Холодное блюдо

      Жданов попросил задержаться и Вику, и Катю. Работали над сведением цифр по отчету. То ли Вике уже достаточно доверяли, то ли думали, что она не поймет, что считает? Но она и так не собиралась мутить воду и кому-то что-то сообщать. — А с тобой работа быстрее идет! — заметила Катя, когда Вика оторвалась от бумажек и потянулась. Они сидели в кабинете Пушкаревой. — Много там еще? — Вот! — Катя потрясла перед ней тонкой пачкой листов.       В итоге они закончили только в девять. При этом оказалось, что Андрей тоже задержался. Он был весьма удивлен, обнаружив, что Вика еще не ушла. — А ты-то, Вик, почему еще здесь?.. — А Кате помогаю, все равно делать нечего, — пояснила Вика. — Зато закончили. Закончили ведь? — На сегодня — закончили! — радостно ответила Катя, сверкнув брекетами. — Ну и все, отлично. Тогда я домой, — радостно произнесла Вика. — Кать, тебя подбросить?       Жданов хотел что-то сказать, но Катя уже радостно закивала. — Да, Вика, спасибо. И я приглашаю тебя с нами поужинать! — Ого! Тут платят едой за переработку! — отшутилась Вика. — Ладно, пожрать я никогда не откажусь! — Ну, раз у вас все в порядке, то и я, пожалуй, пойду, — стушевался Андрей. — Да, и мы идем, — спохватилась Вика. Она метнулась в приемную, забрала вещи и вернулась в холл. Катя тоже стояла там. — Тебе бы еще пальто сменить, — заметила Вика. — Поможешь? — спросила Пушкарева. — Ладно, завтра в обед съездим.       Они подошли к машине, Вика щелкнула сигнализацией. Уселись и стартовали. Мельком Вика заметила на стоянке знакомый джип. Воропаев еще не уехал? Интересно, кого он ждал? Кира, что ли, тоже задержалась? Или уезжал и снова приехал?       Катин дом оказался не так далеко, за двадцать минут добрались. Стол у Пушкаревых к моменту их приезда просто-таки ломился. Но Вике кроме пожрать было еще интересно с женихом Пушкаревским познакомиться. Ради которого весь сыр-бор с имиджем начался. Так и вышло. За столом радушных родителей Кати присутствовал худенький очкарик. После того, как все, в том числе и он, восхитились новым фасадом Кати, она сказала: — Вот, Коля, это Виктория, познакомьтесь! — Вика, это Николай, мой хороший друг… — Друг? — обалдело переспросила она. Потом пригляделась. — А ведь я вас помню! Вы тогда стояли около «Зималетто»! С месяц назад дело было! К Кате приходили? — Ну да, она попросила кое-что из дома захватить тогда, — смущенно ответил очкарик. — Ну вот и отлично, раз уже знакомы, — улыбнулась Катина мама. — К столу, может? Проголодались? — Да, спасибо, не откажусь! — заявила Вика. Чего стесняться-то?       За столом было шумно и весело. Катин папа, пожилой полковник в отставке, травил солдатские байки. Вика вспомнила и его: тоже приходил к Кате в «Зималетто». Кира его тогда еще успокаивала после встречи с Милко. Тому типаж Валерия Сергеевича понравился. — Ничего не говорю, — разошелся Катин папа, панибратски хлопая Николая по плечу, — Колька у нас — парень башковитый. Ему бы вот только подкачаться немного! Как у нас говорят, мать: в здоровом теле — здоровый дух! — На самом деле… — тихо возмущаясь, буркнул Коля. — Одно из двух! — рассмеялась Вика, закончив фразу. Коля тоже рассмеялся, посмотрев на нее. — Спелись! — довольно сказала Катя, хихикнув за кружкой с чаем. — А вы, Вика, сейчас с Катей работаете? — спросила, отсмеявшись, мама, Елена Александровна. — Да, она же теперь финансовый директор, а я тоже пошла на повышение — стала личным помощником президента, — отозвалась Вика. — Вникаю потихоньку, заново университетский курс, можно сказать, постигаю. — Так может вам помощь нужна? — встрепенулся очкарик. — Да нет, я должна сама разобраться. Это интересно. Но за предложение — спасибо. И лучше на «ты», хорошо? — Ага, давай! — кажется, Коля