тебя за яйца держит она. - Уокер! – Он развернулся, вытянул указательный палец в мою сторону и медленно стал наступать. Он был в такой ярости, что от напряжения могли взорваться стекла. – Никогда. – Шаг. - Не смей. – Еще один. - Со мной. – Еще шаг. – Так. Говорить! – Он подошел вплотную, возвышаясь надо мной, а я задрала голову вверх, моргая при каждом взмахе его пальца, грозящего мне. Так, значит. Кто он, и кто я. Проходили. - А, то есть тебе так со мной разговаривать можно, а мне нет?! – Голос сорвался на писк, а рука взмыла вверх, целясь прямо по лицу. Он перехватил ее, до хруста сжимая запястье. Я замахнулась второй – он и ее сжал. Он мог испепелить меня сейчас. Я толкнула его. Слабо, из последних сил. Он даже не пошатнулся. Слезы навернулись на глаза. Мне было даже больше обидно от того, что он не доверяет мне. Разлюбил – черт с ним. Почему поступил как крыса? Я заслужила хотя бы объяснений ради того, что мы пережили. Думала, что хотя бы уважение осталось. Но нет. - Что? Размышляешь, стоит ли меня добить? Вперед! Его хватка стала ослабляться, а взгляд становиться пустым и разочарованным. Я воспользовалась этим и пихнула его руками посильнее. Он отпрянул. Скорее всего поддался даже, но был дезориентирован. Я напала снова. Наверное, это было похоже, как собачонка «чихуа-хуа» пытается дерзить доберману. Но я была пьяной и доведенной до грани. Он не оставил мне выбора. Я толкнула еще раз. И еще. Он терпел. Недолго. Потом сцепил мое слабенькое тело за плечи и толкнул в ответ. Не так сильно, как мог бы, но достаточно, чтобы я потеряла равновесие. Я упала, но он сразу схватил меня за локоть, порывисто поднимая, и впечатал спиной в зеркало, свободной рукой впившись в горло. Расправил крылья во всю мощь и максимально сблизил наши лица, наклонившись. Я замерла, дрожа как мышь, но не отводила взгляда. Он не собирался бить меня или что-то подобное. Просто продемонстрировал свою силу, чтобы припугнуть. Но этого ему всегда хватало, чтобы противник обделался. - Заткнись, Вики… - Прошипел он угрожающе. – Не ляпни ничего, о чем можешь пожалеть. Ты ничего не знаешь. - Так просвети, - прохрипела я, перехватывая его руку. Он сжал чуть сильнее, будто задумал сдавить меня как букашку. Сейчас он этого реально хотел. - Тебе не понять. Никогда не было бы понятно. Глупая девчонка. - Не забывай, чего добилась глупая девчонка. Пусть я и на дне сейчас, но не сомневайся, что я снова поднимусь. Но уже без тебя… Его это еще больше разозлило. Глаза загорелись пламенем, из горла вырвалось рычание. Я взвизгнула, когда за моей спиной раздался звон. Зеркало треснуло, а в ушах загудело. В глазах все поплыло и потемнело, и я стала беспомощно стекать вниз, придерживаемая только его рукой на моей шее. Теперь он унимает меня своей силой. Козел. Что-то щелкнуло в моей голове, и я завела руку за спину, подцепив осколок и оторвав его от рамы. Стремительно вонзила ему в шею, почти под самое ухо. Он немедленно выпустил меня, шипя и хватаясь за свежую рану. Выдернул кусок и оскалился, ловя старые флэшбеки. - Сумасшедшая. - В следующий раз полосну по глотке. Опыт имеется. - Я знаю. – Обтерев уже затягивающуюся рану ладонью, он в последний раз странно весело зыркнул на меня и стал уходить. Я сглотнула и, карабкаясь по зеркалу вверх, снова встала на ноги. - Это какой-то план? - Не понимаю, о чем ты. - Понимаешь. Прежде, чем уйдешь, я еще кое-что скажу. Люцифер развернулся со скучающим видом. Сложил руки на груди и закатил глаза. - Удиви меня. Говнюк в деле. - Я не понимаю, откуда в тебе такая ненависть ко мне. Я не понимаю, в чем моя вина, что я сделала? Разлюбил, надоела, допустим… Почему ты так мерзко меня унизил? Мы могли нормально