Свобода? Дорога из осколков

Цепи и оковы остаются со мной в каждом сне, но только вот уже несколько дней я не вижу кошмаров, только искрящееся пламя черного огня и осколки разбитого зеркала. Сигнал поезда, развеял остатки дремоты. Солнечные лучи, пока еще не скрытые дымом, пробиваются в комнату через мутное стекло маленького окна. Так не хочется подниматься. Полулежу на твердом нагруднике Бэсемара, укутавшись в теплый плед. Он сам стащил его с кровати укрыв меня. От такого незамысловатого действия я едва не расплакался. Для чего он проявляет такую заботу? Для чего успокаивает? Почему мне хочется сильней обнять его? А ведь ему всю ночь пришлось сидеть на полу. Неужели совсем не устает? Помню, что мы проговорили пока я не заснул и похоже, все это время он даже не шевелился, чтобы не разбудить… Бэсемар… странно его так называть. Но так правильно. Ночью, когда я повторил его имя, он снова «поцеловал» меня… Лишь от воспоминания в груди загорается теплое, приятное чувство. Но ведь это предательство… Ведь Онард… Зажмуриваюсь, стараясь не давать волю таким мыслям. Хотя бы не сейчас! Воин в черном доспехе многое знает о природе магии, а это как раз бывшая тема моих исследований. И пускай в его мире чародейство отличается от привычного мне, от того даже интересней. Кузнец признался, что в бытность учебы мало интересовался науками, так что помнит не так уж и много. С этим могу поспорить, даже того что он знает хватило бы на несколько публикаций, если развернуто все расписать. Как легко догадаться, больше всего он любил только работу с металлом, создание брони и мечей. Мой друг был рад, что даже в Штабе его прозвище «Кузнец» сохранилось, хотя никто ничего про него не знал. Кто же ты, Бэсемар? Почему так старательно избегаешь говорить о себе подробней? Человек или кто-то иной? Ремесленник или кто-то выше родословной? Он снова в том состоянии, когда не чувствуется его взгляд. Хочется назвать это сном, однако же «сон ему не нужен». Провожу пальцами по узорам на шлеме. Сравнение с эльфийской работой напрашивается само собой. Слишком аккуратно, слишком красиво. Не замечаю, когда он «просыпается». Кузнец легко берет мою руку своей. И на мгновение, на доли секунды, будто бы вижу в темноте прорезей блеснувшие серебром глаза. Снаружи комнаты раздаются шаги и голоса. Все уже проснулись, пора подниматься. К тому же, ремни от маски начинают ощутимо натирать. Нужно снять все это хоть на пару минут, пока буду умываться. Когда наконец спускаюсь в кирпичный зал и вижу, что все уже здесь, мысленно ругаю себя за нерасторопность. Но, кажется всем все равно. Игни с Нэрихом о чем-то спорили у дальнего стола, а посреди комнаты, лежа на подушках, играли в настольную игру Алари с Лиамом. Мой друг тоже был здесь, как же странно видеть его стоящим в прежней неподвижной позе, со сложенными руками на рукояти молота. Это пугает, словно он опять статуя. - Что ж. - Нэрих повысил голос, привлекая к себе внимание. - Стоит распределить дела на день. У нас на примете есть еще пара складов, но будет лучше разделиться. Так быстрее. Если, конечно, кое-кто, - он внимательно посмотрел на черноволосого мальчика, - не укажет на один конкретный бокс, куда увели «собак-мутантов». Но Лиам сделал вид, глубокой заинтересованности игрой, полностью игнорируя слова наемника. Алариэль лишь сдержанно хихикала, так же не отворачиваясь от картонного игрового поля. Они о чем-то сговорились? Хорошо это или нет, вопрос сложный. Надеюсь, он не втянет ее в неприятности. - Для начала, пусть все позавтракают. – Игни отошла от стола, указывая на тарелку полную какой-то закуски, похожей на запеченные куски хлеба. – А потом уже о работе поговорим. - Это ты готовила, я не буду это есть. – Нэрих хитро прищурился. – Или ради детей ты решила нас не травить? С недовольным выкриком «я нормально готовлю», девушка принялась вычитывать смеющегося парня. Похоже, на такой результат он и рассчитывал. - Не понимай их склоки чересчур серьезно. – судя по голосу, Бэсемар улыбается, смотря на этих двоих. – Такое происходит едва ли не день каждый. Когда доспехом был, я наблюдал за этой бранью и тоже думал, что они всерьез. Но время шло, а они друзья. - А, ты же жил с ними. – он столько времени проводит у нас с Алариэль, что я даже успел забыть об этом. - Да, так и есть. А вот до этого стоял в подвале, когда еще жилой он был. Лет шесть, а может даже десять, не знаю точно, на свет еще не мог я выйти. Тогда лишь чуть способен был я рукой двинуть. – не на долго замолчав, он отвернулся. – Казалось, что заперли меня навечно. Проклятье было так не снять, пришлось иначе поступать. Ты знаешь ведь, что я забрал здесь десять жизней? Тебе ведь не могли об этом не сказать. - Да. Эфлерон говорил. – к чему он вообще клонит? - Об этом, сожалею я и не желаю более кому-то причинять вреда. Но только вот иначе, не смог бы я ходить, оставшись украшением подвала. Мне… важно, чтоб понимал ты это. Не мог бы ходить, не забрав жизни…? Десять человек… Это много. Даже одна смерть – много. Совершенно не знаю как на это реагировать. Новость для меня не нова, но… У него же не было выбора. Он сожалеет… А ведь Бэсемар даже говорить смог, только после убийства того денора-змея. Я не задумывался, что это взаимосвязанно. Хочу спросить подробнее, но громкая возня посреди зала отвлекла на себя внимание. Нэрих приподнял Лиама с пола, пока мальчишка смеясь старался вырваться. - Да мы только партию доиграем! – вчерашний воришка забавно махал руками, все еще держась за подушку. - Да вы еще до рассвета тут сидели! – Нэрих старался не уронить его обратно на пол. – Договорились же, ты только ночуешь здесь, а потом идешь домой! - Вот именно! Ночую, а мы еще даже не ложились. У нас все еще вчерашний день. А вчера ты сам разрешил остаться. Алариэль, сдерживая смех, подтвердила слова Лиама, что вызвало секундное замешательство наемника, которым мальчик и воспользовался, освободившись. Вмешаться бы… но не мне отчитывать кого-то за бессонную ночь. - Так, слушай сюда, маленький умник… - человек угрожающе покачал пальцем. - Ты вообще не умеешь с детьми договариваться! – Игни, сердито скрестив руки, все так же стояла у стола. - А ты как будто умеешь?! – Нэрих повторил ее позу, нарочито театрально запрокинув голову. – Опекунша года, вот ты знаешь где сейчас твои братья? - Они дома с Йорном, конечно же! Думаешь я не знаю где… - но тут же девушка изменилась в лице, задумавшись. - А нет. Торигг сейчас у храма Отца тьмы. А вот Кьяр дома. Ой, не, он сейчас в заболотистой крепости у Авалона. Видишь, я знаю где они! - Как твой муж тебя терпит…? - Могу задать тот же вопрос. Как рыжий тебя терпит? - Да мы не…Даже начинать эту тему не хочу. Спор наверняка бы продолжился, если бы не раздался учтивый кашель со стороны коридора ведущего на выход. В проходе стоял высокий молодой человек, в строгом костюме. Его черные волосы были убраны в аккуратный хвост, а глаза скрывали темные очки. Лицо и уши человека были проколоты маленькими железными шариками-серьгами. Так себя украшали южные воители из моего мира, точно так же прокалывали себе брови, губы и нос. Но на южанина он похож мало, бледен едва ли не как вампир из того замка. Это и есть Самотх. Никак себе его не представлял, но внешний вид, все равно удивил. От него исходит очень темная энергия и при том довольно сильная. «Злой колдун?» Нет. Это даже не магия… что-то другое. Человек сдержанным тоном поторопил наемников собираться. Позвал пойти и Бэсемара, признаться, я надеялся, что кузнец, как и вчера, останется здесь. Сам не знаю почему это важно. Мы же… просто друзья… Перед тем как уйти Самотх задержал