7. Из-под сухой травы торчат жуткие шипы
4 апреля 2023 г., 23:31
Серое небо только стало светлым. В помещениях более-менее присутствует дневной свет, а виной всему утро. Да и кошмарный мороз снаружи никто не отменял. Выйдя на улицу, третьекурсники и второкурсники поежились от холода. Валит пар изо рта. Вся группа заодно с преподавателями была одета в камуфляжные брюки и черные куртки, а под ней, на что студентам фантазии хватит. От тонкой футболочки до кучи кофт и толстовок. И в завершение громадные рюкзаки, что придётся тащить на спине пол дня. Кажется, плестись в гущу леса со всем этим совсем не хочется, но каждый минус и неудобства перекрывает подростковая авантюра. Экстремальные условия, свобода, просто побыть где-то вдали мрачного интерната. Даже взрослым нравится. Собственно, поэтому мало кто был против оставлять место даже после недавней волны зомби. Нередки случаи, когда между волнами почти нет перерыва.
— Ведите себя хорошо, ха, — обратился Фэнг к небольшой группе девочек.
Его щеку сначала наскоро поцеловала Джанет. Затем набросилась Макс, крепко сжав в объятиях. Следом Колетт, сделавшая тоже самое без сильного энтузиазма. Биби просто пожала руку. Девочки похлопали ресницами, не желая отходить и делать шаги к остальной группе. Толпа шуршала листьями, прерывала тишину уставшими разговорами. Присоединившись к остальным, Колетт потрепала за рукав Эдгара:
— Ты впереди идёшь, ты же охотник!
Парень сначала удивился, затем облегчённо вздохнул и кивнул. Отдалившись от девушки, он ушёл вперёд. Уже приближаясь к Розе и Джеки, Эдгар напоследок разворачивается к интернату. Фэнг следит взглядом и в шутку повертел двумя пальцами на себя и на него. Эдгар отвернулся. Как же хорошо, что придётся идти не в компании третьекурсниц, они явно достанут его за весь поход.
При себе у парня ружьё. Избрать Эдгара на роль дополнительного охотника удалось под давлением девочек, что нисколько неудивительно. Фэнг явно желает оказаться на его месте. Мнение о Эдгаре расходилось, разве что, только у Биби. Она вовсе перестала разговаривать со своим братом, с однокурсницами начинала вести себя грубо, заикнись те о нём. А Эдгару просто нет времени об этом побеспокоиться. Девушка желает хоть с его стороны заботы о себе после смерти Булла, но парень ещё не дорос до такого. Куча ответственности взвалилось на должности охотника.
В общем, состав из двух курсов медленно исчезает среди лысых стволов деревьев. Во дворе интерната становится всё тише. Следом и пропала последняя фигура, мелькнув у дальнего куста. Простыл и след.
Джесси оторвалась от окна и потёрла сонные глаза. С потрепанных оконных рам веет сквозняком. В комнате дико холодно. Зубы стучат друг о друга.
Это была спальня взрослых, что относится к виду самой отстойной — то есть две двухъярусные кровати на четыре места. Сейчас здесь было пусто, лишь Пенни вылезла на верхнюю койку, беззаботно глядя в потолок.
— Халтура, — проронила она, как девочка оторвалась от подоконника и прошагала вдоль комнаты.
— Где халтура? — Джесси безрадостно уставилась в часы над дверью, что показывают восемь утра.
— Халтура — нет пар! — Пенни свесила ноги с кровати. — Даже у Белль, хоть она в интернате!
— Угу.
Скрестив руки на груди в попытке согреться, Джесси опускается на нижнюю койку, что принадлежала матери.
— Так что насчёт идеи?
— Идеи? — переспрашивает она.
— Да, сотворить локатор, — Пенни прыгает вниз, заставив шаткие половицы угрожающе скрипнуть. — Мы ведь можем? Ты ведь можешь?
Джесси задумчиво уставилась в узор на обоях. Та говорит верно. Ей под силу не только чинить сложную технику. Может, если девочка постарается, то получится и сделать нечто большее. Соображения есть. Знает, с чего начинать.
— Могу. Думаю, нам понадобится рация.
— Как у охотников?
