Нас было трое

Дни тянулись за днями – скучные и однообразные. Посетители в лице Фригг, Сиф, братьев, Бальдра и даже Троицы Воинов старались не давать ей совсем раскиснуть, но Сигилинн не выносила сидения в четырех стенах, так что их попытки пропадали зря. Бальдр приходил почти каждый день, рассказывал ей истории из своей жизни или слушал ее. Постепенно Сигилинн стала привыкать к его присутствию, воспринимая так же, как и всех остальных своих старых знакомых. Однажды они принялись пересказывать друг другу сказки из своих миров и обнаружили, что многие сюжеты, в общем, схожи, хотя и изрядно различаются деталями. В начале третьей недели заключения, явившись в покои принцессы, Бальдр обнаружил ее, остервенело избивающей одну из подушек. - Ты чего? – удивился ван. - Ненавижу! – прорычала Сигилинн, забрасывая подушку в угол. – Ненавижу сидеть взаперти! Я так скоро все навыки растеряю. Раньше каждый день тренировалась. А теперь что? Ни мечом помахать, ни достаточно сильного заклинания применить! Там, в Норнхейме, у меня получились какие-то молнии, а теперь я даже не могу ни поискать про них в книгах, ни повторить, потому что сожгу все к Хелевой бабушке! И даже Локи в библиотеку не могу заслать, потому что он тоже наказан – сторожит меня. - А он-то за что? - За то, что знал, кто я и где, и не отослал сразу же домой. Вот ведь… Уже ноги затекли от бездействия… - Защищайся! – Бальдр выхватил меч и принял боевую стойку. - Ты серьезно? – уточнила Сигилинн, протягивая руку к ножнам с мечом, лежащим на прикроватной тумбочке. - Абсолютно. Ты ведь устала без движения. Так давай разомнемся! Места тут полно… Сигилинн больше не заставила себя упрашивать. Она выхватила меч из ножен и ринулась на противника. - Только осторожнее, - попросил Бальдр, парируя ее атаки. – Хоть у тебя тут и просторно, но постарайся ничего не зацепить. - Да плевать! – Сигилинн с удовольствием ощущала, как тело вспоминает заученные до уровня рефлексов движения. – Бьемся до первой крови! Они долго кружили по комнате в опасном танце, сопровождаемом звоном клинков. Бальдр определенно был сильнее, зато Сигилинн - не занимать ловкости и хитрости. Комната и правда почти не пострадала. Ну, разве что, эта ваза – но она и не была особо красивой, да и царапины на стене только улучшили ее довольно скучный вид… В конечном итоге принцесса извернулась и чиркнула вана клинком по ключице. - Все! – заявила Сигилинн, опуская меч. - Что все? - не понял Бальдр. - Мы договаривались – до первой крови. Вон у тебя идет. Сейчас, у меня здесь был целительный камень… - Не стоит, - попытался остановить ее ван. - Шрам же останется. - У нас, в Ванахейме, считается, что шрамы украшают мужчину, - ответил Бальдр. – А этот я буду носить с гордостью, ведь он достался мне в честном бою с самой дочерью Одина, Сигилинн Воинственной! - Вот как? – скептически приподняла бровь принцесса. – Впервые слышу, чтобы меня так называли. - В моем царстве тебя знают именно так. И мечтают о такой королеве, как ты. Сигилинн покачала головой, пытаясь скрыть предательский румянец на щеках. - Дай хоть взгляну. Вдруг я зацепила тебя глубже, чем кажется. Вон как кровь идет! Девушка усадила вана в кресло и склонилась над его раной. Ворот его рубашки частично закрывал порез, и Сигилинн осторожно отодвинула его, слегка задев пальцами кожу Бальдра. Ее голова оказалась совсем рядом с лицом принца. Он неосознанно наклонился еще чуть ближе и втянул носом воздух. От волос девушки едва ощутимо пахло медом и полевыми цветами, к которым примешивался незнакомый, но очень приятный и теплый аромат. Прядь, выбившаяся из прически Сигилинн во время боя, скользнула по обнаженной ключице рядом с порезом, приятно защекотав кожу. Бальдру захотелось уткнуться в шелковистое золото ее волос, вдыхать ее аромат… Боясь испугать девушку и потерять контроль над собой, он осторожно прикоснулся кончиками пальцев к ее напряженной спине – между лопатками. Принцесса вздрогнула, подняла на него удивленный взгляд, но не оттолкнула, не отстранилась. У Сигилинн были дивные глаза – темно-голубые с мелкими золотистыми крапинками и насыщенно-синим ободком по краю радужки. - И правда, не так уж сильно зацепила… - пробормотала она и смущенно замерла, не зная, как ей поступить. Они не так уж давно знакомы, но и не впервые видятся. И, хоть у Сигилинн никогда и не было мужчины, но живя с двумя братьями, она вдоволь наслушалась про их похождения. Иногда рассказы были довольно подробными, и Сигилинн прекрасно понимала, к чему все идет. Надо бы отвести взгляд, разорвать эту все крепнущую невидимую нить… Но слишком трудно это сделать, когда серые глаза вана так близко. «Ты не должна этого делать! – строго сказала Сигилинн сама себе. – Ты же хорошая девочка, нууу…. почти всегда. Ты принцесса, в конце-то концов!» «А к Хелевой бабушке всё! И особенно «ты же принцесса». Я делаю, что хочу!» - ответила она сама себе. - И что, много у тебя шрамов? – спросила она тихо, наклонившись к самому уху принца. Она положила руку ему на грудь, чувствуя, как напряглись крепкие мышцы под ее пальцами и часто забилось сердце вана. - Я много воевал, так что хватает, - так же тихо ответил Бальдр, улыбнувшись уголком рта и уже смелее – всей ладонью, а не только пальцами – оглаживая спину принцессы под тонкой тканью сине-золотого платья. - Покажешь мне их?.. - Сигилинн потянула завязки на рубашке Бальдра. Пальцы дрожали, но девушка уже не могла сказать точно – от страха, волнения, нарастающего нетерпения или всего этого сразу. – Я хочу увидеть их все… - Увидишь, - пообещал принц, стягивая рубашку.