young men dead

I. Лу

Kai Engel — Interception

       Лу поняла, что дрожит. От холода, от накативших эмоций. Было ощущение, что внутри разверзлась огромная яма, пугающая своей непроглядной тьмой. Она приложила ладонь ко рту, смазано провела по губам и подбородку, точно приказывая себе не кричать. В спорах с Йонасом Лу каждый раз вставала на сторону Единого. Она верила в Церковь, верила, что власть, сосредоточенная в его руках, служит во благо. Сшитая красными нитями эта вера, что вплеталась в неё с детства, крепла с возрастом, сейчас болезненно оборвалась.        Поёжившись от холода, Лу надела халат и присела обратно на диван, проводила взглядом беспокойную фигуру Иво. Наконец он подошёл к ней и заговорил, беря в ладони её холодную руку. Но его слова не успокоили, а лишь всколыхнули новые вопросы, которые он, увы, оставил без ответа... За периметром живут люди — мысль выстрелила разрывной пулей и теперь не давала ей покоя.        — ... я не могу сказать тебе больше, просто скажи им, чтобы собрали всё необходимое, как если бы им пришлось поехать в длительный отпуск, где они неожиданно узнали, что ждут ребенка. Когда придет время, их заберут и увезут по другую сторону.        Лу кивнула, сводя до боли челюсть. Чёрт. Дышать становилось труднее, ещё труднее — думать. А сердце колотилось так, будто она пробежала стометровку. Липкий страх проник в самое нутро, пуская по телу мелкую дрожь. Она, конечно, боялась не за себя, а за друзей. В особенности за Ирму... Что их там ждёт, если они всё же решат оставить ребёнка? Воображение рисовало антиутопические картины, одна хуже другой. Голод, грязь и горькое одиночество вдали от родных и близких. Иво больше ничего не рассказал, оставалось теряться в собственных догадках.       — Что ещё скрывает Церковь? Почему эти люди оказались за периметром?! — вдруг выпалила Лу.        И на эти вопросы Мартен тоже не дал ответ.        Он молчал и Лу чувствовала, как тяжело ему это даётся. Но она понимала почему он так поступает. Чем меньше она знает, тем меньше выдаст, если вдруг... об этом сейчас думать не хотелось.        — Чем-то всегда приходится жертвовать, Лу, — наконец оборвал тишину Иво, сжав крепче её ладонь, — Дорога, которой иду я, не приведет тебя никуда, — он взял паузу, а Лу тихо, но чётко и отчаянно прошептала: "мне плевать". И горько улыбнулась, когда Иво сказал, что она его заразила. Что-ж, эта болезнь у них одна на двоих. Когда его рука коснулась её колена, Лу до боли зажмурилась. Весь мир летит к чертям, а в мыслях лишь желание ни на миг не отпускать эти мгновения.        — ... если бы ты попросила отпустить тебя, я бы отпустил. Но если ты сомневаешься во мне, в том, что я справлюсь, то разрешения и не стоит спрашивать.        Девушка покачала головой и взглянула на Мартена сверху вниз.        — И не подумала бы, — в её словах зазвучала сталь, — Последнее, что бы я сделала — это ушла. Даже представить не могу, в какое пекло превратиться этот город, когда Викарий ужесточит правила ИР, но друзей бросить не могу, — она смяла губы, блуждая сосредоточенным взглядом по лицу Приора. Легко коснувшись его виска, завела черную прядь волос за ухо, — И я буду рядом с тобой. Просто... Знаешь, я не умею так красиво говорить как ты, но ты мне дорог, Иво. Очень. И я боюсь тебя отпускать, зная, что тебя могут убить в любую минуту. Ведь я права: это с руки Единого на тебя покушались? Ты не говорил об этом прямо, но это очевидно. А брак этот... — Лу поморщилась как от кислого яблока, — просто способ связать тебя по рукам и ногам, покорить.        Как же гадко. Но Лу было мало этой горечи, она проговорила:        — Ты знаешь эту девушку?

