Самолёт, который исполняет роль Отброса (временно)

Шэнь Цзю, то есть оригинального Шэнь Цинцю нежно люблю и ему очень сочувствую. Разумеется, он не белый и пушистый персонаж, а та еще сука, но, по крайней мере, он определенно не заслужил все то, что в итоге Ло Бинхэ заставил его пережить. Мне хочется, чтобы у него была более счастливая жизнь. Именно поэтому он, как и некоторые остальные герои оригинальной истории «Путь Гордого Бессмертного Демона», появятся в этой работе. Правда, не скажу, в каком именно ключе, но вы можете попытаться это угадать.

***

Внезапно, экран выключился, а комната посветлела. Женский голос, который они слышали в самом начале, спросил: — Кто-нибудь хочет сделать небольшой перерыв? Однако, они лишь покачали головой, потому что всем не терпелось узнать, что будет дальше. А перерыв можно сделать и потом. Му Цинфан попытался напомнить, что дальше будет еще интереснее, а значит, скорее всего, тогда им еще меньше захочется останавливать просмотр, но его не послушали. Методом большинства голосов решили продолжить. — И не говорите потом, что я вас не предупреждал… — пробормотал себе под нос глава пика Цян Цао, вздыхая. Сегодня был крайне важный день. Разумеется, Шан Цинхуа немного нервничал. А как ему не нервничать, когда он встретит человека, который по своей силе легко может посоперничать с Лю Цингэ? Заклинатель имел полное право считать, что с подобными сильными людьми ему нужно быть максимально осторожным. Тем не менее, он все еще планировал встретиться с тем, кто должен был избить его в оригинале. — Он мазохист? — подозрительно спросил Ло Бинхэ, не совсем понимая логику лучшего друга его мужа. Нет, конечно, он слышал о том, что это какой-то хитрый план Шан Цинхуа, но от этого понятнее происходящее не становится. В частности, какой идиот вообще попрется на встречу к тому, кто его может избить? — Нет. — качает головой Шэнь Цинцю, а потом косится на слегка удивленного Мобэй Цзюня и поправляется. — Ну, я надеюсь, что нет. Ло Бинхэ начинает переживать, не заразит ли этот Шан Цинхуа его шицзуня. Разумеется, для начала он решил начать с легкого завтрака, ограничившись воздушным омлетом и сладкими фруктами. Если бы не Рон, который принес ему кислый лимонад, то все было бы просто замечательно. Однако, дворецкий, будто чуял, что лорд пика Аньдин совершенно не хочет с ним пересекаться, что, вероятно, так и было, нарезал вокруг него круги с упрямством, достойным лучшего применения. — Этот старик действительно пугает. — бурчит Ци Цинци, морщась. Серьезно, если кто-то увидит ночью это улыбающееся морщинистое лицо, то кто-то точно сердечный приступ схватит. И глава пика Сянь Шу предполагает, что от этого не сможет уберечься и заклинатель. Пожалуй, она еще никогда так не радовалась тому, что их разделяют разные миры. Так, по крайней мере, Рон к ним точно не попадет. — Он всех пугает. — успокаивает ее Ша Хуалин. Тяньлан Цзюнь хочет возразить, заявив, что Повелителя демонов в принципе никто напугать не может, но почему-то так и не решается это сделать. — Ммм, сынок… Я слышал, что ты вчера заснул в своем кабинете. — Да, это случилось. — небрежно ответил Шан Цинхуа, потому что он довольно часто засыпал в своем кабинете, когда разбирался с бесконечными бумагами, которые, казалось, действительно размножались почкованием. Он бросил на Дерута короткий взгляд, проверяя, как тот отреагировал на подобное, но тому, казалось, было все равно. — Тогда… гм, надеюсь, у тебя ничего не болит. «Какой неловкий семейный разговор…» — Да, действительно неловко. — соглашается Юэ Цинъюань, вспоминая, как в прошлом смотрел на А-Цзю. Интересно, тогда он тоже выглядел крайне глупо, когда шатался вокруг, как неприкаянный дух, но так и не решался толком завести разговор? Если бы он спросил других пиковых лордов, то они с удовольствием ответили бы, что да. И лидер секты Цан Цюн наверняка бы много раз краснел от стыда. Так как у заклинателя