I'll come back. (Я вернусь.)

      События вновь завертелись вокруг меня. Моё нападение на Малфоя, путешествие за крестражем, который оказался подделкой и наконец смерть директора. Я была разбита.       Только сейчас я в полной мере осознала, что мой конец близок. Больше некому меня защитить. Единственный кого боялся Волдеморт повержен и теперь моя жизнь только в моих руках. С каждым днём силы бороться во мне оставалось всё меньше, но я продолжала вставать по утрам и делать хоть что-то, не ради себя, а ради тех кто ещё верит в победу.       Последний месяц жизни у Дурслей я вдруг осознала, что больше никогда не вернусь в этот дом и скорее всего больше не увижу своих родственников. Я не верила, что выживу в этой войне. Да и сколько она продлится мне было неизвестно. Слишком неравными были силы. К тому же, я элементарно даже не знала с чего начать в поисках крестражей. Радовало только то, что я знала действенный способ их уничтожения, даже целых три и за это спасибо библиотеке Блэков.       Пока я готовилась к войне, чего я только не успела прочитать в книгах темнейшего семейства. Проблема была только в том, что последний известный мне Василиск лежит мертвый под Хогвартсом. Меч Гриффиндора, что впитал в себя яд хранится в кабинете Снейпа, а Адское пламя самое коварное заклинание из всех известных, но так же и самое доступное.       Для того чтобы овладеть им в полной мере и контролировать в первую очередь необходимо было научиться контролировать свой разум. С чем у меня очевидно были большие проблемы. Я даже свои сны не могла контролировать, что уж говорить об Адском пламени. Но это был выход и я обязана была попытаться.       До моего семнадцатилетия оставалось все меньше времени и я решила для начала попробовать действовать без магии, то есть я училась очищать свое сознание. Каждые день по несколько часов я учила себя не думать. Прятать все свои мысли и переживания за глухой стеной, чтобы спереди оставался только чистый белый лист не подверженный сомнениям и тревогам. И должна признаться у меня получалось, пусть и не так хорошо как хотелось бы, но это было лучше чем ничего.       Свадьба Билла и Флёр была омрачёна нападением Пожирателей и мне с Роном и Гермионой пришлось спешно покидать праздник. Единственное место куда мы могли сейчас отправится, естественно была площадь Гриммо, но перед этим нам ещё пришлось отбиться от Долохова и Роули, а также стереть им память.       Дом встретил нас ковром из пыли и перевернутой мебелью. Кто-то успел изрядно подчистить столовое серебро Блэков пока дом пустовал. А так как попасть сюда могли только члены Ордена, то вариантов кто бы это мог сделать оставалось не так много. Кричер подтвердил мои догадки, но я пока решила отложить этот вопрос до лучших времен.       Спать мы легли в гостиной на диванах. Просто побоялись разделяться.       Я долго ворочалась с бока на бок, прося у Магии хотя бы ещё одной возможности снова встретиться с Эдвардом. Услышал ли меня провидение или сама Магия, но в ту ночь я видела его, и не только. ***       Небо затянутое свинцовыми тучами казалось ещё сильнее прижимало меня к земле. Вдалеке грохотал гром, а я растерянно смотрела по сторонам. Местность была мне незнакома. В обе стороны от меня тянулись презентабельные двухэтажные дома, я предположила, что нахожусь недалеко от дома Эдварда.       Либо моё подсознание было настолько причудливым либо это были и не сны вовсе, но мне пришлось изрядно походить по району, чтобы найти нужный мне дом. Табличка на почтовом ящике гласила, что именно в этом доме проживает семья Мейсон, и я не сомневаясь ни секунды прошла к двери и громко постучала. Из дома доносилась громкая музыка, а значит Эдвард был дома. Я постучала ещё раз и ещё, но только спустя пару минут музыка резко прекратилась и я услышала тяжелые мужские шаги. Дверь резко распахнулась и передо мной предстал взъерошенный Эдвард в подкатанных хлопковых брюках и светлой рубашке с закатанными до локтя рукавами. Но самым примечательным для меня были его босые ступни и растерянный взгляд. - Мари! – он резко притянул меня в свои объятия и я смогла отпустить себя, впервые выпустив на волю все свои чувства в его присутствии.       