На этот раз я не собираюсь умирать от Ваших рук, кронпринц!

      Пройден первый поворот.       Пройден второй поворот.       Лошадь Чигири держится полевой стороны. Впереди только Наги. Остался ещё круг, но эти секунду стучат по вискам парня. Теперь ему не кажется, что это будет легким проигрышем, нет, это оказывается сложнее, чем он ожидал. Почему он возвышал этих неудачников, которые сейчас глотают пыль после него? Парень шумно сглатывает и крепче наваливается вперёд, пытаясь подавить эту минутную слабость. Чигири не хочет обманываться моментом.       —Ты гений! Не могу поверить, что такой человек родился в нашей семье, — она заливается тёплым смехом, — Давай, Хëма, у нас все получится!       —Чигири! Ты...       —У тебя большое будущее, — она нежно заплетает его волосы, — Не забывай про усилия, не надейся только на свою уникальность.       —... Надеюсь, ты уяснил.       Из воспоминаний его вырывает похлопывание по плечу. Чигири возмущённо поворачивается, когда видит уходящего Исаги. Парень стряхивает рубашку, пропуская мимо ушей предыдущие слова. Какая разница? Поздравления? Чигири стоит возле загонов, выравнивая дыхание. Он пришёл вторым, дальше — результаты класса D и финальный забег. Парень не собирается даже тратить время на этих... На этого? Он убеждал себя в этом, пока не заметил волнение трибун.       Исаги вздыхает, осознавая, что он остался не услышанным. Ему придётся повторить? Может быть, Чигири и так всë понял и без его нравоучений. Юноша усмехается, когда поднимается на свою блестяще чёрную лошадь. Он аккуратно поглаживает гриву, поправляет экипировку, что-то шутливо говорит ей — она домашняя, привыкла к такому. Исаги ещё раз глубоко выдыхает и уверенно устраивается в седле. Уверенно настолько, насколько это позволено человеку, который впервые увидел лошадь вживую именно здесь.       Звучит свисток и все подрываются. Иссиня чёрная кобылица прорывается на лидирующие позиции, но недостаточно быстро. Она держится у самого края, не давая себя обогнать. Исаги вдруг именно сейчас по-настоящему расслабляется. Его тело будто движется по инерции; этот ветер в лицо, этот запах соревнования. Его кровь будто вскипает, а пальцы опасно вцепляются в поводья. Ему нравится это чувство азарта, этот момент, когда все остальное не имеет значения. После финиша его снова ждёт реальность : постоянные тёмные мысли о будущем, неразрешённые конфликты с знакомыми людьми, страх новой смерти.       Он проносится стремительно, его лошадь всегда была спринтером — вырывается с разгромом на последних пятидесяти метрах. Это становится неожиданным : отрыв колоссальный, все фавориты, хоть и проходят, но с большим отставанием.       Звучат ещё два свистка, означающие конец отборочных. Исаги проскакивает немного дальше, продолжая похлопывать по лошади. В его ушах звенит, а рот жадно глотает воздух. Боже, бежал даже не он! Эта мысль как-то веселит его, и вдруг он замечает звонкий шум. Исаги поднимает глаза на трибуны, его лицо поневоле растекается : никто не остался равнодушным. Многие студенты свистят и кричат какие поздравления, девушки радостно машут руками — к его друзьям уже пристали с расспросами об Исаги. Юноша быстро сходит, его лицо заметно покраснело от такой положительной реакции. Кто-то из сокурсников также поздравляет его, хлопает по спине, теребит волосы.       Перед возвращением к последнему старту, он чувствует тень на своём лице. Исаги рефлекторно вскидывает голову, не обдумав, он ловит предмет, прилетевший в него с трибун. Юноша не знает, что за выражение застыло на его лице : отвращение, издёвка, злорадство. Он также не знает, что отразилось на его лице. Исаги хмыкает, когда отворачивается, не удостаивая внимания "отправителя". Он лишь безжалостно сминает эту синюю розу и пускает лепестки по ветру. Какая чушь.       