— Да, — она открыла ближайший ящик и стала перебирать простые вещи по типу батареек. Но из-за того, что мать двинулась в поход, здесь мало что найдется. — Рация сама по себе источник связи, только ограниченный на малое расстояние. Если её усовершенствовать, можно растянуть на километры.
— О, — Пенни уставилась в ящик. — То есть, ты в деле сможешь?
— Ничего не могу обещать, — девочка повертела в руке сломанный фонарик. — Всё равно я не собираюсь никуда убегать, как ты.
— Вот и зря.
Пенни от нечего делать прошагала к углу потолка, подняв руку и схватившись за белый блок. Со скрипом конструкция разворачивается, показывая на свет красную потухшую лампочку и объектив. Девочка застыла в шоке.
— Камера?
— Именно, она, — подтверждает Джесси. — До апокалипсиса работали. Потом их выключили.
Пенни глянула на подругу, затем перевела взгляд обратно. Появился любопытный вопрос.
— И с каких пор разрешали устанавливать их прямо в жилые комнаты? — задалась та.
— Школа—интернат для детей тяжелого поведения, — пожала плечами Джесси. — Я жила с мамой в комнате и мне приходилось видеть такое, что мне было прекрасно понятно, зачем камеры стоят в спальнях.
— В плане?
— Некоторые до боли агрессивные, — девочка задвинула ящик. — Некоторые по-настоящему душевно больные. А у кого-то просто хлещут гормоны. Понимаешь, о чём я?
— Немного, — Пенни подальше от греха отвернула камеру обратно к стене и отошла, не сводя с неё глаз. — Получается, ты здесь и раньше жила?
— Да. И хорошо, что не училась, — хмыкнула Джесси. — Я ездила с этой дыры в городскую школу каждый день. Мама обещала, что мы свалим с этого интерната. Но теперь, видимо, никуда не свалим.
Пенни печально поджала губы и поглядела в окно.
— Мерзко даже думать, что тут происходило раньше...
***
Атмосфера практической тишины. Именно сейчас все, кто шумят, ушли. А те, кто остался, досыпают минуты до будильника. Пайпер не могла не проводить ребят. Некоторым хорошим знакомым девушка успела за ночь состряпать пастил и батончиков, что удобно брать в дорогу. В общем, уставшая и довольная добрым делом, она торчала за окошком выдачи в столовой. Пайпер вела непринуждённый разговор с Кольтом. Тому, по его словам сейчас, просто не спится. Собственно, этим блондинка была и обеспокоена. — Какой пацан забьет на то, что ему удалось впервые переспать с бабой?! Настоящей! — глаза парня сияли от счастья. — Может быть, — Пайпер стояла, опираясь об стену и сложив на груди руки. — Я надеюсь, ты не забыл про... защиту? — Защиту? — на секунду Кольта пробрало холодом, но затем появилось облегчение. — Ах, нам не понадобилось, я смог всё начисто. Брови девушки свелись. — Я не об этом, — Пайпер стрельнула взглядом в пустую столовую. — Ты же помнишь, что Шелли заражена? Кольт замялся. В одиночку думать о чем-то оптимистично, конечно, слишком просто. Но когда другие накидывают сомнений, становится сложно держать настрой. — Знаю, — парень выглядит спокойным. — Может, кому-то и не повезло бы в таком случае. Но меня это точно обошло. И девушка не могла не согласиться. Кольт чувствовал себя прекрасно со вчерашнего дня. Но пустить предупреждение было обязательным: — Повезло, — хмыкнула она. — Только не всегда тебе будет фортить. Забудешь, а потом придётся раньше времени подыхать. Двоих отвлёк звук шагов со стороны коридора. Кольт и Пайпер разом повернулись к столовой, но в дверях никого не возникло. Стало быть, кто-то по ту сторону миновал столовую, позволив ребятам вернуться к разговору. — Главное, что Шелли в восторге, — приободрила блондинка. — В восторге? В память неприятно ударило той самой фразой. Которой Шелли просто убила все надежды. Хотя, может, Пайпер скажет иначе? За охотницей Кольт давно наблюдал повадки, никак не подтверждающие то, что та, скорее