Затянув тугой ошейник

Так же скоро, как Жнец погрузилась в сон, во второй половине ночи её всё же настигли кошмары. Сколь страшными они бы не казались, наёмницу не могли напугать жестокие картины в них, если бы когда-то не произошли с ней в реальности. Недавно разгорячённое от страсти тело девушки сейчас было напряжено, и его бросало уже в болезненный жар. Казалось, она почти не дышала, в то время как мимика на лице изображала что-то по меньшей мере беспокойное, а губы были плотно сжаты. Наёмница не произносила каких-то звуков, которые могли выдавать её тревожное состояние, будто парализованная своим подсознанием. Несколько пальцев на правой руке Жнеца поочерёдно дрожали.

***

Видения во сне были произошедшим, когда Хагар находилась в отряде наёмников первые два года. На тот момент, несмотря на тяжесть от физических нагрузок и условий в целом, подготовка её как наёмницы не проходила должным образом, а отношение к ней оставалось, как к рабыне. Она находилась в числе Младших и на их фоне не выделялась — всех их практически в равной степени гоняли Старшие в поручениях и в тяжёлой работе, испытывали разными способами, чтобы отсеивать слабых. Например, проведением турниров. Тех, кто отличался проявленными качествами, могли взять обучать наёмники схожей классификации. Жнеца загнали на песчаную арену, окружённую Старшими в качестве зрителей за трибуной. Напротив вместо соперников сейчас стояла клетка с доносящимися оттуда звуками железной цепи и агрессивным рычанием. Недалеко перед выходом, который был перекрыт, сидели трое раненых юношей, опирающихся на стену, и там же лежал ещё один — с окровавленной шеей, в изорванной местами одежде — он содрогался в судорогах. Хагар не обращала на это внимание, как и на жестокий смех над собой, а так же на подробные разговоры о том, как ничтожны были попытки борьбы некоторых совсем молодых в рядах наёмников. Со скрипом открывшейся клетки из неё выскочила разъярённая собака, издавая низкое рычание. У неё была только одна цель — истерзать любого, кого она учует. В отличии от тех, кто на предыдущих раундах пытался убегать от зверя или даже осмелился вступить в бой, Жнец стояла неподвижно, прикованная страхом к земле, сжимая в ладони обточенный со всех сторон камень — оружие, например, холодное в этом турнире было запрещено. Впрочем, бегство здесь являлось так же бессмысленным — собака очень быстро нагоняла жертву, а в попытке противостояния начинала свирепеть. По видимости, тот истекающий кровью мальчишка попытался вступить в этот бой, и его шансы выжить сейчас уменьшались. Трибуны загудели — наёмники с нетерпением ждали зрелища, слышались отдельные крики «беги!», «дерись!» или «умри!». Собака подходила сначала неторопливо, выжидающе, пытаясь загнать девушку в тупик, потом неожиданно резко залаяла и подскочила с места. Хагар отшатнулась назад, своей реакцией провоцируя животное нападать. Сбитая с ног, наёмница видела в нескольких сантиметрах от своего лица клацающую пасть, удерживаемую только камнем в ладони. Собака казалась огромной и неудержимой, выдавливая своим весом воздух из грудной клетки и царапая когтями кожу, а её лай уже звенел в ушах.

