Грязная игра

POV Люцифер *Пять месяцев назад* - Господин… Я как обычно разгребал рутину. Когда кончилась война, нам всем потребовалось много времени, чтобы вернуть жизнь на круги своя. На мои плечи свалился огромный груз. Чтобы восстановить порядок в Аду, а также укрепить свое положение Правителя, мне потребовалось много силы. Напустить страха, изучить дневники отца, много читать. Я получил доступ к хранилищу со всеми ядами трех миров, что копились тысячелетиями, секретным рукописям с историями своего наследия, многим засекреченным документам, о которых даже не подозревал, ведь доступ в секцию доступен лишь Сатане и никому больше. - Да! – Рявкнул я на сгорбившегося прислужника. Эти шавки всегда таскаются за мной и вламываются даже по ночам, когда мне приходится ночевать в Аду. - Господин, простите, но это очень важно… Это…Это… - Он заикался, в голосе слышна паника и растерянность, что насторожило меня. Я поднял голову и увидел, как его черные глазенки чуть ли ни вываливаются из орбит. - Что?! – Мой нетерпеливый интерес заставил его подпрыгнуть на месте, а потом чуть ли ни рухнуть на колени. - Ледяное озеро… Оно… Вышло из берегов, Господин. Вы должны это знать. Такого не было раньше. Блять. - Я понял. Свободен. – Процедил сквозь зубы. Я почувствовал холодок, пробежавший по спине. Но я не должен проявлять беспокойство. Растерянный Правитель посеет страх и хаос среди демонов. И я должен выяснить и разобраться с последствиями тихо. – Стой. Подготовь моего дракона для полёта. Путь неблизкий. - Да, Господин. Честно говоря, я перебирал унаследованные рукописи давно и мельком, потому что меня постоянно отвлекали. Я думал, что у меня в запасе целая бесконечность, чтобы погрузиться в свою историю. Однако даже ребенок в Аду и на Небесах знает, что природные аномалии – чертовски хреновый знак. Мне вспомнились пару книг по истории. Обычно я читал такие для расширения кругозора, и поэтому никогда не принимал на свой счет. На то она и история. Однако в памяти всплыла фраза «Иди и смотри!». Я попытался вспомнить, откуда она, а когда вспомнил – мне это ооочень не понравилось. Ноги сами понесли меня в ту часть библиотеки, дверь в которую я мог открыть лишь своей кровью. Я быстро нашел, что искал. Ветхая книга будто сама прыгнула мне в руки. Я знал, что искал. «Откровения Иоанна». Бегло перелистнув первые пять глав, сосредоточился на строках шестой. Взгляд цеплялся за отдельные абзацы, больше похожие на фантастику, чем на историю создания трех миров. Некоторые смертные фанатики воспринимают этот бред всерьез, а рожденные бессмертные лишь смеются над ними, ведь в наших мирах нас не могут убить ни болезни, ни голод, ни природа. Мы так и думали… до определенного момента … «…И я видел, что Агнец снял первую из семи печатей, и я услышал одно из четырёх животных, говорящее как бы громовым голосом: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь белый, и на нём всадник, имеющий лук, и дан был ему венец; и вышел он как победоносный, и чтобы победить…». … «…И когда он снял вторую печать, я слышал второе животное, говорящее: иди и смотри. И вышел другой конь, рыжий; и сидящему на нём дано взять мир с Земли, и чтобы убивали друг друга; и дан ему большой меч…». … «…И когда Он снял третью печать, я слышал третье животное, говорящее: иди и смотри. Я взглянул, и вот, конь вороной, и на нём всадник, имеющий меру в руке своей. И слышал я голос посреди четырёх животных, говорящий: хиникс пшеницы за динарий, и три хиникса ячменя за динарий; елея же и вина не повреждай...». … «…И когда Он снял четвёртую печать, я слышал голос четвёртого животного, говорящий: иди и смотри. И я взглянул, и вот, конь бледный, и на нём всадник, которому имя «Смерть»; и Ад следовал за ним; и дана ему власть над четвёртою частью земли — умерщвлять мечом и голодом, и мором и зверями земными…». Черт. Выдержки из Нового Завета… Земной книги… В Аду… Про Создателя… Ох, плохо же дело, если это правда. Плюхнулся в кресло и стал тщательнее листать. В голове складывался жуткий пазл. Будучи еще зеленым учеником Школы, я мог лишь