***

       Лу предложила заварить чай, хотя сама бы она выпила сейчас чего покрепче. Когда они сидели на кухне, внезапно пригвожденные тяжелой тишиной, Лу спросила:        — Могу я попросить тебя остаться со мной на всю ночь?

II. Иво

       Внутри всё переворачивалось от одного выражения лица Лу. Кто бы мог подумать, что своим поведением она сможет так удивить Иво. Казалось бы, он достиг дна, сказал самое страшно, чего не хотела бы в свой адрес услышать ни одна девушка — "эй, я женюсь на другой"... Он вдруг четко осознал, насколько восхищен ей, пленен, очарован! Как далека она от каждой женщины, с которой он знаком, какая глубокая пропасть между ними и ею.        Лу спрашивает о Викарии, спрашивает об Элизабет, и Мартен читает по её глазам горечь где-то глубоко внутри девушки. А ведь она могла обидеться, обвинить его в том, что он воспользовался ею, наконец, сбежать, гордо подняв голову. Но она сидела здесь, рядом, лишь коротко коснувшись его лица, точно это его нужно было здесь успокаивать.        — Не думай об этом, Лу. Это только принесет тебе боль и разочарование. Отпусти, — он касается губами её сжатой ладони ещё раз и поднимается.        Утвари здесь совсем мало, Иво с трудом находит вторую кружку, заварной чайник. Горячий напиток приносит желанное утоление как жажды, так и растапливает внутренний холод, который намерзал, точно айсберг, каждый день, что Иво был Приором. И некому было топить этот лед до тех самых пор, пока Лу не вторглась в его жизнь.        Иво почти не отводит взгляда от девушки, стараясь уловить каждую её эмоцию, угадать мысль, пусть это даже почти нереально.       — Могу я попросить тебя остаться со мной на всю ночь? — Спрашивает Лу, точно ребенок у строгого родителя: можно ли конфет?        В ответ Иво только загадочно улыбается. Улыбка странно выглядит на его лице, делая его чужим, будто бы даже нереалистичным. Но она... такая теплая, искренняя.        Мартен протягивает руку и сжимает ладонь Лу, сжатую в кулачок.        — Пойдем со мной.        Раздавившая их тишина в полутьме вдруг напомнила ему далекие времена, когда всё было совсем иначе... Для него самого. Вообще, у Иво было мало поводов вспоминать своё прошлое, но рядом с Лу — поразительно! — ему становилось будто бы так же хорошо, безмятежно, как когда-то давно, больше 30 лет назад. Он вдруг понял, что несмотря на тот бесконечный груз проблем, что ждал их обоих за стенами дома, здесь и сейчас было важно чувствовать себя счастливым. Это чувство, такое удивительно, можно сказать непривычное Иво, сейчас как будто дразнило его, заливая каждый уголок души ярким, солнечным светом.        Он держал её ладонь, ведя за собой на второй этаж. Скрипящие ступени выпускали многолетнюю пыль наружу... Надо же, раньше они скрипели меньше.        На втором этаже была большая мансарда с огромным окном, в которое лился ненасытный обществом пары лунный свет. До пожара здесь были перегородки и спальня Иво, но теперь она превратилась лишь в воспоминания. Какую-то мебель Лу сдвинула по своему разумению — Иво был совершенно не против.        Отпустив её руку, Мартен подошел к одному из шкафов и кое-что достал из него, сдувая осевшую плотным слоем пыль.        — Когда-то до шторма эти штуки были страшно популярны. Но это лишь копия оригинала... И всё равно — наверняка последняя в нашем мире, — он обернулся через плечо, бросая беглый взгляд на Лу, — знаешь, что это?        Когда девушка подошла ближе, он открыл крышку маленького чемоданчика, являя миру замысловатое устройство.        — Это патефон, — ответил Иво, наблюдая за взглядом Лу, — он воспроизводит грампластинки. Мой отец просто обожал их, с ума сходил, пытаясь собрать их. Платил контрабандистам из-за Стены. К сожалению, пожар пережили не все...        Оставив Лу изучать патефон, Иво вернулся к шкафу и, задумчиво изучая большие и тонкие квадратные упаковки, наконец, вытащил одну.        — Послушаем вот эту, — вынув пластинку, Иво бегло, но жадно осмотрел обложку, которая сильно пострадала от времени, но всё ещё была вполне узнаваема.        Проведя некий ритуал, в точности повторяющий действия отца, за которыми маленький Иво наблюдал, как за волшебством, Мартен краем рукава халата начисто стер пыль с деки и пластинки, проверил остроту иглы и ручкой для завода сделала несколько оборотов. Бросив снова взгляд на Лу, Иво положил пластинку на деку с педантичностью маньяка, и аккуратно подвел головку с иглой, готовясь опустить на край пластинки. Замершую тишину спугнуло шипение, но через какую-то пару секунд, заиграла приятная джазовая музыка.

