Свобода? Дорога из осколков

Весь день Таинвир не выходил из своей комнаты. Это точно из-за наших гостей и меня очень злит такое поведение. Он никого не хочет видеть, даже тех, кто пришел чтобы помочь. Эти чужаки ловят монстра, что ходит где-то в лесу. Да о чем можно говорить? Они спасли и самого Таинвира от отравления! Первый монстр ранил дядю, и он бы погиб, если бы не моя случайная встреча в с Нэрихом и Эфлероном. Они оказались действительно славными ребятами. И глупо ожидать от них чего-то плохого, у них было достаточно времени, чтобы убить или ограбить нас. Нэрих человек, с очень примечательной внешностью. Сначала я даже не поняла парень это или девушка, но… говорит он о себе в мужском роде. На его бледных руках много татуировок, а прическа такая необычная - коротко выбриты оба виска, от чего там его пшеничные волосы кажутся темнее. Он носит черную потрепанную жилетку и свободные штаны с множеством карманов. А еще у него есть кулон в виде красного ромба с маленькими рожками. От этой безделушки исходит магия, но я не могу ее никак опознать. И, все же, главной особенностью этого гостя является его правый глаз, он намного ярче левого, даже может показаться, что это зачарованный протез. Однако, вчера я узнала, что это не так. Вечером, когда носила им подушки, заметила как Нэрих вытаскивает из глаза какую-то пленку. А под ней… там была лишь черная точка зрачка, без радужки. Он заметил меня и быстро все вернул на место, после чего так стыдливо отводил взгляд, словно стеснялся этого. По крайней мере Эфлерон сказал мне, что не стоит ничего спрашивать про эту пленку у его друга. Кстати, об эльфе. Я никогда не видела, чтобы хоть кто-то из нашего народа вел себя так же… свободно. Эфлерона совершенно не заботит его внешний вид. Ему все равно на мятую одежду, на сам факт того, что он носит рваный, зеленый балахон и штаны со следами от травы, все равно на спутанные кончики длинных белых волос, он может начать очень громко говорить или смеяться. Единственное к чему он относится с ожидаемой для эльфа осторожностью – лютня, которую он никогда не упускает из виду. Что ж, эта парочка для любого показалась бы странной. И наверно мне стоило бы заваливать их вопросами «откуда вы?» и все такое… Но вчера вечером… Вчера вечером Нэрих сказал, что они не из этого мира. Они пришли сюда только для того, чтобы убить чудовище. Это правда их работа. Казалось бы, полный бред. Но… Но они показали один прибор, который мог бы появиться только усилиями самого опытного и могущественного чародея, а маги ни от одного их них не исходило. Этот прибор может играть любую музыку, он может показывать движущиеся картинки, как в магическом зеркале! А еще там есть ответы на любые вопросы. Совершенно на любые! И все это в маленькой тонкой коробочке. Хотела бы я себе такую, наверно, оно стоит огромных денег. День медленно клонился к концу. Мне нужно успеть приготовить ужин и прибраться в доме. Сегодня поход на рынок затянулся дольше ожидаемого. Снова все норовят остановить меня и узнать есть ли новости про чудовище. Не стоило нашим гостям так громко заявлять, что монстров двое, теперь все считают, что я должна знать где оно прячется. Ворчу про себя и продолжаю нарезать овощи. За все это время я неплохо научилась готовить, хотя дома никогда и не приближалась к кухне. В доме у Хоркона… человека, что пленил нас, мне часто приходилось работать с кухаркой, таская ей со склада продукты и посуду. Она была мерзкой женщиной, когда я вспоминаю, как она хотела нарочно облить меня кипятком… Нкечи тогда подняла такой шум. Этой старухе пришлось извиняться. Грустно опускаю голову. Мысли о наемнице всегда приносят мне боль. Она хотела спасти меня. Если бы я оказалась смелее, если бы не стала как ничтожество прятаться за деревом, а сразу побежала бы искать помощь, она бы была жива! И Таинвир был бы цел! Вытираю рукавом подступающие слезы и… - Бездна! – едва успеваю отскочить, от упавшего на пол ножа. - Что-то случилось? – в дверном проеме показался Эфлерон, сидевший до этого на веранде с лютней. – Тебе помочь прибраться? - Да… спасибо. Вот же проклятье. – осматриваю повалившиеся на пол продукты. - Придется снова идти в деревню. Надеюсь, лавка еще работает. - Скоро стемнеет. – эльф ловко подхватил упавший нож и положил его подальше на столешницу. – Твой дядя, - он кивнул в глубь дома, - разве разрешит? - Я быстро. Он не узнает. - И все же, даме опасно ходить одной затемно на улицу. – наш гость улыбнулся. – Давай