слышать приметы и природные знаки. Только отец имел доступ сюда. Неужели он ничего тут не читал? Хотя кто я такой, чтобы он рассказывал что-то отпрыску? И ему не надо было читать. Он это наверняка видел. А мне остается только гадать: история ли это либо сказки. Твою мать, помню, даже смертные не доказали ни одну трактовку, кормясь слухами. Как началась война на Небесах? Как там трактовали появление Мальбонте? Слетевшие с катушек субантры, покидающие свои гнезда… Ожившие статуи… Смена температуры… Осколок Зеркала Небытия… Видения… Ритуал… И мой озверевший папаша, устроивший в мохнатом веке заговор против Создателя и умудрившийся отделаться лишь пинком под зад с облаков, настолько выжил из ума, что ослабел, и ему отхреначила башку моя неадекватная невеста-непризнанная, будучи одержимой. Наш мир определенно сходит с ума. «Чума…» «Война…» «Голод…» «Смерть…» «…И придут они строго по одному. Друг за другом. Чтобы посеять хаос во Вселенной. Для того, чтобы сокрушить Хранителей Рая, Ада и Земли… Да проникнут они в Небытие и сорвут печати с Книги Жизни… Да откроются Врата Небытия, и выйдет на свободу Матерь, ведя за собою погребенных… И за спиной ее будет Ад, восставший на Земле…»… «…Да озверятся птицы… Да рассвирепеют озера… Да раскрошится земля… И черный сумрак покроет три мира… Тогда они придут на Дальние Берега на своих несокрушимых конях, неся с собой бури и возмездие за глупость созданий Всевышнего. Непобедимые и питающиеся страхами созданий, неостановимы будут, чтобы исполнить Волю Ее…» Ужас пробежался по венам. Даже почерк в этих абзацах выглядел зловещим. Это о Всадниках Апокалипсиса? Я думал, это миф… Пока летел до озера – прошел все психологические стадии. Гнев – когда осознаешь весь ужас происходящего и при этом слишком мало знаешь, чтобы понять, как предотвратить катастрофу. Неверие – а-ля «та не может быть, это все сказки». Осознание – «а что, если это правда, то…». Поиск утешения – «ну не все так плохо…пока…на каждое действие есть противодействие». Принятие – «и не из такой жопы выбирались». Смирение – «х*й с ним, не поверю, пока не проверю». Ну ладно, окей, чувак. Мальбонте тоже был мифом. Ужасом, который способен уничтожить мир ради мести и обиды. Легенда была страшнее него самого. Ведь его отхреначила моя неадекватная невеста-непризнанная, будучи одержимой. И снова волей случая. Может, натравить ее, чтобы поотрубала ноги этим коням? Вдруг получится? Теперь эта женщина признана Адом. И состоит в верхушке Совета. Я сам ее боюсь. Черт, шучу конечно. Не стоит ей этого знать. Совсем. Возможно, она сама узнает. Но точно не от меня. Вспыльчивый и упрямый характер здесь совсем не к месту. Надо тихо ждать. И думать. Думать. Думать. - Твою ж мать… - Не успел долететь до места, как понял… Катастрофа. На много километров вокруг растянулась наледь. Вечное озеро вышло из берегов и погасило вулканическую поверхность. Плечи затряслись от холода, и я даже не сразу смог подстроить тело под новую температуру. Ад замерзает в прямом смысле этого слова. Даже снижаться не стал: мне нужно обратно. – Кажется, мы в полной жопе. После инцидента я стал сторониться Вики. В Ад я её больше не пускал, чем вызывал недоумение. Она ведь демон, и ей нельзя? Но она не должна была слышать слухи и ощутить аномалию. Мое сердце просило рассказать ей обо всем, что я понял и видел. Но мой разум победил. Это только моя проблема, и мы оба осознаем, что бывают такие секреты, куда не стоит соваться. Я пытался вести себя как обычно, но она будто чувствовала моё волнение. Стала задавать сложные вопросы, на которые я хотел бы ответить, но не мог себе позволить. И от этого злился. Она постоянно обижалась, ведь думала, что начинает меня раздражать. Я всегда веду себя агрессивно, когда меня пытаются загнать в угол, но также и понимал, что она ни при чем. Если бы не её любопытный нос. Поэтому мне приходилось в конце концов притворяться непринуждённым и приобнимать, коротко целуя в губы. Она успокаивалась, хоть и ненадолго. А я выигрывал время, пока мои архидемоны исследовали территорию. - Ах! - Очередная бессонная