Зависимость от огня

Голди 23:45 Полная жесть

Скамандор 23:46 Что Грейвс уже выкинула?

      Под рукой удобно устроилась Лисица, заинтересованно смотря в экран смартфона, будто в самом деле читала сообщения. Хотя кто ж её знает, вдруг и правда читает. Скамандор в лёгком волнении ждал ответа от Юн Женя. Его реакция является аутентичной, поскольку виражей Грейвс он ещё не видел и не имеет представления о том, что она может учудить. Что уж говорить, даже Голди несильно знакома с этой стороной рыжей. Настолько стрессовые для Грейвс ситуации случаются нечасто, а учитывая то, как ярко она реагировала, этот случай вообще что-то фантастичное. Скамандору дико любопытно узнать в деталях, что у них там происходит. Наверняка ведь что-то интересное.

***

      Женщина, открывшая им дверь, выглядела искренне обеспокоенной. Похоже, она на все сто доверилась их слезливой легенде о тяжёлой судьбе неместных. Юн Женю даже играть особо не пришлось, он реально ошарашен всеми событиями. Однако о его актёрских способностях Голди впоследствии сможет говорить часы напролёт, поскольку это поражает. Все трое направились в гостиную, где у камина сидел хмурый мужчина, время от времени скармливая пепел с сигареты пламени.       Он раздражённо обернулся на вошедших.       — Милый, эти молодые люди заблудились. На улице темно, к тому же холодеет.       — И? – он швырнул бычок в огонь и вперился в жену тяжёлым взглядом. Чем-то он напоминал Голди родного дядю, которого она никогда не любила. Тот тоже стремился испортить настроение абсолютно всем, в частности её маме, – предлагаешь подобрать их, как бездомных псов?       Голди будто снова встала перед дядей. Вся распушилась и уж было встряла в диалог, но её прервала властная рука на плече. Она не сразу поняла, кто это. А потом этот кто-то подал голос.       — Пусть душа моя сгорит в аду, если глаза мои меня обманывают. Нок Ган? Пистолет с тетивой? Семиствольное кремневое гладкоствольное оружие, использовавшееся Королевским флотом на ранних этапах наполеоновских войн? – он указал ладонью на пистолет за спиной мужчины, находящийся за стеклянной витриной в самом её центре. Хозяин дома недоверчиво перевёл взгляд с венца своей коллекции на вошедшего парня, лицо которого вытянулось в искреннем изумлении, – точно он. Моё уважение. Всё хотел вживую увидеть, да никак, больно редкий экземпляр.       — Я отвалил достаточно за его редкость, – мужчина махнул жене. Судя по всему, для него является нормой так общаться с людьми, потому как она сразу среагировала и выбежала из комнаты, словно служанка, – и много ты знаешь об оружии, малец?       — Предостаточно. В наследство от отца получил чемодан с редкими ножами. Слышали о кукри?       — Слышал, конечно. Не первый день живу. И много у тебя такого?       Почуяв спокойствие на горизонте, Юн расслабился и принял самую настоящую вальяжную позу. Голди знает его всего ничего, но всем нутром чувствует, что это ему совершенно несвойственно. А потом Юн и вовсе подозвал к себе Голди точно таким же жестом, каким хозяин дома отправил жену на кухню. Та была слишком удивлена его поведением, чтобы что-то говорить, и просто села рядом.       — Моё любимое – рога оленя. Уж больно нравится их многофункциональность, – лис тут же еле заметно осёкся. Вероятно, люди коллекционируют оружие не для того, чтобы им пользоваться. Но мужчина напротив удивлённым не выглядел, лишь кивнул будто бы даже с пониманием. А в глазах его можно было найти толику уважения. Юн мысленно посочувствовал другу Грейвс. Оказаться в плену у такого человека действительно страшно.       — Давно не встречал знающих людей. Слушайте, – хозяин виновато глянул на гостей, – простите уж, не в духе я сегодня. Останьтесь на ночь. Откуда вы?       — Мы...       — Тише ты, пока муж говорит, – мужчина неодобрительно посмотрел на открывшую рот Голди. Та послушно замолчала, но мысленно передразнила нахала.       — Мы из Лугова. Город здесь неподалёку. Правильно мужчина говорит, Голди. Не болтай, пока не спросят, – Жень окинул девушку презрительным взглядом. Ежу понятно, что это игра, но Юн Жень больно натурально играет. Голди становится не по себе.       Наконец, пришла жена противного дядьки. Она принесла на подносе чай и нарезанный шоколадный рулет. Словно служанка, опять же, расставила перед всеми маленькие тарелочки, чашки с блюдцами и столовые приборы. И только тогда села рядом с мужем, напротив парочки гостей.       Муж показательно замолчал, беря чашку в руку и немного отпивая.       — Вы впервые в нашем городе? – она любезно улыбнулась гостям.       — Да, друзья тоже недавно переехали, поэтому мы впервые столкнулись с вашей местностью, – Голди изо всех сил старалась отвечать на максимально простые вопросы максимально сложно, чтобы подарить Грейвс как можно больше времени. Возможно, иногда это легко читалось и Голди перебарщивала, но женщина увлечённо слушала болтовню и иногда деловито кивала.       Хозяйка между делом представилась Жанной, а её муж Игнатом. Складывалось такое впечатление, будто Игнат намеренно не участвовал в разговоре, словно стараясь выделить, насколько сильно ему всё это неинтересно. Будто разговор, который они завели, был ему абсолютно безразличен, хотя он и имел к нему непосредственное отношение.       — Дочка наша втюрилась в парня, так он разбил ей сердце. Не отвечает на звонки и сообщения. И вообще будто сквозь землю провалился, – Игнат коротко посмеялся, но быстро замолчал, заметив на себе подозрительный взгляд Голди, – ох, как она злилась. Хотела прирезать его. Еле-еле успокоила её. Уж не знаю, что он там с ней сделал, с роду на мальчиков не смотрела, а тут...       — Хорошо, что угомонилась, – Голди по-доброму усмехнулась.       — Угомонилась она, ага, – мужчина снова закурил прямо в помещении. Повисло тяжёлое молчание. Голди, сама того не осознавая, буравила хозяина дома злым взглядом. Она может и выглядит наивной и отчасти таковой и является, но здесь даже она догадалась, как приятель Грейвс оказался в тёмном помещении и почему он просит помощи. Юн Жень что-то печатал в телефоне, потому не мог одёрнуть пташку и пояснить, что нехорошо так пялиться на людей, когда ты собираешься их надурить.

