Кладмены не раскаиваются

Уже неделю Лера сидела на жëсткой питьевой диете. В животе постоянно урчало, но девушка таяла на глазах. Исчезли хомячьи щёки, перестали расплываться на стуле ляшки, живот стал плоским и без единой складки жира. Каждый день она измеряла свой вес, и даже лишние 100 грамм вызывали у неё панику и тревогу. Постоянная усталость и зверский голод стали верными спутниками девушки, но ещё ни разу она не усомнилась в правильности своего подхода к похудению. Ложилась спать Лера очень рано, чтобы утро наступило для неё как можно скорее, ведь только тогда она могла позволить себе что-нибудь съесть. Правда, теперь даже с утра её желудок оставался пустым. На завтрак у Леры был чай или кофе (естественно, без сахара), а в остальное время она пила воду. Иногда колу-зеро. Вот и весь её рацион. Но на седьмой день питьевой диеты Лера сорвалась. В рот полетело всё: бутерброды, пряники, конфеты, котлеты… Наверное, девушка бы съела в тот момент что угодно, даже кошачий корм пришелся бы ей по вкусу. Она ела и ела, ела и ела… И вдруг поняла, что больше нет чувства голода в желудке. Наоборот, он был переполнен едой. А где еда, там и калории… И все эти 7 дней мучений, неужели они были напрасны? Неужели всего каких-то 5 минут напрочь убили её красивую фигуру? Нет, она не могла допустить такого. Не сегодня, не сейчас… Не просто так учительница биологии ставила ее в пример другим. Она же хорошистка, всегда делала все упражнения, все конспекты. А ещë у нее прекрасная память. Она до сих пор помнит каждое слово из параграфа про пищеварительную систему человека. "Два пальца на корень языка, — повторяла она про себя, как мантру, — еда всасывается только в кишечнике, главное успеть, пока она туда не попала..." Девушка склонилась над унитазом. Во рту у неё было два пальца, которыми она изо всех сил давила на корень языка. Рядом с унитазом стояла двухлитровая бутылка воды. «Что ж такое, почему не выходит-то…», — чуть ли не плакала Лера. Она выпила ещё воды. Снова надавила. Древний рефлекс всё-таки не подвёл девушку. Странное чувство облегчения вперемешку с рвотными позывами накрыло Леру. Ей никогда не было так плохо и так хорошо одновременно. «Все не зря, все не зря… — обрадовалась Лера. — Все мои калории теперь в унитазе, фух, пронесло…» *** Лера мало общалась с другими людьми помимо Эстер и Лëши с его компанией. Сегодня Лёша был занят, и она решила прогуляться с Эстер по центру города. — Слушай, может зайдëм в мак? — предложила Эстер. — Я хочу поесть. — Д-да, давай зайдëм, — робко кивнула Лера, нервно сглотнув. — Отлично! — сразу же повеселела ее подружка. — Идём! Девушки зашли в Макдональдс и подошли к стойке самообслуживания. — Что ты будешь? — спросила Эстер у Леры, выбирая себе соус к наггетсам. — А, да не знаю… — промямлила та. — Давай колу. Зеро, — она выделила голосом последнее слово, строго посмотрев на Эстер. — А из еды ничего? — уточнила Эстер. — Нет. — Тогда скинь мне на сбер потом. Получив свой заказ, Лера и Эстер уселись за свободный столик. Лера, у которой сильно кружилась голова от голода, обессиленно плюхнулась на стул, схватилась за свой стаканчик и стала жадно пить через трубочку. Эстер же открыла коробку, достала оттуда наггетс и обмакнула его в кетчуп. Она ела аккуратно, чтобы не обляпаться. Лера засмотрелась на Эстер… Точнее на наггетс, который ела та. Мягкий, с поджаристой корочкой, да ещё и с кетчупом. Лера уже и забыла этот вкус. «Нет, соберись, мразь, ты же знаешь, сколько там калорий, а ещё же кетчуп…» — подумала в тот же миг девушка. «Ты что, хочешь, чтобы также как с питьевой диетой вышло?!» — Будешь? — вежливо предложила Эстер, пододвинув коробку поближе к Лере. «Да! Я буду, я съем, я хочу, я хочу всю коробку, я хочу всё, что есть в меню!» — кричал внутренний голос в голове у Леры. Девушка крепко сжала свой стакан, в