ночь и, видимо, очередной кошмар, от которого она вскакивает. - Спи. Ещё рано. - Сонный, бурчу в подушку. Стараюсь не мучать её вопросами, чтобы не бесить и не нарваться на ответные расспросы. Она думает, я не замечаю, что уже неделю что-то мучает её по ночам. Я переживаю, гадаю, возобновились ли её видения, и связаны ли они с Мальбонте... Или ещё хуже... Не посылают ли ей послания Всадники. Но я не хочу нагнетать раньше времени и пугать ещё больше. Поэтому и притворяюсь тупо чертовски уставшим. Она ласково погладила меня. Мне нравилось это, но беспокойство сделало меня слишком нервным и озлобленным. Нужно было поцеловать её, но она уже успела выскользнуть из постели, направляясь к окну, задумчивая. - Госпожа... Господин... - Я швырнул в Пайка подушку, ведь надеялся поспать ещё хоть минут десять. Вики снова нежно улыбнулась мне, затем стала холодной, отведя от меня глаза. - Я разберусь. Пайк начал лепетать о чем-то очень важном и срочном, и я сжал булки. Неужели...? Неет. - Я не член Совета. - Последняя попытка рассеять свои опасения. - Просят явиться всех. - Мы будем. - Вики обеспокоенно покосилась на меня. Я заставил себя лениво улыбнуться и попросил не нагнетать. Но когда она не отреагировала и кинулась в душ, я понял, что она тоже кое-что скрывает. И с этого момента начался мой собственный ад. *** *настоящее время* - Птенчи-ик… - Издевательски елейным голоском Чума зазывает свою жертву в клетку. Реальную клетку. Она издевается, установив в большом зале большую золотую клетку для огромной птицы. Открыла дверку внутрь и обогнула небольшой помост. Ее глаза горят нетерпением и азартом, а ладони сами потираются друг об друга. Утробно хихикает по-тихому зловеще. Мы с Мальбонте переглянулись, стоя по бокам от ее огромного трона. Наши лица не выражали никаких эмоций. Но нам обоим не нравилось происходящее шоу. Ублюдок заикался пару раз о Вики при всех, почти в защиту, и мне были непонятны его намерения в этой игре. Но я еще и об этом узнаю. Здесь никому нельзя доверять. Вики сильно опаздывала, будто специально. Любой другой злодей на месте Чумы рассердился бы. Но Чума слишком подозрительная. Она была такой веселой… С такими улыбками обычно убивают, ведь этот оскал выглядит страшнее. Черт, надеюсь Уокер скоро ей надоест. Ведь в конечном счете ей буду нужен я, а не она. Надеюсь, Чума верит, что нас больше ничего не связывает. Шантаж мне ни к чему. Я должен быть один, и слабостей у меня быть не должно. А она, сука, вынуждает. По залу разливалась расслабляющая плавная музыка. Змеюка качала бедрами в такт, поднимаясь на свое почетное место. Она чуяла ее. Вики подошла к двери, но заходить не хотела. - Эй ты! Мне долго ждать?! – Рявкнула Чума. Должен признать, она еще долго держалась. Девчонка умеет бесить. Дверь скрипнула. Хозяйка удовлетворенно облизнулась, усаживаясь и размещая предплечья на подлокотниках. Вики кто-то толкнул сзади, и она рухнула на колени. За массивной клеткой ее перестало быть видно. - Оу, мальчики мои… Приса-аживайтесь… Сейчас будет что-то интересное… - Промурлыкала Всадница, указывая нам на помост около ее ног. Мы снова переглянулись. Никто из нас не двинулся. Так и стояли, словно ее личная охрана, однако ее это не устроило. Она сжала руку в кулак, и мы стали задыхаться, будто ощутив ее пальцы на горле. Нам ничего не оставалось больше кроме как подчиниться. - Что тебе нужно? - Вики пыталась казаться смелой, но из-за слабости не могла контролировать дрожащий голос и походку. Она была как загнанная зверушка. Не знаю, каким чудом она была еще жива. - Мне ску-учно... - Надула губки Всадница, и меня чуть не стошнило. Я скривился, но она резко посмотрела на меня, и мне пришлось сделать равнодушный вид. Лишь кулаки сжимались под массивной накидкой. Когда найду способ выпихнуть ее из нашего мира, то сделаю это сам. - И я устала. Знаешь, как это изматывает? Бродить по Земле... Но я люблю Землю и вас, смертных. У вас столько интересных изобретений. Я взяла с собой парочку. Она кивнула в сторону клетки. - Это для тебя, дорогая. Тебе нравится? Я люблю приобретать для