Голди 00:07 Какой же душный здесь хозяин дома Я еле смог подыграть ему Короче, мы с Голди притворились женатой парой, которая заблудилась, чтобы нас пустили в дом, и Грейвс смогла незаметно проползти к Ливио

      — Интересный у Вашего мужа чехол на телефоне.       Маска беспечности на миг слетела с лица китайца, но тот быстро надел её обратно. Он повертел в своих руках смартфон, рассматривая со всех сторон чехол цвета розового щербета с наклейкой в виде котёнка.       — Люблю кошек. Игнат, выпьем? – не переставая удивлять, Юн из ниоткуда достал маленькие железные рюмочки и бутылку коньяка. Игнат, разумеется, не отказался.       Сидение в телефоне Юн Жень объяснил важной сделкой, которую он поручил своим подопечным, но за которой пристально наблюдает. Игнат одобрил такой подход и предложил выпить ещё по одной. Голди с Жанной пить, конечно же, не полагалось. Только чай по второму кругу. Навряд ли, конечно, коньяк, который достал лис, влияет на него самого. Но, во всяком случае, пьяного он изображает тоже натурально.       Жанна тихо предложила познакомиться со своей дочкой. Голди, разумеется, не отказала. Она же гость. Тем более, гость, который старается добиться максимального расположения. Скамандор 00:08 Давайте, обдурите там всех