***

Фрагмент из жизни зациклился во сне Хагар, вызывая тот же подлинный страх, как восемь лет назад…прежде она не видела его в своих кошмарах — хотя некоторые беспокойные ночи убийцы и были наполнены ужасными воспоминаниями, свои страхи и эмоции Жнец подавляла в достаточной мере. Однако от проницательности Ризотто, который внушал людям ужас только своим видом и источал угрозу во взгляде под тяжёлым молчанием, не получалось скрыть чувства. Мужчина провёл пальцами по волосам Хагар, немного наклонившись над ней и слыша бешеную аритмию сердца. Он не мог это так оставить, являясь кем-то бóльшим, чем лидер для команды и имея с наёмницей особую связь, которая образовалась между ними за довольно недолгое время странным и спонтанным образом. Коснувшись губами виска девушки, он шёпотом позвал её: — Жнец…— в его тихом голосе сейчас звучала нежность и чувственность, и едва заметное волнение, однако достучаться до наёмницы не получилось, она не смогла выбраться из своего кошмара. — Хагар. — произнёс лидер уже строго и чуть громче, похлопывая спящую по щекам, чтобы она очнулась. Наймитка сквозь сон отчаянно промычала что-то неразборчивое, но не смогла не то что открыть глаза, а даже разомкнуть губы. Но видя, что это произвело хоть какой-то эффект, Неро вновь повторил её имя так, как отдавал бы приказ, с властностью и пренебрежением, что обычно не было ему свойственно. Открыв испуганно глаза, Жнец не сразу поняла, что вырвалась из пелены сна. Наёмница резко отодвинулась назад и подняла над собой правую руку, пальцы на которой ещё немного дёргались. Увидев лицо Ризотто, она села на постели, приходя в себя и восстанавливая дыхание. Мужчина пытливо смотрел на Хагар и некоторое время молчал, после чего медленно встал с дивана. — Нам придётся обсудить то, о чём ты сейчас, может, и не хочешь говорить, но это необходимо. — бескомпромиссно произнёс он и, уже подходя к двери, добавил. — Жду на кухне. Наёмница не успела возразить, что явно сделала бы, если бы раньше поняла, что произошло. Глубоко втянув воздух и выдохнув, она села на край дивана и посмотрела в пол. В комнате было слишком душно, но шею девушки сейчас холодил её пот. Она осознавала охватившую её на какое-то мгновение беспомощность с ужасом и отвращением к себе. Найдя в себе силы, Жнец быстро оделась, вешая ножны на пояс и чувствуя себя увереннее с оружием в них. След её смятения под полной экипировкой исчезал. Проходя мимо гостиной, Хагар обратила внимание на некоторых спящих там сквадровцев. Формаджо разлёгся поперёк кресла, рядом с которым стояли две пустые бутылки, а на спинке спал неизвестно откуда и когда взявшийся серый кот, чей хвост спадал мафиози на лицо, заставляя временами морщиться. На диване растянулся Мелоне, обнимая под собой подушку; одна его нога была немного согнута и свисала до пола. На соседнем диване на боку лежал Гьяччо, сложивший руки на своей груди. На небольшом столике среди почти пустых бутылок и парочки нетронутых на стороне парня стоял до половины полный бокал — скорее всего, им он ограничился в течение вечера, и рядом в сложенном состоянии находились его очки. «Какие умиротворённые», подумалось девушке, прежде чем она зашла на кухню. В помещении горел свет, хотя снаружи уже было достаточно светло; на плите разогревался чайник с поднятым носиком, чтобы при закипании воды он не засвистел. Хагар частично заметила ничем не прикрытую спину лидера за стеклом балкона, видеть Неро так и без капюшона было несколько непривычно. Наёмница на некоторое время замялась в дверном проёме, решая — ждать здесь или подойти к мужчине. Когда её терпение сдало, она крадучись вышла на балкон. Небо было ясным и насыщенным, обещая, что день будет жарким, но сейчас раннее утро отдавало приятной прохладой. Бесшумно подобравшись, девушка мельком увидела несколько рубцов на коже Ризотто выше поясницы, похожих на зажившие следы от пуль, и ещё несколько ссадин, не замечаемых никогда прежде. Наёмница прошла дальше и встала рядом с мужчиной, как и он уперевшись локтями о перила. Лидер повернулся и, заметив Жнеца, почти незаметно двинул бровью — ей удалось к нему подкрасться, подумала убийца. Вместо вопросов о том, пришла ли Хагар в чувство, Ризотто протянул