был самый легкий завтрак, тот закончил первым и встал. Вероятно, если бы это был кто-то другой, подобное отношение к остальной семье можно было посчитать страшной грубостью. Однако, Кэйл делал такое постоянно, но никто еще ни разу ему ничего не сказал. Услышав шум отодвигаемого стула, все уставились на него. Однако, их взгляды не были враждебными, а просто… странными. — Я так и не понял, у них плохие отношения со старшим сыном или все-таки нет? — недоумевает Лю Цингэ, потому что не видит в их взглядах какой-то сильной неприязни. Это просто… странно. — В книге сказано, что плохие. — напоминает Шэнь Цинцю, вспоминая все то, что говорил Самолёт. — Что-то мне подсказывает, что эта книга в чем-то нагло пиз… кхм, обманывает. — в последний момент исправляется Ша Хуалин. — Да, обманывает. С этим никто не спорит. — Я уйду первым. Это было явным нарушением этикета, но отец Кэйла, кажется, готов был сыну это простить. Если так подумать, то лорду пика Аньдин было трудно представить, что должно произойти, чтобы тот разозлился на Кэйла. Граф, кажется, просто радовался тому, что его сын все съел. Хм… Если так подумать… Дерут очень сильно походил на Юэ Цинъюаня. «Я бы, пожалуй, обошелся бы без такого сравнения…» — лидер секты старается не краснеть под чужими пристальными взглядами. Видимо, всем интересно, что тот имеет в виду. Он почти уверен, что Шан-шиди ничего особенно хорошего про него не подумает. «Довольно интересная ассоциация…» — задумчиво щурится лорд пика Цин Цзин, старательно обмахивая себя веером и выстраивая новую версию отношений в этой семье. Если это сравнение верно, то значит ли, что Дерут, как и Юэ Цинъюань в свое время как-то серьезно накосячил перед сыном, вот и не решается ничего предпринять? Подождите-ка… Шан Цинхуа подозрительно уставился на Дерута, внимательно вглядываясь в него. Но тот выглядел просто довольным и спокойным. У графа вроде нет выражения лица побитого щенка, которого незаслуженно пнули. Да и не смотрел он на Кэйла так, как Юэ Цинъюань в свое время смотрел на оригинального Шэнь Цинцю. — Что? Оригинального? Что это значит? — лидер секты Цан Цюн вскакивает с места, пристально посмотрев на Огурца, чью нервозность выдают лишь еле заметно подергивающиеся пальцы. Тот смотрит в ответ абсолютно невозмутимо и лишь пожимает плечами, хотя внутри сильно паникует и ругается. — Шицзунь? — вопросительно спрашивает Ло Бинхэ, наклоняясь к учителю, но тот совершенно отказывается смотреть на него. Шэнь Цинцю мысленно плачет горючими слезами, представляя, какая реакция его ждет, когда все раскроется. Нет уж, лучше до конца делать вид, что он совершенно ничего не знает. — Имеется в виду персонаж из романа «Путь Гордого Бессмертного Демона». — неожиданно приходит на выручку женский голос. — Так как господин Шан вложил в свое творчество достаточно энергии жизни, то этот мир ожил. Более того, господин Шан позволил этому миру жить самостоятельно, взяв на себя последствия Небесного закона. — Что это значит? — тихо спрашивает Мобэй Цзюнь, сурово поджимая губы. Он волнуется за своего маленького слугу. Ему не нравится, как это все звучит, потому что… Потому что это кажется слишком опасным для его слабого и хрупкого Цинхуа. — Это значит, что в вашем мире изначально был прописан конец тотального уничтожения. Грубо говоря, в этом мире изначально не должно было остаться ни капли жизни. — мягкий голос говорит об этом так, будто обсуждает прогулку и погоду. А у остальных от этого волосы встают дыбом. Особенно от Шэнь Цинцю. — Не думайте, что господин Шан жестокий Бог. Он не знал, что мир оживет, однако, попав сюда, он нашел способ, как его спасти. Вы не знаете этого, но господин Шан гораздо могущественнее, чем вы думаете. — Он… Какой он Бог? — тихо спрашивает лорд пика Цин Цзин. — Бог равновесия и созидания. — тихо шепчет голос, после чего говорит еще кое-что, прежде чем окончательно затихнуть. — Он и правда сделал все, чтобы ваш