был счастлив. Вика глянула на Катю: та была абсолютно спокойна и улыбалась. Нет, нельзя было оставлять ситуацию вот так. Только с Пушкаревой отношения наладили... — Прошу прощения, Кать, можно с тобой пошептаться? — сказала Вика, вставая. — Да, конечно, пойдем в мою комнату. Мы быстро! — уверила она родителей. — Кать, — сказала Вика, когда они зашли в маленькую спальню, — чего твой жених, на меня запал, что ли? Мне чужого не на… — Он мне не жених! — яростным шепотом сказала Пушкарева, прерывая ее. — Просто девчонки пристали, мол, есть у тебя кто или нет. И я… рассказала им про Колю! А так мы с ним с детства дружим, прямо с первого класса. И в университете вместе учились, в одной группе. А ты ему давно нравишься! С тех пор, как он тебя в журнале увидел! Вот, смотри!       И Катя включила компьютер. Заставкой рабочего стола служила как раз фотография Вики… В купальнике! — Блиииин… — она села на диван, ошарашенно уставившись на хозяйку комнаты. — Вот и я о том. И как тебе вариант? — Да ничего так. Поболтать с ним интересно будет. Но надежд пусть не питает. Увы. — Вот и я ему так все время говорю! — Кать, я допускаю, что он классный. Но у меня к нему ничего нет, понимаешь? Никакой химии. Все ровно. — Ну, может потом… — Не буду зарекаться. Я с удовольствием буду общаться с Колей. А там… как пойдет. — А… тебе кто-то уже нравится? Просто девчонки сказали… — Нет, там все кончено, — Вика помотала головой. — Ну с его стороны так точно. — Но ты его все еще не забыла, да? — Да, как будто яд приняла, и он продолжает отравлять меня изнутри. Надеюсь, со временем по капле выдавлю эту гадость. — Но у Коли мало шансов? — Сейчас у всех мало шансов, скажем так. — Поняла. Значит, простое общение — самое то, да? — Да, именно так.       Они вернулись на кухню, но Вика уже скоро засобиралась домой. Еще доехать надо было. До машины ее проводили Катин папа и Коля — тому все равно надо было домой уходить. Расцеловались в щечки, и Вика уехала. Рядом с ней на сидении лежал лоточек с пирожками от Елены Александровны.       В четверг она вышла из подъезда в половине восьмого и около машины увидела… Воропаева. Утром. У ее дома. Это вообще как?! — Привет. Нам надо поговорить, — сказал он. Выглядел Сашка паршиво, небритым и встрепанным, но Вика была слишком раздражена и даже испугана, чтобы войти в его положение. — Нам — это тебе? — Да, ты права. Я прошу тебя всего лишь о разговоре. — Сейчас? Я вообще-то на работу собираюсь ехать. — Да, именно поэтому я сюда и приехал, чтобы застать тебя. Не сейчас, не волнуйся. Но скажи, когда мы сможем поговорить. Пожалуйста.       У Вики было еще одно предположение, что стало причиной такой настойчивости. Она понимающе кивнула. — Если ты из-за той записи, то не волнуйся, она в сейфе лежит, я ее трогать вообще не буду. — Нет, не из-за этого. Оставь ее себе на память. Причина в другом. И мне потребуется точно не пара минут, чтобы сказать все, что собирался. Так что, может, поужинаем как-нибудь? — Знаешь, я не хочу с тобой говорить, — сказала она. — Ты обиделась, я понимаю, но дай мне шанс объясниться. Может, мотивы моих поступков… — Оправдают твое поведение и твои слова? Вряд ли, — она покачала головой. — Ты ведь не однажды меня обидел, а продолжал это в течение длительного времени. Ты в любой момент мог прекратить, но не прекратил. И тогда это сделала я. И что бы ты ни сказал, мое мнение о тебе не изменится. А теперь извини, мне пора ехать. Хотела успеть пораньше.       Он усмехнулся и отошел от машины. — Вика, я всегда добиваюсь своего. И я обещаю, что найду время и место, чтобы ты меня выслушала. — Не сомневаюсь. Ведь тебе всегда было наплевать на то, чего хочу я! — вот сейчас он Вику конкретно выбесил. Вот гад! А она только решила простить его и забыть прошлое! Нет уж! Полезет снова с разговорами — выскажет абсолютно все, что накипело! Не пожалеет!       