всего, думает на самом деле. — Она сказала мне, что секс вообще не шаг к отношениям, — помрачнел Кольт. — Всерьёз? Не верю. — усмехнулась девушка. — Шелли всего лишь строит из себя. Что-то. Это в каждой женщине заложено. Хотя, не только, — закончила с намёком. — Ты о чём? — Как не увижу вас вместе, ты весь такой бодрый и энергичный, — Пайпер зацикливает взгляд на своём бесцветном маникюре. — А я разве угрюмый человек? — Кольт, сидя на краю металлического стола, слез и стал шагать у окна. — Никому не дано держаться на одной волне эмоций, — объяснила блондинка. — Я имею ввиду, ты хочешь представить себя как можно лучше... — Лучше? Да просто Шелли сама по себе вызывает улы-ы...А-А! Едва не встретившись со стеной, Кольт разворачивается к тому, кто внезапно решил схватить его за плечо. Шелли улыбается во все тридцать два, почти хихикая над его испугом. Пайпер, тоже ухмыляясь, кажется, видела, как она кралась сзади. Парень даже не знает, что и сказать. Шок от произошедшего и внезапного появления возлюбленной так просто не отпустит. — Достаточно эффектно? — заметив, что Кольт проглотил язык, выдала Шелли. — Слишком! — парень осторожно потрогал себя за плечо. — И вообще, на кухню запрещено посторонним. — Я тебе посторонняя? — без зла усмехнулась охотница. — Вот, как ты обо мне говоришь! А с Пайпер... — Да ладно, я шучу, — смутился Кольт, заливаясь краской и отводя взгляд к столовой. — Просто, ты меня напугала. — Я знаю, — Шелли подошла к настенным часам. — Ты же сам хотел в восемь встретиться! Вот, в общем, я вовремя. Со входа в столовую послышалась суета. Внутрь заваливались невыспанные жильцы интерната. Пайпер пришлось заняться всем самой. Так как Пэм была в походе. Кольт взял охотницу под руку и отвёл подальше, не желая мешать подруге. В воздухе появился галдёж и шум посуды. — Так куда? — Сам подумай! Глаза Кольта осмотрели Шелли с ног до головы. Для себя она выглядела слишком активной, словно ничуть не болея от инфекции. Румяная кожа, яркие глаза и пушистые волосы, заплетенные в неумелый хвост. Сама была одета в широкую темно-зелёную футболку и камуфляжные брюки. — В лес? — парень выдал первое, что пришло в голову, глядя на образ. — Подходит, идём, — Шелли неожиданно сплела их ладони и потащила к выходу. От такой решительности Кольт приятно удивлён. Может, не стоит обижаться на вчерашнее? Такую весёлую Шелли он не видал ни разу... По крайней мере, в последнее время. Не хочется даже думать, что проводить свидание в лесу совсем не хочется. Из-за кучи страхов встретить зомби. Но волна закончилась, верно? Двое охотников наверняка справятся с одной целью. Даже не набрасывая куртки, оба вышли на морозный воздух, что сразу же заставлял покрываться кожу мурашками. Изо рта вырывается пар. Но это никак не загоняет обратно в интернат. Подобная авантюра даже в чудовищном холоде кажется до жути привлекательной.***
Через два часа уже саднит ноги. Хочется сделать передышку хоть здесь, посреди чащи леса. Некоторым в куртках стало жарко, их можно было сложить в и так забитые рюкзаки, продолжая путь в кофтах. Биби укоризненно глядит на однокурсниц, диалоги которых состоят из реплик, как им тяжело. Почему-то раньше она с охотой подключалась к подобным, а ещё к тем, кто обсуждает парней. Но сейчас это вызывает отвращение. Словно Биби внезапно отторглась от всего стада, повзрослев на пару лет. А виной тому злые мысли о своём брате. Так выводит, они в нём души не чают! Совсем недавно мечтали сблизиться с Фэнгом, ведь он идеально подходит под типаж типичного любимичика. А Эдгар? Этот ушлёпок всего лишь начал чаще фигурировать среди людей. Подобным мог стать и Мортис, хоть и старше, его интересы ещё старее. Брать бы Эдгару с него пример и тусить с подходящими по