Я разрыдалась, утыкаясь носом ему в грудь, громко всхлипывала и никак не могла сказать хоть слово. Грудь сдавил словно в тисках и мне казалось, что вместо воды из моих глаз катится алая кровь, настолько больно было моей душе.       Он гладил меня по голове и шептал какие-то глупости, а я всё крепче цеплялась за него, пытаясь проникнуть к нему под кожу и раствориться в нём. Он подхватил меня на руки и захлопнув за собой дверь отнёс меня в гостиную.       В доме никого кроме нас не было, о чем свидетельствовала абсолютная тишина. Я отказалась отпускать Эдварда из своих объятий и ему пришлось усадить меня к себе на колени. Не знаю сколько прошло времени прежде чем я успокоилась, но в один момент слезы просто закончились и я смогла выдохнуть. - Я так боялась, что никогда больше тебя не увижу, - я шептала ему в сгиб шеи, боясь показать свое опухшее от слёз лицо. - Я знал, что увижу тебя. - Ты не мог знать, - я слабо улыбнулась нашему, уже ставшему традиционным, приветствию. - Но я продолжал верить, - он немного отстранился от меня, поднимая кончиками пальцев мой подбородок и легонько прикасаясь к губам. – Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Я люблю тебя, Мари. - Я не могу, - я отчаянно покачала головой. - Но почему? – в его глазах было беспокойство и я не знала как ему объяснить, что он всего лишь сон. Просто способ справиться со стрессом. - Я… я волшебница, - выпалила я на одном дыхании, вместо того, чтобы сказать правду. Впрочем и это тоже было правдой. - Что? О чём ты? – он сжал моё лицо в ладонях и смотрел прямо мне в глаза, а я как ни старалась не могла отвести от него взгляд. Давящее чувство поселились в груди, но я заставила себя говорить. - Я учусь, точнее училась в школе волшебства, - а дальше слова полились из меня одним потоком, я говорила и говорила, рассказывая ему всё о своей жизни, о своих переживаниях, о том, что мне предстояло сделать.       Эдвард молча слушал меня, не задавая вопросов, не смеясь и не прося показать волшебство. Когда я закончила свой рассказ он продолжал молчать, пять, десять минут.       Это было невыносимо.       Я предприняла попытку подняться с его колен, но он мне не позволил. - Значит, ты пришла попрощаться, - это не было вопросом, он понял всё сам. Он был прав, я пришла попрощаться, потому что знала, что войну мне не пережить. Я лишь кивнула, наконец опуская взгляд. - Я всё ещё хочу, чтобы ты стала моей женой, - он слабо улыбнулся. А я вдруг просияла, вспоминая, что в библиотеке Блэков натыкалась на обряд бракосочетания, который можно провести и без свидетелей, призвав для этого саму магию. - Если ты уверен, то есть один способ. - Всё что угодно, Мари, - он провел пальцами по моему лицу и его руки опустились мне на талию. - Это магический обряд, и в моем мире он имеет такую же силу как в твоём венчание в церкви, - я волновалась, не до конца уверенная, что все сработает как надо. Во-первых, потому что Эдвард не волшебник, а во-вторых, потому что это всего лишь сон. - Говори, что надо делать.       