Tony Bennett — The Good Life

       Иво несколько мгновений наблюдал за реакцией Лу, довольный своим маленьким сюрпризом: человеку, живущему в Термитнике, обросшему кухонными блоками, дезинфекторами и ключ-картами иногда не хватало чего-то простого... Для чего не нужно ни электричество, ни Церковь, ни целый Нью-Пари.        — Позволите, мадемуазель Рид? — Сделавшийся серьезным, Иво расправил плечи и протянул Лу руку так, будто они были на сегодняшнем приеме (если не обращать внимание на халаты).       Они снова оказались рядом, и Иво приобнял девушку за талию. Они уже танцевали вместе, но то, что было сейчас — было совершенно, качественно иным. Мартен ощущал, как в груди всё дрожит от этого чувства... Чувства близости Лу, её блестящих в полутьме глаз.        Медленно переступая босыми ногами по шершавому полу, Иво смотрел в глаза Лу, не отрываясь и слегка приподняв уголки губ в мягкой улыбке.        — О, эта прекрасная жизнь, наполненная радостью, кажется мне идеальной, — шершавый баритон Мартена оттенял искусный голос певца, нашептывая Лу чудесное, удивительное, заставлял погрузиться в другой мир. Мир прошлого.        — М-м-м, прекрасная жизнь, которая спрячет твою тоску.        Иво прижал Лу чуть крепче, упираясь подбородком в её висок, чувствуя её сбитое дыхание на своей шее.        — Ты никогда по-настоящему не влюбишься, ты не можешь так рисковать. Так будь честна с собой — не играй в любовь, — он вздохнул, и на мгновение показалось, будто бы Иво больше обращается к своему сердцу, нежели к сердцу Лу. В беззаветной попытке что-то поменять.        — О, эта прекрасная жизнь: быть свободным, открывать неизведанное, — Иво оторвался от Лу, чтобы снова увидеть её глаза, — эти страдания... Тебе придется столкнуться с ними один на один, — он вдруг улыбнулся теплее, а затем отпустил талию Лу и позволил её закружиться. Наконец, он снова притянул её к себе, чтобы продолжить:        — Пожалуйста, помни, что я люблю тебя, и если вдруг ты забудешь: просто проснись и иди на встречу этой прекрасной жизни, — прижимая к себе, Иво подался вперед, позволяя Лу откинуться назад, в завершающем движении, точно на красивой картине.        Звуки музыки, отгремев, сошли на нет.        Головка, зашипев, соскочила с пластинки.