мир не был разрушен. Гм… Ладно, заклинатель решил подумать об этом чуть позже. Они все еще слишком шокированы услышанным, чтобы обратить на это внимание. — Конечно, удачного дня тебе. — Спасибо. И вам тоже. — Лорд пика Аньдин собирался уйти, потому что у него сегодня и правда было очень много дел. Однако, Дерут внезапно остановил его, задав весьма неожиданный вопрос: — Сегодня тебе не нужно денег на карманные расходы? — Еще денег?! — оживает Ци Цинци, потому что искренне считала, что на вчерашней сумме… ей даже страшно вспомнить, сколько это, все остановится. Но тут этот граф, как ни в чем не бывало, предлагает еще денег. — Знаете, возможно, было бы неплохо выйти за него замуж… — задумчиво тянет Ша Хуалин, потому что… ну, деньги! Очень, очень, очень много денег! И плевать, что он слабый и ничем особо не примечательный человек. — Так он же женат. — тихо напомнил Чжучжи Лан, а потом понял, что сморозил, потому что демонесса как ни в чем не бывало отмахнулась: — Ничего, один раз вдовцом побыл. И второй побудет. Остальные переглянулись, но были вынуждены признать, что ради ТАКИХ денег можно было бы выйти замуж за кого угодно. На миг Шан Цинхуа подумал, что ослышался. Сколько именно денег было у этой семьи, если Дерут, дав ему вчера десять миллионов галлонов, сегодня спрашивал, не нужно ли ему еще?! И чем таким занимался Кэйл, если ему нужно столько денег?! В голову лезли предположения только про азартные игры, потому что, даже если бы Кэйл пил вино бочками, просадить за одни сутки ТАКУЮ сумму он точно не мог. — Кстати, да. А куда он раньше девал эту сумму? — интересуется Юэ Цинъюань, озадаченно хмурясь. Эти деньги явно очень большие. — Ну, как вероятность, действительно азартные игры. — согласился Му Цинфан, поморщившись. — Все-таки, я сомневаюсь, что он эти деньги куда-то клал, чтобы копить. Однако, лорд пика Аньдин не мог возразить, поэтому только тихо сказал: — …Да, если хочешь… Он надеялся, что это не будет та сумма, которая вызовет у него сердечный приступ. Если так подумать… Возможно, ему все-таки стоило уточнить размер этого «немного» заранее? — Ага. — Да. — Определенно стоило. Все-таки, это была семья с действительно большим достатком. Шан Цинхуа попытался не выдавать свой внутренний ужас, поэтому просто улыбнулся, услышав, что отец отправит ему пособие через Ганса, и ушел. Он хотел поблагодарить, честно, но опасался, что это может вызвать совершенно ненужные вопросы. Он и так видел, как Басен, как и Виолан с Лили, пристально наблюдают за ним, поэтому решил поступить мудрее и просто уйти. Заклинатель вышел в коридор и увидел Рона, который последовал за ним, и жестом остановил слугу. Тяньлан Цзюнь все сильнее начал уважать этого человека, потому что напугать Повелителя Демонов не каждому под силу. Тот явно может собой гордиться, даже если об этом не знает. — Рон. Я выйду. Не ищи меня. «Не ищи меня». Это был код Кэйла, благодаря которому Рон понимал, что подопечный собирается отправиться в поместье, расположенное на окраине города, чтобы выпить. Каждый раз, когда юноша так поступал, Рон просто улыбался и просил его совершить безопасную прогулку. — Вы сегодня не пойдете на учёбу? Рон полностью отошел от привычного сценария и решил задать вопрос, который лорд пика Аньдин ожидал, но все-таки надеялся, что тот не прозвучит. — Почему? — спросил Лю Цингэ. Остальные тоже вопросительно посмотрели на экран, потому что тоже совершенно не понимали. Шан Цинхуа предполагал, что если Кэйл каждый день ходил пить и играть, то тот совершенно не учился. То есть от слова совсем. Он, вероятно, даже не ходил в кабинет все те десять лет, о которых вчера упомянул Ганс. Так что, вероятно, своим вчерашним походом туда, он разбудил у Рона и, возможно, у остальной части семьи Кэйла, надежду, что Кэйл повзрослел и решил наконец-то вернуться к обучению. — Это был не Кэйл. — Но они же об этом не знают. — Да, и вот это-то и грустно! Заклинателю