don't leave me here

Тоновари был в ярости. Утром он ожидал сына у себя. Аонунг еле плёлся — все жизненные силы отняло слишком долгое бодрствование. Он решил не ложиться вообще, иначе был бы совсем разбит. — Отец, ты звал меня? — Звал. — Тоновари выдержал небольшую паузу, одарив сына гневным взглядом. — Что, чёрт возьми, ты себе позволяешь? Ты неделю назад должен быть приступить к тренировкам с детьми Джейка Салли. У меня складывается впечатление, что Цирея усердно готовится занять пост оло’эйктана, а не ты. Не заставляй меня всерьёз задуматься об этом. Аонунг склонил голову перед отцом, поджав губы. — Я… — он хотел было начать оправдываться, как его тотчас прервал другой голос. — Папа, Аонунг всё это время составлял расписание тренировок, чтобы ребята могли лучше ориентироваться. Он сегодня же приступит к ним. Тоновари огорчённо помотал головой. — И в этот раз тебя сестра прикрыла. Очень благородный поступок, между прочим. Свободен. Аонунг хоть и мысленно благодарил Цирею, но был раздражён тем, что та решила всё за него: — Какого чёрта, Цирея? Я не хочу ни с кем из них заниматься! Младенцы и те намного способнее их. — А вот и неправда, все из них делают значительные успехи. Чтобы ты меньше злился, я оставила тебе самого способного из них — Нетейама. Да и неразговорчивый он какой-то, мне с ним тяжело. Аонунг присел на ближайший камень, схватившись за лоб и закатив глаза. Казалось, хуже новостей за последнюю неделю он не слышал. — Ты хоть знаешь, что я его больше всех терпеть не могу? — Даже больше, чем Ло’ака? — Цирея хихикнула, прикрыв рот ладонью. — Я не знаю. Всё равно все они придурки. Мутанты. И все они меня бесят. Кроме мелкой, разве что, она смешная. — О, так ты подружился с Тук? — Не подружился, просто она меня не раздражает. Подарила мне какую-то хрень с пляжа. Цирея уговорила брата на подробный рассказ, чтобы заболтать перед тем, как начнёт наставлять его в ведении занятий для Нетейама. А заодно чтобы Аонунг перестал донимать её насчёт Ло’ака. Это можно обсудить и потом, когда она подружит своего брата с братом нового друга, к которому у неё начинают просыпаться чувства. У сына вождя не осталось выбора. Он идёт медленно, думая о том, как снова не подраться с Нетейамом. «Да уж, сестрёнка, спасибо…» Аонунг немного замешкался перед тем, как войти в жилище Салли. Было очень неловко, но он сделал шаг. Уши Нейтири от удивления прижались к голове, когда та взглянула на гостя. Он выразил приветствие уважительным жестом. — Здравствуй, Аонунг. Что тебе нужно? — Ваш сын. Ну, старший. Нейтири склонила голову набок, как делают небесные люди, при этом не без доли иронии говоря: «Прошу прощения?» Когда Аонунг понял, что сморозил, его глаза округлились, а рот приоткрылся в удивлённом вдохе. — Нет-нет, я не то имел в виду… Я… Пока Аонунг пытался собраться с мыслями, в этот миг в хижину незаметно вошёл Нетейам. — Мам? Что тут происходит? — Сын оло’эйктана сказал, что ему нужен ты. Нетейам подошёл ближе, глядя Аонунгу прямо в глаза. Несколько надменно, но без ненависти. — Мы ещё не всё выяснили? Лицо Аонунга пылало. То ли от злости, то ли… смущения? Да, смущения из-за того, что его слова восприняли абсолютно не так, как следовало. «Чёрт». Прикрыв веки на пару секунд, он всё же нашёл в себе силы ответить: — Если бы не наказание отца, меня бы здесь вообще не было. Он заставляет меня учить тебя всему, что ты не умеешь. «Это ещё кто кого учить должен, паршивец», — пронеслось в голове Нетейама. Но деваться некуда, некоторых вещей он и правда не знает. — Хорошо, — ответил он, сдвинув уголки губ вниз и мотнув головой. Да, мимика отца, выросшего на Земле. Она самая.