I'll come back. (Я вернусь.)

      Впервые это произошло в ночь гибели Сириуса. Меня, непомнящую себя от горя, доставили в больничное крыло Хогвартса и, накачав успокоительными и сонными зельями, оставили приходить в себя.       Я не знаю, из-за чего это произошло, но проваливалась в сон я словно в воспоминание. Если вы хоть раз смотрели воспоминание в Омуте памяти, то наверняка поймёте, что я имею ввиду. Я летела сквозь пространство вниз, приготовившись к удару, но его так и не последовало.       Местность, где я оказалась, была для меня абсолютно незнакомой. Старые автомобили, мощеные улочки, строящиеся высокие здания, но самым удивительным была одежда. И хоть консервативные Маги и придерживались старых традиций, но одежда на людях проходящих мимо могла соответствовать только началу двадцатого века.       В своё время я пересмотрела с тётей Петунией огромное количество мыльных опер, сериалов и мелодрам. И могла почти с точностью сказать, что на дворе точно не 1996 год. Я стояла посреди тротуара и крутилась по сторонам, пытаясь понять, где я оказалась? Вопрос когда, меня не сильно волновал. Всё же это был сон, а значит здесь могла делать всё, что угодно. Хотя после кошмаров связанных с Волдемортом все мало-мальски реалистичные сны должны были вызывать во мне тревогу как минимум, паническую атаку как максимум.       На улице ярко светило солнце и по ощущениям было раннее лето. Молодые люди, как и дамы были одеты преимущественно в светлую одежду из лёгких тканей. Наконец я остановилась, зацепившись за своё отражение в витрине магазина. Что неудивительно, на мне была подобающая случаю одежда. Светло-зелёного цвета платье из лёгкой струящейся ткани с квадратными вырезом и рукавом три четверти, доходящее мне до щиколоток, туфли на небольшом каблуке. Мои тяжёлые рыжие волосы были уложены в причудливый пучок на затылке из которого выбивалось несколько непослушных прядок.       Я аккуратно ощупала себя в попытке найти свою волшебную палочку, всё же с ней мне было намного спокойнее. Палочка нашлась на бедре, заткнутая за резинку чулка. Естественно я не могла задрать платье и убедиться в том, что это именно моя палочка, посередине улицы. И вообще как мне ей воспользоваться в случае экстренной ситуации?       Правда если такая ситуация и впрямь возникнет, то думаю мне будет не до соблюдения норм приличия.       Я ещё раз огляделась по сторонам, зачем я здесь мне было неизвестно, но я решила не стоять на месте и немного прогуляться, всё равно скоро действие зелий закончится и я проснусь. Скорее всего из-за выпитого успокоительного боль от потери Сириуса была не такой сильной и я не щеголяла красным носом и заплаканными глазами.       Погруженная в свои мысли, я не заметила как вышла на дорогу и только лишь чудо, в лице молодого парня, спасло меня от столкновения с автомобилем. Он резко дёрнул меня за локоть, буквально вытаскивая из-под колёс автомобиля и крепко прижал к своему телу. Моё сердце гулко стучало в груди, но и его билось не тише.       Интересно если бы я попала под машину во сне, то я бы проснулась или умерла?       Я осторожно подняла взгляд и столкнулась со взволнованным взглядом светло-зелёных глаз. Парень, на вид не старше меня, был на голову выше ростом и достаточно хорошо сложен для своего возраста. Его медного цвета волосы были аккуратно подстрижены и идеально уложены на пробор. Весь его внешний вид говорил о достатке. - Мисс, с вами всё в порядке? – он отступил на шаг, всё ещё продолжая держать меня за руки и внимательно осмотрел снизу до верху. - Да, благодарю, - я смущённо опустила взгляд, натыкаясь глазами на сильные предплечья, что выражено проступали под тонкой тканью рубашки. – Вы спасли мне жизнь, мистер… - Мейсон, но можете называть меня просто Эдвард, мисс, - он широко улыбнулся, демонстрируя ровную белоснежную улыбку. - Маргари Поттер, - я попыталась изобразить книксен, но с зажатыми в твёрдых пальцах парня руками это сделать было не очень удобно. Эдвард, заметив мой маневр тут же отпустил мои руки и отошёл ещё на шаг. - Прошу простите меня, Маргари, - он слегка кивнул. - Прошу, зови меня Мари или Гарри. Имя Маргари используют профессора когда очень мной недовольны, или моя подруга когда пытается в очередной раз донести до меня истину.       