Приятного чаепития

      Я знаю всех из нашего прихода, сюда я ходила уже 6й год и новые лица было не трудно заметить Никаких детей с собой они не притащили. Я быстро поздоровалась и прошла вперед. Все уже сидели на своих местах, я села на крайнюю лавку возле прохода, а эта парочка прошла дальше и заняли свободные места рядом со сценой. Отсюда я могла хорошенько их рассмотреть и составить верное впечатление. Мужчина, которого я видела утром в окне и которого я приняла за 30-летнего оказался несколько старше, но в нем сохранилась какая-то моложавость. Высокий, темноволосый. Когда я в дверях церкви поздоровалась с ним и его женой, он посмотрел на меня с какой-то едва уловимой юношеской насмешкой. Это мне не понравилось. Неужели из-за этого странного утреннего диалога глазами он успел составить обо мне мнение, что я сумасшедшая, подсматривающая за ними в окна? Меня не особо интересовало мнение соседей обо мне, да и я сама предпочитала не общаться тесно ни с кем из живущих на нашей улице, но вот этот нахальный взгляд мне что-то уж сильно пришелся не по душе. Жена его, слава Богу, не беременная, показалась слишком уж какой-то наивной по сравнению с ним. светлые локоны лежали на плечах аккуратно, губы подведены нежной розовой помадой, а на щеках был такой же розовый румянец. «Небось и зовут ее РОЗА» - подумалось мне, и я усмехнулась. Слишком уж странно смотрелись они вместе. Он был похож на коршуна, у которого под надзором был этот светловолосый птенец.       Всю службу они сидели, взявшись за руки, а после встали и подошли к «благодетельнице Сюзи» и записались в ее тетрадь. «Благодетельница Сюзи» - не какая-то организация, это наша Сюзан Лойс, которая взвалила на себя обязанности организации благотворительных ланчей по субботам, сбор пожертвований и также она записывала всех, кто хочет помочь сиротам и детям из бедных семей. Я не знакома с ней лично, но многие в нашем приходе подходили записаться на какое-то будущее мероприятие или на ярмарку. всякий раз, когда кто-то пополнял в ее тетради действующий список, от довольства собой, шея Сюзан раздувалась как у индюшки. Она кивала и трясла своей кудрявой головой пока пожимала руки своим новоиспеченным волонтерам. Также было и в этот раз с новыми соседями. Я быстро поднялась со своей скамьи, когда меня вдруг остановила моя коллега с неуместными вопросами о том, планирую ли я сдавать деньги на благотворительность от нашей компании или нет. Я открыла сумочку, протянула ей пару долларов, развернулась и направилась быстрым шагом к выходу. «Пусть пристает сперва к тем, кто получает побольше моего».       Понедельник наступит уже завтра, а из-за того, что меня в пятницу и субботу не было дома, мне пришлось решать все домашние дела уже сегодня, ведь сегодня мои выходные заканчиваются. Хоть я и из тех, кто может похвастаться, что любит свою работу, я все же была вынуждена ходить на распродажи, закупаться на рынке, а не в дорогих супермаркетах, и с момента покупки своего дома прошло уже 6 лет, а я все еще не сделала в нем ремонт. Но, несмотря на это на работе меня уважали и от меня зависело будущее компании. Ведь я была по сути первой, кого слышали клиенты, когда у них возникали вопросы юридического характера. В мои обязанности входила консультация и обработка первичных запросов и распределение по специалистам. «Да, приходите сегодня же вечером к нам на ужин» - эта фраза вывела меня из размышлений, я уже была в дверях церкви, но украдкой обернулась, чтобы посмотреть кого там Бетти Гилберт приглашает на ужин. Бетти Гилборт – швея и продавец тканей, уже стояла рядом с новыми соседями, потеснив Сюзан и вовсю перечисляла, что она планирует приготовить для гостей, который, по ее словам, «проведут голодный вечер, разбирая свои коробки с вещами». Не найдя ничего интересного в их разговоре, вышла из церкви и пошла на местный рынок.