Шесть юношей собираются возле знакомых стоек. Исаги встаёт рядом с Чигири, который поправляет свои волосы, делая вид, что не замечает пристальный взгляд на себе. Его губы слегка подрагивают, слова застывают внутри.       —Это было неожиданно, организатор, — неожиданно тишину разрезает голос Наги.       —А ты думал, всë так просто? — усмехается Исаги, когда переключается на него, — Должен же кто-то вывести это мероприятие.       —Какие громкие слова, — Чигири поднимается на лошадь, когда произносит эту реплику себе под нос.       —Не мешайся, — громко отвечает Исаги, не поворачиваясь к юноше. Несколько посторонних обернулось на них.       —Что? — неверяще говорит Чигири, и его нога неловко соскальзывает со ступеньки. Он оглядывается на Исаги и сразу же жалеет об этом. Снова этот голодный взгляд, который он заметил на трибунах. Снова это где-то отзывается под рёбрами.       Исаги не повторяет, а дальше лишь следует предупреждение приготовиться. Через несколько минут гудит объявление о старте финального забега.       —Чигири, ты не можешь убегать от своих неудач. Они делают тебя сильнее, но ты лишь закапываешь себя в самоуничижении. Сегодня, видимо, мне придётся поставить тебя на место. Надеюсь, ты уяснил.       Чëрт! И почему именно в этот момент до него доходят слова Исаги, какого чёрта он думает об этом, глядя на его спину. Чигири сжимает зубы почти до хруста. Он чувствует эти взгляды на себе, но сегодня они другие — воодушевлённые, требовательные, поддерживающие. Чигири пытается выкинуть образ Исаги, парень слегка поворачивает голову в сторону трибун, и в этот момент мир вокруг него замирает. Он видит развивающиеся праздничные ленты и цветочные украшения, его слух ласкает эта какофония звуков : свист, крики, хлопки, топот. Чигири будто оказывается в своём теплом детском воспоминании. Тогда, когда весь мир ставил на него. Это эфемерное мгновение прерывает он сам, резко дëргая поводья и выходя из строя гонки. Лошадь приближается к полю, выравниваясь с Исаги и Наги. Парень кожей ощущает этот серьёзный настрой, этот азарт отдаётся у него под кожей. Он мгновенно ставит ноги немного дальше, тем самым приподнимая корпус ещё сильнее, ещё ближе этой белоснежной лошади, у которой будто открылось второе дыхание — резонансом.       На последнем повороте у лошади Наги случается закидка. Она выходит правее, преграждая дорогу Исаги, из-за чего та чуть ли не встаёт на дыбы, но Исаги вовремя перенаправляет её, но время теряется. Секунда или две. Возможно целых три. Чигири не считал, он лишь продолжал гнать лошадь вперёд — безжалостно и так, словно на этом поле его преследует кто-то. Кто-то, от кого Чигири наконец убегает.       Звучит протяжный свисток. Этот звук теряется в торжественных фанфарах и восклицании зрителей. Оглушительные аплодисменты, очарованные взгляды и нескончаемые комплименты — Чигири кажется, что он готов жить в этом моменте. ***       Исаги после завершения соревнований и награждения ещё некоторое время остаётся на ипподроме. Он общается с заводчиками, благодарит жителей за их помощь в организации : за их потраченное время, советы и поддержку. В ответ следует отрицание, мол, они просто поступили по-человечески, а дальше воодушевлённо делятся впечатлениями. Исаги внимательно их слушает, эти слова способны перебить горечь поражения. Он усмехается, смахивая это чувство : что-то он разошёлся! А ведь ему действительно понравился конный спорт, может быть, ему сторо почаще заглядывать сюда после занятий. Иппотерапия говорите? Она бы не помешала некоторым его знакомым.       Исаги медленно идёт от конюшен, глазами ища своих друзей. Мысленно он надеется, что у него ещё есть время наедине обдумать сегодняшний день и диалог с Чигири. На лице появляется глупая улыбка, когда он радостно вспоминает последнее. Хоть в чём-то он одержал победу!       —Что за глупое выражение, клоунишка, — раздаётся голос с трибун.       Исаги вмиг мрачнеет, и все хорошее настроение куда-то улетучивается. Лучше бы это были его друзья, а не Кайзер. Парень сидит, элегантно закинув ногу на ногу. Он упëр подбородок в ладонь, с интересом наблюдая за гримасой Исаги, который вопреки чувствам, все же остановился. Кайзер похлопывает рядом с собой. Юноша мотает головой. Кайзер повторяет жест настойчивее. Юноша мотает головой вдвое сильнее.       Парень раздражённо цыкает, нехотя выходя из тени крыши. Исаги пристально наблюдает за тем, как Кайзер не торопясь спускается по лестнице, устало потирая оголённый участок шеи : его лента болтается где-то на груди. Юноше приходится закатить глаза, лишь бы не смотреть на эту картину. Он никогда не привыкнет к стилю одежды Кайзера, к его наплевательскому отношению к уставу Академии. Только ли это?       —Так мило, что ты решил дождаться меня, — язвит Исаги и складывает руки на груди. Неосознанно, он пытается как-то защититься от встречного взгляда.       —Не тебя, — парень подходит к Исаги все ближе, — Этот рыженький твой приятель? Он хорош, — Кайзер заливается смехом, — Быстрый и крепкий, — он упирается руками в бёдра, наклоняясь к юноше, — А самое главное победитель, — в конце его речь сходит на шёпот.       —Освободи меня от подробностей, — Исаги гневно отворачивается, чего он вообще мог ожидать.       —Тебя нужно подстегнуть, Йоичи, — Кайзер выпрямляется, продолжая пристально смотреть на холодное выражение лица юноши, — Как хромую лошадку, — он театрально качает головой, — Я теряю интерес.       Исаги просто молчит, сжимая рубашку крепче. По его недовольному вздоху можно понять, что подобные речи Кайзера его не вдохновляют. С другой стороны, они дают повод для выпада.       —А я же его никогда и не имел, — Исаги делает шаг вперёд, опуская руки, — Я готов тебе помочь с поиском моей замены, — он медленно постукивает указательным пальцем по своей щеке, — Скажем кого-то сильнее этой рыжули, — теперь наступает юноша, ударяясь носами ботинок, — Того, об кого ты поломаешь все свои зубы, — он слегка качается вперёд, чтобы произвести нечто, что может услышать лишь летний воздух и человек напротив него, — Голозадый король.       Исаги тут же отходит на достаточное расстояние, чтобы вскинутая рука Кайзера не задела его униформу. Он слегка оступается, но быстро даёт ещё один шаг назад. Парень перед ним не отвечает, но его лицо перекосила широкая ухмылка. Такая бешеная, что юноша поневоле сглатывает. Такая бешенная, что вся оставшаяся злость отражается в этих голубых невозможных глазах. Кайзер не отступает от затеи схватить Исаги, поэтому движется в его сторону. Конечно, Исаги мог бы продолжать пятиться спиной по этому огромному ипподрому, чтобы его потом комично прижали к стене, дёрнули за подбородок и... Юноша просто подрывается с места и со всех ног убегает подальше отсюда. Все бы ничего, план идеален. Но почему Кайзер тоже пустился со всех ног бежать за ним!? ***       Вечером Исаги выходит во двор общежития, чтобы немного освежиться. Можно сказать, что основную свою задачу на фестиваль он выполнил, осталось дождаться его завершения. Может на балу случится что-то необычное? От этой мысли у Исаги крутит живот, вроде этого он и хотел — изменить ход истории. Но эта неизвестность его не обнадёживает. Он резко хлопает себя по щекам и возвращается к своему привычному настрою. Исаги слышит какое-то хмыканье за спиной, и резко оборачивается. По лицу Чигири он понимает, что его застали врасплох. Юноша неловко улыбается, когда к нему подходят ближе. Чигири садится на ступеньку, потирая свои колени.       —Получать наказание вошло в привычку? — усмехается парень, когда он узнал, что Исаги теперь должен появляться в общежитие раньше положенного. Честно сказать, Чигири был не удивлён.       —Связался с плохой компанией, — шутит Исаги, когда присаживается рядом с парнем. Их ноги слегка ударяются, Из-за чего Чигири приходится свести колени и отвести взгляд. Юноша не придаёт этому значения, — Кстати, я давно хотел тебя спросить!       Исаги воодушевлённо начинает говорить с Чигири о его прошлом, о его доме и семье. Эти вопросы не кажутся личными, напротив, парень рядом с ним ощущает это как своеобразную исповедь. Так и продолжается, пока ночь не берёт своё. ***       —Нет, я не расстроен, — Исаги уже устал повторять это в сотый раз.       —Зато ты выиграл приз зрительских симпатий! — Бачира хлопнул кулаком по столу, а Рие в согласии покачала головой, — У нас весь день расспрашивали про тебя, — он дуется, когда снова садится на место, — Как будто до этого ты не был достаточно невероятным.       —Не знала, что у девчонок так поменялись вкусы, — девушка пожимает плечами, — За таким коротышкой уже очередь.       —Ладно они, но у меня спрашивали его комнату в общежитии! — восклицает Бачира, переваливаясь через юношу, чтобы поговорить с Рие. Она заинтересованно двинулась навстречу.       Исаги откинулся назад, а потом и вовсе упал на спину. Он вздыхает, осознавая, что весь этот ажиотаж утихнет после фестиваля. Скорее бы это случилось, юноша не привык к такому настойчивому вниманию к своей персоне. Да и как? Хорошо, Чигири. Он и правда был очень красивым, словно какой-то благородный зверь. Его навыки и телосложение также было потрясающим, учитывая, что это он ещё себя запустил! Ну а Наги? Пусть он и занял третье место, но при этом многие обратили на него своё внимание. Огромный рост, большие мускулы и спокойная аура — может он не казался надёжным в глазах девушек? Или недостаточно заинтересованным.       Кстати о Наги. Исаги вспоминает, что после поражения они успели переброситься парой фраз, и это до сих пор немного беспокоит юношу. Наги впервые выглядел разгорячëнным, если можно так назвать. Исаги предполагал, что когда встречаются два гения, ни один из них даже не может предположить проигрыш. Но камень в огород прилетел Исаги.       —Знаешь,—Наги лениво снимает свои чёрные перчатки, — Это было больно. Меня будто палкой по спине ударили, —Исаги не понимает его аналогий, но продолжает слушать, — Поражения это отстой. Я возьму у тебя реванш.       Он тогда и ответить то не успел! Наги подхватил Рео, Исаги — Рие и Бачира. И так они разошлись. Юноша просто надеется, что на него не затаили обиду. А то тут его и голыми руками могут прихлопнуть как какого-то маленького кролика. Он себя таковым не считал, но кто его спрашивал. Спрашивал? Тогда белый тигр.       Вдруг он перестает слышать шум со стороны своих друзей, поэтому приподнимается на локтях, а после и вовсе принимает нормальное положение.       —Вы охрана? Надеюсь вас за такую работу четвертуют, — говорит Кайзер, скучающе выводя узоры на столе. Когда он замечает Исаги, сразу же меняется в лице и радостно улыбается, — Йоичи, ты наконец перестал фантазировать обо мне?       Бачира и Рие переглядываются и одновременно впиваются в руки Исаги, крепко прижимаясь к нему. Парень напротив с отвращением вздыхает.       —Ты что тут забыл, — слегка хрипло отвечает юноша, прокашливаясь. Одновременно с этим он обводит столовую взглядом. Они ведь даже не догадываются, кто соизволил посетить это плебейское заведение. В отличие от его друзей.       —Твоë приглашение на бал, — он привстаёт, наклоняясь через стол, — Буду джентельменом и приглашу тебя сам, оборванец.       После этого следует долгая пауза. Затем молчание. И в конце тишина. Исаги готов поклясться, что если бы его не держали — сейчас бы произошла сцена насилия.