***

      Маленькая змейка бесшумно ползла по тёмному коридору; она шустро завернула в ещё более укромный угол и прислушалась к ощущениям в своём тельце: отсутствие вибраций сообщило, что никого здесь нет.       Грейвс проверяла каждую комнату, сейчас осталось две. Аккуратно просунув нос в щель между дверью и полом, Грейвс чуть повернула голову, чтобы осмотреть помещение. Тьма непроглядная. Тогда она решила пойти на отчаянные меры. Это могло стоить ей жизни – одно неловкое движение, и она замечена. И быть беде. Да и в конце концов, она могла просто случайно устроить пожар.       Грейвс заползла в комнату полностью и подожгла кончик хвоста, заливая небольшой кусок пространства вокруг себя тёплым светом. Из дальнего угла послышался шорох и приглушённое мычание.       Грейвс вдруг поняла, что её сразу потянуло сюда. Ливио не подавал голоса в мыслях, однако это не помешало ей, словно собаке-ищейке, учуять его. Сумасшествие. Девушка быстро обратилась в человека и побежала на звук. Ноги предательски задрожали; они так и норовили подогнуться, что в скором времени и произошло. Грейвс просто полетела на пол, запнувшись о какую-то коробку. Хорошо, что успела сгруппироваться и не наделать много шума. Совсем близко послышалось тихое хихиканье.       — Неразумно с твоей стороны смеяться над своим спасителем, – она, наконец, взглянула в его глаза снова. И хоть очертания проглядывались ещё слабо при таком освещении, она всё равно увидела, что они такие же бесстыжие, как и восемьсот лет назад. Бесподобно. Но она об этом ему пока что не скажет, – сейчас все эмоции запихиваем глубоко в зад и делаем ноги отсюда. Согласен?       Ливио почему-то молчал, лишь смотрел как-то укоризненно. Грейвс не сразу поняла, в чём дело, а потом охнула:       — Ой, точно.       Первым делом руки легли на лицо. Скотчем задели и любимые Грейвс волосы, на что она раздражённо прошипела. В ответ на неё глянули удивлённые чёрные глаза. Внутри запылало желание схватить его в охапку и крепко обнять. Такое же желание обычно появляется у Грейвс при виде котят. Странно. Рыжеволосая помотала головой, отгоняя наваждение, и принялась аккуратно отклеивать полоску скотча, чтобы доставить минимум боли.       Ливио терпеливо ждал. Жажда прикосновений и даже банальных взглядов охватила и его тоже, но он понимал, что сейчас не время и не место. Он готов был бы бежать прям так, связанный, лишь бы поскорее выбраться из этого странного места и насладиться компанией Грейвс в полной мере. Но сама Грейвс считала неприемлемым оставить парня без возможности говорить. Она снова хочет услышать его голос. Прямо сейчас.       — Ты так же прекрасна. Ничуть не изменилась, – он смотрел влюблённым взглядом. Ещё мгновение назад он думал, что не продержится здесь и одной лишней минуты, но стоило только Грейвс воспользоваться огнём и осветить пространство, как он вдруг резко осознал, насколько сильно соскучился.       Всю свою жизнь он контролировал самого себя и ситуацию. Он создавал эту ситуацию, когда заводил знакомство, и всё время оставался её хозяином. Никто и ничто ещё не выбивало его из колеи так сильно и безжалостно. Грейвс похожа на яд, который поражает медленно и нависает над тобой до самой смерти, как тень. От неё невозможно избавиться. Ещё пять столетий назад Ливио понял, что и не хочет избавляться. Он позволяет яду течь по венам свободно, никак не препятствуя. Он наслаждается тягучим привкусом приближающейся смерти. Но теперь он умрёт только рядом с Грейвс. Иначе никак.       — Дурной ты. Пора бежать, – слова застыли комом в горле. Вопреки своим словам, ведьма сама прижалась к его груди и сжала чужую кожанку с такой силой, что та чуть не порвалась. Он так нежно гладил по голове, как не гладил ещё никогда и никого. Даже саму Грейвс.       Девушка не могла контролировать слёзы. Она их даже не ощущала, просто смотрела в стену перед собой таким же живым взглядом, как и много лет назад. Мир будто бы только сейчас обрёл яркие краски, а до этого были лишь пробники. Грейвс дрожала. Но почувствовала это только тогда, когда рука Ливио мягко легла на лопатки, будто бы пытаясь успокоить. Но на деле ища успокоения для себя.       — Тише, чувствительная змея. Ты права, пора уходить, – Грейвс понимала его речь обрывками. Она слишком соскучилась по этому голосу и этому парню, чтобы трезво воспринимать мир вокруг. Но с дрожью кивнула, глупо улыбаясь. Глупо, зато счастливо.       Снова он стоит перед ней. А она перед ним. Время никак не влияет ни на членов веселья, ни на огненных саламандр, но это касается лишь внешности. Внутри у обоих буря из бабочек, которых сжирает пламя возбуждения и интереса к глазам напротив. Что у тебя произошло за это время? Как сложилась жизнь? Ты счастлив? А ты рада? Это лишь предстоит узнать.       Пока они бесшумно крались по территории двора Шубиных, за ними наблюдала пара внимательных глаз. Внимательных и рассерженных.       — Так просто уйти ты не посмеешь.