Самолёт, который исполняет роль Отброса (временно)

Еще раз всем напоминаю, что использую для реакции перевод с RanobeLib, в частности в истории фигурируют переводы команд «LMT group», «Good_Boys — OneSecond» и «Ленивые черти». Перевод не принадлежит мне, а над главой можно найти на него ссылку. Эта история не чистая, потому что она переделывается и адаптируется под Шан Цинхуа. Именно под него, и все тут. Так же еще раз упоминаю, что в работе присутствует ООС.

***

— Надеюсь, про храмы это он пошутил? — не очень уверенно, но с некоторой степенью надежды пробормотал Чжучжи Лан. Он встречался с Шан Цинхуа всего пару раз, но они не перебросились между собой и пятью фразами. Тем не менее, тот произвел на него впечатление тихого и очень робкого человека, который не совсем понятно каким чудесным образом умудрился стать советником. Причем, советником очень талантливым, благодаря которому и финансы пошли на лад, и политика стабилизировалась, и внешние и внутренние дела секты пребывали в прекрасном состоянии. — Надейся. — неожиданно подал голос Лю Цингэ, который помнил, какой сукой может быть тот, когда кому-то хочет отомстить или ему что-то не нравится. Сколько у него головной боли было из-за того, что этот настойчивый слабак заставлял его по десятку раз переписывать его отчеты, придираясь к каждой неправильно написанной букве или закорючке. В общем, лорд пика Байчжань довольно быстро убедился, что злить того, кто отвечает за бухгалтерию и обеспечение секты, не стоит. А ведь и не пошлёшь его, так как Му Цинфан, услышав жалобу лорда пика Аньдин, может отказаться его в следующий раз лечить. И так до того момента, пока Лю Цингэ не извинится. — Мгм. — согласно кивнул Мобэй Цзюнь, который полностью был согласен. Пусть его слуга производил впечатление робкого, трусливого и слабого человечка, но в критических ситуациях тот умел брать себя в руки. А злить его точно не стоило. В общем, один раз подобное случилось, и больше повторения ледяной демон точно не хочет. Ло Бинхэ, вспомнивший этот момент, очень согласно и не менее активно закивал. Шэнь Цинцю смерил покрасневшего мужа вопросительным взглядом, но тот не собирался признавать, что тогда спасовал. Шан Цинхуа мог ощутить, как кто-то мягко похлопывает по его телу. Грубая рука вызвала мысли о руках истощенного родителя. Она была теплой (ну, у любого, кто не труп, будет теплая рука). Он не стал напрягаться, а оставался таким же спокойным и расслабленным, уже понимая, что его история началась. — Молодой Мастер, уже утро. Голос был очень глубоким. Парень мысленно хмыкнул, после чего открыл свои глаза. Вместо яркого солнечного света, проникающего через окно, чтобы согреть его, когда он только проснулся, Шан Цинхуа увидел стоящего рядом старика с удовлетворенным выражением лица. — Вот он вроде мило улыбается, а меня дрожь пробирает. — нервно сообщила им Ци Цинци. Не прост старик, ой как не прост. Ша Хуалин покосилась на нее, решив не сообщать той, что та иногда делает абсолютно также. Остальные были вынуждены согласиться с этими словами, потому что некомфортно стало даже демонам. А это уже показатель. — Удивительно, что вы проснулись лишь после первой попытки. — А? — Мастер желает трапезничать с Молодым Мастером, как это было когда-то давно. Похоже, сегодня это станет возможным. Шан Цинхуа увидел зеркало за плечом старика. В нем отражался красноволосый молодой человек, который, казалось, был немного смущен, видя самого себя. «О, так значит этот парень — я». — О, так вот что имели ввиду под его нынешним телом. — пробормотал Юэ Цинъюань, внимательно рассматривая новую внешность Шан Цинхуа. Тот был действительно красивым и ярким, хотя на его вкус Шэнь Цинцю все равно был красивее. Он покосился на