с тобой схожу, все равно хотел прогуляться. Мне нечего возразить, да и не хочется. *** Мы шли по узкой дорожке вдоль стены леса. Еще голубое небо, уже понемногу начинало розоветь в свете клонящегося к закату солнца. Сейчас темнеет поздно, Эфлерон напрасно предположил, что возвращалась бы я в сумерках. Наверно мой спутник просто не очень хорошо знает какие сезоны есть в нашем мире и как они проходят. Интересно, там, откуда он родом, сменяется ли лето морозами? Такое же там голубое небо? Зеленые ли там кроны деревьев и есть ли вообще деревья? - А каким был твой мир? – спрашиваю я, поудобнее перехватив пустую корзину. – Он хоть немного походил на этот? - Смотря с какой стороны посмотреть. – задумчиво отозвался эльф, вторя моему движению, он поправил ремень, которым за его спиной крепилась лютня. – По мне так все миры в некотором похожи. Ну, те в которых можно свободно находиться и дышать. Такая же земля, такая же вода. А вот если говорить о культурах… - он мечтательно поднял глаза. – Охохо, это всегда что-то новое. За это я и люблю нашу работу. Взять ваш мир, мы сейчас буквально идем в людскую деревню, а у меня дома так просто это нельзя сделать. Потому как еще каких-то несколько лет назад все думали, что люди это просто монстры из детских сказок. Не прямо конечно монстры, но считалось, что могут порвать быка голыми руками. Рассказов о них боялись даже орки. Я сам лично сочинил не одну песню про загадочное королевство людей. А на самом деле оказались вполне себе цивилизованные ребята. - В вашем мире не было людей? – уверенна, это просто мечта всех наших собратьев. Но, пожалуй, не стану озвучивать это вслух. - Были, но жили на краю света. Образно говоря. За магическим барьером откуда никто не возвращался. Все думали, что это люди путников убивают. – он рассмеялся. – Оказалось, что просто зайти за барьер можно, а выйти нет. А вот у меня получилось! – он гордо указал на себя, но тут же наигранно поджал губы и покачал головой. – Барьер убрали, вот и получилось. Но знала бы ты, какие приключения были до этого! Я сочинил про это целую балладу. Спеть? - С радостью бы послушала, но может позже. А то еще горожане соберутся на музыку, а нам поспешить надо. Можешь так рассказать, что там случилось. - Эх. – он театрально вздохнул и выдержал паузу. – Вот так и пропадает искусство. – эльф сам же рассмеялся от своих слов. – Ну, если не перебивать интерес к балладе, то это история о том, как один храбрый менестрель отправился с прекрасной принцессой в далекие земли ради ее предназначения и своего любопытства. Там они попали в загадочное королевство, где принцессу пришлось спасать из лап злого колдуна. А в конце… В конце принцесса вышла замуж за прекрасного принца, а менестрель… Ну, а менестрель может сделать вот так. – он стащил со спины лютню и коротким перебором струн наиграл печальную мелодию. От театрально грустного лица Эфлерона я не смогла сдержать смеха. Продолжая смотреть перед собой, он сделал поклон, как артист на сцене, немного отставляя одну ногу назад, после чего выпрямился и сам засмеялся. Прохожие деревенские мужики покосились на нас как на умалишенных и от этого было куда забавнее. Эльф тоже заметил их взгляд и развернувшись повторил поклон, отчего прохожие ускорили шаг. *** Торговка долго возмущалась нашему позднем визиту. Лавка уже закрывалась, и старая женщина с круглым лицом уже собирала все свои товары под навес на ночь. - Из-за вас, остроухих, – пробасила она. – приходится товар лишний раз двигать. А знаете как это вредно для овощей? Вот за это ты, эльфийка, мне больше на пять монет заплатишь. - Но, это слишком много. – у нас и так заканчиваются деньги. Если она сейчас затребует с меня такую сумму, то голодать мы начнем гораздо раньше, чем ожидалось. - Ничего не знаю. Плати или проваливай. Утром придешь, утром цена будет обычной. - Милая дама, – Эфлерон, неожиданно, облокотился на прилавок, лучезарно улыбнувшись торговке. – вам не к лицу ставить такие жесткие ультиматумы, тем более беззащитной юной особе. Я более чем уверен, что такой эффектной женщине, как вы, говорили и не раз о том, что ваши бездонные глаза намного красивее, когда вы улыбаетесь и не стараетесь подражать, столь грубой манере торговаться, которую вы несомненно могли слышать лишь от неотесанных мужланов, что привозят каждое утро рыбу на пристань. Так что, прошу вас, сжалиться над вашими скромными посетителями, которые всего лишь хотят купить у вас овощей, ведь из