взгляд на Лиаме. Это заметно даже через очки. Мальчик нервно поежился под таким пристальным взором. *** В этот раз описание в отчете заняло больше двух страниц. А это только местность. Стоило ли вообще писать о поезде? Я видел его впервые, хочется сделать заметки. Ночная беседа пробудила желание снова писать исследовательские работы, да хотя бы статьи! Даже не думал, что так соскучился по прежней работе. Хах, в институте тоже не прошли бы такие публикации. Снова начали бы ворчать, что печатать буду за свой счет… Все это было так давно. Буквально в другой жизни. А прошло всего чуть больше года. Для эльфа - ничто. Даже не срок. Мгновение в такой длинной жизни! Но я больше не эльф. Во мне нет ничего от этой расы. Возможно, даже состарюсь и умру как человек через лет десять, а может раньше. И без того изуродованное лицо станет еще более отвратительным. На меня будут смотреть с жалостью и презрением, как на бездомную побитую псину! Причиняющие боль мысли прервал стук и тонкий голос моей милой племянницы. Девочка снова была с Лиамом, но ведь Нэрих его выставил. Мальчишка опять залез через окно? - Таинвир, - начала Алари очень заискивающим тоном. – а ты не мог бы еще раз объяснить, как правильно призывать магическое пламя? - Ты же прекрасно знаешь это заклинание. - Да, но, у меня не получается на словах его описать. – девочка кивнула на нового друга. – Лиаму интересно… Наивность племянницы порой так забавляет. - Хочешь научить его колдовать? Не выйдет. Людям для этого нужны годы. - Я очень быстро учусь! – вмешался мальчик. – Пожалуйста! Едва сдерживаюсь, чтобы не засмеяться. У человека ничего не получится, но Алариэль будет полезно вспомнить азы чар, давно не видел чтобы она практиковалась. Лиам оказался старательным учеником, вот только толку от моих пояснений все равно нет. Он не маг, обычный человек. В один момент, мне все же показалось что в нем есть искорка сил, но скорее всего это был след от заклинаний Алари. Ей не составляет никакого труда зажигать на кончиках пальцев огоньки и тут же тушить их. - И все тут так умеют? - гость внимательно следил за каждым жестом, снова и снова пробуя повторить необходимые знаки. - Нет. Только она. - Но ты же ее научил? – Лиам вопросительно приподнял бровь. – Как можно учить не умея? Опережая хоть какой-то мой ответ, девочка, несильно ткнула приятеля в плечо: - Слишком много вопросов. Мы с тобой договорились же. - Угу. – мальчик отмахнулся. – Как будто ты сама не задавала вопросы. Так значит, - он снова обратился ко мне, - вы тут из-за «собак»? Ри сказала, что из-за них. - Ри? – на мое удивление Алари хихикнув указала на себя. Почему… потом уточню. – Да, из-за них. Эти существа очень опасны и нам нужно их убрать отсюда. - Мог бы прямо сказать, что хотите их убить. – фыркнул несостоявшийся вор, нагло завалившись на кровать. – Они на всех кидаются. Только «иностранца» не трогают, он их и привел… Мерзкий тип, новый друг отца. Как раз ему под стать. – детское лицо неприязненно скривилось. – Ненавижу их. И отца ненавижу, и его друга. - Ненавидишь? А вчера так гордо говорил чей ты сын. - Потому что его имя действует на всех как вода на котов. Но не на вас, это уже было удивительно. – Лиам грустно вздохнул. – Он правда мой отец. И правда меня никто не посмеет тронуть …Без его разрешения. Если его друзья, и тем более тот иностранец, узнают, что вы пришли за чудищами, то вас убьют. И никакая магия не поможет. - Ты поэтому не хочешь указывать дорогу? – уже и так понимаю, что да. И все же, насколько этот мальчик отличается от людских детей, которых я видел. Тот же Онард, тогда у библиотеки, много лет назад был неуклюжим ребенком, с наивными глазами. Но… люди растут так быстро. Пара лет – уже большая разница. Чему я удивляюсь? Ведь до семнадцати лет эльфы взрослеют так