разуму... — Дети, останавливаемся, — из мыслей вывел голос Джеки, что подала сигнал, бросив руку вверх. Толпа тут же прекратила ход. Взрослые повалили рюкзаки у ближайших деревьев, тут же потягиваясь. Теперешнее окружение напоминает несильные склоны с кучей голых кустов. Рядом находится ручей, разбавляя лесную тишину своими всплесками. В общем, природа выглядит поживее, чем у интерната. — Десяти минутный перекур, — объявила Джеки, поставив руки в бока. — Отдых! — исправила Роза. На её слова Джеки лишь закатила глаза и вытащила сигарету. Макс, поморщившись, отстранилась от неё. Сигаретный дым для девушки, как яд. Избегая Биби, она прошагала к однокурсницам. А вот сама Биби вновь замечает на себе взгляд того второкурсника. — Ты угараешь? — прошипела та, сверля его глазами, присевшего у дуба со своими товарищами. — Ты кому? — отозвалась Эмз, что находилась по левую руку Биби. — Да этому утырку! Не видишь, какой он бесячий? Посмотрев на Ворона, Эмз безразлично пожала плечами. Её лишь забавляет поведение подруги по отношению к нему. Вызвать раздражение у Биби может что угодно, что не отвечает ожиданиям. — Скажи ему. Может, перестанет таким быть, — в шутку ответила девушка. Но та восприняла это всерьёз. Уже почти срываясь с места, Биби плюет в землю. — Да нахрен он мне нужен? — внезапно остановилась она, вскочив на ноги. — А это не у меня нужно спрашивать, — Эмз вытянула с рюкзачка расчёску, тут же занимая себя волосами. Подруга смотрела на неё, словно ей совершенно всё равно. Между ними всегда была аура обсуждений и сплетен всего, чего только можно. Что Биби, что Эмз имели долг обсудить любое, о чём начнёт одна или другая. Впрочем, для девушки это был самый скучный перерыв и в целом, поход. Разглядывая лес и накручивая круги вокруг группы, Биби наконец дождалась, когда учителя обьявили переличку. Молча идти и то кажется интереснее. Биби нашла Эдгара. Неудивительно, он стоит рядом с Колетт, что ему что-то активно тараторит. Девушка пожелала скрыться в глубине леса. — Биби Бланко? Не вышло. — Есть, — проворчала Биби, возвращаясь к группе. После перерыва повсюду пахло ароматом чая и булок. Девочка вспомнила, что забыла поесть, но закрыла на это глаза. Угрюмое настроение только для того, чтобы вновь скрестить руки и двинуться в ход, закатывая глаза при прослушивании чужих разговор. Лучше бы осталась в интернате, умирая со скуки. Всё равно никакой разницы. Лишь в том, что суставы в ногах не болели.***
Понимая, что за спиной интернат потерялся из виду, я облегченно улыбаюсь. Было ощущение свободы и полного уединения. В ушах скрип веток и наши шаги. Кожа уже привыкла к холодному ветру, низкая температура давала о себе знать только паром изо рта. Определённо намечается что-то романтичное. Наши ладони ни разу не разомкнулись. Между стволов виднеется озеро. Мы остановились на сером пляже. Берег воды походил на болото. Забито зеленью, илом и камышами. Побив сапогом речной песок, я уселась и сложила ноги. Появился порыв ветра, что всегда присутствует в таких местах. Я поправляю волосы и поворачиваюсь к Кольту, что разместился рядом. — Уже получше, — комментирую, намекая на удачное место. — Не сказал бы, — Кольт пнул в сторону сук и поежился от холода. — Мне кажется, я видел зомбарей. — Ну ничего, — я кладу руки на колени и устремляю взгляд вдаль. С той стороны озера высокий склон. Под ним огромные камни. Словно даже лёгким на природе стало легче дышать. — Разве это не прекрасно? Кольт нахмурился и захотел начать бурчать, но внезапно понял, что становится сам себе напоминать Пайпер, с её сварливостью, что всегда проявляется именно к нему. Так что решил просто расслабить плечи и поудобнее устроиться, поднимая глаза на мечтательную меня. — Прекрасно, — вздохнул он. Мы умолкли, навостряя