Новое Двухтысячелетие.

Рег ринулся вперёд, оставив позади Фапуту, которой теперь был обязан возвращению себя самого. Ей и Рико с Прушкой в руках, которая в окружении барьера с раскрытым от удивления ртом наблюдала за происходящим, не в силах подобрать слов. Впервые за всю сознательную жизнь она воочию узрела свою родную мать. Подобно ожившей картине уже какое-то время объявленная в Орте мёртвой Лорд Разрушения снизошла на Золотой Ареал, повергнув в шок всех, кто оставался на тот момент в сознании. Всех, кроме Рега, для которого появление Лизы стало большим облегчением. Ведь сам факт того, что она находилась здесь и сейчас, недалеко от родной дочери, говорил об одном. Вопреки всему... Он справился. — МАМА?! Возглас Рико отражал реакцию всех прочих сторон продолжавшегося сражения. Девочка никогда не теряла веры встретить свою мать, не взирая на чужие попытки подорвать её рвение, а слова Жрицы о "недееспособности" Лорда Разрушения теперь казались простой наглой ложью. Это запустило эффект домино, который разбил вдребезги всё созданное Прорицательницей ощущение безысходности. Сама та ныне выглядела скорее как тень прежней себя, отчаянно искавшей способы вернуть ситуацию под хоть какой-нибудь контроль после залпа Испепелителя. Рико не знала, но так оно и было. Впервые за всю жизнь после восстановления себя Прототипом Жрица не могла рассчитывать на видение будущего. Это в сочетании с только что сотворённым с ней Сраджо и близнецами лишило её былого могущества и силы, свергнув с самодельного трона Бездны. Конечно, даже в своём нынешнем состоянии Прорицательница представляла существенную угрозу, продолжала держаться за шпагу, которой намеревалась карать до конца. Впрочем, Жрица не могла знать, что расправа Бездны, порождённой тем, к чему она так долго стремилась, над ней только началась. Тем временем Лиза отозвалась на возглас своей дочери. Никакие слова в этот миг не могли передать изумление, отразившееся в её мимолётном взгляде на ту, кого она не видела так давно. Всю выраженную в этом изумлении радость, сожаление и в куда меньшей степени удивление. Ей хотелось ответить, но перед заветным воссоединением между ними ещё оставались назойливые препятствия, одно из которых уже хотело помешать грядущему. — Мелкая мерзавка! Рико дёрнулась, когда вслед за полумеханическим старческим голосом исчез барьер, оберегавший её от шальных ударов на протяжении всего боя. Только сейчас девочка в полной мере вдохнула запах жара и противной гари, объявший всё пространство вокруг сферы. От него хотелось плеваться. И не успела Рико придумать, куда ей податься в этом бою, как голубой огненный шар, пущенный по её душу, разбился об выстреленную стальную руку. Вакуна внутри костюма огрызнулся. Проклятая девка, которую не менее проклятая Жрица таскала с собой забавы ради, в итоге ударила в спину в самый неподходящий момент, что мог решить всё. Вместо избавления от всех проблем их решение превратилось в угрозу, подобную которой старик дважды успел испытать на себе. Ситуация не просто стала только хуже. Она продолжала скатываться в геометрической прогрессии. Мысленно Избранный Лорд силился взглянуть на сложившееся положение под углом, под которым оно смотрелось более-менее сносно, что не заняло особого труда. В конце концов, сам старик продолжал здравствовать. Рана с помощью Вопля Воли уже почти затянулась. Тепасте, его любимая внучка, сумела улизнуть из под напора киборга. В определённом роде вызванная залпом Света неразбериха сыграла ей и её дедушке на руку. Они ещё могли... — ТВАРЬ! УБЛЮДОЧНАЯ СТАРАЯ ТВАРЬ! Крик Рега отразился эхом на протяжении всего Золотого Ареала. Подсознательно Вакуна вмиг был готов простить Жрице многое, если бы только та сумела удержать его бывшего "подчинённого" у своей персоны. Ибо справедливо полагал, что справиться одновременно с двумя бы точно не сумел. Рег горел лютой ненавистью к старику, ибо помнил всё, что совершил "под его руководством". Каждое мгновение, каждую крупицу причинённой друзьям боли... Рег осознанно творил весь тот ужас, что ему приказывали, и это только добавляло жгучего гнева, таившегося в его сердце в момента боя на Седьмом Слое. Каждый... Наначи... — Н-А-А-А-Н-А-А-А-Ч-И-И-И!!! И Рег выплеснул его. Каждую каплю ярости, зажжённой в нём одной из самых поражающих сердце вещей, что ему доводилось делать. Именно ему, ведь он целиком осознавал, что делал с той лишь разницей, что не обладал контролем над собственным сознанием. Тот принадлежал Вакуне и теперь спал. А с его падением высвободилась накопившаяся боль. Подумать только, как трагические повороты судьбы могли приводить к самым неожиданным знакомствам? Даже лишившись памяти, Рег оставался Регом, пусть и с некогда исчезнувшей детской непутёвостью. Однако без неё он и Наначи не встретились бы и не помогли друг другу. Да, Пустая всегда вела себя несколько надменно по отношению к киборгу, но Рег не мог её винить. В особенности теперь... Он злился. На себя, на проклятого Вакуну и не меньше — на то, что, наверное, так и остался в памяти Наначи недалёким роботом, отправившим душу Митти на упокой. Лишившийся памяти Рег никогда не признавался себе в этом, но, спускаясь глубже и глубже, к мнимым истокам, он надеялся, что сможет стать лучше в глазах её и всех остальных. Назло показать, что может похвастаться не только грубой силой и непрошибаемым телом. И вот как всё обернулось... Прогнав все нахлынувшие мысли за мгновение ока бегущий вперёд Рег тряхнул головой, после чего и отражения атаки Избранного Лорда уволок Рико с линии огня. Девочка аж удивилась тому, с каким профессионализмом тот это сделал. Регу множество раз на протяжении спуска приходилось таскать её, но в его прикосновениях всегда чувствовалась доля неуверенности и смущения. Теперь ни того, ни другого не существовало и в помине. Через несколько секунд киборг опустил её около лежавшей без сознания Фапуты. — Посторожи её! — скомандовал Рег, ринувшись по направлению к Жрице. — Ладно! Х-хорошо! — отозвалась Рико, принявшись оттаскивать Фапуту как можно дальше от зоны боя. Больше никогда. Рег оскалился. В чём и была права Сраджо на все сто, так это в том, что Жрицу здесь ждал Великий Суд. И не только её. Он доберётся до каждого среди этих золотых стен, кто сегодня преподнёс себя ему, как на блюдце. Краем глаза Рег заметил, что оклемавшийся Рос смотрел на него неестественным образом, но не придал особого значения. Ненависть к убийце своей сестры киборг успел излить задолго до текущего момента. Куда тот денется? ... Лиза перешла в наступление на Жрицу. Та силилась выглядеть уверенно, но обгоревшие участки её тела и недостаток стремительных движений выдавали слабость, постигшую её после применения на ней Экстракторов Первовещества. Прорицательница понимала, что стоит ей дать эту самую слабину ещё и в духовной составляющей, и её не спасёт надломленная Лордом Тайн броня собственного тела. Лиза, с другой стороны, выглядела так, словно жила полной жизнью. Она будто очнулась после долгого сна, и, по правде говоря, так оно и было. Женщина примчалась во всеоружии так быстро, как только могла, и, чуть завидев ситуацию, бросилась на первую, кто попалась ей под руку. И плевать, что той была наводившая на Орт страх Белый Свисток, о реальности которой сама Лорд Разрушения до определённого времени не подозревала. Лиза обнажила кирку, одну из двух пристёгнутых к поясу. Необычную, отличавшуюся от той, от которой она отказалась в силу некоторых причин. Вечная сейчас находилась в руках какой-то розововолосой девчушки. В голове Лорда Разрушения промелькнула мысль, что было бы весьма кстати скрутить той голову и вернуть своё. Собравшаяся компания в целом вызывала у неё немало вопросов. Когда прозвенел звон соприкасания стали, Жрица ожидала, что срубит Лорда Разрушения одним махом. Вместо этого женщина умело прошмыгнула под её напором, воспользовавшись столь существенной разницей в росте, и ударила по месту расположения сухожилия противницы уже второй вынутой киркой. Жрица припала на колено, параллельно отразив шпагой пущенный в неё стальной кулак. Но в это же время другой такой же пролетел мимо неё, а трос, на котором тот держался, обвил её за шею и повалил на пол. Лиза в тот же миг попыталась нанести удар по голове сразу двумя боевыми кирками, однако затем и её, и Рега поразил ряд алых молний, отбросивший их в разные стороны. — Ай! Жжётся, ха-ха! — поднялась Лиза, стиснув зубы больше от боевого азарта, чем какой-либо боли. — Нельзя терять ни секунды! — обратился к ней Рег. — Сейчас все её силы уходят на поддержание остаточного баланса тела. Не добьём сейчас — все жертвы будут напрасны! — Замётано! Рег выстрелил рукой и снова ринулся вперёд. Жрица при виде киборга выставила вперёд шпагу — самое эффективное оружие против ему подобных, не считая радикальных средств. Стоило ей попытаться совершить выпад, как её спину пронзила боль. А затем тело Мико поглотил огонь. Лиза заявилась сюда, не ограничившись парой боевых кирок. Она носила на предплечьях ещё одно ручное оружие почившей цивилизации. То представляло собой лёгкие строенные пусковые установки, крепившиеся к рукам благодаря специальным насадкам. Сжав ладонь в кулак, Лорд Разрушения обрушила на Прорицательницу изобретение её же народа. Залп с каждой из установок производился посредством вставленных в стволы малых ракет со стальными наконечниками. Когда три из них попали в спину Жрицы, то сперва пробили защиту, застряв прямо во плоти: взрывы произошли только пару секунд спустя. Не дожидаясь итогов сей атаки, Рег образовал вокруг покрытого огнём тела стальной вихрь. Не успевавшую реагировать на всё, что с ней творили, Жрицу швыряло из одной стороны в другую, что киборг чувствовал каждой частичкой ручного троса, которой попадал по врагу. — Ну давай, Рег, — осклабилась Лиза, с нетерпением ждавшая результата. — Рассказывай, как ты привёл всю эту пургу сюда? — Д-долгая история! — не понимал Рег, как той удавалось так мыслить в сей ситуации. — Расскажу — не поверишь. И некогда! — А когда, если не сейчас? — злорадно ухмыльнулась Лиза, и Рег знал, насколько её замечание было справедливым. Вдруг он ощутил резкий скрежет по одной из составляющих троса. Боль была отдалённая: всё же шпага Жрицы не могла повредить сверхпрочный материал. Но это был знак того, что та отказывалась сдаваться и была готова вырваться из вихря. Тогда Рег вскинул руку, которой совершал обороты, а другой выстрелил в предполагаемое место противницы. Ему не повезло. Снова раздался скрежет, на сей раз непосредственно по отстреленной части. Вслед за ним пол под ногами отброшенного в сторону облака пепла Рега будто перестал существовать: Жрица устроила воздушный взрыв, что было удивительным при её состоянии. Рег догадывался, что та