же. Старение замедляется только потом. Племянница тоже меняется с каждым годом… - Если покажу куда идти, то иностранец сразу поймет, что их сдал я. А ты представить себе не можешь, что он со мной сделает, если разозлится. Пф, уже считает будто он мой хозяин. Вздрагиваю от давления невидимых оков. Непроизвольно сжимаю кулаки, сминая ткань плаща. Лиам наверняка сказал это в переносном смысле… но от самого слова мне становится не по себе. Алариэль успокаивающе кладет свою ладонь мне на руку. Совсем не время для воспоминаний. Благо, мальчишка ничего не замечает, он перевел тему уже говоря, что Самотх показался ему жутким. Примерно к полудню вернулись Нэрих и кузнец. Человек был явно не в духе, его злой голос был слышен даже на втором этаже. Так как начался рабочий день, то присутствие Бэсемара привлекало много внимания и им пришлось вернуться. - Что здесь опять делает эта мелочь? – наемник стал еще злей, заметив Лиама. – Пацан, ты либо рассказываешь где нужный склад, либо проваливаешь. - Пускай остается сколько хочет. – то, что сказал мальчик меня немного тревожит. Если он не хочет возвращаться, то я не позволю его заставлять. - Здесь не детский сад. – Нэрих оказался рядом, схватив ребенка за руку. – И если он… Лиам постарался извернуться, но тут же раздался треск ткани. Кусок рукава зеленой рубахи остался в пальцах блондина. Боги… Рука мальчика вся в черных полосах. Сперва кажется, что это кровоточащие раны, но реальность хуже. От сгиба локтя и до вен на запястье, будто нити тянутся линии из жутких язв. Они были замотаны марлями, но из-за оторванного рукава те распустились. Гость замер, прижимая руку к груди, запоздало стараясь ее спрятать. Медленно отступая назад, он затравленно опустил голову и в следующею секунду со всех ног бросился к выходу. *** К вечеру погода испортилась. Поднявшийся ветер перегонял столбы пыли вдоль улиц из линий кирпичных стен. И без того тусклое солнце скрылось за надвигающимися черными тучами. Все попытки найти куда убежал Лиам оказались бесполезными. Мы с Нэрихом часами ходим по этим переходам, проверяя почти каждый открытый склад. Но мальчик словно исчез. Он знает эту местность слишком хорошо, нам его не найти. Наемник снова злится, но на этот раз на себя. Он действительно повел себя грубо, но ведь откуда ему было знать, что все так получится? Следы на руке нашего сбежавшего гостя – следствие попадание в организм, большого числа крови монстров. Пока мы занимались поиском, Нэрих рассказал, что это довольно распространенная проблема. Деноры, обладающие разумом, таким образом пробуют создать зависимых от себя слуг, зачастую полностью лишая рассудка жертву, обращая ее на уровень животного. Но этим делом должен заниматься не Штаб… наша работа была просто выследить зверей. Ситуация оказывается намного серьезней и опасней. Лиама необходимо найти и как можно скорее отправить в лазарет, а это задание передать дальше, уже тем самым «организациям». Начавшийся дождь прибивал к земле всю пыль и промышленный дым. Вокруг потемнело, к грохоту поездов теперь прибавился и приближающийся гром. Нужно возвращаться, предупредить о случившемся остальных. - Он упомянул, что чудовищ привел какой-то человек. – стараясь не промокнуть, иду под длинным козырьком почти вплотную к стене. – Это может быть то самое «разумное» существо? - Вполне вероятно. – Нэрих остается на дороге, совершенно не обращая внимания на погоду. – Но почему он решил протестировать эту дрянь на мальчишке, большой вопрос. Как и то, почему Лиам еще жив. Дети и подростки, конечно, хороший материал для опытов, но слишком слабы и более вероятно, что умрут. - Как ты можешь такое говорить?! - А тебя это задевает? Ты же маг, хоть и бывший. – человек недобро прищурился. – У вас разве не было в порядке вещей находить новые экспонаты, препарировать