Я встала с его колен и потянула его вверх. - Вытяни правую руку ладонью вверх, - Эдвард не мешкая и секунды выполнил мою просьбу, смотря мне в глаза. – Это очень ответственный шаг и когда я начну пути назад уже не будет. - Я люблю тебя, Мари, с той самой первой встречи и я хочу, чтобы ты была моей женой хотя бы в одном из миров. - Хорошо, - я счастливо улыбнулась. – Потому что я тоже тебя люблю, - я подняла повыше платье и извлекала свою палочку из под резинки чулок. Эдвард смущённо отвёл взгляд и тяжело вздохнул. Что ж, не мне одной будет неловко после совершения обряда. Я взяла его правой рукой за предплечье как принято при Непреложном обете и начала читать заклинание на латыни, рисуя знаки бесконечности над нашими руками. Колдовать левой рукой было не очень удобно, но интуиция подсказывала мне, что я всё делаю правильно. – Теперь повторяй за мной, - магия струилось из моей палочки оплетая наши руки золотыми нитями. – Я, Маргари Лили Поттер, беру Эдварда Энтони Мейсона в свои законные мужья. - Я, Эдвард Энтони Мейсон, беру Маргари Лили Поттер в свои законные жёны. - Клянусь быть ему поддержкой и опорой даже в самые тёмные времена. Клянусь любить его и хранить ему верность покуда он ходит по этой земле, - все новые и новые нити магии оплетали наши руки, а затем и тела пока Эдвард повторял за мной слова клятвы. – И пусть сама Магия будет нам свидетелем.       Все сотканные магические нити вошли глубоко внутрь нас и разлились вспышкой света, а на правых запястьях наших рук проявилась надпись на латыни, хранящая наши клятвы. - Теперь жених может поцеловать невесту, - Эдвард улыбнулся и притянул меня к себе, буквально впечатывая в своё тело. Моё сердце пропустило удар, но тут же понеслось вскачь когда я ощутила тепло его губ. Мои ноги подкосились и я бы упала, если бы он не подхватил меня под ягодицы поднимая вверх.       Я счастливо рассмеялась отрываясь от его рта. - Люблю тебя, - его зелёные глаза навечно отпечатаются в моей памяти и пусть это всего лишь сон, но сейчас я была самой счастливой на свете. Я до безумия любила своего воображаемого Эдварда. - Люблю тебя, - вторил Эдвард, покрывая моё лицо поцелуями. Он сделал шаг назад и мы опустились на диван. Я сидела верхом на нём, а моё голубое платье задралось почти до самых бёдер, но мне было всё равно лишь бы как можно дольше находиться в его объятиях. - Эдвард, - я немного отстранилась, пытаясь отдышаться. – Есть ещё одно условие. - Какое? – он вмиг посерьёзнел и стал как будто старше. - Мы должны закрепить союз, - я залилась румянцем. - Мари, я мечтаю об этом с нашей первой встречи. Думаешь после того как ты стала моей женой, что-нибудь меня остановит? – шёпотом спросил он. - Будь нежен со мной, любовь моя. - По другому и не может быть, - он подхватывает меня под ягодицы, и поднимается с дивана, следуя на второй этаж в свою спальню. Краем глаза я отмечаю идеальные порядок на полках и на столе, что так не похоже на меня. Я отбрасываю ненужные мысли в сторону и отдаюсь на волю нежным поцелуям, что исследуют мою шею.       Эдвард трепетно опускает меня рядом с кроватью и на миг замирает, рассматривая меня влюблёнными глазами. Его пальцы следуют по моим рукам от запястий к плечам посылая по телу тёплые волны.       Подушечкой большого пальца он провел по моей нижней губе, надавив в центре. Затем его пальцы скользнули по подбородку, и губы припали к губам. Эдвард целовал меня, умело разжигая огонь желания.       Прикосновения Эдварда действовали на меня как магическое заклинание. Его пальцы нашли маленькие пуговички на моей спине и принялись расстёгивать их по одной. Я дрожала от теплоты его рук, когда он прикасался пальцами к открывающимся участкам спины. Когда все пуговицы были расстёгнуты его руки вернулись к моим плечам и потянули платье вниз. Оно соскользнуло мягким облаком с моего тела и осталось лежать бесформенной кучей в ногах.       Я была практически обнажена перед ним, оставаясь лишь в чулках и атласных трусиках. Моя грудь высоко вздымалась под его восхищённым взглядом. Я потянулась к его груди, желая сравнять наше положение и освободить его от одежды. Он не шевелился позволяя мои рукам исследовать его грудь, зарываться в короткие завитки волос и поглаживать твёрдый живот.       