лорда пика Цин Цзин, который старательно обмахивался своим веером, абсолютно игнорируя его взгляд. — Интересно, будет ли его душа оказывать какое-либо влияние на нынешнее тело? — восхищенно протянул Му Цинфан, отчаянно жалея, что не может оказаться там, чтобы из первых рядов понаблюдать за всеми изменениями. Сколько же интересной информации он пропустит… Впрочем, когда Шан-шисюн* вернется, у него будет возможность заняться им. Было бы неплохо проверить, что с его здоровьем действительно все в порядке. В конце концов, искажение ци — страшная вещь. — Я займусь тем, что лично проконтролирую его приход. — обещает Мобэй Цзюнь. Ло Бинхэ смотрит на своего мужа, который поглощен какими-то своими мыслями, что ему совершенно не нравится. Полудемону даже хочется выхватить Синь Мо и добраться до заклинателя, чтобы… Чтобы что? Честно говоря, он не хочет расстраивать шицзуня. К тому же, еще меньше он хочет знать, что сделает с ним его генерал, если о чем-то подобном узнает. Пожалуй, вполне достаточно будет и того, что он полностью игнорирует лорда пика Аньдин, если не затрагиваются сугубо рабочие вопросы. Ци Цинци прищелкивает языком, немного жалея, что это парень. Если бы у них на пике была девушка с такой яркой и красивой внешностью… С таким лицом любой наряд подойдет. — Молодой Мастер Кэйл? Шан Цинхуа обернулся к источнику беспокойного голоса, чтобы найти старика, похожего на слугу, который внимательно смотрел на него. Но этот старик волновал парня сейчас меньше всего. Он ведь ясно расслышал это. Молодой Мастер Кэйл. Это имя было знакомо. Парень медленно произнес его: — Кэйл Хэнитьюз? Старый слуга смотрел на него так, словно смотрел на своего внука. — Да, это Ваше имя, Молодой Мастер. Я предполагаю, что Вы все еще немного пьяны. — Часто ли случается то, что этот… Кэйл пьет, учитывая, что слуги совсем не удивлены? — озадаченно спрашивает Ша Хуалин, вопросительно вскидывая брови. — Возможно? — предполагает Ци Цинци, лишь пожимая плечами. — Но предполагаю, что как минимум не меньше четырех раз в неделю. — Неужели это совсем не оказывает на его организм никакого влияния? — заинтересовался Тяньлан Цзюнь. Ну, не то чтобы его интересовали люди, но если судить по тому, как себя ведет этот довольно жуткий старик, то Кэйл довольно часто пьет и просыпается пьяным. Старика это совершенно никак не волнует, если не учитывать чисто внешнюю взволнованность. — Ну, дело может быть как в очень крепком здоровье, так и в том, что он еще очень молод. Хотя я все равно не советовал бы ему злоупотреблять алкоголем. — неодобрительно покачал головой Му Цинфан, досадливо поджав губы. — Вот бы исследовать его организм… Заодно и подлечить можно. Прислушиваясь к словам старика, парень, естественно, думал об имени, которое было даже более важным, чем имя «Кэйл Хэнитьюз»… -… Бикрокс… — Вы говорите о моем сыне? -… Шеф. — Да, мой сын — шеф-повар. Вам нужно, чтобы он сделал что-нибудь от Вашего похмелья? — Кто такой шеф-повар? — заинтересовался Ло Бинхэ незнакомым словом. — Это очень хороший повар, самый главный человек на кухне. — вежливо пояснил женский голос, когда понял, что Шэнь Цинцю своими знаниями делиться не собирается. Ну, в принципе, это было не удивительно, учитывая, что он скрывал свою личность переселенца. Лорд пика Аньдин ощутил, что вокруг все потемнело, у него началось головокружение. Он опустил голову, положив ее себе на руку. Молодой человек посмотрел на красные волосы, которые падали перед его лицом. Это был ярко-красный цвет, сильно отличающийся от его оригинальных каштановых волос. Кэйл Хэнитьюз. Бикрокс. Отец Бикрокса, Рон. Ну, он не сомневался, что оказался в мире романа «Рождение героя», потому что Яма не стал бы его обманывать. Не стал бы, потому