было крайне неловко разрушать чужие надежды, однако он сделал надменное лицо и фыркнул: — Рон, я не думаю, что тебя это должно волновать. -… Я понимаю, Молодой Мастер. Я буду ждать Вас. Ну вот, теперь лорд пика Аньдин чувствует себя еще хуже… Крайне виноватое лицо Шан Цинхуа веселило. Тот явно старался этого не показывать, но все же выглядел как ученик, которого отчитывает учитель. На миг зрители даже подумали, что тот сейчас отменит все свои дела и вернется в кабинет. Однако, планы в итоге все-таки победили. Шан Цинхуа нахмурился, когда он услышал, что Рон собирается его ждать. Спасибо, он бы предпочел этого избежать. — Не нужно меня ждать. Он щёлкнул пальцами, чтобы подозвать одного из слуг, стоящих у входа в резиденцию, и вышел с ним. Так как заклинатель всё ещё казался сердитым, то слуга не посмел ничего сказать, тихонько следуя за своим молодым хозяином. Как только лорд пика Аньдин вышел из резиденции, парень увидел огромный сад и главные ворота впереди. Пусть окружающее пространство буквально кричало о роскоши (зачем кому-то огромная золотая черепаха в качестве фонтана?!), бамбуковая роща на пике Цин Цзин ему нравилась куда больше. Шан Цинхуа не оглядывался, потому что не хотел испытывать еще большей вины. Он просто был рад, что Рон не последовал за ним. Заклинатель решил, что в дальнейшем будет чаще ходить в свой кабинет и, может быть, даже будет учиться там, чтобы никто не расстраивался. Плюс он будет лучше относиться к Рону и постарается больше никак не вызывать его недовольство. По крайней мере, до того момента, пока тот не уйдет с Чхве Ханом. — Стоит ли ему сообщать, что с такими темпами этот старик от него никуда не уйдет? — шепотом спросил Лю Цингэ, который видел лицо Рона. — Да не, пускай остается в счастливом неведении. — точно таким же шепотом ответила Ци Цинци. — Он вас все равно не слышит. — закатил глаза Му Цинфан. — Но мы-то об этом знаем! — хором ответили те. Хотя лорд пика Аньдин мог бы прогуляться до города и пешком, одновременно проведя тренировку на выносливость, это было бы слишком подозрительно. Именно поэтому он покинул дом в карете, мысленно пытаясь прикинуть, сколько она может стоить. Наверное, за такую сумму он смог бы купить в их секту по крайней мере пятьдесят повозок, да еще и лошадей в придачу на сдачу получить. — Мог бы он так часто не тыкать нам в лицо тем, что эта семья безумно богата? — бормочет Юэ Цинъюань. — Мы и так уже об этом знаем! Впрочем, понять человека, который всегда следил за финансами всей секты, а также, как выяснилось, мира демонов, было можно. Через некоторое время он добрался до места назначения. — Молодой Мастер… Разве это подходящее место? Кучер осторожно спросил, когда открывал дверь. После этого он посмотрел на магазин перед собой. Лицо кучера явственно сообщало о том, что он совершенно запутался. — Да, это оно. Шан Цинхуа, облаченный в одежду, которая была бы необычной для других, но в его гардеробе являлась самой простой, вышел из кареты. Вокруг них никого не было, поскольку люди предпочли удалиться на безопасное расстояние, едва завидев карету с графским гербом. — Похоже, Кэйл имел определенную репутацию. — оценил Тяньлан Цзюнь. Конечно, им уже доводилось об этом слышать, но раньше они доказательства не видели. Ну, если не считать слуг и Ганса. Однако то, что тот умудрился запугать не только тех, кто постоянно находился рядом, но и даже горожан… — И, возможно, это было сделано специально. — вздыхает Шэнь Цинцю, отмахиваясь от вопросительных взглядов. Сами все потом узнают. [Чай с ароматом поэзии.] Это был чайный магазин, который позволял посетителям читать стихи, потягивая чай. Это чистое трехэтажное здание выглядело довольно дорого. Владельцем этого заведения был очень богатый человек, который являлся внебрачным сыном главы крупной купеческой гильдии. В черновиках упоминалось, что его мать, наложница, обладала редкой красотой, поэтому Оливер Флинн и полюбил