Отчего то разговаривать с ним было легко. Казалось бы после того, что произошло вчера, после того как на моих глазах Белатрисса убила Сириуса я должна была чувствовать раздирающую боль, но на душе было тепло и ясно, и я списала все на действие целебных зелий. А может это и вовсе мой мозг пытался дать мне разгрузку и подкинул простой лёгкий сон и компанию симпатичного парня. - Имя Гарри тебе явно не подходит, - он немного поморщился, словно пробуя имя на вкус. – Но вот Мари, звучит намного лучше. Ты не местная? Никогда раньше не видел тебя в нашем районе. - Можно сказать и так. Я здесь раньше никогда не была, - знать бы ещё где это здесь. - Чикаго большой город, все бывает в первый раз.       Вот это да! Ни за что бы не подумала, что моё подсознание сможет закинуть меня на другой континент. С другой стороны, чем дальше от Лондона, тем лучше. - Боюсь, я и в Чикаго раньше не была, - я улыбнулась, обнажая зубы. - Тогда, окажите мне честь и позвольте показать вам этот чудесный город. Если у вас, конечно нет других дел, мисс Поттер. - Просто Мари. И я с удовольствием приму твоё предложение, Эдвард, - я положила свою руку на любезно предложенный локоть и мы неспешно последовали по улицам города. - Откуда ты? – спустя пару минут спросил Эдвард, начиная простой разговор. - До одиннадцати лет жила в пригороде Лондона, но после десять месяцев в году стала проводить в закрытой школе-пансионе в Шотландии. - Это школа для девочек? - Нет, она смешанная. Просто для одарённых детей. - Стало быть, ты очень умная? - Я бы так не сказала. Скорее крепкий среднячок. - А в Чикаго как оказалась? - Честно, даже сама не поняла. Всё так быстро произошло, - я пожала плечами, надеясь, что такого объяснения будет вполне достаточно. - И как надолго ты тоже не знаешь? – грустно спросил Эдвард. - Это не от меня зависит, - я взглянула ему в лицо и увидела то, что уже давно не видела на лицах людей – искреннее сожаление от скорого расставания. Неужели полчаса общения хватило, чтобы понравится этому несомненно красивому парню? С другой стороны и он произвёл на меня огромное впечатление.       Господи, о чем я думаю, это же просто сон! Значит здесь всё и будет происходить так, чтобы мне понравилось. Просыпаться совершенно не хотелось.       Мы очень долго гуляли и говорили обо всем на свете. Эдвард оказался очень приятным собеседником с открытой улыбкой и озорным блеском в глазах. Он с теплотой в голосе рассказывал о своих родителях и сожалел, что он единственный ребёнок в семье, потому что у таких родителей как его обязательно должно быть много детей, но не сложилось.       За время своей прогулки мы дошли до парка, где чинно прогуливались дамы и молодые парочки, щебетали на лавочках молодые девушки и играли в шахматы мужчины. На душе было спокойно и светло, так как никогда не было в реальной жизни.       Эдвард купил нам напитки и мы устроились на одной из лавочек под большим раскидистым дубом, пытаясь укрыться от солнца. Если бы мне можно было колдовать, то я бы уже использовала освежающие чары. Я в очередной раз одёрнула себя – это же сон, значит здесь все возможно. Немного сконцентрировавшись, я легко взмахнула рукой и лёгкий ветерок остудил наши разгорячённые тела. Эдвард естественно не заметил моих движений, но ветру обрадовался так же как и я, прикрывая глаза, и делая вдох полной грудью. - Знаешь, а я ведь никогда не был нигде кроме Чикаго. Хотелось бы мне побывать в Лондоне, - он мечтательно улыбнулся. - Лондон, довольно серый и хмурый. А вот предгорья Шотландии это что-то восхитительное, - мои глаза горели пока я рассказывала ему о золотой осени и снежной зиме, о пронизывающих ветрах и ярком солнце. Хогвартс был моим домом и я его искренне любила, несмотря на всё то, что там происходило. - Мари, прости меня за столь грубый вопрос, но сколько тебе лет? – он