всех лавок мы пришли именно к вам, потому что моя дорогая подруга знает, что именно здесь можно взять самые лучшие. Торговка смущенно отвела глаза. Ее круглое лицо покраснело и будто бы стало даже моложе, от неуверенной улыбки. - Ну ты и льстец. – сказала она уже не таким грозным басом. – Ладно, что уж тут. Буду я еще залежавшиеся помидоры втридорога продавать, как эти с пристани. Алари, плати четыре золотых и идите домой. Я едва сдерживалась, чтобы не обнять Эфлерона. Благодаря ему она сбавила цену в половину! Просто быть не может! Никогда на рынке я не видела, чтобы эта старуха кому-то делала скидку. Проходя мимо других закрывающихся лавок, я чувствую на себе изумленные взгляды. Это представление видели все на рынке. И, признаюсь, это радует. - Спасибо. – говорю я, когда мы отходим дальше от торговых рядов. – Ты не представляешь, как сильно помог! - Да это пустяк. – он снимает со спины лютню, начиная наигрывать легкую мелодию. – Но способ рисковый, работает в шести из десяти случаев. Можно за такое и получить. Бывало. - Неудачно кому-то льстил? - Я бы не назвал это лестью. Скорее, искусство сильно приукрасить. Но, опять же, работает не всегда. Самый худший случай был, когда хотел так сбавить цену в трактире. И перепутал гнома, хозяина заведения, с его женой. Он решил, что я ее любовник и грозился повесить на люстре, если еще раз увидит. Я потом в тот город месяца три не приезжал. А как оказалось, его женушка правда ходит на лево, а точнее в соседний трактир, к его же собственному брату. Ох, и скандалу тогда было. - Как можно было перепутать трактирщика с его женой? - Гномы. – фыркнул менестрель. – Все с бородами. Не знаю как в вашем мире, а у нас так. Я все еще затрудняюсь их отличать. Ну, если, конечно, гном не в платье. - Хах, а получается, после того скандала, ты решил, что про тебя забыли и вернулся? – я не любительница сплетен, но есть что-то забавное в том, как Эфлерон все это преподносит. - Не, меня потом пригласил тамошний король играть на свадьбе его дочери. Эх, Алари, не даром говорят «ты никогда не был на настоящем пиру, если не видел гномью свадьбу». Столько еды на столах, столько эля! – лютня издала громкие ноты, похожие на начало какой-то торжественной песни. – Неделю гуляли. А я потом еще долго жил при дворе, потому как платили очень щедро. А так как был вхож в местное высшее общество, то на меня ни одна собака на улице не смела голос повышать. - Звучит славно. Почему же ты не остался там? - Не могу я быть все время на одном месте. Меня вдохновляет дорога, приключения! – прекращая играть, он развел руками, словно указывая на все вокруг. – Другие миры! Раз в год, конечно, захаживаю в родную Этримию. Но, рано мне пока туда насовсем возвращаться. Друзья барды не все про меня баллады сложили. Как же, первый кто людей увидел и вернулся. Не просто вернулся, а еще из рухнувшего барьера вышел! - Какого же ты о себе высокого мнения, Эфлерон. – хитро прищуриваюсь. Не заденет ли это его? – Даже баллад о себе ждешь? - Имею на то все основания. – он самодовольно ухмыльнулся, возвращаясь к игре на лютне.- С тобой рядом идет лучший менестрель своего мира! Причем, замечу, не я это сказал. Был у нас как-то спор с одним сатиром, так он меня вызвал на поединок. Музыкальный, разумеется. И что думаешь, кто победил? - Если ты так про это рассказываешь, то явно сам вышел победителем. – он очень большого о себе мнения, но, как ни странно, это вовсе не отталкивает. Эфлерон явно не ставит себя выше меня. Просто… рассказывает. - Именно! Я исполнил одну из самых красивых своих песен. Ты определенно должна ее услышать. Но она довольно долгая, так что лучше я приберегу ее на следующий раз, а то явно не закончу как до дома дойдем. - Про что же может быть одна из самых красивых песен? Дай угадаю, она о любви? – интересно, похожи ли в этом наши миры? У нас самые красивые баллады всегда именно про это чувство. - Конечно о ней. И причем, замечу, основана на реально истории. Одна русалка пожертвовала свой хвост в обмен на пару ножек, чтобы просто иметь возможность быть вместе со своим возлюбленным бароном тифлингом. В вашем мире есть такая раса? Нет? Ну… представь себе эльфа, с рогами, хвостом и красноватой кожей. Дальше по балладе он влюбляется в другую, а она с горя бросается с башни его дворца в океан и погибает. - Трагично. Наверно, этому тифлингу потом было очень плохо. Она ведь погибла по его вине. - Ну-у. – протянул менестрель. – Наверно. Как и все