ее. Однако, несмотря на то, что Билос был еще богаче, чем Кэйл, его отец и брат все равно не хотели признавать его частью своей семьи из-за его статуса незаконнорождённого. Именно поэтому тот жил здесь, скрывая свою истинную личность. Билос искал возможность, когда у его отца и брата просто не останется выбора, кроме как назвать его своим сыном и братом. — Умный мальчик. — оценил Тяньлан Цзюнь. Жизнь внебрачного ребенка далеко не сахар, хотя от семьи к семье его статус может колебаться. Тем не менее, то, что мальчишка не кричит попусту, а терпеливо выжидает нужную возможность… Из него может получиться великолепный наследник, если тот не голословен. Те, кто его понимают, согласно кивают. Этот Билос и правда умен. «Примерно в третьем томе Билос отправится в столицу, чтобы встретиться с Чхве Ханом. Именно там станет известно, что он является внебрачным сыном главы купеческой гильдии, а также то, что этот человек планирует стать будущим владельцем этой самой купеческой гильдии». Человек, который, кланяясь, кричит Чхве Хану, что он станет владельцем торговой гильдии. Заклинатель прочел только первые пять томов и, следовательно, не знал, сумел ли этот человек действительно стать владельцем купеческой гильдии, но поскольку он был одним из партнеров главного героя, то, вероятно, должен был добиться успеха. «Ну, если роман действительно следует клише, то это правда». — хмыкает про себя Шэнь Цинцю. С другой стороны, всегда есть вероятность, что ты попадешься в ловушку непроверенных фактов. Лорд пика Аньдин посмотрел на кучера, которая ужасно нервничал, и отдал приказ: — Теперь можешь идти. — Простите? — Ты собираешься заставить меня повторить указание дважды? — Нет, неужели мне не нужно Вас дождаться, Молодой Мастер? Шан Цинхуа бросил на него короткий внимательный взгляд, но отрицательно покачал головой, открывая дверь в чайный магазин: — Да, я останусь здесь ненадолго. — Беднягу, кажется, сейчас удар хватит. — поделилась Ша Хуалин. — Что, удивлен, что его господин читать умеет? — предполагает Ло Бинхэ, хмыкая. Учитывая, что этот Кэйл десять лет не учился, в поместье наверняка ходят слухи, что он безграмотен как минимум. Заклинатель услышал, как оставшийся позади кучер сглотнул, но он уже полностью сосредоточился на тихом и чистом звуке колокольчика, когда он вошел в чайный магазин. Лорд пика Аньдин остановился у входа и осмотрелся. Было еще рано, а потому внутри было немного людей. Шан Цинхуа увидел, что все они были потрясены, увидев здесь его. Ну, в новелле действительно говорилось, что в этом регионе не было никого, кто не знал бы о Кэйле. Хотя граф Дерут всегда оплачивал любой материальный вред, который наносил его сын, он все равно был всеобщим врагом номер один для торговцев, потому что имел тенденцию ломать всё в их магазинах. — Самый нелюбимый тип у торговцев. — хмыкает Му Цинфан, который знает эту кухню достаточно хорошо. Сколько раз он сопровождал Шан-шисюна по различным местам? — За ущерб, может, и заплатили, но подмоченная репутация у заведения осталась. — Добро пожаловать! Тем не менее владелец магазина тепло приветствовал заклинателя. Тот внимательно посмотрел на мужчину, похожего на поросёнка, приветствующего его от стойки. «Видимо, это и есть хозяин». Богатый бастард, Билос. Его круглое лицо и полное тело определенно напоминали о свинье, как и описывалось в новелле. Его выдающейся чертой была чрезвычайно яркая улыбка. «Он похож на копилку». — Что такое копилка? — О, хм… — женский голос снова зазвучал, а потом завис, явно не зная, как объяснить. Зато картинка на несколько мгновений сменилась, продемонстрировав им большого и веселого розового круглого поросенка, украшенного ядренно-синими цветочками. — Это специальная статуэтка, в которой хранятся деньги. Все оценили, что Билос действительно был похож на копилку. Только он был круглее. Лорд пика Аньдин достал одну золотую монету, которая равнялась одному миллиону