Возмущенно пыхтя, Вика открыла машину и села за руль. В зеркало она видела, что Саша тоже идет к своей машине. Ну и ладно.       Приехав в "Зималетто", она сделала себе шикарный подарок: уик-энд в Милане! В грядущее воскресенье будет ее день рождения, утро которого она мечтала встретить в этом прекрасном древнем городе. Надеялась, что Жданов отпустит ее завтра с обеда, чтобы она успела добраться до аэропорта.       Жданов очень удивился е просьбе, но отпустил.       Вика снова помогала Кате с расчетами, в обед сходила с ней в магазин, где выбрали подходящее пальто, а заодно и сапоги. А вечером Кира пригласила Вику в «Лиссабон». — Я подумала, мы давно с тобой никуда не выбирались, — сказала Воропаева. У Вики закралось подозрение, что ее подговорил брат, но предъявить подруге было нечего. Вот ведь паразит! Использовать сестру не брезгует!       Но оказалось, дело было в другом: Кире самой захотелось поговорить по душам. — Вика, я чувствую, у него кто-то появился! — заявила она, глотнув виски. Речь конечно же шла об Андрее. — Как ты определила? — Он все время думает о ней! Когда он рядом со мной, он… мыслями с ней, понимаешь? — А может, он о новой коллекции думает? Скоро показ… — Нет, нет! О показе он думает по-другому и всегда делится со мной своими мыслями. А тут — словно в себя уходит.       Кира выпила еще. — Думаешь, это кто-то из моделей? — предположила Вика. — Ну а кто еще? Всех его бывших я знаю наперечет! — И что ты собираешься делать? — Не я, а мы, Вика! Мы должны за ним проследить! — С ума сошла? Не буду я за ним следить и тебе не советую. — Ты отказываешься мне помочь? — искренне удивилась Кира. — Когда ты собираешься делать глупости — да, отказываюсь. Лучше поговори с ним! — И что я смогу ему предъявить? — А тебе обязательно предъявлять? Ты хочешь повод поругаться? Так у вас с ним это быстро. Даже повода не надо. Ты вообще уверена, что тебе с ним хорошо? Вы же все время скандалите. Зачем такие отношения? — Нет, я его люблю! — Уверена? — Вика, ты вообще как можешь спрашивать такое? — Да не любовь это, Кира. Ты просто считаешь его своим и не хочешь делиться. — А что в этом плохого? — Ты его самого не любишь, и он это чувствует… — Ты хочешь сказать, мне наплевать на его чувства? — Ты только на меня не обижайся, ладно? — вздохнула Вика. Как все-таки они похожи с Сашкой! И брату, и сестре было пофиг на то, что чувствуют окружающие. Главное — блистательные Воропаевы готовы их осчастливить, остальное не важно. Трепещите и радуйтесь, сопротивление бесполезно! — На самом деле, ты же за ним постоянно следишь. Как цербер. Ты звонишь ему каждые полчаса. И если он не отвечает, начинаешь слать уничижительные смс-ки. Типа, ты не отвечаешь, значит, успел кого-то завести. Ну ты же понимаешь, что это ненормально, Кир? Ты мучаешь вас обоих! — И кто мне это говорит? — вдруг зло усмехнулась Кира. — Неудачница, которая умудрилась потерять мужа? — Мы с мужем, Кир, прожили семь лет в браке, — невозмутимо парировала Вика. — Гулять он начал только в последний год. А у от тебя жених уже до свадьбы норовит налево пойти. И пойдет, потому что ты своими подозрениями его туда сама толкаешь! — И что мне делать, может, посоветуешь, раз такая умная? — огрызнулась Кира, она снова глотнула виски. — Подумай о ком-то другом. Найди себе какая-то увлечение. Ну, чтоб не думать все время об Андрее. Глядишь, и смысл в жизни появится? — Но я хочу замуж! — Замуж успеешь, никуда не убежит твой замуж, — Вика беспечно махнула рукой, — не этот, так другой…       Кира рассмеялась. Больше они в тот вечер на серьезные темы не говорили. Разъехались уже поздно, обе на такси, так как выпито было немало. Машину от «Лиссабона» Вика забрала утром, а Кира свою вообще у «Зималетто» оставила.       