уши. Слышен лишь ветер, да стук веток. Иногда мерещились чужие шаги, так что Кольт постоянно вертелся по сторонам, в то время, как мне было абсолютно всё равно. Пытаясь отбросить напряжение, некая тревога все равно присутствует. И дело не в ледяном холоде, что словно пронизывает кожу иглами. Чувство, кто-то наблюдает. Сверля одну точку, я нарушаю тишину. — Знаешь, меня мучил один вопрос, — начинаю. — Какой? — Ты же знаешь, я попала сюда после катастрофы. По наслышке знаю, интернат раньше работал по назначению. Ты ведь был здесь? — Был, — отвечает Кольт. — Тебе интересно, что здесь происходило? Я кивнула, заставляя парня начать рассказывать: — Ничего интересного. Даже сейчас это место полезнее, чем раньше. Простая школа для детей, которые никому не нужны. Таких предметов, как сейчас не было. Короче, это корыто должно было загнить, но, видите ли, апокалипсис... Я сам тут учился, ты понимаешь. — Учился? Мне казалось, что Кольт никак не походил на ученика. Хотя, его возраст и начало апокалипсиса как раз совпадают с классом так восьмым. — Да. Я на это был обречён... — парень резко заикнулся, не договаривая. — Ну, да. У меня всё равно не будет будущего. Работал бы тут в любом случае. Вряд ли учителем, мне не позволит...не позволят. Что-то он не договаривал. Но я решила оставить это на потом. — А что произошло в день апокалипсиса? — перевожу тему, ведь самой другое стало интереснее. — Отлично его помню. Сижу на уроке втором, в класс врывается сторож и говорит всем бежать в дормиторий. В общем, в спальнях спрятаться. Все послушно побежали, но я со своим кентом погнали туда, где больше всего было суеты. Так и узнали о волне зомби. Их было так много. До сих пор помню, как смотрел со второго этажа, а внизу словно митинг. Зомби ломятся в окна, забираются друг на друга, орут на весь лес. Жуткая картина. Ну и возвращаться в спальни больше не хотелось. Мы шныряли всюду, но не подключались к учителям. Они защищались, чем могли. Швабрами, стульями, даже циркулями! Это было так бесполезно. Повезло, что у Белль было ружьё. — Белль?! — прерываю я. — Она тоже была в интернате? — Ага, — невесело хмыкнул Кольт. — Учительница математики. Тогда она занималась охотой. Короче, это всё могло закончится смертью для всех. Те, у кого спальни находились близко к выходу, не пережили. Зомби выламывали двери. Да и не только. Большинство, когда видели, что они залезают в комнаты, старались убегать. Это тоже ничем хорошим не закончилось. — А потом? — Потом в конце-концов первая волна закончилась. Спустя день. Много кто из выживших был инфицирован. Днями отдирали со стен и полов куски зомби и погибших. Короче, слишком грязные подробности... — А твой кент? Что с ним стало? — Он тоже заразился, — вздохнул парень. — Такой же как я был, совершенно. Его зубами цапанул зомби в первый день. Я боялась подать голос. Хотя, нельзя сказать, что Кольт уж слишком расстроен, рассказывая об этом. Здесь терять близких людей уже в порядке вещей. — Пойдём? — Куда? — По лесу, — мотивируя Кольта, я встаю с песка, обтрусив брюки. Парню ничего не оставалось, кроме, как повторить. — Может, уже назад? Холодина, всё-таки. — Нет, — отрезаю. — И так от четырёх стен тошнит. Подольше прогуляемся. Парень перестал иметь что-то против. Последний раз взглянув на водяную гладь, я убираю упавшие на лицо пряди и разворачиваюсь. Хоть среди деревьев перестал преследовать ветер. Жуткое ощущение нарастает. И, казалось, с его причиной я встречусь совсем скоро. Плотные кусты заслоняют видимость. Ломая под собой сухие листья, мы пробираемся к поляне. Внезапно я застываю и сузившимися зрачками смотрю на Кольта. — Шелли? Я не отвечаю. Глаза парня переместились на что-то позади меня. Я напрягаю тело. Треск позади и моя рука молниеносно хватает