III. Лу

      Он лишь сказал, чтобы она не думала об этом... Но Лу имела право знать, кто эта женщина, которая неизбежно встанет между ними. Как её зовут, сколько лет, насколько она хороша? Холодным потоком ревность разлилась по мыслям, делая взгляд девушки строгим и острым. Иво выдержал этот взгляд. Лу больше ничего не сказала.        Хотя ей хотелось...        Так странно было наблюдать за тем, как Мартен хозяйничает на кухне. Босой и в халате, совершенно домашний вид был ему к лицу. Больше, чем треклятый китель. Лу поймала на себе взгляд Иво и улыбнулась. Приор слегка вскинул подбородок, задавая невербальный вопрос о том, что же вызвало её улыбку. Лу помотала головой, улыбнувшись ещё шире. Возникла такая простая и очевидная мысль о совместном быте с этим мужчиной. Лу представила, как она неумело заваривает ему кофе в турке, как готовит завтрак. Как они вместе смотрят ночами кино. Как любят друг друга, не обращая внимание на время, что ускользало от них и сейчас. Тоска саднила душу — этому никогда не бывать.       Они вышли на мансарду на втором этаже. Лу уже успела навести тут небольшой порядок, сдвинула кровать и убрала коробки, наполненные отголосками прошлой жизни. Полная луна светила в окно, оставляя сизые тени на пространстве, а за окном мерно покачивалось от ветра дерево. Иво подошел к одному из шкафов и достал оттуда какой-то странный предмет, похожий на деревянный контейнер.        — Когда-то до шторма эти штуки были страшно популярны. Но это лишь копия оригинала... И всё равно — наверняка последняя в нашем мире. Знаешь, что это?       Лу покачала головой и подошла ближе, рассматривая необычное устройство.        — Это патефон, — сказал Иво, — он воспроизводит грампластинки. Мой отец просто обожал их, с ума сходил, пытаясь собрать их. Платил контрабандистам из-за Стены. К сожалению, пожар пережили не все...        Лу с интересом наблюдала как Приор ставит пластинку и заводит механизм. Заиграла красивая музыка, в зале была потрясающая акустика, но и звучание было совершенно иным, не то что с электронных носителей. Лу по-детски улыбнулась, глядя на Иво.        — Позволите, мадемуазель Рид? — спросил мужчина, протягивая Лу руку.        — Но я ужасный партнёр, — ответила Лу с несколько смущённой улыбкой, — постоянно тяну одеяло на себя и начинаю вести.        Именно это ей сказал преподаватель, который давал ей пару уроков, перед тем как она вступила в должность секьюрити. Только отзыв был чуть грубее...        Иво приобнял её за талию, перехватив правую ладонь девушки в свою. Лу осторожно положила руку ему на плечо. И они начали свой танец, зачарованно глядя друг другу в глаза. Мартен вёл уверенно, не оставляя Лу и шанса перехватить инициативу.        Запел проникновенный мужской голос. Язык Лу был не знаком, но было очень похоже на английский. Наклонившись к девушке, Мартен начал переводить строки. Его слова отзывались приятными волнами по телу. Казалось, в этом мире не осталось ничего, кроме этой музыки, шороха халатов и его голоса.        Когда музыка стихла, Лу поцеловала Иво. Нежно, осторожно, не так как прежде, без голода и без спешки. Отстранившись, она повела его к кровати. Легким движением заставила его опуститься на край. В полутьме её глаза блеснули огнём. Она распахнула свой халат, позволяя ему сползти с её плеч на пол. Лунный свет очертил нагую фигуру. Лу потянула за край пояса халата Иво, после чего села ему на колени. В поцелуе она увлекла его на спину, оказавшись сверху. Она целовала его шею, дразня приподнималась, чтобы прикусить мочку уха. Оставляя поцелуи на ключицах мужчины, она спускалась ниже, ведя дорожку поцелуев по его животу. Точно разрядом ток прошёлся по телу, когда Мартен, резко выдохнув, прикрыл глаза.        После они лежали в обнимку, абсолютно вымотанные и счастливые, гипнотизируя причудливые тени деревьев на стене, наконец позволяя себе заснуть в объятиях друг друга.        — Когда мы встретились во второй раз, что ты обо мне подумал? — вдруг спросила Лу.        — Что у тебя поразительная способность попадать в истории, — ответил Мартен, перебирая пряди её волос.

***

       Он ушёл раньше, чем Лу проснулась. Не хотел будить — оставил записку. Не до конца проснувшись, Рид поплелась на первый этаж за телефоном, чтобы посмотреть время. Когда её взгляд коснулся экрана, желудок неприятно скрутило:        "У вас новый кандидат в партнёры" — гласила надпись пуш-уведомления.