что прекрасно знает, каким может быть Шан Цинхуа в гневе. Однако эти персонажи появлялись вместе только в самом начале новеллы, которую он не только читал, но и немного помогал (первые два тома) в написании идеями, прежде чем оказался здесь. «Да что не так с романами, к которым ты так или иначе оказываешься причастен?!» — мысленно завопил Шэнь Цинцю, очень желая, чтобы Самолёт был рядом. Честное слово, он его стукнет всего лишь один раз. Один раз, он клянется! — «Стоп. Или проблема в тебе?» — Ты в порядке, шицзунь? — взволнованно спросил Ло Бинхэ, наблюдая за тем, как его муж сурово хмурится и почти до побелевших костяшек сжимает веер в руке. — Все в порядке. — сквозь зубы пробормотал лорд пика Цин Цзин, мысленно считая от нуля до десяти и от десяти до нуля. Наконец, он немного успокоился. Остальные, даже если и видели, что он не в порядке, мудро решили не комментировать это. Он тряхнул головой и огляделся вокруг. Заклинатель мог видеть спальню, которая полностью отличалась от его дома на пике или даже во дворце его короля. Она навевала мысли о Европе. Каждая вещь в комнате была чрезвычайно экстравагантной и роскошной. Да одна только мебель стоит больше, чем пять годовых бюджета их секты… Шан Цинхуа почувствовал, как у него начала побаливать голова. Серьезно, если бы хотя бы четверть этих денег ежегодно оказывалась в Цан Цюн, у их секты никогда бы не было бы финансовых проблем! Как много финансовых дыр удалось бы заткнуть… - Почему у меня складывается впечатление, что он готов продать здесь все, если по возвращению ему больше не придется сталкиваться с какими-либо долгами секты? - Секты, в которой он официально больше даже не состоит. - Но пять годовых бюджетов? Серьезно? — Молодой Мастер? Мужчина, которого звали Рон. Это старик довольно умело притворялся обеспокоенным и встревоженным, но заклинатель знал его истинную суть. — Ну, не зря он мне показался таким жутким. — не могла не сказать Ци Цинци. Обычно именно она была той, кого все опасались. Однако, этот старик пусть и выглядел обычно, если не считать его одежды, пугал одним появлением. Интересно, у него демонов в роду не водилось? Она бы не удивилась, если бы это было так. Пусть она этого не знала, но с главой пика Сянь Шу сейчас были согласны почти все. — Холодная вода. — Простите? Ему нужно было что-то, чтобы дать себе небольшой перерыв. Он решил отослать Рона, чтобы собраться с мыслями. «Я выгляжу нормально. Вероятно, Кэйл еще не был избит до состояния отбивной главным героем». Его новое лицо было действительно красивым. «Это все, что тебя сейчас волнует?!» — ядовито протянул про себя Шэнь Цинцю, подумав, что профилактические подзатыльники Самолёту точно не помешают. Определенно. Мобэй Цзюнь нахмурился, не понимая, почему его слуга так подчеркнул этот пункт. Его человечек всегда был красивым, пусть и не обладал такими яркими волосами. Ледяной демон примет его любым, поэтому его слуге не нужно так сильно полагаться на свою внешность. Не то чтобы он и раньше на свою внешность жаловался (ладно, он жаловался), но сейчас, наверное, он был даже красивее брата Огурца. Интересно, если бы они встали рядом, то кто бы в итоге победил по внешности? Ну, по яркости — определенно Кейл, а вот по красоте… Хм… Кэйл Хэнитьюз. Ничтожество, которое было избито до полусмерти главным героем в начале новеллы «Рождение Героя». Это был он. «Везет тебе на второстепенных персонажей…» — мысленно хихикнул Шэнь Цинцю, покачав головой. — «И почему ты вообще хочешь помериться со мной красотой?» — Молодой Мастер, я полагаю, Вы не хотите купаться в холодной воде. Вы просите питьевой воды? Шан Цинхуа посмотрел на Рона. Тот может сколько угодно притворяться доброжелательным стариком, но на самом деле