Лето, любовь и воздушные шары

Поле, поле великодушное Ты всегда такое нужное, Так раскинулось ты, Как огромные, крупные мосты. _____________________________ please don't hurt me _____________________________ Солнечный свет уже падал сквозь пыльные шторы на Ликса. Тот наконец понял где он находится, а руки Минхо все также неподвижно лежали на его хрупкой талии. На попытку выбраться, Хо лишь подвинул Ликса ближе к себе. Видимо Ёнбоку надо было просто смириться и ждать пока «капкан» проснется, и выпустит его. Не хватало еще из-за него завтрак пропустить. Феликс терпеливо ждал, он знал что тот чутко спит, поэтому чтобы не будить его самому (чтобы не быть виноватым на случай если Мина разбудили), ждал, пока кто-то соизволит постучаться в деревянную дверь. И долго ждать не пришлось. Спустя пару минут постучали в дверь. Феликс ставил на то, что это был Чонин. Но нет, это оказался Хан. Тот с сияющей улыбкой раскрыл дверь, думая что все уже проснулись. — Феликс? — поинтересовался Джисон. — Почему ты у него на кровати? Он тебя выкрал? — расспрашивал парень. — Буди его! Мне было холодно, ты знаешь, а он лишь пустил к себе! Не думай ничего такого! — съязвил Феликс. — Минхо! — крикнул Джисон. — Ты представляешь, твой папа выжил! — Ни за что не поведусь, я сам его закапывал, — пробубнил не расцепляя руки на Феликсе Минхо. — Хочешь сказать, ты не спал?! — вырвалось у Феликса. — Есть такое. Не хотел тебя отпускать, — ответил Минхо. — Мы пропустим завтрак, и все это будет по твоей вине! — Тогда просто иди уже, а я останусь спать, — сказал Минхо, а после расцепил замок на талии Феликса, и отвернулся к стене. — Вот и спи, — буркнул Ликс. — Не обращай на него внимание, — прошептал Джисон Ликсу, помогая тому выбраться. — Да, да, не обращай на меня внимание, — намеренно скопировал Минхо. — Он просто наглый, прости его, — шептал на ухо Феликсу Джисон, дабы Хо не услышал. — Да, я наглый, но меня можно не прощать, — выпалил Мин. — Идем уже, иначе все так и продолжится, — поставил жирную точку в этом разговоре Феликс, на что оба других друга только хихикнули. Как только Джисон и Феликс вышли за порог «домика», Ликс быстро вернулся обратно, подползая к кровати Минхо. — Вставай, ради бога, у меня такая идея есть, куда можно пойти… — проявил ребячество Феликс. И это было нормально. Пятнадцать лет — значит еще ребенок. Джисон лишь продолжал стоять, и подглядывать на эту «картину», пытаясь понять, что у этих двоих за отношения. — Ха… — простонал Минхо, понимая что надо вставать, а после хмыкнул. — Дай мне пять минут и я выйду. — Отлично! — выкрикнул Феликс. — Мы к столовой! Ликс встал с колен, и пошел в сторону Хана. А после, они пошли ближе к столовой. А Минхо, сделав всю утреннюю рутину, тоже отправился к столовой. Куда же еще идти? Затем, он понял, что завтрак пропустил, и придется просто смиренно ждать у крыльца буфета веснушчатого. Тот вышел минут пять так спустя. Помахав в сторону Ликса и Хана, Хо подошел к ним. — За Чонином? — спросил Мин, на что получил кивок от Ёнбока. И они поплелись обратно к домику, но теперь к домику Хана с Чонином. К счастью, Чонин стоял облокотившись спиной на березу, и закрыв глаза, что-то серьёзно обдумывал. — Нинни? — вырвал из раздумий Джисон. — Идешь с нами? Ликс обещал место показать. — «мхм» — промычал Чонин, и открыв глаза, пошел в их сторону. А затем, потерев глаз, спросил. — Идём?       Место, как оказалось, находится за пределами лагеря. Но от вожатых убежать было не так сложно, как кажется на первый взгляд. Оно было чрезмерно большое. Можно было просто утонуть в нем. Даже не можно, а хотелось бы затонуть именно там. Правда, косцы, что часто были там, немного настораживали, но это не мешало расслабиться и постепенно тонуть в чувствах, как в той самой речке. — Предлагаешь поваляться здесь? — поинтересовался Минхо, указывая пальцем на всю-всю пшеницу. Феликс кивнул. — Хорошо, пойдёмте тогда? — спросил Джисон. — А нас не наругают? — протораторил Чонин. — Не думаю, — ответил на волнения лучшего друга Хан. Они забежали в поле быстрее, чем шли. Пшеница до ужаса приятно щекотала ноги, действительно хотелось в ней утонуть и никогда не всплыть. Всем было просто хорошо проводить время друг с другом, они все были понимающими. Если бы кто-то сказал: ”Ребят, я гей...” Те бы просто поддержали, и расспрашивали по типу: ”Да ну?! Ты любишь кого нибудь?! Если да, то тогда кто этот счастливчик??”, и все остальное на подобии этого. Набегавшись по золотистой пшенице, они легли прямо на нее. Плевать кто что скажет! Надо жить здесь и сейчас. Наругают? Так пусть ругают, кого это волнует? Не устраивает? Просто смирись и все устроит. — А если всё-таки... — начал тему Чонин, лежавший, на пшенице с другими ребятами. — Наругают? — Почему ты так запариваешься из-за этого? — среагировал рвано дышавший Минхо рядом. — Жизнь одна, так живи ей на полную катушку. Остальные всегда останутся только при своем мнении. Например, меня их ”мнение” не волнует. — О смотрите, кучерявое облако... — сменил тему Феликс, отвлекая друзей от их беседы. — А разве, они зовутся кучерявыми? — спросил Джисон. — Ну да, ты что, в школе не учишься? — ответил Чонин. — Вот именно, — поддержал Минхо. — Будем ещё играть? Я пас. — Я тоже, — сказал, и поднял руку в небо Ликс, чтобы все видели что он тоже не собирается бегать. — Я буду, а во... — Я тоже, — перебил Чонин. — В догонялки. Двое вспрыгнули с поля, и побежали бегать друг за другом. — Понаблюдаем? — спросил Минхо Феликса, уже вствая, и принимая положение ”просто сидя”. И опираясь одной рукой сзади. — Я не против, но мне не видно, — нажаловался Ёнбок, на что Мин похлопал по своему бедру, подзывая. Тот подполз ближе, и сел на него. А Минхо, в свою очередь, по привычке положил руки на талию, и положил свой подбородок на плечо Ликсу. — Видно? — промяукал на ухо Ликсу Мин. — Вполне, — промурлыкал Феликс, а сам таял в прикосновениях. ”я люблю тебя, Ликси” — еле слышно прошептал Минхо, и к ему счастью и сведенью, Феликс не услышал. А облака все также мирно плыли по небу, но все прекрасно знали, эти кучерявые облака, давно заплыли им в души и сердца.