может предпринять такой ход. Для неподготовленных подобных ему сей мог стать роковым, ознаменованным дырой в груди. Но Рег, Рос и Абадебун долгое время готовились к новому противостоянию, отрабатывали все возможные боевые ситуации на индивидуальном уровне. Поэтому не предпринимая попыток высвободить руку, киборг извернулся в воздухе и второй рукой отбил выставленное в направлении его грудной клетки лезвие. Он и Жрица повалились на пол. Рег чувствовал давку воздуха вокруг своего тела. Ослабевшая манипуляция пространством и в прежнем состоянии не могла бы навредить ему, зато её хватало на то, чтобы сдерживать его потуги высвободиться. Жрица сомкнула руку на его шее, другой силясь направить удерживаемую шпагу так, чтобы пронзить сердце. Рег всячески препятствовал этому. Его кулак сомкнулся на лезвии, не позволяя опустить его ниже. — Т-ТЫ..! — прохрипел Рег, сдавив Жрице руку около своей шеи собственной свободной. — Это ведь я выстрелил в тебя в тот раз! Тогда я многого не знал, мной владели непонимание и страх..! Такие же, какие привели к тому бою! Он отчётливо видел, как из левой части спины Прорицательницы, куда угодили снаряды, шёл чёрный дым. Как сквозь его гущу пробирался хорошо знакомый силуэт. — Из-за них я промахнулся! — продолжил Рег, с силой отодвигая от себя лезвие шпаги. — Из-за них ты стала такой! Из-за них я вверг всю Бездну в пучину ужаса! Но сегодня... И когда из пепла показалась Лиза, прогремел ещё один возглас: — Я ЗАВЕРШУ НАЧАТОЕ, А НЕ ТЫ! Со всего размаху Лиза вонзила кирку в дымившуюся часть спины Жрицы. Уже пробитая в этой области броня столь необычного тела сломалась окончательно. Вверх хлынул фонтан из покрывающей всё окружающее пространство, неясной никому тёмной жидкости. Мико провопила от боли. Её крик больше напоминал рёв дикого раненного зверя, загнанного в угол, коим она и являлась. Ожившим чудовищем из сказок, которое терроризировало Орт на протяжении столетий. Сейчас оно билось в агонии, пускало в ход всё, что оставалось. Даже сейчас отказывалось сдаваться. Ибо Жрица ещё не проиграла. Лиза своевременно подставила вторую кирку, когда Прорицательница вдруг резко дёрнулась и едва не пронзила её шпагой. Это вынудило Лорда Разрушения отпустить ту, что она вонзила в тело Белого Свистка, чем Жрица непременно воспользовалась. Мико снова окатила Рега и Лизу несколькими молниями. Двоим пришлось туго. Тем не менее, мощности выплесков, ровно как и всего прочего, уже не хватало, чтобы вредить целям в должной мере. Рег не без усилий превозмог физическую боль и выстрелил рукой вокруг Жрицы, сомкнув хват на поясе. Как только Белый Свисток поняла, в какое положение попала, то без промедлений вынула из спины вонзённую кирку и со всей возможной силой швырнула в киборга. Рег не сумел вовремя спохватиться, результатом чего стал окровавленный бок. Он на время потерял бдительность. Жрица в тот же миг схватила обеими руками трос руки и, потянув, таким образом швырнула Рега в Лизу. Однако вместо осуществления замысла случилось иное. — Хоп... Поймала! Вновь Жрице не хватило сил на осуществление задуманного в полной мере. Вместо того, чтобы повалить двух противников разом, её действия привели к тому, что Лиза просто поймала не отличавшегося весом Рега и уже в свою очередь схватилась за трос. — А ну... Хорош бросать других впредь себя! Вслед за словами Лизы Рег начал стремительно задвигать руку в обычное состояние. Жрица, вокруг пояса которой был обмотан стальной трос, не смогла устоять, и её понесло прямиком к врагам. Она билась, старалась за что-то зацепиться. Видя её потуги, Лиза выпустила две из трёх оставшихся ракет. Барахтающаяся Прорицательница была вынуждена выпустить молнии, лишь бы не позволить снарядам попасть по ней, что стоило ей ещё больших усилий. Два взрыва, тем не менее, оглушили Жрицу, что не позволило ей отразить последовавшую атаку. Со всей дури Лиза ударила оставшейся боевой киркой по боку шеи Жрицы. Как только острейшее лезвие пробило ослабший бронированный покров, произошёл выброс тёмной жидкости, вынудивший Рега выпустить противницу и увести себя и союзницу из зоны поражения. Иначе несладко пришлось бы уже им. Корчась от непрекращающейся боли, Жрица едва не валилась на пол. Кашляя, одной из рук она преграждала шедший из новообразованной глубокой раны чёрный густой дым. Такой же, который валил из её повреждённых спины и ноги. Как бы Мико ни держалась за шпагу и всем видом показывала, что она ещё не проиграла, исход противостояния становился очевиден. И всё же её воля оставалась тверда. — Вот неисправимая. — усмехнулась Лиза, глядя на столь жалкое зрелище. — Ползает на коленях, а ещё пытается что-то из себя строить. — Лиза! — покосился на неё Рег. — Уже и позлорадствовать нельзя! — с мнимым легкомыслием ответила та. — Сам небось хочешь поиздеваться над ней. Оскал на видной части лица Жрицы выдавал отчаянное положение, в которое её загнали. Никогда ещё в своей жизни она не чувствовала себя настолько слабой. Даже во времена первого погружения, перед самым едва не настигшим её выстрелом Божественного Света, Прорицательница чувствовала, что своей силой могла переломить многие жизни. Со временем эту силу дополнили невероятные знания, с помощью которых Мико могла сокрушать одним лишь словом, не прибегая к схватке. Сейчас у неё не было ни того, ни другого. С каждой прошедшей минутой участия в этом сражении она становилась только слабее. Нанесённые ей раны делали только хуже. Дошло аж до того, что она не могла произнести и слова без затрат крупицы из оставшихся сил. Но какой был смысл что-то высказывать перед теми, кто знал столько же, сколько и она? Что бы это изменило, пускай и в случае проигрыша? Проигрыша..? Жрица сильнее сжала шпагу, следя за каждым движением врагов. Она не проиграет! Она зашла так далеко не для того, чтобы снова проиграть! Даже если Прорицательница останется одна, будет напоминать собой лишь подобие жизни, а её враги обманут ещё десяток раз внутри этих золотых стен..! Даже если... Внезапно на всё пространство прозвучал мальчиший крик.

***

Незадолго до этого Рос провожал взглядом каждое совершённое Регом действие, засев в тени одной из рухнувших колонн. На его лице рисовалось изумление. Он не верил своим глазам, не мог понять, как так всё обернулось. "Количество использований Света ограничено. Истратишь последний выстрел — предашь себя забвению." Таковы были слова Кинифея во время старого заветного подъёма на поверхность, которые Рос запомнил на всю жизнь. На протяжении веков по здешним меркам главным проклятием им подобных была ограниченность в иногда так необходимом ресурсе, пусть они и не могли применять его для большего, чем испепеления критических угроз. Точнее, то, что следовало за этой ограниченностью, стоило кому-либо проявить неосторожность. Для Второго и Третьего поколений до конца оставалось неясным, что это самое "забвение" из себя представляло. Представители Первого намеренно скрывали детали данной информации в целях увеличить страх перед неизвестностью и вызвать стремление больше полагаться на возможности дарованных тел. Только Рос в своё время удостоился этой тайны. В незапамятные времена истративший все залпы впадал в кому, вывести из которой беднягу не имелось никаких средств. Ковчег не предоставлял второго шанса, а на поверхности до открытия электричества оставались тысячелетия. По этим причинам тела усопших использовались для починки повреждённых механических частей тела ещё живых путём отправки в переработку. Ужасающая участь, но таковая позволяла сохранить большее количество оставшихся жизней. Рос знал, что у ушедшего на поверхность Рега оставался один залп, и что решение проблемы тот возлагал на развившееся человечество на поверхности. Однако когда выяснилось, что бывший друг возвращался с потерей памяти, но восполненными залпами Света, второй киборг пришёл к закономерному выводу. Рег не успел решить проблему. Но жители поверхности сделали это за него, тем самым вырвав из едва начавшейся комы. А главный казус оказался в потере памяти. Почему-то от последнего на душе у Роса делалось легко. Предыдущий бой с Настоящим Регом дался ему невероятно тяжело. В глубине души Рос до последнего рассчитывал, что тот в конце концов подчинится его воле. Но вмешательство Абадебун переменило всё. Она заставила Роса впервые за долгое время испугаться — то, чего он меньше всего ожидал от двух своих единственных друзей. Что-то перемкнуло в нём в тот момент, и тогда, в порыве поглощавшего его безумия, он выстрелил. Но и Настоящего Рега вскоре тоже не стало. Узнав об этом, Рос убедил себя в том, что прежний уже не вернётся. Пришёл к тому, что лучше предать клинкам ничего не помнившего Рега, ведь тот в конце концов даже не был тем, кого Рос так долго знал. Уничтожить его "предательскую суть"... Киборг проскрипел зубами, глядя на бывшего друга и из ниоткуда взявшуюся Лизу. А когда его глазам попалась Рико, оттаскивавшая Фапуту неподалёку от места страданий Жрицы, в его голове сложилась ведомая одному ему картина. От её понимания скрежет зубов превратился в едва видимый оскал. — Хитрец ты всё-таки, Рег. — пробормотал Рос. — Самый везучий и невезучий в этой яме. Как мне драться то с тобой теперь прикажешь..? И правда, как? Сила высвобождения кончилась, и за её промежуток он не смог убить старика с его прилипалой. Хотя в своей победе над ними Рос не сомневался, всё, что могло последовать за этим, вызывало в нём сомнения. В этот миг его внимание привлекла Тепасте, бросившаяся к Вакуне. — Повременим с этим, Рег. — выразил киборг мысли вслух. — Сейчас... Я бы хотел побыть собой, пока могу. ... — Дедушка! — собиралась было что-то сказать Тепасте, но была прервана. — Знаю! — грянул Вакуна, рана которого уже практически затянулась благодаря Воплю Воли. — Выбора не было. — Тц! — изумлённо мотала головой девушка то в сторону Лизы, то последнего места, где был замечен киборг. — Вечная кирка ещё работает, Огнепушка тоже при мне. Но этот... Этот бес слишком быстрый! — Больше нельзя прятаться за барьерами. — оценил ситуацию Избранный Лорд, понизив голос. — Мы убьём его, и прямо сейчас. Приготовься... Заставить его страдать. Тепасте коротко кивнула, уже обратив внимание на силуэт, выходивший из тени одной из рухнувших колонн. Рос уверенно шагал самой привычной человеческой походкой. Не сгорбившись или украдкой, как он обычно предпочитал, но гордо, с вытянутой спиной, не скрывая своего взгляда. Это был момент, когда разум киборга ненадолго оказался очищен от безумия. — Только Белый Свисток в своей никчёмной безысходности мог пойти на столь отбитый шаг. — выплюнул он, обнажая из предплечий рук клинки. — Давай уже завязывать, скользкий ты старикан! Голубой огонь на конце Вопля Воли вновь разжёгся ярким светом. Вакуна