ладонь к её лицу, но девушка перехватила его запястье, не позволив коснуться своей щеки — она посчитала данный способ слишком действенным, чтобы разговорить её, чего сейчас не хотела. Но так или иначе она доверяла лидеру и не стала отпускать его руку, обняв мужчину за предплечье. Они простояли так несколько неловких минут, после чего вернулись на кухню. Продолжительное молчание Ризотто было пыткой, потому что он всё равно дожидался рассказа Жнеца, поэтому вскоре наймитка сдалась и поделилась своей историей, касаясь кончиками пальцев горячей кружки налитого для неё чая. — Это была всего лишь собака…обычная, даже не бойцовская. — кивнула Хагар и поведала о сегодняшнем кошмаре. «Её зубы клацали опасно близко у моего лица и шеи, когда та извивалась, чтобы с какой-либо стороны застать меня. Ей было всё равно, что своими рывками она царапала свою пасть о камень, ведь тем временем заострённым краем он впивался в мою ладонь, становясь от крови скользким. Когда другие брали деревянные палки или копья, животному хватало силы, чтобы разгрызть их в несколько бросков, с кнутом новички просто не могли обращаться, а булыжник был весьма крепким и лишь немного уступал в остроте самому простому ножу. Приложив больше силы, им запросто можно было ранить собаку — так точно бы поступил чемпион прошлого турнира, хотя и остался без глаза, он в полной мере выпустил всю злость на животном. Я даже не думала об этом шансе…да и о том, что передо мной было просто живое существо, которое люди затравили настолько, что сделали самым озлобленным и опасным на арене. Оттянув собаку немного от себя за загривок, одной рукой и ногами я обхватила её в плотной хватке, а другой придерживала её челюсть. Стоило хоть немного ослабить эти тиски — и она бы вгрызлась в горло, к тому же пытаясь всячески вырываться. Я не знала, сколько я так могу продержаться, тратя на это все свои силы.» Девушка сделала паузу, чтобы припомнить детали случившегося, подняв голову и проморгавшись, сдерживая пытающиеся выбиться слёзы. Жнец прижала ладонь к столу в попытке угомонить дрожащие пальцы и осклабилась так, как это делала во время убийств — натянуто и жёстко. Ризотто взял руку девушки в свою — этот жест для наёмницы не казался утешением, а только напоминал, что у неё есть слабости. Несколько месяцев назад она бы даже одёрнула от него свою ладонь, но сейчас пыталась справиться с напряжением и, признаваясь в этом самой себе, не хотела отпускать его руку. — Я не нуждаюсь в жалости. — со вздохом произнесла Хагар и посмотрела на то, как оставался серьёзным Ризотто. — Это то, что для убийц неуместно, — непринуждённо подтвердил мужчина, опустив изучающий взгляд на ладонь девушки и повернув её внутренней стороной к себе, где среди частых «линий жизни» пролегала неровная борозда. — Тогда почему ты спрашиваешь о том, что случилось давно и уже не имеет значения? — заискивающе спросила Жнец. — Чтобы работа в отряде была слаженной, какие бы то ни было травмы не должны вывести из-под самоконтроля членов Сквадры, особенно учитывая характер поручаемых миссий. Хотя мы и забираем чужие жизни, в таких моментах не позволено подвергать риску собственные или чьи-то из команды. Мне напомнить тебе, чего стоила твоя самоуверенность? Наёмница отрицательно покачала головой, но не унималась с вопросами: — Только поэтому? Лидер прищурился и несколько мгновений молчал, пока анализировал сказанное, после чего поднялся из-за стола и встал перед Хагар, которая немного нахмурилась, сопротивляясь тому, чтобы возмутиться — позиция Неро свысока оказывала на неё порой эмоциональное давление, точно сорвавшаяся лавина, и наймитка почти пожалела, что спросила, хотя и очень хотела знать ответ. — Не только. — спокойно и очень уверенно сказал Ризотто, проведя пальцем по шраму на губе Жнеца, оставленному его стендом. — Ты ждёшь некоторой определённости в том, что между нами происходит. Я не терплю игр на своих чувствах и понимаю твоё замешательство. Будет довольно наивно отрицать очевидную, но необъяснимую силу притяжения между нами. Я не могу разделить с тобой твою боль независимо от моего желания это сделать, поэтому мне важно знать, что может её уменьшить. Хотя это знание и обещает вновь вскрыть раны