он скрывал свою истинную личность жестокого и порочного человека. — Может, он темный заклинатель? — Так сказали же, что в этом мире нет заклинателей… — с сомнением покачал головой Лю Цингэ, который все же успокоился и взял себя в руки. — Демон-полукровка? — Совсем не похож, да и метки у него нет… — фыркнула Ша Хуалин. — К тому же, если там нет заклинателей, то откуда демоны? — Тогда он просто… Убийца? — Убийца. — Пожалуйста, принеси мне немного питьевой воды. Ну, ему не столько нужно было выпить холодной воды, сколько выиграть время, чтобы остаться в одиночестве. — Я немедленно все устрою. — Прими мою благодарность. Рон вздрогнул, и на мгновение у него появилось странное выражение лица, но лорд пика Аньдин этого не заметил. — Судя по всему, настоящий Кэйл его никогда не благодарил. — весело заметил Му Цинфан, поняв, как его шисюн довольно быстро прокололся. Впрочем, учитывая, какое положение занимает пик Аньдин среди остальных, было бы странно, если бы он сразу научился вести себя как богатый и, судя по всему, избалованный мастер. — Неведение блаженно. — согласно кивнул Тяньлан Цзюнь, с настоящим интересом думая над тем, что они увидят дальше. Ну, наконец-то за сотни лет его жизни его достойно развлекут. Рон должен был покинуть спальню, поскольку в комнате была только теплая вода. Когда же он остался в одиночестве, Шан Цинхуа облегченно вздохнул и встал с кровати, чтобы направиться в ванную. Он хотел поговорить с <*цензура*>, чтобы точно убедиться, что у него действительно нет никаких ограничений. В ванной было зеркало во весь рост. Заклинатель задумчиво посмотрел на себя. Честно говоря, ему не нравились его ярко-красные волосы. В конце-то концов, с такими было трудно затеряться, поэтому с большой вероятностью его быстро начнут узнавать. — Итак, я не понял, он в итоге рад или нет своей внешности? — озадачился Ло Бинхэ. Шэнь Цинцю на это лишь пожал плечами, потому что тоже не мог отследить особую логику в размышлениях Самолёта. Сначала внешности радуется, а теперь недоволен. — Он ведет себя как моя сестра, когда не может выбрать наряд. — задумчиво поделился своими наблюдениями Лю Цингэ, который все сильнее и сильнее втягивался в происходящее. — Большинство девушек ведет себя таким образом. — согласилась Ша Хуалин, которая обожала выбирать одежду, которая подчеркивала все достоинства ее фигуры. Правда, иногда выбор был крайне сложным, но итоговый результат стоил всех усилий. — Женщины… — согласился Тяньлан Цзюнь, явно вспомнив что-то свое. Потом поймал пристальный взгляд Ци Цинци и предпочел притвориться, что ничего не видит и не слышат. Чжучжи Лан робко улыбнулся заклинательнице, после чего отвернулся. — Эй, <*цензура*>. — тихо позвал он, скрещивая руки на груди. Он напряженно притоптывал ногой, ожидая. Однако, ничего не произошло. Лорд пика Аньдин позвал ее еще несколько раз, но та вообще никак не отреагировала. Видимо, осталась в его мире. И слава Богу Смерти, потому что он совершенно не хотел взаимодействовать с <*цензура*>. После этого, успокоив себя, он стал обдумывать ситуацию, в которой оказался. Теперь он окончательно убедился, что он действительно стал Кейлом Хэнитьюзом. Вообще, Яма просто сказал ему, что он окажется в этой новелле, и дал еще раз прочитать все пять томов, которые он читал раньше, но тот никогда не упоминал, в какого именно персонажа угодит Шан Цинхуа. Кэйл был второстепенным злодеем-пушечным мясом в романе «Рождение Героя, который славился своим качественным описанием внешнего мира и вида каждого персонажа. Хм… «Как сильно отличается от твоего, верно, Самолёт?!» — мрачно фыркнул лорд пика Цин Цзин, вспомнив многострадальные свои нервы, потраченные на роман «Путь Гордого Бессмертного Демона». Даже