ударил артефактом о пол, и возникшая дрожь под ногами едва не сбила Роса с ног. Он вовремя совершил прыжок к одной из золотых колонн, а когда в ту была выпущена энергетическая ударная волна, рванул ещё раз уже в сторону противника. Вместо ожидаемого им барьера Рос получил прямой удар пылавшим Воплем Воли, которым замахнулся Избранный Лорд. Сумевший вовремя среагировать и подставить механические конечности, киборг заблокировал ход врага, но едва устоял на ногах, отступив на несколько шагов. Только успев вдохнуть воздух, он подвергся ещё одному замаху. И ещё одному. И ещё. Из под костюма двигавшегося вперёд Вакуны отчётливо слышалось глухое, но яростное рычание вперемешку с полумеханическим дыханием. Каждый удар горящего Вопля Воли приводил к потере концентрации со стороны Роса. Хоть физически Избранный Лорд и не мог нанести повреждение механическим частям его тела, заряд негативно отражался внутри киборга: с каждым разом его больше и больше оглушало, что само по себе было удивительно и начинало нервировать. Рос не мог позволить этому продолжаться. Когда Вакуна замахнулся в очередной раз, Рос прошмыгнул под его рукой и, схватившись за рукоять артефакта Белого Свистка, потянул на себя и его, и владельца. Лезвиями свободной руки он хотел раскрошить скрытую за шлемом костюма голову, но конечность была остановлена и скована Воплем Воли. Тогда киборг резко отпустил рукоять и полоснул правый бок старика когтями. Вакуна рявкнул. Рос не находился вплотную к нему, благодаря чему когти не вошли в тело и в половину своей длины. В предыдущий раз Избранному Лорду повезло меньше, но боли и ещё одного пробитого места его костюма это не отменяло. С Вопля Воли сорвались яркая вспышка, в следующее мгновение сила которой отбросила Роса от старика и повалила. Избранный Лорд задействовал артефакт ещё раз, и механические руки киборга оказались пригвождены к полу. Нижняя часть шлема Белого Свистка раздвинулась, открыв низ старческого лица. На глазах у ёрзавшего Роса Вакуна быстро потянулся к своему белому свистку и дунул в него, содрагая окружающее пространство звоном жизни. Огонь на конце Вопля Воли вспыхнул пуще прежнего. Эта энергия была быстро перенаправлена Избранным Лордом к острию основания артефакта, одновременно с чем тот ступил на киборга. Вакуна уже готовился вонзить основание Вопля в перед врага, но внезапный пинок со стороны того повалил Белого Свистка на спину, вследствие чего и дезориентации сковывание прекратилось. Рос приподнялся. Его взор был прикован к опрокинутому врагу, но мысль о том, что где-то в округе бегала его ценность, не покидала голову, и не зря. Среди обилия звуков продолжающегося боя он различил приближающийся бег и инстинктивно развернулся, замахнувшись когтями в сторону предполагаемой вражины. Первый его замах был предугадан заранее увернувшейся Тепасте, что позволило ей выиграть секунду времени на нанесение собственного. Однако одной секунды не хватило на то, чтобы лезвие Вечной кирки достигло тела киборга. Рос подставил когти второй руки, и скрежет стали прорядил уши сражавшихся. Тепасте без промедлений совершила толчок и увела Вечную кирку вниз, чтобы всё же устроить взрыв. Раз ей не удалось шандарахнуть по самому киборгу, то она должна была хотя бы отбросить его от себя, чтобы избежать участи быть разорванной в клочья... Что у неё и получилось. Роса отбросило к поднявшемуся за прошедшие мгновения Вакуне, который вновь ударил киборга и сковал его движения Воплем Воли. Рос усиленно сопротивлялся. Он отбрасывал любые порывы задействовать Свет прямо на Ковчеге, что рассматривалось им, как предательство себя самого. Ситуация ещё не сложилась настолько не в его пользу. Его внимание пало на сам артефакт Избранного Лорда, который тот снова заносил на него. Рос быстро прикинул в голове пару сценариев и, сойдясь на риске, что было сил дёрнул головой. Шлем с внушительной выпуклостью посередине сорвался с головы киборга и впечатался в бок Белого Свистка. С рыком Вакуна пошатнулся, из-за чего Вопль Воли ударился о Роса не под прямым углом, а часть длинной рукояти оказалась рядом с рукой киборга, за которую тот и сумел ухватиться. Послышался треск, напомнивший бьющееся стекло. Избранный Лорд одёрнул артефакт, мигом покрыв себя и внучку барьерами, и очень вовремя: через полсекунды вокруг Роса с радиусе десятка метров образовались многочисленные кристаллы, острия которых устремились во все стороны от него. Благодаря реакции Вакуны он сам и Тепасте оказались между ними, а не нанизаны, истекая кровью. Одна вещь помимо шедшего боя не давала старику покоя: как этому вечному ребёнку удалось не просто воспользоваться Воплем Воли, но и пересилить собственную волю Белого Свистка?! Рос тем временем осклабился. Он сомневался, что предпринятый им шаг мог сработать, и всё же Вопль Воли на несколько мгновений подчинился ему. Однако не столько ему приносила удовольствие удача, сколько то, что было её причиной. — Забавно... — выискал он взглядом Избранного Лорда среди кристаллов. — Что-то ты не шибко решительный, дедуля! Вакуне нечего было ответить на его слова. Если бы окружающие сейчас могли видеть его скрытое за шлемом лицо, они бы увидели толику неопределённости, которая, впрочем, была быстро отброшена. Проросшие из ничего кристаллы сейчас окружали его, что лишало противника возможностей к маневрированию. Этим Избранный Лорд и решил воспользоваться, снова потянувшись к своему белому свистку. — Прости, что вынуждаю, Коу. — сам того не ведая, произнёс он вслух, после чего дунул. Волна жизни вновь прошлась по пространству, содрагая его своим звучанием. Когда это случилось, Рос уже возвышался над одним из остриев, лицезрея ход Избранного Лорда. Киборг мигом сфокусировался на Вопле Воли, обнаружив, что сила была направлена не на личный артефакт старика. Тот ещё не израсходовал полученное от предыдущего раза. Но если не на него, значит... Звук раздавшегося выстрела был последним, что Рос услышал перед тем, как его сознание пронзила неописуемая боль. Мир вокруг киборга поплыл. Голову охватило пламя. Не все органы осязания Роса были поглощены агонией. Едва он попытался прийти в себя, хотя бы банально понять, что с ним случилось, как верные мысли не заставили себя ждать. Он просчитался. Почему-то осознание этого не приводило в бешенство. Было ли причиной то, что попадание притупило его чувства наравне с гневом? Силясь хотя бы подняться и удержаться на ногах, он прибегал к множеству вариантов, начиная от банального сотрясения и заканчивая повреждением мозга. И ни один из них не пугал киборга. Как странно... Почему? Ответ он получил, когда зрение позволило ему собрать увиденную им картину воедино. Поначалу узренное не впечатлило Роса, потому что он даже не осознал, что именно увидел. Однако стоило таковому оказаться понятым, как взглядом киборга завладел страх, в следующую секунду сменившийся отрешённостью. Перед ним в дыму стоял он сам. Но это был не тот Рос. Перед киборгом стоял искалеченный напуганный мальчишка, которого ещё вчера изгнали из собственного дома. Не было рогатого шлема с выпуклостью посередине. Не имелось и накидки, одинаково свойственной всем переродившимся благодаря Ковчегу. Даже белые волосы, его природный дар, некогда послуживший одной из причин изгнания, имели свой старый вид. И если бы не металлическое подобие короны на лбу и механические конечности, Рос бы так и не понял, что смотрел на собственное отражение в ближайшем кристалле. На боку головы виднелась кровавая клякса, прикоснувшись к которой, Рос нащупал повреждённую сталь. Киборг вдруг вспомнил, что сорвавшись в конце прошлой жизни в Перевёрнутом Лесу, перед самой смертью рухнул именно на эту часть своего тела. Какая ирония... Живой мертвец. Таким он предстал перед собой. Таким он был. Таким его сделали. И теперь напомнили. Все свои обе жизни Рос цеплялся, за то, что доставалось ему волей случая. Будь это отдавшие его родители, недолгое путешествие по Бездне и, наконец, Ковчег. Любые его действия сводились к защите того, что он рассматривал, как свой дом. Место, где его больше не тронут. Единственное убежище в этом проклятом мире. Поэтому, когда грёзы других о поверхности стали слишком громкими, он убил их. Отказался расставаться с подарком судьбы. Избавился от недостойных, как это сделали когда-то с ним самим. — Ты жалок. — высказал он отражению. В реальность его вырвал звук взведения курка. Тепасте к этому моменту успела перезарядить усиленную Огнепушку. Она навела её дуло на Роса, снова целясь в голову. Но прежде, чем девушка нажала на курок во второй раз, киборг успел подставить свою руку. Разрывная пуля угодила в механическую конечность под таким углом, что отрикошетила вниз, параллельно взведясь об стальное предплечье. Это привело к выбросу взрывчатого вещества. Сила выстрела вынудила Роса осесть на колено. Он зажмурился, только бы осколки не угодили в не такие неуязвимые относительно остального его тела глаза. Мысленно киборг готовился ринуться в новую атаку, как вдруг кристаллы прямо перед ним разлетелись вдребезги, стоило ему открыть глаза. А вслед за этим последовал рывок Избранного Лорда, выставившего вперёд Вопль Воли. Острие артефакта пробило плоть киборга и вошло меж рёбер правого бока, таким образом прорезая встретившееся на пути лёгкое. Сила удара была так велика относительно лёгкого тела Роса, что Вакуна снёс его подобно гигантской неудержимой морской волне. Тот вскрикнул от боли, но не успел сделать хоть что-то, чтобы воспрепятствовать охватившей его агонии. Избранный Лорд пригвоздил Роса к ближайшему кристаллу. Подобно забитому молотком гвоздю Вопль Воли пронзил его тело насквозь, вынуждая биться во всём обилии поглотившей боли. Но на этом Вакуна не остановился: сиявший артефакт разгорелся сильнее. Боль усилилась. Внутренности киборга буквально сгорали. И Рос, ещё хоть как-то сохранявший контроль над собой, заорал во всё горло. — ГРЫ-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! От его крика кровь стыла в жилах. Своим звучанием он больше походил на рёв дикого зверя. Рико закрыла уши руками, зажмурившись от невыносимости звука. Бой между Лизой и Регом с одной стороны и Жрицей с другой остановился. В обескураженность впала и Тепасте, заслонившая уши схожим образом. Лишь Вакуна кое-как продолжал напор, ведь от того зависел исход всего. — РЫ-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! Старик почувствовал, как по мочкам его ушей потекла тёплая жидкость. Кровь — сразу осознал Белый Свисток, стиснув зубы. Чем дольше проклятый киборг орал, тем сильнее повреждались перепонки. Звуковые вибрации от крика были настолько сильны вблизи, что от них не спасала никакая защита. Поэтому Вакуна чуть не прорычал сам, когда кровь начала чувствоваться в носу