прошлого. Хагар повернулась и увидела, что мужчина стоит перед ней на корточках и внимательным взглядом изучает её. Это и удивило, и смутило наёмницу, заставляя отвести глаза. — Хорошо, я продолжу рассказ…но только вот чай остыл, поэтому не вижу больше причин оставаться на кухне. — с этими словами девушка вместе с Неро поднялась на ноги и спешно направилась к выходу. — К тому же тебе тоже надо будет собраться, libertino. Вернувшись в кабинет, Ризотто по замечанию наёмницы надел плащ и капюшон, а после заправил диван. Хагар легла и уложила голову на колени лидера, прикрыв глаза и возвращаясь к воспоминания. Мужчина приобнял Жнеца за талию, изредка поглаживая по всему телу. «Это противостояние было прервано подошедшими Старшими. Главный подозвал собаку, и она до ужаса жалобно заскулила и пыталась вырваться, уже не думая проявлять агрессию…не представляю, что с ней могли сделать из-за такой реакции. Ещё некоторое время я её удерживала, пока уже мне не сказали отпустить, после чего та виновата убежала к своему хозяину. — Кто ты? — потребовал назваться Главный. — Из всех участников этого турнира ты обошлась меньшими ранениями. — Это Жнец. — за меня ответил Старший моего отряда, так как я ещё растерянно молчала, лишь найдя силы встать и отряхнуться от песка. — Жнец? Тогда что она делает среди убийц, а не пожинает урожай в поле? — иронично переспросил наёмник, играя со значением слов. — Что она делает на арене, если не готова убивать? — Она способна убивать…людей. — продолжил беседу ответчик. — У неё очень невинный вид, заставляющий ей верить…а потом она без зазрения совести вонзает клинок им в грудь. Вот что она умеет, хотя не отличается большой силой. — Клинком убивает исподтишка людей…хорошо, пускай учится, ей найдётся применение. Турнир продолжился, но мне позволили уйти, разумеется, не допуская к медицинскому лагерю. Мне оставалось заниматься основными обязанностями. Их было достаточно на весь день. А ночью я пробралась на псарню к той самой клетке. Учуяв меня, собака злобно зарычала, но оставалась в тени, ждала, что я подойду достаточно близко, чтобы хватило расстояния напасть. Я её ещё побаивалась, но всё же открыла клетку, и она рванула на меня. Цепь не позволила настигнуть цель, хотя я инстинктивно отступила на пару шагов. Вновь опасливо приблизившись, я попыталась поставить к ней жестяную тарелку, но сука вцепилась в мои пальцы. Вскрикнув, я ударила её миской…несильно, только чтобы вырвать пальцы из её пасти целыми, а потом всё же поставила перед ней ёмкость и набрала туда воды, стремительно отходя на недосягаемое расстояние. Она недоверчиво принюхалась к жидкости, прошлась вокруг клетки, думая, собираюсь ли я её отравить…ведь часто перед и между турнирами животное почти не кормили и не поили, но так, чтобы у неё были силы ещё злее бросаться на людей. Жажда заставила её пить, даже если там находился яд. Я ушла, чтобы не смущать собаку, так как она то и дело бросала на меня взгляд, будто ожидая удара. Больше у меня не появлялось возможности её увидеть, а на арене моими противниками уже были сверстники из других отрядов. Наверное, так для неё было даже лучше, ведь если она перестанет быть жестокой, её убьют…хотя может и смерть в этом случае далеко не плохой вариант, не мне уже судить. » К окончанию рассказа Жнец, головой лёжа на коленях Ризотто, снова уснула, так как из-за кошмара чувствовала себя уставшей. Мужчина обдумывал всё, чем она поделилась, расслабившись и закинув голову на спинку дивана. В какой-то момент в кабинет зашёл Прошутто, и уже по одному взгляду Неро понял, что не следует слишком шуметь. Впрочем, у мафиози в этом плане проблем не было, он только позволил себе самодовольно ухмыльнуться, наблюдая милую сцену, точно знал, что всё к этому приведёт, если не подталкивая к такому результату лидера их беседами. Блондин понимающе протянул Ризотто кружку кофе и со второй в руке уселся на свободный край. — Скажешь, что это не совсем то, о чём я думаю? — шёпотом поинтересовался Прошутто о близости Неро с наёмницей, отпивая немного кофе. — Не совсем. — многозначительно произнёс Ризотто, ликвидируя попытки себя подколоть и продолжая без стеснения убаюкивать девушку поглаживанием по голове.