их, разбирать на части? - Ты путаешь магов и мясников. У нас никогда исследования небыли направлены на… - осекаюсь. Небыли направлены на вред? Точно? - Ты сам признавался, что изъяны в вашем обществе были чем-то «не таким». Так неужели не считалось нормой влезть в суть чего-то иного? Переделать или просто сломать, посмотреть, что из этого выйдет? Как и вы, маги, деноры экспериментируют. По сути, это ведь тоже «колдовство»… - Немного лицемерно так говорить о магах, при этом носить зачарованный кулон и печати. – чувствую, что и сам начинаю злиться. - Печати это… вынужденная мера. – он будто неосознанно сжал в кулак висящий на груди кулон в виде ромба с рожками. – Извини, я не хотел задеть тебя лично. Просто, тема с колдунами для меня… - Твой глаз. – меня посетила догадка. – С тобой что-то сделали маги в родном мире? Наемник смолк. Тишина, нарушаемая сигналами поезда и каплями воды, разбивающимися о железный навес, продлилась долго. Проклятье… зря я это сказал. Он же извинился, а я лишь усугубил ситуацию. - Вернись в лагерь. – наконец прошептал парень. – Я проверю еще вон тот переулок. - Нэрих, прости, мне не следовало… - Забудь. Я сам виноват. Меня порой заносит. – он до сих пор не отпустил украшение. – Я могу быть резким в словах, но действительно не хочу никого из вас обидеть. Ты не плохой парень и мне бы хотелось с тобой общаться. К тому же, ты очень нравишься Кузнецу. Он наш друг и если он решил, что хочет проводить с тобой время, то и… – будто что-то услышав, он резко обернулся. Теперь я и заметил быстрые шаги по мокрой пыли. С осторожностью перепрыгивая мелкие лужи, к нам подбежала Алариэль. Девочка вся промокла и успела запачкать платье. Что она тут делает?! Идущий следом Бэсемар только молча развел руками, будто говоря: «Она сама убежала». - Вы не нашли…? – встревоженно спросила племянница, скидывая с лица прилипшие светлые пряди. - Алари! Зачем ты пришла?! – тяну ее под навес, схватив за плечи. – Ты же так заболеешь! Она молчит. По лицу вижу, что хочет нам что-то сказать, но… боится? - Я знаю, как найти нужную дорогу. Лиам объяснил мне как тут ориентироваться… *** Зона складов заканчивается полусгоревшими корпусами с высокими печными трубами. Эта промышленная зона буквально город в городе. Если около лагеря, местность была рабочей – железные пути, фонари и люди, то чем дальше, тем мрачнее пейзаж. Горы мусора, разбитые стекла, стоящие на ржавых рельсах вагоны. Из редких подвалов пробивается тусклый свет свечей, в узких подворотнях мелькают силуэты. А еще много надписей на стенах с большим количеством ошибок, но печать позволят их прочитать: «Врата в ад». - Самотх ходил сюда. – прошептал Нэрих. – Считай, это его стихия. Но он ничего не нашел. Алариэль осматривает здания, словно сверяясь с невидимой картой. Она ищет определенные символы среди всех жутких угольных узоров. Какие из них верные? Девочка не хочет этого говорить. Пообещала мальчишке не выдавать секретов? Сейчас не время для таких игр! Как она сама не понимает?! Улица замыкалась длинным обрушившимся зданием в три этажа. Даже просто стоять рядом с ним неприятно. Следы гари и бессвязные надписи на стенах действительно выглядят как что-то потустороннее. Но руины не жилые. Нигде не горит свет, никто не копошится за пустыми окнами. И только тихий удивленный вздох со стороны, показывает, что здесь мы не одни. Заметить Лиама среди груды мусорных камней удалось не сразу. Мальчик сидит на дороге весь в синяках и свежих порезах. Теперь у него ободраны оба рукава и кошмарные язвы выглядят еще хуже, чем днем. Взвизгнув, Алариэль подбегает к нему, почти садясь в грязь и принимается сбивчиво говорить что-то успокаивающее. Подхожу к ним, ставя на ноги обоих. Даже знать не хочу, что можно подцепить в этой жиже из пыли, мусора и осевшего дыма. - Ри, зачем