и на губах. — Сдохни уже... Сдохни!.. — только и молвил он. — Дай мне всё закончить!.. — Р-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-!!! Внезапно сквозь череду душераздирающего вопля послышался треск стали. — КИНИФЕЙ! — провопил Рос, что хватало мочи. — МОЛЮ, ПОСМОТРИ НА МЕНЯ! Прогремел взрыв. Вакуну, который и бровью повести не успел, отбросило на добрый десяток метров в сторону. Настигла волна и Тепасте, которая ударилась об один из кристаллов и выронила Вечную кирку. Просопев от боли, она уже собиралась встать и вернуть артефакт, как вдруг пара секунд решили всё. Из дыма на неё вынырнул Рос. Окровавленный, он лишился практически всего правого бока, из ошмётков которого вперемешку с хлещущей кровью сыпались искры. Со стороны могло показаться, что киборг находился на последнем издыхании, но сам Рос в эти несколько мгновений не придавал значения тому, как выглядел. Перед ним была цель, которая слишком долго ускользала от него. В этот раз он не позволит ей уйти от его клинков. Всё, что смогла сделать Тепасте — распахнуть глаза больше от удивления, чем какого-либо страха. Ибо на то ей банально не хватило времени. В следующий момент три острейших лезвия из прочнейшего метала прошли сквозь тело девушки по вертикали. Ровно. Чётко. Просвистели, словно на их пути не находилось ничего. ... Над Ортом опускалась ночь. Для любого простого обывателя островного города она ничем не отличалась от любой другой. Будь это обычный мирный житель, Искатель или даже мелкий воришка, а то и вовсе входящий в тайный культ монстра, скрывающегося за безликой маской. Но для одного человека эта ночь стала по-настоящему поворотной, ведь за несколько дней перед её наступлением он узнал кое-что важное. Нечто, ставшее причиной его ныне ужасного, около разбитого морального состояния. Тучи над душой, с которой он тяжёлыми шагами плёлся домой, опираясь на личный артефакт. В ту пору Вакуна ещё не носил увесистого бронекостюма, по совместительству являвшегося системой жизнеобеспечения, благодаря которому его старое тело могло стабильно функционировать, как в лучшие годы. Не получил приведшего к упомянутому серьёзного ранения в грудь от зверя во время одного из спусков в Бездну, ровно как и последовавшего вскоре инфаркта. Тогда тот, кого именовали Избранным Лордом, ещё чувствовал себя полным сил живым человеком, пусть и был уже в возрасте. Но сегодня его вера в себя пошатнулась во второй раз за всю жизнь. Его дом, его убежище находилось на самой окраине Орта. Среди начавших возвышаться вверх гор одинокое двухэтажное поместье едва бросалось в глаза. Ровно как и реликвия, которую Искатель держал в руках, оно передавалось из поколения в поколение, пока, наконец, не перешло от почившего отца к собственно Вакуне. Это место всегда отзывалось в голове старика не самыми приятными воспоминаниями. Но сейчас он, шатаясь из стороны в сторону, едва стоя на ногах, держал путь во внутрь, как в последнюю обитель. Всю дорогу ему хотелось орать. Он шёл через тёмные переулки Орта, то и дело сосредотачивая внимание на пути, только бы не сорваться. Держался во что бы то ни стало, лишь бы не привлечь ненужного внимания... Что у него и вышло. Но не более того. — Я УБИЛ ИХ!.. — проорал он во всё горло, в бессилии выпустив Вопль Воли. — ИЗНИЧТОЖИЛ ДАЖЕ МАЛЕНЬКИХ ДЕТЕЙ!.. ЭТИМИ РУКАМИ!.. Он повернулся к поместью спиной и рухнул на колени, уставившись в направлении центра Орта. Центра, который городу заменяла Бездна. — МИКО! Я убил всю свою семью! Никого не осталось! Никого, кроме Тепасте! Теперь ты довольна!? Ты этого хотела!? Т... Кх... — Вакуна чуть ли не вырывал из себя слова, задыхаясь. — Теперь моё правление уготовано судьбой!? Будет ли утопическая мечта исполнена!? Скажи! Почему... Почему ты не отвечаешь мне..? Громкий кашель сорвался с его губ. Он длился почти полминуты, в течение которых Избранный Лорд рвал своё горло в надежде хоть как-то отбросить чувство вины, неправильности всего совершённого. Нагнать пустоту, ведь даже она сейчас была лучше, чем отвратительная боль, из-за которой старик едва не пустил слезу. Может быть, и это Жрица знала, поэтому и не отвечала? Вакуна уже понятия не имел. — Дедушка? Старик ахнул, услышав девичий голос за собой, ведь знал, кому тот принадлежал. Его крови. Его сокровищу. Его величайшей ценности. Его дорогой внучке. Тепасте на протяжении последних дней жила внутри поместья, о чём Избранный Лорд позаботился перед тем, как решился на сегодняшнее по указке Жрицы. Он повернулся. На веранде стояла двенадцатилетняя девочка, тогда ещё не привившая своим чёрным волосам столь выделяющий её впоследствии розовый цвет. Впрочем, не только это отличало Тепасте от будущей себя. По её взгляду было понятно, что той едва хватило смелости выйти за дверь, а озабоченность выдавала страх перед наказанием за нарушенный запрет покидать здание. "Маменькина дочка" — это и была вся Тепасте. Воспитанная в послушании и покорности, которые были свойственны всей родословной. Когда-то Вакуна воспитал их в собственном сыне, на будущих похоронах которого так и не осмелится появиться. — Тепасте... — дрожащим голосом произнёс старик имя внучки. — П-прости, дедушка! Я... — В-в-всё... Всё в порядке, Тепасте... — постарался звучать он привычным для неё тоном. — Сейчас подойду. Собрав рассыпанные силы в кулак, он доковылял до крыльца. Приставив свой артефакт к стене, он взял Тепасте на руки. Такую лёгкую, такую хрупкую... А та и не дёргалась, целиком доверяя своему дедушке. Её присутствие облегчало ношу Избранного Лорда. Больше всего в нём сейчас было сильно желание завалиться в кресло и проспать так с внучкой на руках до самого утра. Единственное, что не позволяло ему этого сделать, была вина. Всепоглощающая вина, лёгшая на прошлое, настоящее и будущее. — Я слышала, как ты кричал, но не разобрала слова... — осмелилась заговорить Тепасте. — Ты плакал, дедушка? Ты... Д-дрожишь... На её слова Вакуна лишь всхлипнул, приоткрыв рот в беззвучном крике. — Это из-за мамы с папой..? — совершенно невинно спросила девочка. Вакуна посадил её на кресло, встав перед ней на колени. Только сейчас Тепасте обнаружила, что старческое лицо дедушки в самом деле было покрыто слезами. Для неё, кто обычно наблюдала того, кого в народе по неясным причинам именовали Избранным Лордом, в невероятно невозмутимом образе, этот вид стал шоком. Пониманием, что что-то было не так. — Прости меня... — промолвил Вакуна. — Я виноват. Я так виноват... — Почему ты плачешь? — Спасти Орт... Избавить людей от скверны... — шли от старика, казалось, бессвязные слова. — Есть... Есть нечто большее, что скрывается за ликом того, что мы зовём Бездной, Тепасте. Для Тепасте слова Белого Свистка, как и происходящее, были подобно миражу. Как её дедушка мог знать, что находится там, внизу, если никогда не был на Дне? — Реальность Дна... Она отличается от тех мечтаний, которыми вы грезите с самого детства. Многие Искатели... От Красного до Белого Свистка хотят направиться туда, не подозревая о том, что их ждёт! Как..? — Когда я узнал, что это за тюрьма душ, гиблый водоворот, затягивающий и убивающий людей со всего мира, я... Был раздосадован. Я... Захотел... — глотал воздух Вакуна. — Я захотел... Избавить людей от страданий, наставить их, направить. Но... На глазах Тепасте старик совсем поник. — Для того, чтобы всё исправить... Нужна жертва. Великая жертва, Тепасте... То, ради чего наша родословная существует на протяжении веков. Вакуна был близок к тому, чтобы сорваться снова. — Прости!.. Прости... Прости. — прикрыл он глаза, почти давясь от слёз. — Пока ещё можно... Живи, как огромное пламя и гори так ярко, как можешь. Однажды... Мне придётся потушить твой огонёк. Прости... ... И она простит. Отнюдь не потому что её попросили. Пройдёт время, и Тепасте воочию лицезреет выстроившийся вокруг Бездны мир, от которого её ограждали родители. Узнает ещё многое, даже слишком. И решит сгореть, как яркое пламя, чтобы исполнить мечту своего дедушки. Однако всё это больше не имело значения, ведь Бездна в лице Ковчега в очередной раз показала, что реальность бывает полна разочарований даже тогда, когда твоё будущее предсказано. А Тепасте, даже не успевшая понять, что произошло, распласталась по полу бесформенным кровавым месивом. Её смерть была мгновенной, совершенно несравнимой с теми страданиями, которым она подвергла Нишягору и других. Если бы не звонкая прелюдия к мгновенному, но ужасающему акту, гибель Тепасте наверняка осталась бы незамеченной со стороны сражавшихся со Жрицей, как и ей самой. По иронии судьбы, это зрелище не мог наблюдать никто среди Проклятой эскадры: тех, кого Тепасте водила за нос. Лиза, мысленно отметившая для себя местонахождение упавшей Вечной кирки, ту и вовсе не знала. Рег и Рико не питали к девушке никаких симпатий, а первого так и вовсе в конкретный момент больше интересовал внешний вид Роса. Но по ту сторону баррикад потеря Тепасте оказалась событием, сокрушившим многовековой план. Устремления Жрицы, подковёрная напряжённость между ней и Избранным Лордом на протяжении стольких лет — всё это в итоге оказалось разрушено третьей стороной. Ритуал более не был возможен, как и более не была возможна власть над Бездной без жертвы, роль которой отводилась Тепасте. Для Вакуны все эти детали были второстепенны. На его глазах убили его внучку. Изрезали и истерзали жестоким образом. Если бы видевшие это могли лицезреть взор старика, то увидели бы полное неверие. Когда старик отважился посмотреть на Жрицу, то обнаружил, что видная часть лица той впервые за всё время не выражала абсолютно ничего. Судьба изменилась. Избранный Лорд лишился предначертания, благодаря которому обрёл своё звание. А Прорицательница смотрела, перебирая в голове все возможные варианты действий, что позволяло короткое затишье. Так продолжалось на протяжении считанных секунд, по истечении которых Рико ощутила на себе гнетущую ауру слишком знакомого внимания, после чего вещица, которая на протяжении всего спуска находилась в её кармане, дёрнулась в направлении Белого Свистка. — Какой позор. — только и произнесла Мико, задействовав манипуляцию пространством с целью заполучить второй ключ. Рико почувствовала, как её тело резко поволокло в сторону Жрицы, как бы она ни пыталась сопротивляться. Девочка могла только догадываться, зачем вдруг той понадобилась вроде бы простая безделушка, найденная ей на Первом Слое. Чего дочь Лизы не знала — так это того, что вещица была принесена наверх никем иным, как Регом, который хранил её при себе до нераскрытого во многих аспектах спасения от Двоечелюстника. Однако стоило Рико увидеть, как Жрица держала в правой руке светящийся Звёздный компас, как всё встало на свои места. Ну уж нет! Второй ключ она ей так просто не