поговорить. Я не дура, и не стала бы бегать за тобой, если ты этого больше не хочешь. Мы столько преодолели вместе. Разве я не достойна хоть капли уважения? Молчание. - Скажи мне, Люцифер, это твой план, отвергнуть меня? Чума что-то хочет от тебя или меня? Я не буду спрашивать, чего именно, но это так? Дай мне знак. Хотя бы моргни. Он отвел взгляд, прячась. Сжал губы в строгую линию, будто я его пытала. - Я действительно так надоела тебе? Он сглотнул и зажмурился. Он явно испытывал муки от моих вопросов. - Я раздражаю тебя своими расспросами. - Да. Раздражаешь. - Оу, у нас уже есть контакт. Хорошо. Тогда у меня три варианта. – Я немного понизила голос, осторожно подходя ближе. Мне было страшно говорить. Я не его боялась. Я боялась, что он убежит, и это убьет мою надежду. Ему всегда было проще бежать. И если раньше ему было сложно признать свои чувства, но я понимала эти намеки. То сейчас… Да так же. У него не хватает духа закончить все правильно. И сейчас я его действительно не понимаю. - Первый вариант. Ты дашь мне хоть малюсенький намек, что это все дешевый спектакль. И что мне просто нужно немного подождать, когда все кончится. Я смогу подождать, чтобы мы снова были вместе. Если это действительно необходимо, и нашим жизням или Аду что-то угрожает. Не в первый раз. - … - Вариант второй. Мы действительно должны расстаться, и мы не будем притворяться. Просто обстоятельства выше, чем это все. Но при этом ты перестанешь втаптывать меня в грязь, если я когда-то что-то значила для тебя. А потом, если выживем… И если ты все еще любишь, и чувства наши не остынут, мы, может быть, начнем все заново, если в этом будет смысл. - … - Вариант третий. – Я гордо задрала нос. – Я действительно надоела тебе, и не было никакой любви. Так, интрижка длиною в 10 лет, по глупости. И я раздражаю тебя своим существованием, потому что лезу к тебе с идиотскими вопросами, на которые ответ очевиден. Я не стану липнуть больше, оставлю тебя в покое. Не стану больше наивной дурой. Займусь своей жизнью. И забуду тебя. Да, будет сложно, но это ведь не твои проблемы больше, верно? Но я смогу тебя отпустить. Забуду те прекрасные горы, наш первый поцелуй, как ты огребал от отца, защищая и прикрывая меня. Как тащил меня наверх с самого начала моего пути, учил всему, что знаешь. Как поддался моей прихоти и освободил того, кого нельзя было. Потому что я была глупа и просто так захотела. Как попал в плен к Мальбонте, спасая меня от похищения. Как убивал своих в битве с твоим отцом, потому что я была напугана и растеряна. Как готов был отдать жизнь, чтобы просто забрать меня из кровавого месива, когда погибали наши близкие. Как забирался ко мне в окно, наши ночи, наши прятки. Твой запах и ощущение твоих горячих рук на моем теле. Я все забуду. Скажу спасибо за очередной поучительный опыт и, наверное, признаю, что мама была права. Что любовь – это глупое чувство. - Черт возьми, Уокер… - Дай мне подсказку. Стоит ли это того. Если я страдаю не зря, я потерплю. Я продолжала наблюдать за его лицом. Он мог не говорить мне, что происходит. Я действительно могла выбрать правильный ответ по выражению его лица. Люцифер стоял как статуя около минуты. Блеска надежды не было в его глазах. Он презренно скривился. Затем просто развернулся и пошел на выход. И сейчас я чувствовала себя самым глупым созданием на планете. Я снова открыла ему душу, понадеялась, когда это было довольно рискованно, и в итоге оказалась в его глазах идиоткой. Той, которая готова бегать за ним, пока он будет жить, как ему нравится. Все кончено. Вариант номер три. - Отличный выбор. Трус. Я уставилась сквозь него, умоляя себя не зарыдать, пока он не покинет комнату. Затем