баллады, моя чуть приукрашена. В реальности все было немного иначе. - Она не умерла? - Конечно нет. Они прожили вместе около месяца, а потом русалка встретила купца низкорослика и вышла за него замуж. Ты бы видела, какие у них родились милые дети. А тифлинг женился на баронессе из соседнего государства. Меня как-то пригласили играть у них на пиру, барон очень настойчиво попросил не исполнять эту балладу. А потом подошла его жена, уточнить репертуар. И, ты не поверишь, очень сильно расстроилась, узнав, что этой песни не будет, ведь она ее любимая. *** До дома оставалось совсем не далеко. Вот сейчас дорожка завернет за те три лохматые ели и покажется невысокая изгородь нашего заборчика. Очень надеюсь, что дядя не заметил моего отсутствия, он будет переживать. Эфлерон останавливается. Слишком резко. Мелодия, что он непринужденно наигрывал обрывается и наступает тишина. Менестрель отводит руку, преграждая мне дорогу. Медленно он убирает лютню за спину и опускает руку на ремень, к которому крепился тонкий кинжал, который так просто и не заметить. - Следы. – кивает он, опережая все мои вопросы. На пыльной дорожке отчетливо видны отпечатки больших когтистых лап. Намного уже чем следы медведя. Та самая пятипалая лапа, чем-то походившая на птичью. Я видела уже этот след. Да, определенно! Такой же, как и у того чудовища. В лесу треснули ветки. Эфлерон, опережая хоть какую-то мою реакцию дергает меня за руку, заставляя упасть в небольшую канавку у тропы. Успеваю заметить как над головой пронеслась черная фигура существа, сделавшего прыжок. Выхватив из ножен кинжал, бард ловким движением выставил вперед руку и на мгновение блеснувшее лезвие, легко вошло в брюхо монстра. Все это произошло как в замедлении. Доли секунд как мы падали и вот уже чудовище, завизжав как резанная свинья, начинает брыкаться между деревьев. Но этот удар просто сильнее разозлил существо. Лезвие было коротким, для него это не больше неприятной занозы. Оскалившись, монстр дернул своей головой, так же, как и у прошлого, похожей на сильно деформированную морду лошади. Пугающе широко раскрыв пасть, оно кинулось вперед. Я даже не успела вспомнить слов ни одного заклинания. Только зажмурилась. Глухой удар и короткий визг существа. На мое лицо брызнуло что-то мокрое, противно воняющее гнилью и болотом. Осторожно открываю глаза, боясь увидеть клыки монстра. Оно даже не успело подойти. Над черной лужей, некогда бывшей головой чудовища, держа в руках огромный каменный молот, стояла статуя Кузнеца. - А ты говорил, что капканы ставить не надо. – раздался позади насмешливый голос Нэриха. Человек стоял на дорожке, держа в руках короткую цепь. – Сейчас бы бросилось, а так хоть лапами застряла. - Если бы оно не начало вертеться от моего ножика, то и не попало бы! – говорит эльф помогая мне подняться. – Капканы не кладут просто так. - Ты мне еще рассказывать будешь как ловушки ставить? Не ты с оборотнем в лесу жил. Так что не умничай. – человек с долей беспокойства посмотрел на меня. – Не ударилась? - Нет. – быстро отвечаю, отряхивая одежду. Нужно умыться. Как же сильно воняет кровь монстра… Хорошо еще продукты целы. Я удачно выронила из рук корзину так, что почти ничего не выпало. - Хэй, Кузнец. – на удивление бард был весел. – Скольких дней ходьбы тебе стоил этот рывок? Статуя не ответила. Даже не пошевелилась. - Он без рывка успел. – отозвался вместо доспехов Нэрих. – Мы тут рядом были. Слушай, Алари, а твой дядя говорил тебе, что у него рана болит? Что она жжется? - Он вообще не говорит мне про свое самочувствие. - Не обидишься, если я скажу, что он идиот? – человек достал из одного из карманов своих штанов скрученную папиросу и спички. – Идемте, нечего тут стоять. - Погоди. – перебил Эфлерон. – Рана жглась? Яд?! - Ага. – закурил зеленоглазый. – Он сейчас чуть не помер. Я дал лекарство, но дотянул он конечно… - Что? – они так спокойно говорят о таких страшных вещах. – Что с Таинвиром?! – я готова сорваться и бежать домой прямо сейчас, но если произошло самое страшное?... - Жив. Пока что. – Нэрих цокнул языком. – Скажи он утром, что ему нехорошо. То еще ладно. Но дотянул пока яд не начал кипеть от феромонов вот этого вот. – он кивнул на оставшуюся позади тушу существа. – Так что, вариантов тут не много. Возможно, ничего серьезного и не случиться, если заразы было не много. А вот если много… - То что? – мой голос дрожит. Впереди уже виден наш дом. - Скажи, Алари, а как вы с дядей относитесь к порталам?