удивительно, что кто-то, кто написал такую низкопробную новеллу, полную сюжетных дыр и ужасающего количества папапа**, в итоге также каким-то образом был причастен к такому, судя по всему, довольно неплохому роману. Честно говоря, Самолёт хотел бы, чтобы его брат Огурец прочел этот роман. Учитывая, насколько сильно он любит проработанные миры, где следят за каждой деталью, не оставляя практически никаких сюжетных дыр, он был бы в восторге. Наверное, ему потом нужно будет попросить Бога Смерти отдать ему все тома этой новеллы с собой, чтобы задобрить Шэнь Цинцю насчет своей пропажи. Все-таки, бьет он веером больно, а заклинатель абсолютно не переносил любую боль. — Ты его больше не трогаешь. — требует Мобэй Цзюнь, пристально наблюдая за консортом Шэнем. Ло Бинхэ тут же взвивается, крича: — Как ты смеешь… — Шан Цинхуа не любит, когда его бьют. — твердо продолжает ледяной демон, сурово хмурясь и совершенно игнорируя все то, что говорит его начальник. — Ты его не трогаешь. — Я… я постараюсь. — выдавил заклинатель, дергая мужа за руку, чтобы успокоить его. Честно говоря, Шэнь Цинцю понимает, что заслужил такие слова в свою сторону. В нем между собой борются раздражение и вина, но он абсолютно отказывается об этом думать. Именно поэтому его совершенно не устраивали события, которые должны были произойти с его телом в дальнейшем. «Будет ли все так, как происходило в новелле?» — задумался про себя заклинатель, прикусив нижнюю губу. Впрочем, лорд пика Аньдин не видел особых причин паниковать раньше времени. Раз уж он может делать здесь все, что угодно, значит для него не составит никакого труда повернуть главного героя на правильный путь, чтобы спасти этот мир. Сам он, разумеется, собирался оставаться бездельником и совершенно ничего не делать. Раз возможность отпуска сама плывет к нему в руки, то каким идиотом он будет, если ей не воспользуется? — Учитывая его трудоголизм, я сомневаюсь, что он протянет долго… — с сомнением говорит Му Цинфан, с чем Юэ Цинъюань полностью соглашается. Пусть в этом была достаточно большая доля его вины и вины других глав пиков, так как они постоянно перекладывали на него всю работу, которую не хотели делать сами. — Он может попробовать. — встает на его сторону Чжучжи Лан, хотя сам немного сомневается. — Вдруг, у него все же выйдет. — Он найдет работу везде, куда бы не пошел. — сурово отрезала Ци Цинци, закатив глаза. — Даже если будет искренне считать, что ничем таким не занимается. Те, кто хорошо знали шатена, вынуждены были с этим согласиться. Шан Цинхуа начал вспоминать содержание первого тома. [Рождение Героя.] Эта новелла была о рождении героев на Западном и Восточном континентах, а также их испытаниях и росте. Главным героем был кореец, хотя автором был иностранец, если судить по его имени — Нелан Барроу. Даже заклинатель не был уверен, почему иностранец писал именно про корейца, но факт оставался фактом. Главный герой был студентом, которого перенесло в мир, едва мальчишка поступил в старшую школу. Кроме того, его продолжительность жизни сравнялась с таковой у дракона, что сделало его почти нестареющим. — В этом мире есть драконы? — у молодых демонов вспыхивают глаза, потому что они очень хотят подраться с ними. Интересно, кто из них будет сильнее? Даже Тяньлан Цзюнь заинтересованно подается вперед. «А я удивлен, что ты действительно все помнишь в почти полностью чужой работе, хотя в своей же допустил кучу нелогических поворотов и сюжетных дыр». — хмыкает про себя лорд пика Цин Цзин. — Но, по крайней мере, память у тебя довольно хорошая. Видимо, именно из-за тридцати пяти лет ты забыл большую часть того, что мог бы помнить, если бы попал во взрослое тело, как я. — А если это другой мир, значит ли