Все его мышцы были напряжены как струна, а дыхание стало тяжёлым и прерывистым когда я расстегнула пуговицу на брюках. Он перехватил мои руки, заводя их назад и припал к моим губам, вторгаясь в мой рот языком, прикусывая мои губы и зализывая укусы языком. Я подавалась ему на встречу всем телом, плотно прижимаясь возбуждёнными сосками к его обнажённой груди. Стон удовольствия сорвался с моих губ когда его ладони накрыли мою грудь. Сжав ладонями чувствительную плоть, он погладил большими пальцами набухшие соски.       По венам побежала горячая кровь. Я прогнулась навстречу его ласкам, отрываясь от его губ и покрывая поцелуями его шею и плечи.       Несколько долгих секунд он смотрел на меня, ловил каждое моё движение и стон. Я прикусила его шею у основания и крепкие руки сильнее сжали грудь от чего, где-то в глубине моего тела разгорелся неистовый пожар страсти.       Я хотела его больше всего на свете. Желание пульсировало во всем моём теле. Каждая клеточка ожила и запела, когда Эдвард склонил голову к моей груди и обхватил губами нежный сосок. Затем он сделал то же самое зубами. Крик сорвался с моих губ — такими острыми были ощущения на грани наслаждении и боли.       Мои пальцы вцепились Эдварду в волосы, умоляя его прекратить эту сладкую муку. Но он был непреклонен, посасывая и покусывая мои твёрдые от возбуждения соски. Руками он поглаживал мои ягодицы попеременно с силой сжимая их.       Я снова почувствовала, как перехватило дыхание, когда его губы начали спускаться к животу. Он остановился, чтобы провести языком вокруг пупка, потом медленно опустился к бёдрам.       Он не должен, не может…       Неужели?        Но Эдвард продолжал, не обращая внимания на мои слабые мольбы и протесты. Ощущения, которые я испытывала, потрясали меня. Его горячий влажный язык опускался всё ниже вырисовывая узоры на моем животе, а я только и могла что стонать от силы испытываемых ощущений.       Не успела я подумать о том, что ощущения сильнее быть не могут, как меня накрыла новая чувственная волна, когда он стянул с меня белье и припал поцелуем к влажным складкам. Всепоглощающее пламя страсти казалось, испепелит меня. - Господи помилуй! - лихорадочный шепот слетел с моих губ, как молитва, когда Эдвард снова провел языком вверх, задевая клитор, а потом принялся посасывать его, периодически лаская языком. Мои ноги отказывались держать меня, грозясь подкоситься в любое мгновение. Он заставил меня забыть обо всем. Сейчас существовали только мы двое и то удовольствие что наполняло тела.       Мои ноги задрожали когда он увеличил напор языка и я почувствовала, как внутри меня словно взорвался вулкан, выплёскивая раскалённую магму наружу. Я громко застонала и осела рядом с ним на пол. Меня всё ещё потряхивало от первого в жизни оргазма и я смотрела на его довольное лицо затуманенными глазами. Я сама потянулась к его губам, вкладывая в поцелуй всю благодарность и любовь, что испытывала к нему.       Мой вкус на его языке не вызывал отвращения, а только подстёгивал моё возбуждение. - Эдвард, прошу, - я простонала ему в губы, желая ощутить его в себе, стать наконец цельной и наполненной. Он подхватил меня на руки и нежно опустил на кровать. Снял с себя остатки одежды, представая передо мной полностью обнажённым.       Я рефлекторно облизнулась, представляя какого это, пробовать его на вкус. На его губах появилась ухмылка и он опустился на кровать, между моих разведённых бёдер, тесно прижимаясь к моей груди. - Люблю тебя, - он опустил руку вниз, собирая влагу с моих складок и равномерно распределяя по своему члену. Я неосознанно напряглась, когда его головка устремились ко входу. – Для меня это также ново, как и для тебя, - он нежно целовал мои губы. – Прошу, не закрывайся.       Я открылась на встречу ему, сильнее обнимая за плечи, когда он впервые проник в меня. Резкая тянущая боль ослепила меня и я задержала дыхание, пытаясь справится с неприятным ощущением. - Прости, прости, прости, - он сцеловывал слезинки, выкатившиеся из моих глаз и не двигался, держа вес своего тела на локтях. Я слабо улыбнулась и кивнула ему, разрешая двигаться, зная, что для него это невыносимая пытка – быть во мне и не иметь возможности шевельнуться.       