красивых игрушек красивые вещи... - Чума говорила так фальшиво-заботливо, словно была избалованной девочкой, которая играет в Барби в роли мамочки и должна обеспечивать ей игрушечную утварь и одежки. Или же оторвать голову и вкрутить ее назад. Уокер съежилась, оглядывая резную дверку и позолоченные решетки. - Не бойся, птичка. Мне не пришлось никого убивать, чтобы раздобыть тебе такую. Она сделана специально для твоей хрупкой фигурки. Не стой столбом, залезай. - Тебе заняться больше нечем? - Ох, Вики. Так и не научилась держать язык за зубами. Сидя в темнице три месяца ты пропустила такие зрелища... И не знаешь, как она может убивать... Хотя нет, хорошо, что ты там сидела, а не переживала пытки. - Сбавь тон! Как ты смеешь мне дерзить, человечишка? Уокер захлопнула рот, и только ходящие желваки сдавали ее желание ляпнуть что-то в ответ. - Так-то лучше... Девочка моя... - Чума улыбнулась и откинулась на спинку трона. - Давай... Вики нерешительно забралась по лесенке. Осмотрела клетку изнутри и едва заметно поморщилась. Кинув мимолетный молящий взгляд на меня, уставилась вперед на стену за нами уже стеклянным взглядом. Я хотел застрелиться. Даже сейчас она искала во мне поддержки, после всего, что наговорил ей и как предал. А я чувствовал себя слабаком. Я поклялся защищать ее, но я не могу. И она поняла, что помощи от меня не будет. - Какая прелесть! - Всадница восторженно захлопала в ладоши. - Тебе так идет! Ну что встала? Слышишь музыку? Я хочу, чтобы ты танцевала! Вики вздрогнула, будто ей дали пощечину. Но промолчала. Теперь ее глаза смотрели в пол, а руки медленно ухватились за прутья решетки. Я знаю эту реакцию. Со школьных времен прошло слишком много времени. Тогда мы обожали развлекаться на вечеринках в вагончике, сбегать в земные бары, показывать себя и ловить восхищенные взгляды. Мы были подростками по нашим меркам. После войны, да и вообще с возрастом и назначением нас на свои должности наш юношеский максимализм растворился. Мы повзрослели, занялись работой, даже трахаться как кролики на каждом углу перестали. Когда мы с Вики прекратили прятаться и официально съехались, она перестала носить откровенные наряды, да и на мужчин других смотреть не смела. Она умела раскрепощаться когда-то, когда была свободна, но, когда мы стали парой, она любила радовать лишь меня. - Тут так много людей, вдохнуть сложно! - Вики пыталась перекричать громкую музыку в земном клубе, чтобы Мими услышала. - Зато тут весело! - Кричала подруга в ответ. - Пошли на танцпол! Они вытащили меня развеяться как-то, когда я три дня не вставал с рабочего кресла. Я стоял около стойки, пока бармен подавал нам выпивку, и улыбался. Я отвык видеть этих девчонок такими непринужденными. Мими было сложно представить директором школы. Она все продолжала носить откровенные наряды, однако ученики воспринимали ее всерьез и смотрели в рот. В моей голове это плохо сочеталось, но когда я увидел ее в деле, стал гордиться ей. Она всегда умела развести Уокер на шабаш, а та велась скорее всего чтобы убежать от проблем. И я был ей благодарен и за это. - У меня в этой юбке виден зад! - Пробурчала Уокер, стоя рядом со мной. Пыталась натягивать ткань пониже, чем умиляла меня. - Хватит ворчать как бабка! Отличный зад! Я ласково улыбнулся ей и погладил по волосам, наклоняя лицо к ее уху. - Иди потанцуй. Ты горячая и должна этим гордиться. А сальные взгляды и грязные руки оставь для меня. Она развернулась ко мне лицом, приподнялась на цыпочках и обвила мою шею руками, коротко чмокая в губы. - А ты не потанцуешь с нами? - Я люблю смотреть на тебя со стороны. - Я ненадолго. И смотри только на меня, понял? - Ха-хах... Да, Госпожа! - Смеясь, шлепнул ее по попке и слегка пихнул в сторону подруги. - Давай, Вики! Смотри, как я могу! - Визжала счастливая Мими, протягивая ей руки. - Повторяй за мной! Вики начала двигать бедрами и через несколько минут расслабилась. Музыка повела ее, и многие мужские взгляды уже были прикованы к ней. Она заметила и взглянула на меня, слегка покраснев. Она была прекрасна, когда смущалась и молчаливо