отдаст! — Ты намеренно не стала говорить о нём, когда показала мне Звёздный компас! — изо всех сил цеплялась за малейшие выступы Рико. — Забавилась со мной! Хотела сломить меня! Думала, я смирюсь и сдам его сама!? Да чёрта с два! Я больше не поведусь на твои игры! У неё не было сил подкрепить свои слова. За неё это сделала её мать. Жрица, не рассчитывавшая на отпор девочки, сконцентрировалась на ней, из-за чего, а также общего недостатка сил оказалась не в состоянии отразить атаку Лорда Разрушения. Лиза отбила шпагу Жрицы боевой киркой и со всего маху отсекла правую руку Белого Свистка по локоть, которой та одновременно держала Звёздный компас и использовала отвечавший за манипуляцию пространством артефакт, ведь тот был встроен прямо в конечность. Раздался вопль боли. Хлынула чёрная кровь, и одновременно с ним из обрубленного отростка повалил чуть не ошпаривший Лорда Разрушения пар. В ярости Жрица хотела рубануть Лизу шпагой, но в этот момент её левую конечность обвила отстреленная рука Рега. Прорицательница оказалась фактически скована. А Звёздный компас, выпавший из её отрубленной руки, покатился по полу, где и был подобран Рико. — Гр-р-х! — промычал Рег. — Рико, ни в коем случае не прислоняй Искатель Пути к Кристаллу! — Искатель..? — недоумевающе посмотрела девочка на сферу. — Компас! Держи компас подальше от Кристалла! Жрица собиралась что-то сказать, но Рег ей не позволил. Его вторая рука сомкнулась на её горле, сдавливая изо всех сил. — Заткнись! Заткнись, тварь! — не помнил себя от злобы Рег. Тем временем Рос из последних сил стоял на ногах. Левой рукой он придерживал ошмётки того, чем ещё полминуты назад был правый бок его тела. Кровь продолжала течь без намёков на остановку. Какова бы ни была бешеной её свёртываемость у таких переродившихся, как Рос, всему существовал предел. Единственным, что напоминало киборгу о том, что он ещё жив, была лишь боль. Она словно пыталась вернуть его в реальность, пока сознание Роса скатывалось в пучину поисков ответов на то, как к этому могло прийти. Рос столько раз убивал подобных Вакуне. Самонадеянных Белых Свистков, отправившихся вниз каждый ради своих причуд. Кромсал не только их, но и всяких, кто спускались вместе с ними. Почему же теперь всё пошло не так? Как так получилось, что ему только сейчас удалось убить простого человека такой ценой? Дело ли в том, что к бою с ним были готовы? В собственной подорванной самоуверенности, которую он пытался скрывать? Ответ он получил, когда удар Вопля Воли повалил его, как безвольное бревно. Вслед за чем его открывшемуся взору предстал Избранный Лорд, вознамерившийся оборвать жизнь длиною свыше сотни лет. Так вот оно как, значит. Замахнулся на настолько большую ценность? Но разве он, Рос, сам не лишился так многого? Разве место, которое он поклялся охранять, не должно быть к нему благосклонно? Отрицательный ответ на эти вопросы ему дали, когда Избранный Лорд в неудержимой ярости ударил его артефактом. А когда ему этого показалось мало, он сделал это ещё раз. И ещё. И ещё. Наплевав на всякую правильную тактику убийства Стражей, о которой ему говорила Жрица, старик молотил по Росу своим артефактом, как огромной кувалдой. Сейчас ему было плевать на то, что было правильно, а что — нет. Он хотел заставить страдать убийцу его внучки. И ничто не могло остановить его от свершения такой простой для понимания человеком, но порой такого сложного для свершения вещи под названием "месть". "Старый глупец. Совсем я тебе мозги отшиб? Если бы не вся эта хренотень с жертвенностью... Если бы..." Если бы да кабы. Реальность была такова, что даже вырвись сейчас Рос из плачевной ситуации, ему бы не хватило сил добрести до производственного цеха. О чём уж тут говорить... Ему их не хватало даже на то, чтобы шевельнуться. А может, выстрелить? Ковчег не сотрёт его, если желание убить будет направлено только на врагов… Поздно. Понятно, как себя чувствовали те, кто погибали во время самой первой битвы. "Не почувствуешь — не узнаёшь", и никакие слова других не передадут те самые страшные ощущения. Только если для давно почивших страх выстрелить был связан с боязнью перед небытием, то для Роса в данный момент ничего такого не существовало и в помине. Только принципы, и те оказались не столь крепкими перед вторым замахом косы Смерти... Смерти, значит? Рос едва заметно ухмыльнулся. Смерть от рук нерешительного старикана не прельщала. По правде говоря, даже перезапуск на поверхности, подобный тому, который случился с Регом, смотрелся куда лучше. Начни он всё с чистого (почти) листа, может, он смог бы освободиться от оков себя самого. "Размечтался..." В последний раз в своей второй жизни Рос вздохнул. Не заслужил. Хотя помирать от рук Белого Свистка по-прежнему для него было таким себе вариантом. Может, стоило как-то попытаться дать добить себя Регу? Это было бы "справедливо"... "Нет уж. Расхнычется потом и места себе не найдёт. Я же его знаю." И закрыл глаза. ... Когда произошёл последний удар, грудь погибшего киборга представляла собой жуткое зрелище. Даже когда Рос окончательно покинул этот мир, Вакуна и не думал останавливаться. Он продолжал, хотел изувечить его тело. Если бы не его старческое тело, давшее о себе знать, это могло бы продолжаться ещё Бездна знает сколько времени. Вскоре ярость отступила. Артефакт, горевший беснующимся пламенем, потух. Вакуна, чуть не осевший на колени, не чувствовал ничего, кроме горечи... И разочарования. Десятилетия работы. Столько затрат, столько рисков, столько жертв... И для чего? Его величайшее деяние останется не более, чем попыткой. Такой же, какие предпринимали другие Белые Свистки прошлого, идя вниз вслепую. Все они сгинули в неведении, как теперь было покончено и с магнум опус не только самого Вакуны, но и Жрицы. Эпоха Возрождения не состоялась. Тепасте была мертвее мёртвого. Как Избранный Лорд, Вакуна потерпел провал. Хуже того, это случилось исключительно по его вине. Когда избранность была на его стороне, он струсил. Прибег к Свету подчинённого Стража, вознамерившись разом решить проблему и врагов, и осточертевшей "союзницы", когда надо было продолжать бороться своими силами. Интересно, что думали о нём те, кого он принёс в жертву ради своих целей за все годы жизни? Наверняка разочарованы ещё больше, чем он сам. Всё обратилось в ничто. Последние дни Вакуна мнил себя победителем, смотревшим на закат человечества в его старом виде. Но сейчас ему представилась другая картина: он стал не более, чем сверчком с иглой в банке пауков на дне пропасти. От того, чтобы окончательно поникнуть, старика удержали донёсшиеся до него звуки боя. Повернувшись в его сторону, он лицезрел картину скованной Жрицы. Та продолжала бороться. Израненная, Прорицательница отказывалась сдаваться, несмотря на крах плана. Загнанная в угол, она оставалась самым опасным существом за всю историю Бездны. Стоило отдать должное, упорства ей было не занимать. Только вот чего Мико так старательно добивалась теперь? Внимание Вакуны пало на Лизу. Затем на Рико. А после в нём разгорелось желание продолжать сражаться. Ибо он не был повержен. Ибо обрёл новую цель. — Так не доставайся же ты никому. С этими словами старик шагнул вперёд. Может, он и утратил избранность, Вакуна всё ещё считал себя единственным, кто был вправе обрести власть над Бездной. И он не собирался позволить получить её кому-либо другому, даже если это означало дать пропасти существовать и дальше в том же виде. Сперва он убьёт Лорда Разрушения с её дочуркой, которую давно следовало прихлопнуть. А после разберётся с Жрицей, чтобы та не смогла забраться обратно в своё логово и найти кого-то ещё в качестве марионетки. Сейчас будущее не было известно никому среди присутствующих, мысль о чём вынудила камень на душе старика самую малость треснуть. Впервые за столь долгое время Вакуна ощутил то неведение, в котором пребывали другие Искатели, а когда-то — и он сам. Всё-таки было в этом чувстве что-то азартное...

***

Жрица стремительно теряла оставшиеся силы. Тех крупиц по её меркам всё ещё хватало, чтобы кое-как оставаться на ногах. Но она чувствовала: ещё немного — и те иссякнут. Её убьют здесь, если не случится чуда, что подтверждала механическая хватка на её оставшейся руке и шее... ...Как и Лиза, нацелившаяся последней оставшейся ракетой на её голову. В голове Жрицы пронеслись воспоминания первого спуска. Вернее, одно конкретное. Момент, когда по ней ударило Проклятие Седьмого Слоя. В мире не найдётся слов, которые могли бы описать и долю того, что Белый Свисток перенесла в те секунды. Как вообще можно было описать ощущение, когда твоя голова разрывается изнутри, и при этом ты неведомым образом остаёшься в сознании? Чувствуешь всё? Каждую крупицу боли? Она билась. Сопротивлялась. Делала всё, лишь бы не испытать некогда пережитое снова. Куда угодно, только не в голову... Именно сейчас, впервые за сотни лет, на её лице проступил страх. — Уймись ты! — проворчала Лиза. — Этими штуками сложно целиться... Но казнь оказалась прервана яркой голубой вспышкой со стороны. Десятки огненных миниатюрных комет обрушились на ту часть золотого центра, где продолжало идти сражение, словно адский фейерверк. Первый из столбов ударил по Лизе, ближе всех стоявшей к атаковавшему. Лорд Разрушения заслонилась боевой киркой, но взрыв всё равно оставил ожоги на её коже и едва не поджёг длиннющие волнистые волосы. Женщина пошатнулась, пряча взрывоопасную ракету за собой и крича. — БОМБЯТ! Рег был вынужден отпустить припавшую Жрицу и поднять вокруг себя и Рико защитный вихрь, около которого посыпался огонь с впечатляющей плотностью. Один из снарядов даже пролетел сквозь обороты руки, но киборг вовремя подставил себя под удар, чем спас опешившую Рико в который раз за их спуск. Не только её, но и бессознательную Фапуту, которую девочка продолжала держать, сидя на полу. Что-то оставалось неизменным что с памятью, что без. Сам Рег думал о другом: если тот, кто обрушил этот град, переключил своё внимание на них, то что стало с..? Для Жрицы атака Вакуны стала не меньшим удивлением, чем для таковых по ту сторону баррикад. Она ожидала, что с гибелью Тепасте старик потеряет всякую волю не то, что к сражению — к жизни. Её не задел выпущенный огненный дождь, но Прорицательница всё равно повернулась к Вакуне с недоверием, когда тот вышагал на неё. — Встань. И дерись. — холодной сталью прозвучал его голос. Когда бывший Избранный Лорд прошёл мимо неё, Жрица не стала возражать. Она молча поднялась на ноги, встав следом за стариком. Не чудо, но что-то. Белый Свисток оценила новое положение дел. Ей не составило труда понять, чего теперь хотел Вакуна. И хотя на первый взгляд могло показаться, что проще "статуса-кво" было добиться убийством Рико, ситуация