котором уже почти ничего не осталось. Ей всё больше и больше хотелось избавиться от ощущения пустоты в желудке… — Нет, спасибо, я не буду, — быстро проговорила Лера, а затем встала из-за стола. — Ты знаешь, я совсем забыла, у меня дела, мне нужно торопиться… — Оу, — вскинула брови Эстер. — Лер, у тебя все в порядке? Ты в последнее время странно себя ведëшь. Я переживаю за тебя. — Да, все окей. Волноваться точно нет причин. — Ну, если нет причин… То хорошо. Девушка пожала плечами и, будто бы дразня Леру, медленно проглотила последний кусочек и облизала пальцы, испачкавшиеся в кетчупе. Ещё и причмокнула в конце… Лера вмиг побледнела и выбежала из помещения. В слезах. «Я больше никогда ни с кем не пойду гулять… Я слишком слабохарактерная, я не удержусь…» *** Перед Лерой на столе лежала коробка с бургером. Огромным, сочным, прямо как из рекламы. Он был полностью пропитан соусом, котлета была идеально прожарена, сыр слегка расплавился. Девушка неуверенно достала бургер из коробки, понюхала его и откусила немного. Как же ей стало хорошо! Она готова была заплакать от счастья. Лера начала жадно поедать его, наслаждаясь вкусом. «А как же калории… Господи, что я делаю?! Зачем я ем его?!» Лера проснулась в собственной кровати в холодном поту. Никакого бургера не было, он ей просто приснился. Она не сорвалась с диеты, всё хорошо, всё хорошо… Это был просто жуткий кошмар, но теперь она проснулась и никакого бургера нет… *** Лера и Лёша страстно целовались. Девушка уже успела расстегнуть ремень на джинсах Лёши. Она запустила руку в его трусы и начала водить рукой по стволу. Понадобилось всего несколько движений, прежде чем он возбудился. — Сегодня без отсоса. Давай по-нормальному, — произнесла Лера, прервав поцелуй и ласки. — Как скажешь, — ответил Лёша. — Я и сам уже давно хотел… Парень стянул с нее мешковатую толстовку и широкие джинсы. Лёша положил руку Лере на спину и… Пришёл в ужас. Как же сильно торчал у нее хребет! Казалось, на её спине можно высчитать каждый позвонок. «Она так похудела… Может она болеет?» — не на шутку перепугался Лёша. Он окинул взглядом свою девушку. На ее изнеможденном лице выпирали острые скулы, а на месте живота образовалась впадина, ограниченная отчётливо проглядывающимися ребрами и бедренными костями. Ноги стали больше похожи на ветки дерева, настолько они были худыми. Тонкие руки и вовсе можно было обхватить пальцами одной руки. Грудь, и раньше не отличавшаяся размерами, теперь превратилась в два маленьких бугорка. Лёша погладил Леру по голове. Несколько розовых волосков осталось у него в руке. Всего за два месяца девушка превратилась из бодрой и оживленной красотки в бледную тень самой себя. Как же он умудрился не заметить, что её истощенное тело медленно, но верно умирает? — Милая, что с тобой случилось? — тихо спросил Лёша. — Ты болеешь? — Ты о чем? — удивилась Лера. — Со мной все хорошо. — Но… Ты так похудела. У тебя нездоровый вид. — Я… Я просто сидела на диетах в последнее время. Разве я не стала выглядеть лучше? — со слезами на глазах произнесла девушка. — Я больше не нравлюсь тебе? — Солнышко, я тебя очень люблю, но… Ты больна. Может не физически, но морить себя голодом — это тоже болезнь. Тебе нужно лечиться. Если я вдруг могу тебе чем-то помочь… — Нет! Ты ничем не можешь мне помочь! — закричала Лера. — Мне уже никто не поможет! Лера закрыла лицо руками и стала рыдать. Лёша замер от испуга. Он не мог видеть женских слез. — Почему ты мне ничего не говорила? — Потому что… — всхлипнула девушка, — мне было стыдно… Потому что я жируха и позорю тебя перед всеми… — она вновь залилась слезами. — Перестань! — вскрикнул Лёша. — Ты никогда не была жирухой! — Но мама… Она мне сказала, что я жирная и слабовольная… — Мама может тебе много чего говорить. Но она тоже человек и тоже может ошибаться. Лёша крепко обнял Леру. Она