галлонов, и, мысленно всхлипнув и придавив внутреннюю жабу, аккуратно положил её на стойку, после чего сказал: — Я планирую оставаться на третьем этаже сегодня весь день. Билос смотрел на него с широкой улыбкой на лице. Шан Цинхуа мысленно поморщился, поэтому сделал вид, что не замечает этого, и указал на книжную полку: — Любой не горький и не кислый чай. У Вас здесь есть романы или только стихи? Кланг. Звук того, что кто-то резко опустил свою чашку на стол, прозвучал на весь магазин. Заклинатель на миг повернулся в ту сторону, увидев какого-то слегка бледного молодого господина, после чего вновь перевел взгляд на Билоса. Вообще, он предпочитал читать романы, хотя и стихи не вызвали бы у него неприязни. «Хотел бы я оказаться там…» — грустно вздохнул Шэнь Цинцю, тоскующим взглядом наблюдая за огромным залом, полным шкафов с книгами. — Что такое, шицзунь? — взволнованно спросил Ло Бинхэ, смотря на погрустневшего мужа. — Все в порядке. — в итоге отмахнулся тот, спрятав лицо за веером. Читать хотелось просто зверски. Лорд пика Аньдин осмотрел полки, которые буквально ломились от книг. «Вероятно, братец Огурец удавил бы за возможность оказаться здесь хотя бы на неделю…» — мысленно отметил Самолёт. — «Возможно, по мимо романа «Рождение героя», мне нужно найти еще несколько десятков и попросить Яму перевести их для меня на китайский, чтобы Огурец мог их почитать?..» «Да, да, да, да! Сделай это, пожалуйста!» — мысленно закричал тот от радостно, уже довольно улыбаясь. Видимо, остальные поняли, в чем была проблема, а потому лишь хмыкнули. — Конечно, у нас много романов, молодой мастер Кэйл. — В самом деле? Тогда позже отправьте мне самую интересную книгу и чашку чая. — Да, я понимаю. Золотая монета упала в пухлые руки Билоса. Хотя заклинателю было очень жалко отдавать ее, он все равно отвернулся со спокойным лицом, когда тот попытался вручить ему сдачу. — Я планирую позже заказать еще чая, поэтому просто придержи её. -… Но это всё ещё слишком много, молодой мастер. «Спасибо, я это прекрасно знаю!» — мысленно огрызнулся лорд пика Аньдин, которого все еще давила жаба. В конце концов, кому, если не ему, знать, насколько же трудно зарабатывать деньги?! Одна эта монета стоила один миллион и пятьсот тысяч юаней. Это было действительно слишком много. Шан Цинхуа, как крайне бедный ребенок, каким он был когда-то давно, очень хорошо знал настоящую ценность денег. Однако, заклинателю нужно было произвести на Билоса хорошее впечатление, так как тот играл далеко не последнюю роль в его планах. — Что это за роль такая, что он даже готов ради этого расстаться с такими большими деньгами? — удивленно спрашивает Юэ Цинъюань, который, пожалуй, как никто другой знает любовь лорда пика Аньдин к бережливости. Сколько раз он его ругал за то, что на пик Цин Цзин выделяется слишком большой бюджет, а потому на оплату поставок не хватает… — Цинхуа знает, что делает. — хмыкает Мобэй, чуть улыбаясь, что шокирует практически всех. Трудно было представить, что этот ледяной демон в принципе на подобное способен, а тут гляди ж ты… Он был уверен, что они с Билосом, как торговец с торговцем, прекрасно найдут общий язык. А как торговцу расположить другого торговца к себе? Правильно! С помощью либо очень редкого и специфического товара, либо с помощью крайне большого количества денег! В данный момент у лорда пика Аньдин не было на руках достаточно ценного товара, а вот деньги были. — Как говорится, рыбак рыбака… — неожиданно сказал женский голос, прервав тишину, чем весьма удивил присутствующих. Впрочем, тот больше ни о чем не говорил, оставив остальных в недоумении, что это вообще было. К тому же, он не забывал, что находится в теле сына очень богатого графа, который вряд ли когда-нибудь сильно задумывался, сколько именно денег тратит. Именно поэтому Шан Цинхуа, несмотря на то, что его душила жаба, просто сказал следующее: — У меня много денег. Примите эту монету