сложилась так, что её мать оказалась более доступной целью. Так что отыгрыш второй роли в уничтожении Лорда Разрушения вполне устраивал Жрицу. На первую она уже откровенно не тянула. Лиза, между тем, отряхнула лицо, когда мимо неё пронёсся снаряд из чистой энергии, разорвавшийся где-то позади. В паре десятков метров от неё тяжёлыми шагами шёл Вакуна. При виде старика озорная улыбка на лице женщины чуть поубавилась: ещё одного Белого Свистка она явно не потянет с оставшимся вооружением. Краем глаза Лорд Разрушения посмотрела на Рега. Тот, притянув руки к себе, разделял её скрытое негодование. Однако Рег не мог позволить себе просто ринуться на помощь, оставив Рико без прикрытия. Тогда киборг решил поступить иначе: он выстрелил механической рукой в Вакуну, но в следующее мгновение ту объяли алые молнии, выпущенные Жрицей из оставшейся руки. Скалясь, Рег одёрнул руку и злобно уставился на Прорицательницу. Безликая маска той была устремлена в его направлении, точно говоря "отвлечёшься — девчонке конец". Мико фактически держала его на мушке, не позволяя вмешаться в шедший бой, но в то же время ограждая себя от того, чтобы самой идти на рожон. Проклятье... Если она и правда собиралась палить в него из последних сил, Рег точно не перенесёт бессилия, что накладывали энергетические атаки Жрицы. По правде говоря, Рег уже чувствовал себя весьма уставшим, и на то были причины, главная из которых — он произвёл залп Света. И всё же что-то было не так. Несмотря на то, что десять минут истекали, он не чувствовал, что вот-вот отключится, как было всегда до этого... Почему, интересно? Поиск ответов на этот вопрос он быстро отложил. — Рико, — обратился он к девочке. — Готовь Прушку. — Н-не получается, Рег... — поглаживала Рико свой белый свисток. — Что значит "не получается"..? — покосился на неё киборг. — Я пыталась ещё когда ты вернулся. Но Прушка... Она... — Рико силилась найти объяснение отсутствию отклика. — Словно все её силы ушли на Фапуту! Когда Рег уже не знал, что предпринять, его взор пал на близняшек, лежавших без сознания в другой части золотого пространства. ... Лиза не сетовала на невозможность помощи, вместо этого прикидывая, как бы выпутаться из этой ситуёвины. Вакуна уже снова наводил Вопль Воли на неё, но Лорда Разрушения, казалось, это практически не беспокоило. В конце концов, она бывала в передрягах и похуже. Её внимание пало на сам светившийся артефакт старика. Если бы Лиза смогла повредить его, это подарило ей шанс на победу в бою. Вот только как? У неё был лишь один способ. Разминувшись, задержав дыхание, она приготовилась к атаке врага... И собственной. Бывший Избранный Лорд обрушил на неё огненную комету, сразу после залпа разлетевшуюся на маленькие кусочки, которые устремились по направлению к женщине. Когда они уже были близко к тому, чтобы достигнуть цели, Лиза совершила рывок и произвела выстрел оставшейся ракетой. И стоило ей ощутить проступившие боль и ожоги на своём теле, как ярко-голубые пучки рядом с ней просто исчезли. Ракета ударила прямо в артефакт Вакуны тогда, когда тот этого не ожидал. Прогремел взрыв, дым от которого поглотил старика. И без того повреждённый в сражении с Росом Вопль Воли треснул ещё сильнее, но остался цел. Белый Свисток прорычал. Если Лиза думала, что сможет остановить его этим, то глубоко заблуждалась. Лорд Разрушения уже замахнулась на него киркой, когда удар артефактом повалил её и лишил бы жизни, если бы не своевременно подставленное временное оружие. Вакуна собирался проделать с ней то же самое, что и с убитым им киборгом, однако Лиза наклонила кирку так, что Вопль Воли соскользнул с неё, и поднялась. Женщина рубанула по переду старика, целясь в лицо. Вакуна вовремя отступил на шаг назад, в результате чего кирка срезала с его костюма лишь поверхностный слой брони. Тогда он замахнулся Воплем Воли ещё раз, но Лиза успешно парировала его ход, улизнув у него под плечом. — Слабак! — выкрикнула она, чуть-чуть не ударив киркой по плечу. Вакуна вовремя развернулся и отбил замах. Или так ему показалось. Лиза вновь совершила трюк со скольжением кирки и вонзила часть острия в правое плечо Вакуны, заставив того рявкнуть от боли. На пол посыпались ошмётки брони костюма. — Пустая трата металла! — ухмыльнулась Лиза и, выдернув кирку, едва не опрокинула Белого Свистка. Воспользовавшись его замешательством и обойдя с фланга, она машинально порезала обе части плечевого пояса. Бронекостюм Вакуны и близко не был из того материала, что и большинство места, в золотых стенах которого они дрались. Он был прочен сам по себе, но не спасал перед суперсталью. — Рухлядь! Сволочь! — не останавливалась Лиза. Вакуна тем временем осознал, какую ошибку совершил, решив вступить в ближний бой с Лизой. Она была ловка. Слишком ловка и сильна. Бывший Избранный Лорд, разумеется, был наслышан, но и не думал, что та сумеет перевернуть ситуацию в свою пользу. Что уж тут говорить, он в целом не предполагал, что ему доведётся драться с Лордом Разрушения, как таковой. — Не стойте, как мачты! — больше от безысходности, чем реального ожидания помощи проорал он. Но помощь всё-таки пришла. Лиза вдруг одёрнула кирку, закрыв себя. Сразу вслед за этим в неё прилетели несколько разъединённых лезвий, держащихся на тросе. Лорд Разрушения ожидала, что сумеет отразить столь необычный ход, однако пластины обмотали часть её кирки, вцепившись в разные её части. Ещё движение, и Лизу сдёрнуло с места и поволокло по полу. Она могла бы избежать этого, просто отпустив, но лишаться своего последнего оружия ей откровенно не хотелось, ведь без него долго не протянет. За то время, пока продолжался бой, Замилькор успел прийти в себя после того, как оказался выведен из строя Ятарамаром. Очнувшись, он без раздумий ринулся в бой против Лизы, на помощь Вакуне. Ибо так ему приказала Жрица. Озорной оскал Лизы тем временем стал менее таковым и начал более напоминать настоящий. Ещё бессвисткового ей не хватало! Сам по себе вид подчинённого Жрицы побуждал в ней не самые приятные воспоминания. Однажды похожие бессвистковые, только не из Орта, смогли крайне знатно подпортить ей жизнь. — О-от!- — зацепилась она за выступ, собрав все силы в кулак. — -ВАЛИ! Дёрнув киркой, она отсекла одну из пластин меча Замилькора и высвободила оружие. Воин Жрицы оступился, но Лиза по-прежнему стремилась одолеть Вакуну. Тот уже было поднялся, собираясь задействовать Вопль Воли, но стремительное нападение Лорда Разрушения вынудило его вновь перейти к обороне, заблокировав замах. Ещё одно ловкое движение, и старик попятился назад, раненный в левую руку. От продолжения натиска Лизу остановил свист в воздухе. Резко нагнувшись, она избежала потери головы, ведь за несколько мгновений перед этим на неё замахнулась шпагой Жрица. Всё ещё сохраняя существенную часть внимания на Рико и Реге, Прорицательница вернулась к бою с Лордом Разрушения. Впрочем, атака с фланга не решила исход боя: вместо этого Лиза намеренно врезалась в ослабевшую Мико, после чего переместилась к ней за спину и ударила локтём по боку её головы. Та уже хотела пустить молнии по телу женщины, но Лорд Разрушения вовремя схватила Жрицу за предплечье оставшейся руки и отставила в сторону. Часть залпа задела Вакуну, из-за чего окончательно сломалась система жизнеобеспечения бронекостюма старика. Бывший Избранный Лорд резко ощутил, как задыхается. В лёгкой панике он выронил Вопль Воли и принялся водить руками по своему телу, выискивая что-то. С яростным воплем Лиза набросилась на старика, но была снова остановлена Жрицей. Та подставила под её кирку шпагу, не позволив оборвать жизнь Вакуны. Дёрнув оружием, Лорд Разрушения оттолкнула от себя Прорицательницу, как вдруг ощутила хватку руки на шее. Оскалившись, Лиза заёрзала всем телом и вонзила кирку в бок подкравшегося Замилькора, предотвратив попытку того убить её одним махом. Когда хватка ослабла, женщина вырвалась из неё, но снова оказалась атакована Жрицей. Несколько раз Прорицательница пыталась зарубить Лизу, и каждый раз её шпага оказывалась заблокирована. Однако вся эта ситуация со сражением одной против трёх гигантов в сравнении с ней самой ни капли не нервировала Лорда Разрушения. Она чувствовала себя в своей тарелке. После стольких сражений бой в самом естественном его проявлении был частью её жизни. В каком-то смысле во время него Лиза даже не могла думать ни о чём другом. И иногда сильно платила за это. Рука врага снова сомкнулась на её теле, на этот раз более твёрдая и на плече. Ожидавшая чего-то подобного от оставленного без внимания Вакуны Лиза хотела проделать с ним то же самое, что и с Замилькором, но внезапно Белый Свисток просто оторвал её от пола и швырнул через себя. Чертыхаясь, Лорд Разрушения принялась подниматься на ноги, когда мир перед её глазами на несколько коротких секунд погас. Вакуна ударил ногой ей прямо по голове. Звон металла прорядил пространство. Кровь расплескалась в воздухе. Но самым шокирующим стали отнюдь не разбитое лицо. Лиза не упала. — МАМА! — выкрикнула Рико. Она хотела броситься к ней, но Рег оградил её. Ему самому было больно видеть это, но он не мог вмешаться. Не сейчас, иначе Рико не проживёт и полминуты. Алые молнии обрушились на Лорда Разрушения. Их мощь была и в половину не такой, как раньше, но от боли это не избавляло. В это время Вакуна подошёл к Лизе и ещё раз ударил по ней уже рукой, дезориентируя женщину ещё больше. Наконец, он поднял Вопль Воли и направил артефакт на врага. Всё, что могла сделать в этой ситуации Лорд Разрушения — закрыться киркой, что и сделала. Яркий голубой снаряд врезался в оружие. От удара Лизу отбросила на десяток метров, а боевая кирка выпала из её рук с поломанной рукоятью. Рухнув, Лорд Разрушения прокатилась кубарем ещё некоторое расстояние, после чего замерла. Из носа и рта текла кровь. Тяжело дыша, она сквозь боль почувствовала, как во рту что-то шаталось. Прорычав, Лиза выплюнула выбитый зуб и уставилась полными безумия глазами вверх. — Ты... — тяжело дышал Вакуна, готовя второй выстрел. — Запомни!.. Если не мне, эта яма не достанется НИКОМУ! — ВСТАВАЙ! ВСТАВАЙ! — доносился голосок Рико издалека. — На ником Бездна никогда не остановится... — просопев и улыбнувшись, вдруг привстала Лиза на колено, чем ошарашила всех. И подняла руки вверх. Над ней, на самом потолку расположились пришедшие в себя близнецы: Шерми и Манэ. Вместе со Сраджо сыгравшие ключевую роль в крушении разрушительного потенциала Жрицы, они пусть и не были в силах продолжать участие в бою, более чем смогли оказать влияние на его исход. Шерми держала в руках подобранную ей Вечную кирку. Манэ — по-тихому переданный через Рега белый свисток Лизы — Дони. Получив в свои руки две ключевых для Лорда Разрушения вещи близнецы с помощью своих