посмотрела на потолок, потому что время тянулось мучительно медленно, и первая влага уже потекла по щекам. Хотелось крикнуть ему, чтобы живее шевелил булками, но в горле пересохло, да и сказать это – пасть на самое днище. Лучше с достоинством промолчать. Будто мне все равно. Как я и обещала. Черт. Я отвернулась, рассматривая в треснувшем зеркале свое жалкое отражение. Из-за осколков я не отражалась там полноценно. Я и чувствовала себя так же, как это зеркало. Блять, уходи уже! Хотела найти взглядом бутылку, чтобы кинуться к ней, как только дверь захлопнется. Но почувствовала на себе его пронзительное внимание. Обернулась, и мое сердце упало в пятки. Он стремительно подошел ко мне, обхватил руками мой затылок и жадно впился в губы. Я пискнула, и он сунул язык чуть ли не до горла. Мои ноги подкосились, но он поддержал меня за талию, спускаясь руками ниже до попы. Этот поцелуй был жестоким, сильным, отчаянным. Будто скучал по мне, не мог насытиться. Будто сдерживался до этого. Но вместе с этим он был токсичным, будто Люцифер мстит мне за то, что не может держать себя в руках рядом со мной. Будто стер бы меня из всех миров, лишь бы я не доставляла проблем. Будто ненавидел меня, но совсем не потому, что я жалкая. Как бы я ни была обижена, но мое тело явно имело другое мнение. Его руки были везде, его запах пропитал мою кожу, его сбитое дыхание перемешалось с моим. Я моментально намокла и сжала бедра, заскулив. Я даже не заметила, как вцепилась в его макушку, притягивая еще ближе. Как начала целовать его с таким же напором. Между ног был пожар. Я пыталась сжимать мышцы, чтобы ослабить напряжение. Он знал, как влияет на меня. Схватил за бедро и чуть отодвинул мою ногу в сторону, чтобы поднять юбку. Я встала на носочки, чтобы не терять его губы, и прижалась грудью к его прессу. Его сердце колотилось как сумасшедшее, скулы свело от того, что он пытается зажмуриться. Его ресницы были мокрыми, поэтому, когда я оторвалась от него посмотреть, он притянул меня назад. Я протянула руку между нашими телами. Нашла вырывающуюся наружу выпуклость и стала надавливать через брюки, массируя. Люцифер сдавленно простонал, надавив на мою ложбинку через трусики и нетерпеливо покружив. Нащупав молнию, сама не знаю зачем, хотела потянуть вниз бегунок, но он сильно оттолкнул меня, лишая своего тепла. Я чуть не застонала. Он шарахнулся от меня, как от беды. Его глаза были бешеными, дыхание тяжелым, щеки красными, а на лбу проступил пот. Будто кто-то какой-то магией заставил его поцеловать меня, а он не хотел этого. Поднес руку к губам, чтобы скорее всего, обтереть их рукавом. Я так подумала сначала, но он приложил к ним лишь кончики пальцев, посмаковав мой вкус. - Блять. Он все еще любит меня. Я чувствую. Он бы не накинулся на меня так жадно. Когда не было проблем, мы многое теряли, загружая себя работой, и не ценили время, которое проводили вместе в постели. Мы думали, что теперь-то мы точно все успеем, и совершенно позабыли, каково это – зажиматься тайком. Сейчас страсть будто вернулась. Страсть и ненависть. Или именно так выглядит прощальный поцелуй? Чтобы запомнить вкус губ, запах и мягкость кожи? Чтобы потом никогда уже не прикоснуться? Черт, я, кажется, сделала только хуже, и запуталась еще больше. Он смотрел на меня с ненавистью. - Уходи. – Собрав как можно больше желчи в голосе, прохрипела я. – Уходи. И больше не приходи ко мне, если не будет уважительной причины. И не смей больше приносить мне подачек. Иначе заставлю тебя поперхнуться ими. Возможно, я приукрасила и слишком сильно драматизировала. Но это все эмоции и адреналин. Я не в силах была думать головой. И он ушел. Сразу. Молча. Не размышляя больше.