смотрел в мои глаза и я невольно задалась тем же вопросом. - Я отвечу только если ты окажешь ответную услугу, - я весело улыбнулась парню. - О, конечно, - он немного смутился. – Мне вчера исполнилось шестнадцать. - Поздравляю! – я взяла его за руку и крепко сжала ладонь, широко улыбаясь и только потом сообразила, что в этом времени наверно не принято так выражать эмоции. Я уже хотела убрать свою руку, но Эдвард крепче взял мою ладонь проведя большим пальцем по костяшкам. От кончиков пальцев по телу пробежали мурашки и я смущённо улыбнулась. - Я думала ты старше. - Это из-за высокого роста. Мама говорит, что с таким ростом надо было меня в спорт отдавать, а не в музыкальную школу. - Ты занимаешься музыкой? - Да, играю на фортепиано. Но на самом деле мечтаю стать врачом. - Это здорово! А вот я ничего такого не умею, даже жаль. Но я готовлю хорошо, правда. - Думаю это замечательная способность, - в его глазах плясали смешинки и я отразила его улыбку. – Так ты скажешь? - Мне исполнится шестнадцать тридцать первого июля.       Если в моем сне время года сопоставимо с реальным, то сейчас 21 июня. Мне захотелось запомнить дату рождения моего воображаемого парня и я сделала себе отметку в голове, хотя я вряд ли вообще когда-нибудь забуду этот день. - Мари, может с моей стороны это прозвучит самонадеянно, но я хотел бы пригласить тебя на фестиваль джазовой музыки в твой день рождения. - Эдвард, я не могу ничего обещать, - мне до ужаса не хотелось расстраивать парня. Я понимала, что все это мне снится, но почему-то я все больше ловила себя на мысли, что такая реальность нравится мне гораздо больше. – Если честно, я даже не знаю, что будет завтра. - Давай договоримся, что если ты ещё будешь в городе, то придёшь. Фестиваль пройдёт на центральной набережной залива. Я буду ждать тебя, - он проникновенно посмотрел на меня и на мгновение прижал мою руку к свои губам и я не смогла отказать, понимая, что вряд ли смогу вернуться в этот сон. Ведь такого не бывает. - Хорошо, Эдвард, если я смогу, то обязательно приду.       Мы разговаривали ещё несколько часов, прогуливаясь по парку и по улицам города, вышли к заливу и посмотрели самый красивый закат. Но стоило только солнцу опуститься за горизонт, как я почувствовала, что невидимые силы тянут меня вверх.       Я спешно попрощалась с Эдвардом, сославшись на позднее время и буквально сбежала, пытаясь укрыться от него. Мне не хотелось, чтобы он увидел как я растворяюсь в воздухе, хоть он и был всего лишь плодом моего воображения. ***       Проспала я тогда восемь часов, именно столько я и провела с Эдвардом. А проснувшись не стала устраивать истерик, не кричала и не обвиняла никого. Этот сон и воображаемый Эдвард помогли мне справится с потерей Сириуса.       Каждый день ложась спать я мечтала вновь оказаться в Чикаго и встретить парня, что запал мне в душу. Я становилась более замкнутой и молчаливой, с отчаянием пытаясь сохранить в памяти образ Эдварда. Но ночь сменялась ночью, а он всё не приходил ко мне.       Вторая наша встреча состоялась как он и просил на мой день рождения. В этот раз мне все же удалось узнать год в котором я очутилась. Большой баннер на входе на центральную набережную залива гласил: «Фестиваль джаза в Чикаго 1917 год.»       Я немного опешила, конечно по одежде я предполагала, что мне снится начало двадцатого века, но когда увидела вывеску, была слегка обескуражена.       Сегодня мой наряд был не менее подобающим, чем прошлый. Бежевое платье без рукавов, до середины икры, лёгкие бежевые босоножки и нитка жемчуга на шее. Мои волосы были уложены аккуратным струящимися локонами. Готова была поспорить, что выгляжу я отменно.       Мой парень…       Господи, вы только послушайте!        МОЙ ПАРЕНЬ стоял облокотившись на перила набережной и смотрел на проплывающие по каналу суда. На фоне играла лёгкая джазовая музыка, которая оседала в душе тёплыми волнами.       Я сделала робкий шаг на встречу моему Солнцу. Он словно почувствовал моё приближение и обернулся. Ветер взлохматил уложенные медные волосы и я залюбовалась им. Кажется он ещё вырос и стал немного шире в плечах с нашей встречи.       