особенных конечностей быстро укрылись на потолке, где были едва различимы. И когда Лиза оказалась на некотором расстоянии от своих врагов, приняли решение сбросить ей то, что по праву принадлежало женщине. Лиза не знала близняшек. Но увидев падающие ей прямо в руки Вечную кирку и Дони, не промедлила. Раздался звон жизни. Вечная кирка в руках Лорда Разрушения окрасилась кристальной белизной. — Я ВАС УНИЧТОЖУ! Лиза сорвалась с места. Практически сразу на неё обрушилось всё, что только оставалось в обладании противостоявших ей, но граничившая с нечеловеческой скорость движений Лорда Разрушения свела на нет любые их попытки нейтрализовать её ещё на подходе. А о применении собственных белых свистков речи не шло — те были истощены. Проредив их ряд, Лиза первым делом вонзила кирку в плечо Жрицы. Белый Свисток не знала о том, что её личный артефакт был в некотором роде "модернизован", пусть и видела краем глаза, что покрытие у него стало иное. Поэтому думала, что разов использования Вечной кирки для устраивания взрывов осталось на раз-два, и переключила её в основной режим. Протащив волоком Жрицу, Лиза толкнула её в Вакуну, параллельно оставив рану на спине только-только повернувшегося к ней Замилькора. Воин уже было разъединил пластинчатый меч и замахнулся им, как вдруг Лорд Разрушения ударила по первым идущим от рукояти лезвиям, а если быть точнее — тросу, что их удерживал. В результате Пластинчатый меч оказался разрушен. Его отсечённые лезвия попали по Жрице и Вакуне, что сорвало попытку последнего задействовать Вопль Воли, пока Лиза была отвлечена. Прорицательница замахнулась шпагой. Лорд Разрушения успешно заблокировала очередную попытку лишить её жизни и, зацепив киркой лезвие, перенаправила удар на Замилькора, живот которого в тот же миг оказался рассечён. Силясь освободиться из хватки Лизы, Жрица хотела пустить молнию, но та просто отбросила противницу, заметив снова готовившегося прибегнуть к Воплю Воли Вакуну. Лорд Разрушения снова не оставила старику пространства для атаки и в то же время не позволила образоваться щиту. Она ударила по колену старика. Несмотря на покрытие, Вечная кирка в обычном режиме даже с суперстальным покрытием резала не так хорошо, как те, что Лиза раздобыла на Ковчеге, но всё равно проломила бронекостюм. Не успел Вакуна излить рык боли, как Белый Свисток нанесла ещё одно ранение уже в левое плечо, после чего со стороны Вечной кирки донёсся звук щелчка. Лиза переключила оружие во взрывной режим. Перед тем, как его тело обдало взрывом, Вакуна почувствовал толчок в груди. А затем он испытал то же, что и Лиза всего каких-то полминуты назад. Только к этому моменту Жрица поднялась на ноги. Ещё даже не успев собраться и осмыслить происходившее, она обнаружила, как Лорд Разрушения схватила её оставшуюся левую руку и одним ловким движением отсекла Вечной киркой. Конечность рухнула. А из ещё одного отростка повалил всё тот же дым, что и из остального тела израненной Прорицательницы. Мико лишилась абсолютно всех артефактов, которыми обладала, и более не представляла угрозы. — НЕТ! — только и успела выкрикнуть она, прежде чем Лиза поразила устроенным Вечной киркой взрывом уже её. Последней целью Лорд Разрушения избрала Замилькора. Лишившийся всего прямо как его Госпожа, тот мог лишь стоять и смотреть, как пронёсшаяся к нему женщина карабкалась на него, готовясь забрать его жизнь. От полной безысходности старый воин попытался сделать хоть что-то своими пустыми руками, но тщетно. — Нет, стой... — прервав долгое молчание, пробубнил он под себя, метаясь между страхом смерти и приверженностью отдать жизнь за Жрицу. — Пожалуйста, нет... Даже если бы Лиза его услышала, она бы не пощадила. — НЕ-Е-ЕТ! Вечная кирка ударила прямо в его голову, в ту же секунду взорвавшуюся фонтаном крови. Так и оборвалась жизнь последнего из приспешников Мико. Культ Жрицы, на протяжении столетий тайно существовавший в Орте, прекратился со смертью Замилькора. Лиза спрыгнула с развалившегося тела павшего воина. Она тяжело дышала, вытирая лицо ладонью и опираясь на кирку. Было видно, что ей трудно дался этот дикий боевой порыв, позволивший сразить трёх разом. Хотя в смерти именно двух Белых Свистков Лорд Разрушения не была целиком уверена, те точно не смогут оправиться от ран. Она заблуждалась. На неё, ослабшую после боевой ярости, смотрел уцелевший Вакуна. Его бронекостюм практически перестал существовать: разные ошмётки ещё оставались на разных частях тела, к которым были прикреплены. Главным образом на груди, а также некоторых местах рук и ног. И, разумеется, шлем, целиком закрывавший голову. На тех видневшихся среди остатков костюма частях тела зияли открытые раны, через которые сочилась кровь. Бывший Избранный Лорд не сомневался: он ходячий мертвец. Система жизнеобеспечения была целиком уничтожена ещё до удара Лизы. В тот промежуток времени старик выискал и вручную активировал ввод в организм специального боевого стимулятора, жидкость которого хранилась в не задетых маленьких капсулах среди брони вокруг шейного отдела. Благодаря этому он мог ещё протянуть некоторое время, а также не чувствовать притупленной ужасающей боли. Этого времени по замыслу должно было хватить, чтобы прикончить Лизу. Наконец, момент предоставился. Выдохшаяся Лиза стояла неподалёку от него, а смог скрывал старика от обнаружения. Он убьёт её. Цикл завершится ничем. Вакуне был противен такой исход после собственного краха, но остальные с его точки зрения были куда хуже. Всего лишь навестись и выстрелить... Подняв повреждённый Вопль Воли, Вакуна направил его конец на ничего не подозревавшую женщину и... ... Механическая рука сомкнулась на рукояти артефакта, трос от которой обмотал весь Вопль Воли. Вакуна только взглядом повёл, и окружавший его дым оказался развеян на полной скорости врезавшимся в него Регом, лицо которого не передавало ничего, кроме подлинной злобы по отношению к старику. Киборга больше ничего не ограничивало. Не было неуверенности, установленного Вакуной контроля и сдерживающей его порывы Жрицы. Теперь он мог сполна расквитаться с тем, кто причинил ему так много боли. Что ещё хуже — заставил причинить её своим друзьям и не только. И он это сделает. Вакуна хотел перенаправить силу артефакта на киборга, когда понял, что ему не позволят произвести выстрел. С каждой секундой его цели мельчали. Он уже не думал о том, как уничтожить Лорда Разрушения. Бывший Избранный Лорд мыслил, как бы ему отбиться от пришедшего по его душу наказания. Однако Рег не оставлял времени и на это. — Умри, как умерли твои собратья! — силился он вырвать Вопль Воли из руки Рега. — Я смотрю, ты весьма уверенно пускал в расход чужие жизни! — ответил на его реплику Рег. — Так позволь мне пустить туда же и твою! Огонь разжёгся на конце артефакта. Вакуна уже было воодушевился, посчитав, что его воля превозмогла таковую у киборга. И это стало его последней ошибкой, совершённой не только в бою, но и в жизни. Вопль Воли действительно выстрелил, но отнюдь не в Рега. Вместо него залп ударил прямо по боковой части шлема старика. Часть его мигом сорвало, а мир для Вакуны погас, что случилось не только из-за уничтожения зрительных приборов, но и глазниц, как таковых. Со стариком остался только его повреждённый слух. Но даже так он мог слышать выносимые ему приговоры. — Это за Фапуту! Рег усилил свою хватку. И без того сильно повреждённый в ходе боя Вопль Воли сломался окончательно, рассыпавшись на мелкие куски. Этого Вакуна уже не видел, тщетно пытаясь направить уже отнятую силу на цель, которую не мог видеть. Только слышать. — Это за меня! Киборг отстранился от того ничтожества, что отныне представлял собой Вакуна. Рег прекрасно осознавал, что тот не представлял опасности. Оставь он его так — тот умрёт. Однако Регу этого было мало. Он собирался заставить его страдать за всё содеянное. Рег выстрелил обеими руками по старику. Отлетев на некоторое расстояние, Вакуна ударился об обрушенную золотую колонну и повалился на пол. Во тьме, что окутала его бытие, он пытался встать, сделать ровным счётом хоть что-то. Его уже не волновало недопущение кого-либо к власти над Бездной. Вакуна хотел умереть достойно, сражаясь, как истинный Белый Свисток. Чтобы его запомнили. Последнее ему удалось, но первое его судья и палач позволить не собирался. — Зря ты выбрал подчиняться Жрице. — схватил и поднял Вакуну за окровавленное плечо Рег, сокрушая кости той части тела в то время, как другая рука киборга сомкнулась на шлеме Белого Свистка. — Покажи мне своё лицо! Одним движением Рег сорвал шлем с головы Вакуны. Лицо старика представляло собой жалкое зрелище. Глаза отсутствовали, нос и рот были разбиты. Единственное, что выдавало в нём старческое лицо — бородка на нижнюю часть. Регу был противен этот вид. Ему был противен Вакуна в самом своём проявлении. — Это за Роса! И всё же что-то было не так. Вакуна не скулил от боли. Несмотря на всё то, чему подверг его Рег, тот не издал не звука. Может, потому что не мог. Киборга это уже не больно волновало, ведь оставалось последнее. Отбросив помятый шлем Вакуны, Рег сжал освободившуюся руку в кулак. Что-то внутри него в этот момент говорило, что хватит со старика, что не надо заводить себя настолько далеко. Но другая его часть вспоминала то, что он натворил под контролем Вакуны: перед Регом всплывала первая часть только сейчас подошедшего к концу сражения, спуск сюда, первые минуты бытия в слепом подчинении... Сам факт того, что он всё делал в полном осознании. Кулак Рега пробил спину Вакуны, проломил кости рёбер, прошёл сквозь грудь и выбил грудную клетку. Рука прошла сквозь тело старика насквозь. А в ладони киборг держал его бьющееся сердце вместе с белым свистком. Вой боли Вакуны был слышен на весь комплекс. От последствий столь смертельного удара не спасало никакое притупление ощущений и повышение болевого порога. Перед стариком пролетела вся его жизнь. В агонии его больше не волновала достойная смерть. Ему просто хотелось наконец-то умереть. Неужели ему нельзя получить такую мелочь, как простая быстрая смерть..? Нельзя... ... ... так подводить нас! — сказал отец. Вакуна, в свои двенадцать лет ещё носивший красный свисток, молчал. А что он мог сказать? Да, виноват. Да, подвёл. — Как ты не понимаешь?! Хорошо не выучишься — не проживёшь и пяти минут в Бездне, не продвинешься по рангу, не продолжишь славное дело служения нашего рода великой цели! Как думаешь, смог бы я помогать отцу, отцу моего отца и отцу его отца, если бы был таким, как ты? Нет, не смог бы. Неучи и лентяи оканчивают жизнь в Орте по другому. Догадываешься как, дурья твоя голова? — Да. — Молчал бы лучше. Раз догадываешься, почему ничего не делаешь? Хочешь закончить, как они? Опозорить семью?! — Но у меня хорошие