Первый толчок, впрочем как и второй он совершил медленнее, чем хотел, но уже к третьему сорвался проникая в меня на всю длину. Он весь дрожал сдерживаясь изо всех сил, его движения были хаотичными и рваными, отдаваясь лёгкой болью в промежности. Я закинула ноги ему на бедра, меняя угол проникновения и внезапно почувствовала, как он задел что-то внутри меня. Что-то, что отозвалась тёплой волной всколыхнувшегося возбуждения и я застонала, выгибаясь к нему на встречу.       Моя правая рука сама опустилась между нами. Я всего лишь хотела помочь нам прийти к финишу вместе, но не ожидала, что он уберёт мою руку и заменит её своей. Ему не потребовалось много времени, чтобы вновь вознести меня на вершину блаженства. В этот раз оргазм был не такой сильный, но я всё же почувствовала как всё внутри содрогнулось, а потом резко расслабилось и он последовал вслед за мной, хрипло простонав мне в ухо.       Эдвард продолжал крепко держать в руках моё дрожащее тело до тех пор, пока наше дыхание не успокоилось, только после этого вышел из меня откидываясь на подушки и притягивая меня к себе. - Ты невероятна, - он целует меня куда-то в макушку и я глупо улыбаюсь. – Я так счастлив, что ты сейчас здесь со мной. Сколько у нас времени? - Я не знаю, - я грустно пожимаю плечами. – Я не хочу, чтобы это было прощанием, - поднимаю его правую руку и переплетаю наши пальцы, смотря на причудливую вязь золотых букв на наших запястьях. Постепенно золотой свет меркнет, оставляя после себя бледную надпись. Если не знать, то и не увидишь, что она там есть. Надо будет приглядываться, но для нас это не так. Теперь при каждом взгляде на свою правую руку я буду искать подтверждение этой ночи, но к сожалению не буду находить. Ведь это всего лишь сон. - Я вернусь к тебе, Эдвард, я обещаю.       Я не замечаю как он проваливается в сон, но минут через тридцать начинаю чувствовать знакомое ощущение. Поэтому спешу одеться и покидаю его дом. Стоит входной двери закрыться за моей спиной, как я открывают глаза и натыкаюсь на обеспокоенный взгляд Гермионы и Рона. - Что произошло? Почему вы на меня так смотрите? - Слава Мерлину, ты очнулась! – восклицает подруга и крепко обнимает меня. – Мы думали на тебя успели наслать заклятие. Тебя окружило золотое сияние и больше двух часов, мы не могли дозваться тебя. Ещё и Кричер поставил вокруг тебя свою защиту и не желал уходить.       Тут мой взгляд наткнулся на подозрительно довольного Кричера, который неотрывно смотрел на мою праву руку. Я проследила за его взглядом и в шоке распахнула глаза, наткнувшись на слова клятвы отпечатанные на моем запястье. Но ведь это не могло быть правдой! Он там, а я здесь, это были просто сны. Но отпечаток магии говорил обратное. То что произошло между мной и Эдвардом было по-настоящему и только одно существо в этой комнате знало ответ на вопрос, что же на самом деле со мной произошло. - Кричер, - устало сказала я. – Рассказывай.       Он покосился на Рона и Гермиону словно не желая открывать секрет перед ними. - Говори, Кричер. - Кричер только хотел помочь возродиться древнему и благородному роду Блэк. - Что ты сделал? - Когда хозяин Сириус погиб, леди Вальбурга приказала провести для вас ритуал поиска родственной души, - Кричер вновь покосился на моих друзей, но под моим тяжёлым взглядом всё же продолжил говорить. – Кричер всё сделал как надо, вот только живая с бьющимся сердцем пара жила очень давно, а с мёртвым сердцем не подходит, магия должна чувствовать биение сердец.       