уткнулась ему в плечо и начала громко реветь. Парень не знал, как её успокоить, и поэтому просто молча сидел, чтобы не наговорить лишнего. — Теперь ты бросишь меня? — спросила Лера, посмотрев Лёше в глаза. — С какой стати?! Ты попала в беду. Разве можно оставить человека в беде? — Я не знаю, как мне выкарабкаться… Я уже зависима от этих постоянных диет, зажоров и блёвов. Мне снятся сны про еду. Я не могу думать ни о чем другом, кроме как о калориях в пище. Леше было не понять переживаний своей девушки. Он даже не мог представить себе, что такая простая вещь, как еда, может причинять так много боли. *** Лера опять осталась ночевать у Лëши. На каникулах она почти не появлялась дома. Леша сидел на кухне и пил чай. Он намазал на хрустящую круглую булочку из белой муки майонез и положил сверху копчёную колбасу, нарезанную тонкими ломтиками, после чего принялся это жадно есть. Лера сидела напротив и с завистью поглядывала на своего парня. Ему плевать, сколько в этом бутерброде калорий, главное, что ему вкусно. Девушка уже не и помнила, когда в последний раз ела что-то, что ей искренне хотелось, а не то, где меньше калорий. Бутерброд выглядел аппетитно. Майонез Лера не очень любила, но колбаса приковала её взгляд. У девушки затряслись руки, а рот наполнился слюной. — Точно ничего не будешь? — осторожно спросил Лёша. — Нет… — отрывисто ответила Лера и встала из-за стола. — Прости… Я не могу… Лера улеглась на кровать в комнате у Леши. Нужно раздеться и лечь спать, чтобы утро наступило как можно скорее. На сегодня она израсходовала свою норму калорий — 500 было вполне достаточно, больше точно не стоит. А вот завтра с утра можно будет порадовать себя чем-нибудь вкусненьким. Детское фруктовое полужидкое пюре было вполне ничего, и в одной упаковке было всего 56 калорий. Лера поймала себя на мысли, что все, что теперь занимает её разум — это еда. Еда, призванная давать человеку силы и энергию, уничтожала её жизнь. Ах, если бы она только была молодым кустиком, или хрупким полевым цветком! Ей бы ничего не было нужно, кроме дождевой воды и яркого солнышка. Но Лера должна есть, как и всякий человек на свете. Тело не может нормально работать из-за нехватки пищи, но едва Лера берет в рот хотя бы крошку, то её сознание заставляет ее избавиться от еды в организме. Почему психика так издевается над бедной девушкой? Почему её мозг пытается её убить? Лёша зашел в комнату и лег рядом с Лерой. Он приобнял девушку в порыве нежности. — Эй, ты чего? — тихо спросил он и погладил Леру по щеке. — Леш, что со мной не так? — сказала Лера. — Почему я не могу есть? Моя жизнь… Её больше нет. Я устала бороться. Ты знаешь, я недавно ходила в церковь вместе с матерью. — Надо же, наша девочка с пабликом «Атеист» в подписках пошла в гнилое место, где людям впаривают опиум для народа, — пустил смешок парень. — Тебя мама заставила, что ли? — Нет, я сама захотела. Я поставила свечку. Я не знаю ни одной молитвы, но я просила Бога помочь мне избавиться от моей болезни. Я так отчаялась, я больше не живу, я просто существую. Зачем мне такая жизнь? — Не говори так! Жизнь — это наивысшая ценность. Она даётся нам всего один раз. Жизнь может быть разной, плохой и хорошей. А смерть… Она всегда одинаковая. — Когда я умру, мне не нужно будет есть. Не нужно будет считать калории, не нужно будет бегать по лестнице каждый раз после того, как я съела что-то и не смогла это выблевать. В последнее время я часто думаю о смерти. — Лер, хватит об этом! — вскрикнул Лёша и прижал Леру к себе. — Я боюсь тебя потерять… — Я никогда не покончу с собой. А знаешь, почему? Потому что я трусиха. Когда я просто думаю об этом, мне не страшно. Но когда я подхожу к окну, или смотрю на рельсы… Что-то останавливает, понимаешь? Я не знаю, что это. Это не желание жить, это просто… Животный страх, проявление моей слабости.