Работала Вика по договоренности с шефом в тот день до двух, потом сразу поехала в аэропорт. Билет у нее был в бизнес-класс, так что даже удалось как следует пообедать. Трансфер в отель прошел на высшем уровне. Все было так, как она хотела! Уже вечером Вика, переодевшись, выбралась прогуляться.       Вернулась довольная: нашла неподалеку от отеля приятное маленькое кафе, в котором выпила вкуснейший кофе и съела пирожное. Вот он, вкус Италии, по которому она так скучала. Да, ведь будучи замужем, Вика часто бывала тут. Многое знала. Завтра у нее по плану с утра был шоппинг, а вечером — посещение оперы. Завтрак она заказала в номер — вот еще, спускаться в зал! Может себе позволить!       Вышла из отеля в десять, поймала такси до центра. И погрузилась в волшебный мир бутиков. Очнулась в два часа, с огромным количеством пакетов в руках. Кое-как, с помощью таксиста, дотащила их до отеля, а уж там портье доставил покупки в номер. Что сказать? Увлеклась, конечно. Но поскольку цены были хорошо так снижены, не сильно и потратилась. Однако на вечер в оперу она надела платье от Милко, как и запланировала.       Ложа бельэтажа — идеальное место для того, чтобы смотреть и слушать. Конечно, дороговато, но оно того стоило. Когда прозвенел третий звонок, Вика все еще была одна, хотя точно знала, что все остальные места выкуплены. Погас свет, спектакль начался, зрелище захватило Вику. Да, спецэффекты, конечно, в Европе не чета российским. И уже не важно было, о чем поют, все равно Вика не понимала по-итальянски. Зато музыка… музыка заставляла смеяться и плакать. Ее бросало то в жар, то в холод. Сердце стучало как бешеное. В антракт она точно поняла, что в ложе позади нее все же кто-то сидел, потому что шевельнулись портьеры, скрывающие дверь — кто бы там ни был, он вышел раньше, чем она обернулась. Вздохнув, Вика попыталась успокоиться. Затем вышла и сама, проветриться и побродить по холлу театра. Неожиданно ее окликнули. — Вика! Неужели это ты? — перед ней стояла улыбающаяся Маргарита Жданова. — Здравствуйте, Маргарита Рудольфовна, — улыбнулась Вика. — Вот это неожиданность! Ты одна или с кем-то? — Одна, одна. Решила устроить себе хорошие выходные. — Это правильно, — закивала Жданова. — Неужели Андрей дал тебе премию? — Нет, но он повысил мне зарплату, — усмехнулась Вика такой бесцеремонности женщины. — Не волнуйтесь, я не залезла в долги из-за этой поездки. — Ну смотри, — Жданова покачала головой. — Завтра что делаешь? — Сплю до обеда, потом собираюсь и еду в аэропорт. На большее времени не хватит. — А как же прогуляться? На выставку сходить? — подначила Маргарита. — Порекомендуете какую-то? — Пойдем с нами? Мы с Пашей будем рады! — И правда, — улыбнулась Вика, понимая, что отделаться от Маргариты просто невозможно.       Она получила от женщины буклет с адресом и небольшим обзором выставки. К счастью, она проходила неподалеку от отеля, можно было даже дойти пешком. В общем-то Вика не имела ничего против, так что согласилась с легким сердцем завтра в десять быть на месте, готовой ко встрече с прекрасным.       Второй акт прошел, как и первый, в слезах и в радости. Вика открыла в себе способность действительно сопереживать героям. Не отслеживать реакцию окружающих, благо они на глаза не попадались, а чувствовать самой. Кажется, она все понимала правильно. Результат по сюжету был трагический. Несчастная любовь и все такое. Но все же… Вика аплодировала стоя, промокнув глаза платочком. Услышала редкие хлопки позади себя и наконец-то обернулась… чтобы замереть от удивления. Александр Воропаев собственной персоной!