Домовик нёс какую-то ахинею про мёртвые сердца, а я всё никак не могла поверить в то, что мои сны отчасти были реальностью. - И ты выбрал для меня магла, который родился в начале двадцатого века? – я скептически изогнула бровь, понимая, что план Кричера по возрождению рода провалился. Даже если я перемещалась во времени, то с тех пор прошло уже восемьдесят лет... Если мой Эдвард всё ещё жив, то вряд ли в наших силах будет кого-то возродить. - Нет, хозяйка, не магл, сквиб из очень древнего чистокровного рода, восходящего корнями к самой Моргане. - В одном ты Кричер просчитался. Ты закинул меня слишком далеко и сейчас моему мужу, - я повертела рукой с татуировкой перед его лицом. – Уже натикало девяносто шесть лет. - Возраст только цифра, хозяйка, а время для тех у кого сердце не бьётся не имеет значения, - загадочно сказал домовик и исчез.       Потом я ещё несколько часов объясняла друзьям что же всё – таки произошло. Кивала на их ахи – вздохи и надеялась, что может Кричер не так уж и не прав и мне ещё удастся встретиться с моим Эдвардом. ***       В середине августа нам на глаза попалась фотография Долорес Амбридж в Ежедневном пророке, на шее которой красовался тот самый фальшивый крестраж. Весь остаток месяца мы посвятили тому, чтобы составить план как выкрасть у неё медальон и при этом не попасться.       Наш план не был идеальным и в итоге нас чуть не поймали, а Рон даже пострадал при побеге, но самой главной цели мы достигли. Крестраж был у нас.       Гермиона перенесла нас в Королевский лес Дин, так как дом на Гриммо был скомпрометирован. Запасов еды и денег было немного, но мы старались не падать духом. Я боялась использовать Адский огонь, чтобы уничтожить осколок души Волдеморта, тем более пока Рон нестабилен и мы находимся в лесу. Вот если бы оказаться в какой-нибудь пустыне, где гореть абсолютно нечему, то можно было бы попробовать.       А накануне дня рождения Гермионы моё запястье опалило нестерпимой болью. Золотые буквы вспыхнули с новой силой и я поняла, что нужна Эдварду. Гермиона не стала возражать когда я попросила наложить на меня сонные чары, я должна быть рядом со своим возлюбленный и оказывать ему любую поддержку. В запасе у меня было не больше трёх – четырёх часов, а может и того меньше, так как сонные чары нестабильны и достаточно сильный маг способен их сбросить.       Я снова летела вниз. Приземлилась я возле огромного здания с надписью «Госпиталь».       Сегодня на мне было коричневое шерстяное платье с длинным рукавом и свою палочку я чётко ощущала на предплечье. Хорошо хоть юбку задирать не придётся. На улицах никого не было, хоть день был в самом разгаре. Я огляделась по сторонам и замерла как вкопанная. На всех открытых местах стояли предупреждающие транспаранты.       «Оставайтесь дома»       «Не выходите на улицу без острой необходимости»       «Используйте средства индивидуальной защиты»       И ещё, и ещё, и ещё. Их было настолько много, что в глазах начинало рябить от обилия надписей.       Если ориентироваться на моё время, то сейчас здесь 18 сентября 1918 года, а это значит эпидемия Испанской чумы в самом разгаре. - Мерлин и Моргана, спасите его умоляю! – я внезапно поняла почему оказалась именно здесь и почему моя клятва так жгла.       Эдвард был присмерти.       Я наколдовала себе платок на лицо и решительным шагом направилась в Госпиталь. Если я и не смогу помочь, то Эдвард хотя бы будет знать, что я пришла, что я вернулась к нему.       В госпитале ото всюду слышались стоны людей и плач женщин. Медсестры и врачи носились от палаты к палате из последних сил. Многие из них уже были заражены, ещё больше не переживут это год.       Моё сердце сжалось от жалости по отношению к этим людям, но я не могла помочь им всем. Я должна попытаться помочь Эдварду, за то время, что мне отведено здесь.       Я использовала заклинание поиска и моя палочка вела меня к моему мужу. Я нашла его на третьем этаже, в большой палате, где находилось ещё с десяток мужчин.       