за свой совет. Разумеется, заклинатель прекрасно понимал, что у Билоса было гораздо больше денег, чем у самого Кэйла. Но он также знал способы, с которыми в будущем сможет получить ОЧЕНЬ много денег. К тому же, лорд пика Аньдин уже решил, что в дальнейшем вернет семье Хэнитьюз все до последнего фыня*. — Благородно, но глупо. — хмыкнул Тяньлан Цзюнь, потому что Шан Цинхуа об этом никто не просил. Тот просто взваливает на себя этот долг добровольно, что, как Повелитель демонов считает, весьма глупо. — Ну, в этом весь Цинхуа. — говорит Мобэй с достоинством, обводя окружающих взглядом, словно ища тех, кто не согласится. Дураков, разумеется, нет. Именно поэтому он спокойно сказал: — Ну, если этого действительно слишком много, Вы можете угостить всех здесь чашечкой чая за мой счёт. Ему нужно было произвести на Билоса приятное впечатление. Точнее, ему нужно было, чтобы этот внебрачный сын богатого торговца доверял ему достаточно сильно, чтобы Шан Цинхуа мог получить некоторые редкие артефакты, которые не давались посторонним, в свои руки. Заклинатель готов был потратить эту большую сумму, ведь от этих артефактов напрямую зависела жизнь четырехлетнего ребенка. — Что? — Подождите, что? — Четырехлетний ребенок? — Его жизнь зависит от артефактов? — Мне не послышалось? — Если и послышалось, то не тебе одной! — Молодой мастер, всё ещё… — Ах, хватит. Просто принеси мой чай. Шан Цинхуа решил, что уже произвел достаточно хорошее впечатление на Билоса. Он все хотел придерживаться роли отброса, потому что так было куда проще выполнить некоторые его планы. К тому же, если все думают, что он — ничтожество, то они, конечно, будут его недооценивать. А если его недооценивают, то ему же будет проще их обмануть. И тут почти все вспомнили, какого именно мнения были о Шан Цинхуа. И что о нем думали. Интересно, скольких именно он обманул? Заклинатель отлично умеет исполнять роль серой посредственности, благо что две его жизни этому научили сполна. Возможно, он не самый сильный из лордов пиков, но даже на его пике это звание не могут дать только за красивые глазки и хорошую логистику. И если ты знаешь математику на высшем уровне, как и технику безопасности, а также кучу других дисциплин, то это всего лишь делает кандидатом в личные ученики. Кандидатом, а не личным учеником. Но разве кто-то хочет об этом узнать? Нет, потому что это никого никогда не интересовало. «Дальше носа своего не видят, а считают себя самыми умными и внимательными.» — мысленно фыркает лорд пика Аньдин. Определенная логика в его словах была, но пиковым лордам все равно было обидно. Особенно из-за того, что их обманул человек, которого они считали слабым и по большей части бесполезным. Шэнь Цинцю, который получил такой же щелчок по носу, как и остальные, тоскливо размышлял, когда именно Самолёту удалось провести его за нос. Он всегда считал его слабым, плаксимым, легкомысленным и надоедливым. Были ли хоть раз момент, когда Шан Цинхуа общался с ним на равных, а не веселился, наблюдая за его самодовольством и дергая за ниточки? Он не помнил. Он не мог сказать. Возможно, как раз потому, что по большему счету Огурцу было на Шан Цинхуа плевать. Он слышал тихие шепотки, раздававшиеся за его спиной, но не сильно волновался. В конце концов, о Кэйле и без того ходило множество слухов, ведь он был «Ничтожеством графского семейства». На третьем этаже вообще никого не было, потому что еще было раннее утро. Шан Цинхуа занял место в уголочке третьего этажа. Затем он взглянул в окно. «Это подходящее место». Место, откуда были лучше всего видны Северные Ворота города Вестерн. Заклинатель планировал понаблюдать за Чхве Ханом отсюда. Пока все размышляют о том, как долго и насколько сильно Шан Цинхуа обманывал их из-за того, что они его недооценивали, фрагмент закончился.

Примечание автора:

*Фынь — самая маленькая единица китайской валюты. В общем, один фынь может сравнить с одной копейкой.