спрашивала разрешения. Поставив рокс с виски на стойку, двинулся по направлению к ним. Пристроился сзади своей женщины, помечая территорию своими ладонями на ее талии, и она закрыла глаза от удовольствия, откинув голову мне на плечо и вслепую проведя руками по моим щекам. Я поцеловал ее в шею. - Все-таки решил потанцевать? - Не смог сдержаться. Тут уже посягают на мое. - Надеюсь, ты не собираешься подраться с кем-то? - Еще не решил. - Фи-фи, господин Сатана. Не опускайтесь до уровня смертных подростков с повышенным уровнем тестостерона. - Госпожа Виктория, не пытайтесь учить меня, виляя своей горячей попкой. - На меня смотрят, потому что я выгляжу как шлюха. - Я не позволю никому считать тебя шлюхой. Если тебе комфортнее ходить в балахоне, пусть будет так. - Ты больше любишь меня в балахоне. - Хихикнула она в танце. - Я люблю тебя любую. Но то, что под ним скрывается мне определенно нравится. Особенно когда ты снимаешь его и танцуешь лишь для меня. Вики действительно чувствовала себя комфортно лишь со мной. И это возбуждало. Она закусила губу, развернувшись ко мне, и прижалась губами к моему кадыку. Я сглотнул. - Ты знаешь, что я предпочту кинжал этим развратным взглядам. Почему же тогда позволяешь Мими обвертеть меня вокруг пальца? Почему мы вообще пришли сюда? На меня все смотрят. - Я ценю твое чувство собственного достоинства. Но иногда не мешает выбираться куда-нибудь расслабиться. Пока ты будешь вот так смотреть на мужчин, никто не сочтет тебя шлюхой. - Или кинжал. - Или кинжал. - Согласился я. - А теперь заткнись и поцелуй меня. Из воспоминаний меня выдернула женская рука, что неторопливо кралась по плечу. Вики начала качаться в такт музыке. Медленно и нехотя. На ее лице не было игривого лукавства как тогда, когда она танцевала для меня. Движения были скованными, она продолжала смотреть в стену. Она не выбирала себе зрителя. Даже меня. И не могла расслабиться и угодить новой хозяйке. Покосился на руку Чумы на своей. Ее острый маникюр был похож на когти. Может, она думала, что выглядит сексуально, но я машинально дернулся назад, чтобы она не поцарапала мою шею. Если у меня пойдет кровь от ее клешней, то я могу заразиться чем-то противным. А она лишь хихикнула в ответ и запустила щупальца в мои волосы на макушке. Меня передернуло. Но я рисковал остаться без волос, если бы вырвался. - Ну что же ты как неродная, птичка? - Залепетала Всадница. Казалось, по большому счету ей не было до меня дела, просто она хотела что-то пощупать. Нравилось гладить льва. Ведь гадюка способна завалить с помощью своего яда любого верзилу. - Может, тебе помочь? Все мы напряглись. - Ха-хах... - Она убрала руки и поправила свой корсет. Блять. Из-за ее спины вылезла крыса. Черная и жирная, похожая на сгоревшую сосиску. А ее скользкий длиннющий хвост чуть не вынудил меня намотать его на кулак и вышвырнуть в окно это тупое создание. Она поцеловала грызуна в его мерзкую морду и отпустила поводок. Крыса спрыгнула с ее колен и прошмыгнула между прутьями в клетку, обвив шею Уокер. - Может, ты уже расслабишься и покажешь нам с мальчиками всю красоту своего тела? Ты немножко исхудала, но все еще соблазнительна. Я тебя даже покормлю потом. Или... - Чума щелкнула пальцами, и крыса слегка придушила Вики хвостом. Я напряг скулы, прожигая в твари дыру взглядом, но заставил ни одну мышцу на теле не вздрогнуть. Вики закашлялась, пытаясь пальцами расцепить ее захват, но грызун зашипел и обнажил зубы, готовый укусить. И все мы знали, что было бы, если бы он это сделал. Я случайно посмотрел на Мальбонте. Он не отрывал взгляда от зрелища. Одна часть моего мозга, что отвечает за воображение, посчитала, что он был бы не против посмотреть на стриптиз, а другая часть убеждала меня, что он следит за крысой. Так, выдохни нахуй. Уокер слегка кивнула. Я был уверен, что она мечтала плюнуть в госпожу. Я бы тоже плюнул. Я много раз представлял, как делаю это. Кинув еще один взгляд на меня, она замерла на пару секунд и глубоко выдохнула через нос. Выдавила самую соблазнительную улыбку из своего арсенала и качнула бедром.