Шаг, ещё один и вот я уже бегу к нему на встречу, мечтая оказаться в крепких объятиях. Он бежит на встречу мне и разводит руки в стороны подхватывая меня в свои объятия, приподнимая над землёй и кружась. Я запускаю пальцы ему в волосы, ещё больше взлохмачивая причёску и весело смеюсь.       Я уже не надеялась на нашу встречу. Тот сон был словно глоток свежего воздуха, который смог успокоить мою истерзанную душу. - Мари, я знал, что ты придёшь, - он опускает меня на землю и счастливо улыбается, переплетая наши пальцы. - Ты не мог этого знать, - я снисходительно улыбаюсь. - Но не переставал верить, - Эдвард смотрит мне в глаза и у меня захватывает дыхание от его искренности.       Мы стоим посередине набережной, крепко переплетя пальцы и не можем отвести взгляд друг от друга. Счастливые улыбки не сходят с наших лиц и мне до слез хочется остаться здесь и больше никогда не просыпаться. Не видеть смертей и не знать боли потерь. Но я знаю, что не смогу остаться, я нужна там. Моя война идёт полным ходом и только мне под силу её закончить. - Ты надолго здесь? - Ещё не знаю. Но думаю у нас есть этот день. - Я бы хотел пригласить тебя на танец, - он немного смущается, отчего его щеки покрываются восхитительным румянцем. - Здесь? - Почему нет? Площадка есть, музыка есть, остальное не имеет значение. - Но я очень плохо танцую, - я стесняюсь признаться, что все мои навыки ограничиваются Святочным балом и танцор из меня никакой. - Это не имеет значения, - его левая рука опускается на мою талию и я обнимаю его за плечи одной рукой. Он делает шаг, я отступаю и меньше чем через минуту понимаю, что мы танцуем вальс под джаз, который на мой взгляд для этого абсолютно не предназначен.       Но как сказал Эдвард, это не имеет значения. Сейчас для меня имеет значение только его широкая улыбка и тёплые руки, его яркие глаза и выразительный смех. Одна мелодия сменяется другой, а мы всё так же продолжаем танцевать, в какой-то момент переставая вальсировать и просто покачиваясь на месте. - Спасибо, Эдвард, - я поднимаюсь на цыпочки и нежно целую его в щёку. Он снова смущённо краснеет, впрочем как и я. Для него это также ново как и для меня. Ещё ни разу в жизни я никого не целовала, даже просто в щёку. Эдвард мне действительно нравится и я ужасно боюсь влюбится в выдуманный образ.       Он кажется чувствует, что моё настроение изменилось и останавливается, отходя на шаг, но так и не выпускает мою руку. - Может прогуляемся? - С удовольствием.       Мы идём рядом, не обращая внимания на взгляды посторонних людей и снова говорим обо всем на свете. Эдвард рассказывает мне о том, что преподаватели отметили его игру и ему предложили выступить на традиционном Рождественском концерте. А я всего лишь делюсь своим скучным летом.       Мне так интересно слушать его рассказы, словно я вместе с ним переживаю его эмоции и это непередаваемые ощущение. Создаётся впечатление, что за эти две короткие встречи мы стали одним целым. Он договаривает за мной предложения, а я восхищаюсь его проницательностью.       Сегодня день не такой жаркий как в прошлый раз и ближе к вечеру становится достаточно прохладно, начинает накрапывать мелкий дождик, но ему не под силу нас остановить. Эдвард накидывает на мои плечи свой пиджак и проводит ладонями по моим предплечьям, выпуская стайки мурашек путешествовать по моему телу. - Что это? – в его голосе неподдельное беспокойство и я опускаю взгляд вниз. Он очерчивает пальцами шрам на правой руке, что остался от кинжала, которым Петтигрю вскрывал мою кожу, собирая кровь для своего господина. - Неудачно порезалась, убирая сорняки, - я убираю руку, пряча её за спиной.        Почему именно сейчас? Ведь всё было так хорошо. К тому же это мой сон, я же должна уметь влиять на него. Но чтобы я не воображала ситуация не меняется. Мы все также стоим на набережной, ветер треплет наши волосы и я тону в его глазах. Солнце склоняется к закату и я первая делаю шаг на встречу его губам.       