это, что там лечат совсем иначе? О, как бы я хотел оказаться там и посмотреть… — восторженно пробормотал себе под нос Му Цинфан, сияя таким нездоровым энтузиазмом, что от него отодвинулся даже Лю Цингэ, который в принципе ничего и никогда не боялся. "…Даже не знаю, что сказать по этому поводу…" — устало подумал про себя лорд пика Аньдин, массируя виски. Он не хотел быть избитым таким человеком. Ну, в любом случае, эта безумная ситуация еще не произошла. Шан Цинхуа оторвал взгляд от зеркала и шагнул в ванну, наполненную теплой водой. Он облокотился на край ванной и посмотрел в потолок. Это был дорогой мрамор, описанный в новелле. Поместье, в котором жил Кэйл, было действительно отделано мрамором. Вот уж точно, бедным не понять причуд богатых. Юноша стал бормотать, глядя на потолок. — Сколько денег удасться выручить, если все это продать?.. — Почему он в такой ситуации вообще думает про деньги? — спрашивает Ци Цинци. — Душа финансиста… — туманно отзывается Шэнь Цинцю, пряча за веером подергивающиеся губы. Шан Цинхуа действительно не понимал, зачем кому-то столько дорогих вещей, на которые даже дышать страшно. Это полностью отличалось от обеих его жизней, когда он был Шан Хуа. Даже в секте Цан Цюн, которая была одной из лучших, если не лучшей, сект во всем мире, все равно не было столько дорогих вещей. Вероятно, даже у его короля или лорда Ло Бинхэ вместе взятых тоже никогда не было хотя бы четверти таких сокровищ. Так что еще раз, зачем кому-то столько бессмысленно дорогих вещей? — Если так подумать… сколько вот ЭТО все может стоить? — неловко спрашивает Юэ Цинъюань, но ему никто не отвечает. Возможно, потому, что всем очень страшно узнать итоговую сумму. Ну, в любом случае, он еще успеет с этим разобраться. Пока же заклинатель собирался подумать о своей ситуации. Он полностью ненавидел саму мысль о смерти или боли. В первой жизни он стал сиротой после того, как оба его родителя скончались в автомобильной аварии, когда ему не было и пяти. Детский дом, если честно, не самое приятное место. Ну, честно говоря, он преуменьшает, но кто его осудит? Лорду пика Аньдин не нравились боль или смерть. Впрочем, если быть честным до конца, то кому они в принципе понравятся? Ну, разве что мазохистам или суицидникам, кем, к счастью, он не являлся. Если для того, чтобы жить, он должен был пресмыкаться, обманывать и преступать через себя, а также, возможно, даже валяться в дерьме, Шан Цинхуа сделает подобное без раздумий. Это все равно лучше, чем быть мертвым. — Если так подумать… — Он действительно живет по этому принципу. — кивает головой Мобэй, но не чувствует злости. Пусть поначалу он и боялся того, что заклинатель его предаст, учитывая, как легко тот переметнулся на другую сторону, но сейчас, после того, как они вместе прошли всевозможные испытания, ледяной демон точно уверен в одном. Его лорд пика Аньдин не предаст никогда и ни за что. И нельзя сказать, что ему подобное не нравится. Шан Цинхуа не гордый идиот, который ради своих принципов пойдет даже на смерть. И никто не имеет права его осуждать. — По этой причине мне нужно сначала убедиться, что меня не изобьют. Заклинатель не знал, в какой день в новелле это должно было произойти, но он был уверен, что еще не встречался с главным героем. Причина была проста. — У меня еще нет шрама на боку. Кэйл Хэнитьюз, ничтожество семьи графа Хэнитьюз. За несколько дней до встречи с главным героем Кэйл перепил и устроил форменный переполох. Он бросался во всех вещами, пока не получил осколком в бок. Рана была глубокая, что привело к появлению шрама. Какой интересный персонаж. Он получил рану не оттого, что сразился с кем-то, а потому, что по пьяни закатил истерику на тему того, что алкоголь не слишком