The Weeknd - Call out my name

*...Я говорил, что ничего не чувствовал, малышка, но я лгал,

Я чуть не лишился части себя для сохранения твоей жизни...

*...Кажется, я была очередным пит-стопом на твоём пути, 

пока ты не принял своё решение.

Ты просто потратил моё время. Ты на вершине.

*...Я хочу, чтобы ты осталась, даже если я тебе не нужен.

...Милый, почему ты не подождал, когда я разлюблю тебя?...

Влюбляться в тебя было моей ошибкой...

*...Я вознёс тебя на вершину, я с гордостью заявлял, что ты моя.

И когда наступили тяжёлые времена,

Я убедился в том, что привязался к тебе.

*...Ты позовёшь меня?

...Произнеси моё имя, и я уже буду в пути.

В ее улыбке читалась боль. Хорошо, что только я понял эту улыбку. Она кружилась и терлась о прутья, гладила свое тело в эротическом танце, очерчивала задницей вымышленный полукруг... Все еще роскошные волосы рассыпались по изящно выгнутой спине, и вместе с ними рассыпалась моя надежда, что я смогу когда-нибудь простить себя за то, что позволил оказаться ей в таком положении. В каждом движении была красота. Грация. Это не было вульгарным. Не было чем-то интимным. Она, видимо, представила, что находится на сцене в театре или просто одна перед зеркалом. Прогиб и волна грудью вперёд. Рука обхватывает одну из цепей, которые держат перекладину-жердочку для птицы. Кружась, огибает её и садится, начиная раскачиваться. Подвес дрожит под тяжестью её тела, и цепи переплетаются между собой при её манипуляции, как на детских качелях. Она кружится на перекладине и заваливается назад, позволяя нам насладиться её упругой грудью, по которой ползёт чёрная крыса. Одна нога взмыла вверх, за ней вторая. Уцепившись за цепи руками с двух сторон, Вики плавно развела бедра в стороны. Не слишком широко. Одно колено согнулось. Она махнула ногой, очерчивая воображаемый круг. Затем повторила то же самое второй. Затем двумя одновременно, переплетая икры и вытягивая носочки. Приподнялась корпусом, качнулась к нам лицом и распахнула свои мощные кожаные крылья - единственное, что осталось в ее внешности кричащее о величестве. Затем встала, немного прошлась кошачьей поступью, и снова обхватила решётки, плавно двигая тазом вперёд-назад. Присаживаясь и вновь поднимаясь. Она была потрясающей. Но я этого "не заценил". Убить ее сейчас - было бы подарком для нее. Но Чума не дарит таких роскошных подарков. Я бы сам мог убить Вики, чтобы облегчить её боль, но понимал, что секундой после умер бы сам так и не дождавшись, пока меня взорвут изнутри силой мысли. Жалость - то чувство, которое она могла бы сейчас вызывать у нас с Мальбонте. Но мы оба знали, что эта женщина не дотягивает до того, чтобы ее жалели. Даже показывая трусики, она не теряла достоинства. Прогибалась физически, но этот взгляд мог поставить на колени любое существо. Но только не Чуму. - Вам нравится, щенятки? - Пропела Всадница, игриво потрепав нас за мочки ушей. - Какому мужчине не понравится полуголое женское тело? - Сухо кинул Мальбонте. Ему не нравилось, как она его трепала, но явно нравилось, как танцует Уокер. Он старался не показывать этого, но долгое сексуальное воздержание делало свою работу. К тому же он желал ее в свое время. Козел. Надо урыть его. Запихать в чемодан к чучундре и отправить на другую планету. Желательно не в этой Галактике. - Хочешь, чтобы она подошла ближе? - Если Госпожа желает. Ублюдок. Вики повернулась на 30 градусов и прогнулась назад, заставляя крысу ползти по ее телу. Пока противная морда щекотала носом ее ключицу, а жирное тельце тянулось между полушарий груди, длинный лысый хвост медленно очертил женскую талию, а потом пролез под короткую юбку. Сука. - А ты, мой золотой мальчик? Хочешь, чтобы она села к тебе на колени? Хочу. Пиздец. - Нет, Госпожа. Мне это наскучило. Ублюдок. - Ха-хах... Да ну?... - Чума сузила глаза, проверяя мою реакцию, и мне пришлось представить, как я жру эту крысу, чтобы вызвать рвотный рефлекс. Или как сама Чума танцует, чтобы правдоподобно закатить глаза. Как она еще не лазила в мое сознание? Я умолчал тогда, что мы вообще встречались, а потом пришлось выдать самые болезненные слова в своей жизни. Все знали, каким ублюдком я могу быть. Поэтому даже Мими поверила, и теперь у меня нет ни одного друга. Неужели получилось настолько правдоподобно? "Надоела. Мусор. Я был глуп. И я