Первое робкое касание губ обжигает словно Адский огонь. Я нежно прижимаюсь к его губам всего на мгновение, но этого достаточно, чтобы разжечь огонь в моём сердце.       Я делаю шаг назад и опускаю взгляд. Мне не стыдно, нет. Но я боюсь его реакции. Боюсь, что он посчитает меня легкомысленной или доступной. Эдвард перестаёт быть моей фантазией, сейчас он просто парень, в которого я кажется влюбилась.       Его длинные пальцы поднимают мой подбородок, а на его губах играет счастливая улыбка. Предательское сердце пропускает удар, когда он вновь склоняется ко мне и наши губы встречаются на полпути.       Я готова утонуть в этом поцелуе, его мягкие губы двигаются необычайно нежно, словно своими действиями он боится спугнуть меня. Я немного приоткрываю рот и провожу языком по его верхней губе. Он замирает на долю секунды, а после крепко прижимает моё тело к себе и обрушивается на мой рот неистовым поцелуем.       Его губы сминают мои, а язык то и дело ныряет в мой рот вызывая тёплую волну внизу живота. Я стону от того количества эмоций, что он во мне вызывает. Мои пальцы судорожно в цепляются в его рубашку в отчаянно желании быть ещё ближе.       Наши силуэты скрыты за тенью деревьев, а музыка доносящаяся отовсюду заглушает мои отчаянные стоны. Если бы кто-нибудь увидел бы нас в таком недвусмысленном положении, то позора было бы не избежать. Но мне всё равно, это мой сон и в нем я буду делать, что захочу. А сейчас я хочу целовать его до тех пор пока у меня не заболят губы. - Мари… - шепчет он в мои губы, ближе прижимая к себе. Сквозь тонкие слои одежды я чувствую как колотится его сердце в груди и улыбаюсь.       Мерзкое чувство дежа вю посещает меня спустя мгновение. Меня словно вытягивает из моего самого лучшего сна. Я резко отступаю от Эдварда, панически оглядываясь по сторонам. Срываю с плеч его пиджак и лепечу, что-то о том, что мне надо торопиться и уже поздно. Эдвард и хотел бы меня удержать, но я не позволяю, насылая лёгкий Конфундус. Я едва успеваю зайти за дерево, как резко сажусь на кровати.       За окном встаёт солнце, а на часах всего лишь шесть утра. Я со стоном откидываюсь на подушки и рука непроизвольно тянется ко рту. Я всё ещё чувствую его губы на своих и мне хочется плакать от того, что это всего лишь сон и что никакого Эдварда не существует. ***       Дальнейшие несколько месяцев проходят как в тумане. Постоянная бдительность, подозрительное поведение Малфоя и занятия с директором, выматывает меня эмоционально досуха. Иногда мне кажется, что к концу учебного года от меня останется лишь пустая оболочка.       Помимо прочего я налегаю на учёбу, перечитываю все книги по ЗОТИ и по тёмным тварям, потому что знаю, что Волдеморт не побрезгует обратится к самым тёмным из них. Библиотека Хогвартса не может похвастаться обилием информации и тогда я прибегают к запрещенным приёмам. Гермиона бы явно не одобрила мои методы, но то чего она не знает, считай, что и не было.       Я обращаюсь за помощью к Кричеру. И хоть домовик не любит меня, но он вынужден подчиняться. Я прошу приносить мне не опасные книги из дома на площади Гриммо, и вот в них нахожу много новой и полезной информации. Порой я чувствую себя настолько переполненной информацией, что ещё хоть одна книга и моя голова взорвётся, но я не отступаю. Я обязана быть готова.       Рождество я провожу в Норе, впервые на моей памяти. Прошлый год не считается, тогда мы встречали Рождество в доме Блэков. Именно этот день выбирают пожиратели, чтобы напасть на дом Уизли. Мне почти удаётся поквитаться с Беллатрисой, но она исчезает прежде, чем слова проклятия слетают с моих губ.       Кровь струится по виску и я оглядываюсь в поисках соперников, но все они как в землю провалились и тут я слышу душераздирающий крик миссис Уизли. Нора полыхает ярким пламенем, погребая под собой все воспоминания этой семьи.       Мне всё же удаётся достать одного из пожирателей метким Секо в шею, но я уже не знаю кто это и насколько сильно он пострадал. Другие Псы подхватывает пострадавшего и исчезают в воронке трансгрессии, куда я с особой жестокостью направляю ещё дюжину Секо, пока меня наконец не останавливает Гермиона.       