хорошего качества. Кэйл встретил главного героя после того, как заработал этот шрам, и после короткой беседы его избили до полусмерти. — Что нужно сказать, чтобы тебя избили после короткой беседы? — А какая разница? Что бы человек не сказал, избивать его не вариант. — раздраженно фыркнул Шэнь Цинцю, недовольно нахмурившись. С этим многие не согласились, потому что иногда избить человека — единственный вариант, чтобы тот отказался от своих принципов и держал грязный язык за зубами. — М-м-м… Лорд пика Аньдин скрестил руки на груди и погрузился в раздумья. Он не знал, что случилось с Кэйлом после его избиения в первом томе, потому что в дальнейших пяти он совершенно не фигурировал. В конце концов, новелла велась от лица Чхве Хана, который переживает множество роковых встреч и преодолевает множество испытаний, чтобы стать героем вместе с членами своей команды. Так как главный герой никогда больше не сталкивался с Кейлом и не интересовался его судьбой, то и упоминаний, конечно, о нем не должно было быть. Однако, Шан Цинхуа, как идейный вдохновитель первых двух томов, знал, что одна сцена в итоговый роман так и не попала, оставшись в черновиках. В ней Рон как-то обмолвился Чхве Хану, что отец Кэйла, граф Дерут Хэнитьюз, созвал для него множество целителей и истратил огромное количество зелий исцеления, чтобы его старший сын мог восстановить свое здоровье и жить спокойно. — Исцеляющие зелья… — благоговейно пробормотал Му Цинфан. Ему очень хотелось заполучить хотя бы одно, чтобы узнать его состав. Даже если он не сможет найти здесь нужные ингредиенты, он может поискать аналоги. К тому же, ему очень хочется узнать, отличаются ли зелья, и если отличаются, то насколько именно. Так вот, роман велся от лица главного героя. Скоро должна была начаться эпоха, когда тот докажет, что является героем. Королевство Роан, в котором сейчас живет Кэйл, а также многие другие места на Западном и Восточном континентах, будут поглощены войной. Это действительно станет временем для героев, когда они смогут проявить весь свой недюжинный потенциал. — Подождите, война? — недоверчиво уточнил лорд пика Цин Цзин, на секунду задумавшись, что ему послышалось. Однако, судя по всему, это было не так. — Какая война? — Судя по тому, что Шан Цинхуа попросили спасти этот мир, не знаю уж какая, но она едва ли закончится каким-то хорошим итогом. — хмыкнул Тяньлан Цзюнь. Учитывая его многовековый опыт, ему поверили. Тот вообще редко ошибался в своих предположениях. — Надеюсь, с Шан-шиди все будет в порядке… — поджал губы Юэ Цинъюань, вздохнув. — Так он же вроде не собирается вмешиваться. — напомнила им Ша Хуалин. — Учитывая его трудоголизм… — слишком недоверчиво покачал головой Му Цинфан, вспомнив, что сбился со счета, сколько раз лечил Шан Цинхуа после переутомления или заставлял его прервать работу и пойти просто поспать. Вероятность того, что лорд пика Аньдин, действительно ни во что не вмешается, стремилась к нулю. Шан Цинхуа, человек, который принял на себя роль Кэйла, нахмурился. Раз он все равно мог делать все, что захочет, то у него уже сформировался идеальный план своего будущего отпуска. Жизнь без боли. Наслаждение маленькими радостями жизни. Жить мирной жизнью. Ну, по крайней мере, даже если он немного сломает канон, ему точно не стоит опасаться за свою задницу, как его брату Огурцу. В конце концов, в этом романе не было ни капли романтики. «Какого хрена, Самолёт?! Почему ты упоминаешь меня в таком контексте?!» — яростно закричал про себя Шэнь Цинцю, стоически игнорируя чужие взгляды.

Примечания автора:

*Шисюн — старший брат. Если я правильно помню, Му Цинфан младше Шан Цинхуа, поэтому он для него старший брат. **Папапа — это китайская аналогия на секс.