докажу..." Конченный ублюдок. Не знаю, как долго я смогу доказывать. Чума продолжала сканировать меня, а я со скукой смотрел на танец. Если бы не один предатель в штанах, который был предан своей хозяйке гораздо больше, чем я. - Птичка, иди к нам на ручки... Или точнее "иди по ручкам". Звучало так же. Дрянь. Чума поманила Вики пальцем. Девушка распрямилась и перехватила крысу за пузо, слегка поглаживая ту по спине. Все это время она соблюдала осторожность в танце, и это было так горячо, что заворожило наши взгляды. Она боялась разозлить грызуна и игралась с ним так, что они будто стали единым целым. - Мой щеночек хочет с тобой потанцевать. Правда? - Потеряв ко мне интерес, Чума перевела его на Мальбонте. Тот молчал. - Скромняшка, не стесняйся, я не жадная. Красивые вещи на то и созданы, чтобы ими наслаждаться, не так ли? Снова молчание. Сукин сын тоже упрям. - Да, Госпожа. - Неожиданно выдала Вики. Она вдруг перестала сопротивляться и так быстро покорилась, что мы напряглись. Либо отчаялась, либо задумала что-то. Зная ее - второе, хотя сейчас... Я чувствовал голод Чумы. Или я или Вики. Вот поэтому она устроила спектакль. Шоу, на которое ни одному из нас нельзя было вестись. Девушка подошла к Мальбонте и улыбнулась. Точно так же, как улыбалась мне по утрам. Меня прошиб пот. Если ты и танцуешь для других, то эта улыбка должна была быть только моей. Теперь уже как дань памяти нашим чувствам. Если и случится так, что я умру, и эта жертва была зря, я хранил каждое воспоминание о Вики на подкорке в знак уважения. Ради нее. А теперь эта улыбка больше не моя. Уокер посмотрела на меня с высоты своего роста в стиле "неужели тебе знакомо уважение к чувствам...", и я готов был выколоть свои глаза. Я уже давно не напрягал мозг, чтобы понять, о чем она думает. Хотя мне и не нужно было. Она меня не простит. И я не имею права ревновать ее или злиться. Снова подарив свое внимание ему, девушка мягко погладила его по щеке и уложила ладошки на его шею. Я не мог позволить себе пялиться, но, к счастью, боковое зрение меня ни разу не подводило. Когда она аккуратно перешагнула через его ноги и стала опускать свой глупый голый зад, он ухватился за ее талию, придерживая. - Я разве разрешала трогать руками?! - Чума и над ним издевалась. Ведь для здорового мужчины красивая полуголая женщина как красная тряпка для быка. И при недотрахе невозможность тронуть бархатную ароматную кожу вгоняет в отчаяние. Чума голодна. Живи сейчас этой мыслью, а не ревностью. Он убрал руки, но все так же смотрел ей в лицо. Вики плавно перевела взгляд на его губы. Мальбонте уже не казался таким холодным. Он облизнулся, и сучка не упустила возможности пройтись по увлажненным губам пальчиком, слегка оттягивая нижнюю. Она умела играть на нервах мужчин. И сейчас знала, как действует на нас обоих. А еще знала, что мы не снимем маски и испытывала, насколько хватит нашего терпения. Я поймал себя на мысли, что они с Чумой чем-то похожи. Только если Чума питается нашими чувствами, то она... Блять, и она питается. Глупая. Упрямая. Слезь, блять! - Ты хочешь ее, щеночек? - Эта змея радовалась, ведь впервые, кажется, почуяла, как меня бесит. Однако ситуация дошла до того, что она была уверена - если я вдруг сорвусь, то Вики я уже не буду нужен. После всего, что она пережила. В любом случае я был обречен на отчаяние. Может, поэтому она ее и держит. - Хочу, Госпожа... - Тебе просто нужно попросить меня, щеночек. Они уже дышали друг другу в губы. Их лица были так близко... Они не видели, как я умирал. Или видели, но им было не интересно. Мальбонте промолчал. Вики оскалилась. - Как хочешь, малыш... - Наигранно грустно протянула Всадница. Снова развернулась ко мне, и... - Тогда следующий... Я же вас одинаково люблю... Блять. БлЯТЬ. БЛ*ТЬ! #####Х*й#я! Только не ##аный приват! Где тут окно? Я лучше прыгну! Вики только сейчас отвела от него взгляд. Вставая, мазнула кончиком носа по его носу и вильнула бедрами по его штанам. Мальбонте остался сидеть словно статуя. Клянусь, сейчас я хотел бы стать камнем. Ведь она медленно подошла ко мне со спины и присела на корточки, едва касаясь пальчиками моих крыльев. В нос ударил ее аромат, и я закрыл глаза, чтобы не выдать волнения. Как бы я ни убеждал себя, что минуту назад она была на коленях у другого, но знал, что это не поможет. Чума очень