подобие кости в куче грязи. Обернувшись, это и тем оказалось. Только помимо грязи зомби был измазан в гное и высохшей крови, что каждое движение сопровождает чавкающий звук. Я толкаю от себя ходячего и даю локтём по хрупкой челюсти. Зомби ошатывается. Следом дополняю ударом в лицо, или в то, что от него осталось. А после хватаюсь за скользкие конечности, на секунду подняв чудище в воздух и тут же впечатывая в землю, с треском ломая ребра и череп. Зомби не двигался. Это мне позволило начать переводить дух. Серо-зелёная жижа на месте мозга стала растекаться по сухим иголкам. Я вздыхаю, нервно вытираю с рук гной. Минуту приходя в себя после испуга, начинаю понимать, что Кольт куда-то пропал. — Слабый попался...Кольт? На прежнем месте его не оказалось, словно он испарился вместе с тем, как я увидела позади себя ходячего. На секунду сковала паника, но я быстро сообразила что он, должно быть, просто убежал. — Кольт! Бегло убедившись, что зомби погиб, я направляюсь сквозь заросшую тропу, где последний раз его видела. Руки царапают ветки, брюки сдирает кора. Среди всего этого пытаюсь отыскать какие-то намёки на Кольта. Но его и след простыл. Я растерялась. Пройдя дальше, замечаю за дальней берёзой фигуру. — Ах, дебил! — покраснев от злости, я пробираюсь к нему. Кольт вышел из дерева. Его лицо было бледнее простыни, а губы дрожали. Я сменила злость на беспокойство. — Ты чего? — взяв его за ладонь, увожу прочь. Парень не ответил. Выбравшись на лесную степь, я ещё раз поднимаю на него озадаченный взгляд. Кольт всё ещё выглядел неважно, но не настолько, как у дуба. — Ты же...помнишь? — почти дрожащим голосом протянул он. — Что? — недоуменно. — Я боюсь зомби... — Кольт лихорадочно подул в ладони. — Я разве не рассказывал? Подняв бровь, я обернулась в ту сторону, где столкнулась с зомби. — Нет, — нахмурилась. — Ты, вроде как, охотник? — Ну, охотник. Мне стало заметно, насколько Кольту стыдно. И ведь, судя по его рассказу, вряд ли он им стал по своему желанию. Так что я не могу такое осудить. Но такая реакция меня точно позабавила. Однако, этого лучше не показывать. — Проехали, — отмахнулась я и вновь перевела тему. — Пошли по кругу. Будешь мне дальше рассказывать про свою...молодость, — в конце промелькнула добрая ухмылка.-
Сложно было сказать, насколько долго мы бродили по лесу. Ноги уже не ощущаются. Тем не менее, я была этим довольна. Приятной усталостью после долгой беседы. В конце-концов, мы уже двигались назад. — У вас был какой-нибудь директор? Или смотрящий за порядком? По-любому должен быть руководитель, — продолжала я в это время расспрашивать. На самом деле, об интернате в прошлом мало чего удалось узнать интересного. Как и ожидала, это была простая, слабо финансированная школа, куда сдавали родители, не любящие своих детей. Из нынешних учителей упоминались лишь Белль и Пэм. Оно и неудивительно! Вряд ли после начала апокалипсиса кто-то позволил бы Белль такую должность. — Руководитель? Конечно, — Кольт шёл, растирая красные от холода руки. — Сэм Бронсон звали. Вообще пофигистичный мужик. Приезжал в школу только со своей женой пообщаться. В конце-концов заразился и сдох. Я хмурю брови. — С женой пообщаться? — Угадай, — парень спрятал взгляд, уставившись в небо. Догадаться несложно. Из знакомого, что я знаю о прошлом, были всего два учителя. Даже выбирать долго не приходится. — Белль? — это звучало наиболее реалистично. — В точку. Так он её и работать взял. С образованием девяти классов, — вздохнул Кольт. — Мне от него должна была достаться роскошная золотая снайперка. Только, Белль такое решение не понравилось! Я сразу поняла, о какой именно снайперке идёт речь. — Ты так много об этом знаешь, — с ноткой любопытства. — Вы семья? Кольт останавливается и я