Она сжимает меня поперёк тела и мы вместе оседаем на землю громко рыдая, хватаясь друг за друга как за последнюю опору в этой жизни. В груди нещадно болит и воздух с трудом попадает в лёгкие. Но как же мне хочется, чтобы на месте моей подруги оказался мой Эдвард.       Взрослые маги тушат пожар и пытаются спасти хоть что-нибудь. Нас же отправляют на Гриммо, как в наиболее безопасное место.       Джинни жмётся к старшим братьям, а Гермиона не отходит от Рона. Я их понимаю, им необходима поддержка друг друга. Я же меланхолично принимаю душ и выпив флакон умиротворяющего бальзама ложусь спать, мечтая наконец увидеть его и почувствовать его твёрдые плечи под своими руками.       Не знаю, что срабатывает в этом случае, мои мольбы или то, что он приглашал меня на концерт, но я оказываюсь перед большим зданием, красиво украшенным разноцветными шарами и гирляндами. Я плотнее закутываюсь в шубу и поднимаюсь по ступенькам.       В просторном холле ярко светят огни, а огромная ель занимает весь центр помещения. На входе меня встречает пожилой мужчина в ливрее. - Прошу прощения, мисс, вы есть в списке приглашенных?       Я на миг замираю. Ну не могут же в моём сне не пустить меня на концерт? И коротко киваю. - Маргари Поттер, - называю своё имя и жду пока мужчина сверится со списком. - Благодарю за ожидание, мисс, - он протягивает мне программку и я не задумываясь принимаю её. – Третий ряд, место тринадцать. Поторопитесь, концерт вот-вот начнётся.       Я благодарно киваю и следую в зал. Концерт совсем не похож на те, что я видела раньше. Нет ведущих и никто не объявляет номера, вся необходимая информация есть в брошюре и узнать, кто с каким номером выступает можно из неё.       Эдвард выйдет под номером семь и исполнит две композиции. Первой была одна из сонат Моцарта, я в них плохо разбираюсь. На самом деле у меня никогда не было шанса по настоящему насладиться музыкой. Но больше меня интересовала вторая мелодия, её автором был указан сам Эдвард и называлась она «Поцелуй дождя».       Я ёрзала на месте, чем вероятно отвлекала людей сидящих рядом, но мне нетерпелось вновь с ним встретиться. Прошло почти пять месяцев с нашей последней встречи и я очень надеялась на то, что он меня не забыл. Хотя это всё же мой сон, так что я просто желаю, чтобы Эдвард меня вспомнил.       Когда пришёл его черёд выходить на сцену, я вдруг сильно занервничала. А что если он меня не ждёт и не захочет видеть? Но ведь он забронировал для меня место. Вдруг у него кто-то появился или он вообще помолвлен? Ведь раньше достаточно рано договаривались о браках.       Господи, Маргари, что за бред ты несёшь! Мне хотелось стукнуть саму себя и когда я уже готова была это сделать на сцену вышел он. Такой же красивый как и прежде. Волосы отливали медью в свете софитов, костюм тройка сидел на нем идеально, подчёркивая высокий рост и ширину плеч. Я любовалась этим совершенством и нахваливала свое подсознание за то, что создало такого совершенного парня.       Первую мелодию он играл практически не отводя взгляд от клавиш, а я всё мечтала поймать его взгляд и окунуться в искренние эмоции. Но стоило заиграть второй мелодии как он закрыл глаза и поднял лицо вверх, а затем его взгляд опустился в зрительский зал и наши глаза наконец встретились. Я мягко улыбнулась ему, подтверждая, что я не сон и не мираж.       Его лицо озарилось самой счастливой улыбкой когда он понял, что я настоящая. И клянусь, если бы у него была такая возможность он бы прекратил играть мелодию на середине и бросился бы ко мне сквозь весь зрительских зал. В его глазах отражалась крайняя степень нетерпения и я поспешила покинуть зал, едва только прозвучали последние аккорды. Впрочем и Эдвард не задержался на сцене. Мы столкнулись в холле и он увлек меня за колонну нежно оглядывая моё лицо и проводя пальцами по щекам. - Это действительно ты, - он выдохнул и прижался своими губами к моему лбу. – Я знал, что ты придёшь. - Ты не мог знать. - Но я продолжал верить.       