ты привела… Вам надо уйти. - Лиам в ужасе смотрит на нас, почти не моргая. – Если они вас заметят… - Сейчас уйдем, только и ты пойдешь с нами. – Нэрих опасливо косится на тьму за прогнившими воротами. - С вами…? Вы… пришли за мной? – парнишка удивленно хлопает глазами. Вдруг, в глубине руин раздался звонкий механический звук. Словно двинулась огромная шестерня и последовал скрежет металла. Подталкиваю Алари и Лиама скорее уходить. Лишь успеваю шикнуть девочке применить чары иллюзии, как раздается первый вой. Нет сомнений, это уже знакомые нам существа. Вот только сколько их? Рука тянется к клинку. Я не воин… но в случае чего, смогу защититься! Из ворот, с ревом выскочили три денора. Это были совершенно обычные особи, даже не те змеи. Двое почти тут же упали замертво от двух быстрых ударов молота Бэсемара, а третий какое-то время еще брыкался, вспоротый кинжалом Нэриха. И это все? Так просто? Оборачиваюсь, чтобы убедиться, что дети ушли достаточно далеко. Чувствую магический след заклинания скрытия. У Алариэль оно получается не очень хорошо, надеюсь, она сможет его продержать хотя бы до выхода из этого мерзкого района. Но есть и иной след… Успеваю увернуться от выпада до этого невидимого монстра. Откуда он взялся?! Слышу в стороне новый вой. Значит, подкрались не только ко мне… Скалящаяся морда-череп щелкнула зубами совсем близко. В очередной раз удается избежать укуса, когда подготовленным движением вгоняю клинок под вытянутую челюсть. Но лезвие буквально увязло, мне не хватает сил достать его. Дергаю рукоять, отойдя всего на шаг и это буквально спасает меня от удара. Второй! Второй денор. Тот, что с клинком в горле, бьет лапой мне по ноге, отчего теряю равновесие и падаю. Над головой заносится острый коготь… Я так и не смог вытащить лезвие… Рефлекторно стараюсь применить магический щит, но чувствую лишь сильную боль в руках. Монстра прибивает к земле мощным ударом молота. Бэсемар…Он легко перехватывает свое оружие, будто оно совсем ничего не весит, и замахнувшись в развороте, воин бьет и второго, отчего существо завизжав старается сбежать. Сам поднимаюсь на ноги. Впереди еще двое! Да сколько их тут?! Воин в два шага оказывается около Нэриха, помогая ему добить еще дергающихся чудовищ. Сталь шипастого молота блеснула в воздухе, обрушавшись одним ударом сразу на двух новых деноров. И все стихло. Больше никакого воя, только дождь. Нэрих крадясь подошел к воротам, прислушался. А мне нужно вытащить клинок из зверя… Глухой стук. Молот падает на землю. Бэсемар почти не двигается, но я вижу, что у него подрагивают пальцы. Что случилось? Он же не может быть ранен?! Воин резко хватается обеими руками за шлем. Рывок… Часть доспеха падает в почерневшую от крови лужу. Вижу будто в замедлении, как на узоры наплечников ложатся длинные пепельные пряди. Он эльф… Бэсемар сам в неверии смотрит на сброшенную броню. Его глаза блестят как серебро. Он красивый… На его острой скуле свежий, словно, только что затянувшийся тонкий порез. Почему он эльф…? Острые уши воина видны под распущенными волосами. Кузнец прерывисто дышит. Его тонкие губы подрагивают в неуверенной полуулыбке. Запрокинув голову назад, подставляясь под холодные капли дождя, он вдруг закричал. Торжествующий возглас, раскатившийся эхом по всей округе. Он почти свободен… Дрожащей рукой, он запускает пальцы в свои волосы, словно расчесывая их. Ему больше не будет нужен такой калека как я… Он еще немного смотрит на небо. Серебряные глаза обращаются на меня. Он улыбался, но изменился в лице, заметив мой страх… - Таинвир…? Его голос, более не приглушен металлом. Он оттолкнет! - Прости… Пожалуйста, прости. – не понимаю говорю ли это вслух. И я… сбежал. Трусливо, низко, подло… Просто сбежал. «Ты ему больше не нужен! Ему будет мерзко даже смотреть на тебя!»