вместе с ним. На его бледном лице читался шок и отвращение. Промедлив секунду, он начинает отрицательно качать головой. — Никак нет. У меня с ними ничего общего. Я просто... здесь учился. Я провожу его напряженный взгляд. Его слова не выглядели сколько убеждение, сколько обычное отрицание. Может, я действительно обозналась. Зная характер Белль, мне никак не может прийти в голову то, что Кольт может быть её сыном. Сами черты лица отличались, но не так значительно. Думать заставляют лишь взаимодействия, что я наблюдала своими глазами. Это чувство долго меня не отпустит. — Ладно. Пошли домой! — я догоняю Кольта, что стал идти необычно быстро. — Неужели, — ответил он, словно облегчённо. — Тебе наконец-то захотелось домой? — Да! — мне пришлось практически бежать за ним. — Тогда догоняй! Кольт дал деру. Я, всецело этого ожидая, рванула за ним. Холодный воздух раздирал горло. Бегать по лесной роще несколько опасно. Интернат ещё не виден из-за деревьев, но я не собираюсь сдаваться. Гнались минуты две. Этого мне хватит, чтобы после не бегать еще долго. И вот, моя вытянутая рука практически хватается за чёрный капюшон толстовки. В момент кровь неистово застучала в ушах. — Сука! Кольт резко останавливается. Моя нога подворачивается и я намеренно улетаю в бревно. Дабы избежать столкновения, конечно. Сразу появляется вопрос, что случилось? Потирая ударенную спину, я поворачиваюсь к парню. — Ты чего? Кольт стоял, странно склонившись. Его руки лежали на колене левой ноги, которую он стискивал. Присмотревшись, я вижу разодранный участок джинс и...шипы капкана? — Погоди, — понимая, что моя боль в сравнении с этим ничто, я встаю с земли и ковыляю к Кольту. Его ногу зажимает самый настоящий медвежий капкан. Острые концы впивались в кожу до крови. Я на секунду теряюсь, предполагая, как он мог здесь оказаться. — Какого хрена? — Кольт пытается поднять ногу с капкана, на что я стукнула его по другой. — Не двигайся! — шикнула, наклонившись и покрепче ухватившись за железную раму, постаралась разомкнуть. Капкан очень трудно поддался, сопровождая скрипом. Раскрывая, я стала понимать, насколько глубокого впились шипы. По штанине джинс спокойно стекали струи крови, сама кожа пронизана дырами. Освободив ногу, Кольт, не удерживаясь, рухнул на землю. — Ц-с-с, больно! — его руки хватают свежую рану. — Терпи. Жди! Выпрямившись, я стягиваю с себя зелёную футболку. Голые плечи тут же задрожали от холода, но я больше ничего не смогла придумать. Кольт посмотрел на меня с удивлением. — Убери! — стукнув его по рукам, которые он не хотел отпускать, я накладываю футболку в виде повязки. Ткань моментально пропиталась кровью, одним видом говоря мне, что это было бесполезно. Но я старалась не нервничать. — Всё...ты...ходить можешь? — отойдя, я прикладываю ладонь к своему разгоряченному лбу. Кольт сделал попытку встать, но совсем скоро со стоном опустился обратно на землю. — Я не могу, — он попытался встать через руки, но это тоже не помогло. — Оно явно переломало мне кость! Этого я больше всего опасалась. Но решать с этим явно не мне. До интерната оставалось мало, да и физическая сила позволяет дотащить Кольта. В общем, я наклоняюсь и пытаюсь поднять его на руки, как тот запротестовал: — Не надо! Я сам! От крика я отскочила. — Какой «сам»? Ты хрен доползёшь! — несмотря на это, я вновь беру его за талию и колени, никак не показывая, что мне тяжело. В последний раз взглянув на землю, разворачиваюсь и тащу парня к интернату. В ступор вводит то, что я впервые вижу в нашем лесу капкан. И подозреваю, много кто о нём не знал. Когда я села его раскрывать, я отметила, что он закрыт слоями сухой травы. Туда мог попасть кто угодно. Закралось подозрение, что здесь он намеренно. Но сейчас меня беспокоило другое.