Мои пальцы запутались в его волосах когда наши губы наконец встретились. Я глубже вздохнула аромат его тела, почувствовав аромат леса и морозного утра. Это был он – мой Эдвард.       Не знаю сколько мы так простояли, но в какой-то момент я услышала как в холл начали выходить люди и нам пришлось остановиться.       Губы пылали, но я готова была продолжать целовать его хоть целую ночь напролёт или две, или даже целую жизнь. - Пойдём, я познакомлю тебя с родителями. - Ты уверен? Я не самая лучшая партия для тебя. - Глупости, Мари. Ты лучшая из всех кого я встречал. - Но это только третья наша встреча. - Для того, чтобы понять, что любишь кого-то не нужно много времени, а я уверен, что влюблен в тебя. И даже если ты снова пропадёшь на полгода, я буду ждать тебя, - он снова мягко поцеловал меня и потянул за собой в центр холла, глазами выискивая в толпе своих родителей.       Мистер и миссис Мейсон ожидали сына возле нарядной ели. Молодая ещё пара, по-доброму улыбнулась единственному сыну и миссис Мейсон притянула его в свои объятия. - Я так горжусь тобой, дорогой, - она поцеловала его в щёку и уступила место отцу. Тот похлопал сына по плечу и перевёл взгляд на меня.       Я смутилась, пытаясь понять насколько я хорошо одета и уместно ли моё присутствие рядом с этой семьёй. - Мама, отец, - начал Эдвард, привлекая меня к себе. - Позвольте представить вам - мисс Маргари Поттер. - Очень приятно, - я склонила голову в приветствии. - Эдвард очень много о вас рассказывал и для меня большая честь познакомиться с людьми, что воспитали его. - О, милая, прошу, давай без этого официоза. Мы не в Англии, чтобы соблюдать все нормы приличия, - она расцеловала меня в обе щеки и внимательно осмотрела. - Какой удивительный цвет глаз. - Это от мамы, - я грустно улыбнулась. Не хотелось бы портить вечер, но знакомство с родителями потенциального парня обязывает рассказать о себе. - И где же ваши родители, юная леди? Или вы здесь одна? - Мои родители давно мертвы, мистер Мейсон, я воспитываюсь у тётушки и в Америку приезжаю по семейным делам. К сожалению не так часто, как хотелось бы. - Энтони, ну что ты в самом деле? - миссис Мейсон взяла мужа под руку. - Маргари, не желаете отпраздновать с нами первое выступление Эдварда на большой сцене?       Я перевела взгляд на Эдварда, который широко улыбался и слегка кивал головой, намекая на то, чтобы я согласилась. Да я бы и не смогла отказаться. Очутиться в своём сне, встретить Эдварда и провести с ним как можно больше времени - вот о о чём я сейчас мечтала и совместный ужин с его родителями прекрасно вписывался в мой план. - Если это будет уместно, то я с удовольствием.       У семьи Мейсон был заказан в столик в одном из самых лучших ресторанов. Мы много беседовали, я рассказала усечённую версию своей жизни, а они мне забавные случаи из жизни Эдварда, от чего он восхитительно краснел и ярко улыбался. Это было самое лучшее знакомство с родителями, которое только можно было представить.       После ужина Эдвард вызвался проводить меня, но все мы прекрасно понимали, что нам просто хочется побыть наедине после стольких месяцев разлуки. Его тёплая ладонь взяла мою и мы неспешно пошли по улочкам Чикаго. На улице шёл пушистый снег, который оседал на наших волосах и это воистину было лучшее Рождество в моей жизни.       Мы до одури целовались, прячась за деревьями в парке и играли в снежки, веселясь как малые дети. Я больше не хотела назад, но чувствовала, что наше время подходит к концу. - Я вернусь, Эдвард. Я обещаю, - сказала ему, когда мы в очередной раз спрятались за деревом. Пар вырывался из моего рта согревая наши губы и он вновь потянулся поцеловать меня. - Я дождусь.       Мы стояли так ещё минут двадцать, согреваясь в объятиях друг друга, пока я снова не почувствовала, что меня вытягивает из сна. За мгновение до того как я ушла от него, он успел вложить мне в ладонь небольшую подвеску, на которой причудливый образом переплетались первые буквы наших имён.