Его лицо было мертвенно бледным, а под глазами залегли большие тёмные круги. Он похудел и осунулся, а волосы потеряли прежний блеск, но это всё ещё был мой Эдвард.       Я села рядом с ним и опустила платок. Заболеть я не боялась, Маги вообще не болеют магловскими болезнями, и к тому же тётушка, вопреки общему мнению заботилась о моём здоровье и у меня стояли все необходимые прививки. - Эдвард, - я нежно провела пальцами по его бледному лицу и почувствовала, что он горит. Наслала на него очищающие и освежающие чары. Больше я пока ничем не могла ему помочь. - Я знал, что ты придёшь, - его голос скрипел, словно старый металл. - Ты не мог этого знать, - я улыбнулась ему сквозь слёзы. - Но я продолжал верить.       Я наколдовала ему стакан воды, уверенная, что этого никто не увидит и помогла попить, приподнимая его за плечи. - Ты должна уйти. Смерти хватит и меня одного, - он устало опустился на подушки и закрыл глаза. - Я не уйду, по крайней мере не сейчас, - я взяла его руку в свою и поцеловала каждый палец на его руке. – Я твоя жена и буду рядом. - Я люблю тебя, Мари, - слабо прошептал он, отключаясь. Его дыхание было хриплым и тяжёлым и я не знала, чем ему помочь. - Что вы здесь делаете, мисс?       Я резко обернулась на самый красивый голос из всех когда либо слышанных мной. - Вы должны немедленно покинуть больницу, если не хотите оказаться на соседней койке, - высокий светловолосый мужчина смотрел на меня с нетерпением. – Мисс, вы слышите меня? - Миссис. Я миссис Поттер-Мейсон, - поправила я врача. – А вы? - Доктор Карлайл Каллен. И вам здесь не место. - Я знаю. Я уйду, но позже, - я вновь посмотрела на моего Эдварда, а потом перевела взгляд на врача, что всё ещё возвышался надо мной. Его янтарные глаза светились теплотой и пониманием.       Стоп! Янтарные!       Я резко подскочила, загораживая собой Эдварда. Уж вампира, пусть и питающегося животной кровью я всегда узнаю. - Что вы здесь делаете? – я прошипела на грани слышимости, но он естественно меня услышал. - Работаю, - спокойно ответил доктор. - Вы не такой как остальные. Ваши глаза не того оттенка. Тогда зачем вы здесь? – на кончиках пальцев искрилась магия и я готова была атаковать в любую секунду. - Откуда вам известно каким должен быть оттенок моих глаз? - Очень много специфических книг прочитала. - И в школе наверное необычной учились? – изогнул светлую бровь доктор Каллен. - Откуда вам известно? - О, миссис Поттер – Мейсон, я родился до принятия Статута и кое-что мне известно. А здесь я просто работаю. - Вы спасёте его? – я мельком взглянула на спящего мужа. - Я не Бог. - Но вы можете, - я вдруг вспомнила комментарии Кричера о небьющемся сердце. Ведь это действительно выход. Эдвард сможет меня дождаться и тогда мы встретимся вновь уже в моем времени. - Это не лучшая жизнь для человека. Жить в постоянной агонии очень сложно. - Но вы ведь справляетесь. - С трудом. - Тогда помогите ему! – воскликнула я всплеснув руками. - Вы не сможете быть вместе. - Я знаю. Ведьме никогда не стать вампиром. Но я хочу, чтобы он жил, - я умоляюще посмотрела на вампира. – Прошу. - Хорошо, - согласился он спустя несколько нескончаемо долгих минут. - Только не говорите ему, что я об этом попросила. Пусть думает, что вы послушались его мать. - Зачем такие сложности? - Не хочу, чтобы он винил меня в своём одиночестве ближайшие восемьдесят лет, - я грустно улыбнулась. – Хоть это и эгоистично. Когда он очнётся, передайте ему, что я люблю его и обязательно вернусь к нему, пусть и через сотню лет.       Я снова опустилась на кровать рядом с мужем, уже чувствуя как меня вытягивает. - Слышишь, Эдвард, я вернусь, я обещаю, - я нежно поцеловала его в губы и прислонилась к его лбу. – Я люблю тебя.       Слёзы текли по моему лицу, но я не пыталась их вытереть. Это последняя наша встреча и неизвестно когда мы встретимся вновь и встретимся ли вообще.