результаты... Отец взвился. — Хорошие!? ОТЛИЧНЫЕ, ВАКУНА! И только отличные! Ты не будешь ни есть, ни спать, пока не заучишь каждый угол Первого Слоя и так по нарастающей! Я ЛИЧНО удостоверюсь в этом! Ты не посмеешь провалиться, когда придёт твоё время! ... Отец был бы им недоволен, если бы был жив. Его уже много лет не было на этом свете, но даже сейчас он продолжал оставаться авторитетом для умирающего старика, несмотря на свою почти слепую приверженность Жрице. С момента гибели Тепасте Вакуна чувствовал, как его спину бурил испепеляющий взгляд этого бескомпромиссного человека. Теряя остатки своего былого могущества, он цеплялся за любую возможность хоть как-то сгладить свой провал, пока не опустился до желания уже просто умереть. И когда окровавленная механическая рука, торчащая из его груди, раздавила сердце старика и вместе с тем сокрушила белый свисток в форме кита, Вакуна наконец испустил дух. Бывший Избранный Лорд пал, а Рег возвысился. — Это за Наначи. ... Жрица молча наблюдала за казнью бывшего второго ключевого компонента её долговременного плана. Лёжа, без сил и возможности встать, она источала из своего покорёженного тела чёрный дым. Прорицательница не могла произнести и слова, а её прерывистое дыхание становилось слабее и слабее. Когда всё пошло не так? Была ли Жрица слишком самоуверенна и сурова, норовя держать ход событий под контролем? Выскользнула ли судьба из её рук только потому что она держала слишком сильно? Но ведь до залпа Света всё шло к тому, что она и планировала... В конце концов, выстрелы происходили до этого, и не раз. Так почему судьбу переменило простое появление Лорда Разрушения? Нет, не так... Почему они втроём не смогли одолеть её? Была ли она и её старая команда слишком одержимы страхом во время первого спуска вниз? Да, разумеется. И всё же они должны были победить. Наверняка их ждала победа, если бы не проклятый залп. Была ли... Наивна, полагаясь на экипаж Ковчега..? Вот это уже перебор. Ничего она тогда не могла сделать, ведь была обычным пассажиром, заключённым в стазисную капсулу. Одной из немногих, отобранных для эвакуации. Всё пошло не так с самого начала. Может, задолго до её рождения. А она только хотела выправить это самое "всё" в лучшее русло... Её размышления прервал топот шагов со стороны. Повернув голову, Жрица узрела ту, кто, как она думала, была давно мертва. К ней шагала Сраджо с вибрирующим Флабамом на шее, что вызвало у Мико мимолётное удивление. Но заметив увеличившееся количество наростов и деформаций на голове у такого же живого инструмента, какими были Вакуна и Тепасте, Прорицательница поняла, что то был предел Очей Апокалиписа, которые пока что не позволяли женщине умереть, извращая тело и в то же время даруя силу. Ещё несколько минут — и Сраджо подвергнется превращению в безмозглую пустую или наконец встретит свой конец. Медленно подойдя к ней, покрытая своей кровью с ног до головы Сраджо молча подняла Жрицу над собой и понесла куда-то в сторону. Прорицательница не хотела умирать. Более того — искренне страшилась смерти, ведь боялась, что без неё этот мир однажды постигнет та же участь, что и старый. Увы, ей не оставили иного исхода. Она не оставила себе иного исхода. Сейчас её несла та, кто направилась сюда в окружении таких же жертв Бездны с желанием сделать если не мир, то хотя бы Орт лучше. Была в этом своя ирония... Подойдя к пробоине в полу, оставленной самой Жрицей, Сраджо сбросила её туда же, куда Прорицательница скинула Ятарамара. Падая, Мико чувствовала, как её тело расщепляло вплоть до самых атомов. Ощущала каждой частичкой, пока кошмар перед главным неведением самого бытия не прекратился. От Жрицы не осталось и следа. Золотые стены содрагнул взрыв огромной мощности, возникший где-то внизу. Из дыры в полу ещё десяток секунд рвались порывы густого чёрного дыма, идущие во все стороны, пока и они не оказались рассеяны шедшим светом от сферы в центре. Битва закончилась.

***

Сраджо пошатнулась. От того, чтобы упасть, её уберегли подбежавшие близнецы, аккуратно положившие её на спину, а голову — себе на колени. Вид у Лорда Тайн был крайне плачевный, и ей уже никак нельзя было помочь. Всё-таки месть довела её до предела. Но ныне, лежа на смертном одре, она ни капли не жалела о совершённом. Они победили. Жрица была мертва. Скуля, к Шерми и Манэ подполз Флабам, слезший с умирающей женщины. По тону маленького зверолюда те лишний раз убедились в плачевном положении Сраджо. Только как Флабам оказался с ней, если должен был прятаться в стороне? Должно быть, помог ей совершить последний рывок... Сраджо протянула им руки, вглядываясь в них, пока могла. — Слава Б... — глухо подавилась она. — Хвала всему, вы живы... Вы... Живы... — Все сюда! — в проступивших слезах прокричала Шерми. ... Рег стоял около тела разбитого Роса. Киборг всё ещё не мог поверить своим глазам, а внутри него боролись такие знакомые гнев, ненависть, но в то же время и... Горе. Изначально он думал, что испепелил Роса ещё тогда. Во время выстрела. Как потом выяснилось во время спуска, тот уцелел. Вернув свою память уже здесь, Рег рассчитывал расквитаться с ним. Но сейчас, стоя перед телом своего бывшего друга, он не мог отделаться от противного чувства жалости, которое вгоняло в уныние и злобу. Рег не понимал. До сих пор не понимал, как к этому могло прийти. Готов ли Рег был убить его, будь тот ещё жив? Более чем. То, что он испытывал сейчас, вовсе не означало, что киборг простил Росу все убийства, в особенности Абадебун. То, что он чувствовал, было осадком. Осадком столетия дружбы и борьбы друг за друга. Единственное, о чём Рег подлинно сожалел в отношении Роса — о том, что он и сестра проглядели трагедию. Опустившись перед ним, Рег коснулся головы своего последнего собрата. — Покойся с миром... В конце концов, Абадебун наверняка поступила бы так же. Рег побрёл к Рико. Девочка встретила его понимающей улыбкой и передала в руки Фапуту. Было видно, что ей приходилось несколько неловко от того, что перед ней стоял не совсем тот, кого она знала на протяжении всего спуска. Конечно, Рико лелеяла надежду, что Рег рано или поздно вернёт себе память, но не предполагала, что это случится при таких обстоятельствах... Сам киборг тоже смотрел на неё немного иначе. В его взгляде виднелся конфуз, что было целиком понятно, учитывая, что несколько последних месяцев его жизни дополнило свыше сотни лет предыдущих. Впрочем, не только это постепенно начинало тяготить душу Рега. Было что-то ещё. Что-то, постепенно пробирающееся изнутри. Но тут к ним подошла Лиза, и все размышления с неловкостью отошли на второй план. — Рико... — протянула она, опускаясь перед дочерью с выраженной неуверенностью в действиях. — МАМА! Зато у Рико неуверенности не было и в помине. Столько дней, усилий, опасностей, и вот, её родная мать стояла прямо перед ней. Живая и здоровая! Немного побитая из-за боя, но это только добавляло Лизе реального присутствия. Совершенно не раздумывая и отпустив Мейню, девочка бросилась к ней и заключила в объятия. Лиза ответила не сразу. На её лице проступила толика изумления, после которой она ответила взаимностью. — Ты... Наверное, злишься на меня... — прошептала Лорд Разрушения. — Злюсь..? Мам! За что мне злиться на тебя? — Я бросила тебя в приюте, Рико. — положила ей руки на плечи Лиза. — Ты была вынуждена расти одна... — Г-глупости! — улыбнулась Рико, не находя себя от счастья. — Со мной были Лидер, дядя Хабо и остальные! К тому, же... Озен... Озен сказала мне, почему ты поступила так, мама. Ты не желала ограничивать меня и хотела, чтобы я познала Бездну сама! — Но... — Лиза с трудом подбирала слова. — Из-за меня ты была вынуждена спуститься сюда, откуда нет возврата... — Не надо! — к Рико словно вернулась её детская жизнерадостность. — Ты узнала что-то и нуждалась во мне. Я здесь, мама! Улыбаясь ей, Рико не замечала, как сквозь радость Лизы проступало всё больше и больше удивления, которое Лорд Разрушения умело скрывала. Установилось затишье, что было прервано криком со стороны близняшек. — Мама... — оглянулась в их сторону Рико. — Сраджо... Сраджо помогла нам! Можно я..? — Я понимаю. — кивнула Лиза. — Беги. И она убежала. А Рег смотрел ей в спину с приоткрытым ртом. — Ты не сказал ей? — послышался вопрос Лизы со спины. Слова Лорда Разрушения прозвучали, как гром среди ясного неба. Сознание Рега помутнело, а по его телу прошла дрожь. Вопрос Лизы словно ударил ему в живот. В горле пересохло. Только после этого сквозь зубы Рег сумел выдавить из себя ответ: — Нет. Мне... Пришлось выстрелить. Лиза промолчала. Установившийся ступор мог продолжаться и дальше, но близнецы снова позвали. — РЕГ! Неси сюда Фапуту! Рег проморгался, с грустью проводя рукой по бессознательной Пустой в его руках. Фапуту..? Но зачем она Сраджо? Они же вроде не... — СКОРЕЙ! Фапута очень помогла ей! Ох, дела... — Сколько у нас времени? — задала второй вопрос Лиза. — Достаточно. — постарался более твёрдо звучать Рег. — Иди к ним. После этого... Приступим. Рег с Фапутой на руках догнал Рико и вместе с ней подошёл к остаткам Проклятой эскадры. Вид их троих побудил Сраджо по-настоящему улыбнуться. Девочка, которой она стала так дорожить, была цела и невредима. Пустая, что помогла ей в самое тяжёлое время, сейчас спала на руках Рега. Того, кого они всё-таки смогли отбить у Вакуны. И хотя её душу гложили все утерянные жизни в ходе длинной кровопролитной борьбы, всё в итоге оказалось не зря. Сраджо умирала. Но умирала счастливой. — Шерми, Манэ... — повернулась она к близнецам. — Помогите мне... Вытащить Очи из глазниц... — Но ты умрёшь! — воспротивился Манэ. — Этого... — хмыкнула Сраджо. — Уже не избежать. Напоследок... Позвольте мне... Запомнить вас при ясном уме... Шерми и Манэ переглянулись между собой. Потом с Регом и Рико, от радости которой при виде Сраджо не осталось и следа. И приступили к действию. Они взялись за реликвии одновременно. Одно движение. Два. Три. С помощью новых протезов близняшки аккуратно погрузили свои пальцы и так же одновременно вытащили артефакты. Два шарика с яркими зрачками оказались в их руках, а Рико закрыла пустые глазницы. — Теперь... Идите, мои драгоценные... — из последних сил молвила Сраджо. — Оставьте меня... — Нет... — всхлипнула Шерми. — Нет! — не хотел принимать такой исход Манэ. — Ты пойдёшь с нами! Мы в таком месте... Тут наверняка найдётся что-нибудь, что сможет тебе помочь! — тут его внимание переключилось на Рега. — Рег, ты же знаешь здесь всё! Помоги спасти её! — Вы уже... — остановила его движением руки Сраджо. — Вы уже спасли, ребята... Вы... Спасли... И обмякла. — Сраджо... — поникла Шерми. — Мы не бросим тебя! — добавил Манэ. Но Сраджо с ними больше не было. Только пустота в самом желаемом месте в мире.