убедительна, и вины Вики в этом нет. А еще чувствовал, что она была нежной с ним назло мне. И это знание перечеркивало всю злость, которую я хотел вызвать. Она всегда была моей, предназначалась мне, и даже после расставания мы всегда будем принадлежать друг другу. Даже если это убьет нас обоих. - Я знаю, что тебе нравится... - Прошептала она в мой затылок, чуть надавливая грудью на мою спину. Лизнула мочку уха, чем вызвала ожидаемые мурашки. - И это не пойдет тебе на пользу... Чего? Она вздумала мстить мне? Чего ты хочешь, сумасшедшая? Чтобы я кончил на глазах у своего ночного кошмара? Конечно, она все еще сомневается, что я не хочу разложить ее на этом полу, и поэтому ищет свои доказательства. Ебанца снова начала появляться в ее тоне, и если бы не знал ее характера, подумал бы, что она пьяная. Где же окно? Еще не поздно! Вики резко поднялась, а затем, обойдя меня, спустилась с помоста. Развернулась ко мне спиной и чуть раздвинула ноги, чтобы я лицезрел ее киску, едва прикрытую тонкой тканью стрингов. Клянусь, я увидел на них потемневшее пятно. Мокрая от того, что разозлила меня. От нее пахло совсем не отчаянием. Мне пришлось откинуться назад, уперевшись ладонями в ступеньку, чтобы разогнать морок. Естественно, это выглядело как презрение. Я на это надеялся. Выписывая "восьмерки", девчонка присела слишком низко, соприкоснувшись бедрами с моими брюками. Я пытался вызвать в себе жалость к ней, что ее заставляют это делать, как и нас, и что у нее нет другого выбора. Но у нее всегда был выбор. Она была храбра для того, чтобы покончить со всем этим, пустив свою кровь. Но она почему-то не делала этого. Мне было интересно, есть ли в ее черепушке план. И осознание того, что скорее всего есть, заводило только сильнее. Мое тело не слушалось меня. И ее это веселило. Она села на меня, перекинув волосы на одно плечо, и запрокинула голову назад, чтобы ощутить кожей шеи мое горячее ровное дыхание. Я боялся сделать лишний вдох и отводил таз назад, чтобы она не наткнулась на мой член. Яйца гудели, и я запрокинул голову назад. Зрители никуда не исчезли, поэтому я дунул, чтобы убрать ее волосы, которые лезли в рот. Ее горячая задница с нажимом терлась об меня, скользя все выше. Руками она оперлась на мои колени, и я машинально привстал, чтобы ее свалить. Вики только усмехнулась маленькой победе и надавила сильнее, съехав прямо в цель. Я закусил щеку, чтобы не издать писка. Она почувствовала бугор и промурлыкала, расслабляя мышцы ягодиц. Он попал прямо между ними, и я схватил ее за таз чуть выше мягких полушарий. Уверен, смотрящие на нас представили, как мы обычно трахались. Ведь она двигалась. А то, как я скользнул одной ладонью выше по ее спине, было больше похоже на то, что я вот-вот схвачу ее за волосы и заставлю скакать на себе. Только на нас все еще была одежда. Стиснув зубы, я как можно брезгливее спихнул ее. Стряхнул несуществующую пыль с колен и отвернулся. - Довольно, птичка. - Посчитав это шоу дико веселым, Чума погладила ее по голове, останавливая. Она даже не запретила мне убрать от нее руки. То ли поверила, что я сопротивлялся, то ли поняла, что мною сейчас можно отлично поужинать. – Подойди ко мне… Вики как ни в чем ни бывало слезла с моего члена и устроилась на коленях между ее ног. На мгновение мне показалось, что она положит на них голову, словно котенок. Однако она ошарашила нас с Мальбонте, когда осмелилась упереться в подлокотники ее трона и чуть нависнуть над Всадницей. Крыса с ее ключицы потянулась обратно на шею к хозяйке, и они немного столкнулись грудями, прожигая друг друга вызывающими взглядами и целуя мерзкого грызуна с обеих сторон. - Ты угодила мне, дорогая… Можешь идти в комнату. Там тебя уже ожидает подарок за твое послушание… Сувенир из твоей прошлой жизни. Посмотри и опробуй, уверена, тебе понравится… - Она мазнула когтями по ее щеке. – Мальбонте, милый, проводи ее. - Да, Госпожа. – Вики оскалилась, будто вошла в кураж. А вот мне было не до смеха. - Пойдем, … Вики. – Мальбонте произнес имя шепотом, будто опасался обратиться к ней так при всех. Однако Чума уже не слушала их. Она снова повернулась ко мне и начала игриво теребить пряди моих волос, небрежно махнув свободной рукой в сторону выхода. - А ты задержись, мой золотой мальчик… - Клянусь, меня когда-нибудь стошнит на ее проститутские туфли.