Любовь без намёков или любовь с десятого взгляда

      Арсений стоял около входа в клуб-бар, в который они часто заглядывали с Серёгой. Прошло минут десять с начала встречи, а Серёжа только отписался, что выехал. Арс мысленно послал друга, а позже решил это написать, на что получил несколько грустных смайликов. На улице было достаточно тепло, но это Питер, тут часто идут дожди, сегодняшний день не стал исключением. Пока он дожидался встречи, на улице хлынул дождь. Решив дождаться друга в здании, он вошел, садясь за барную стойку, попутно приветствую бармена       В помещении был живой концерт с молодыми исполнителями. Играла ненавязчивая музыка, чтобы не сбивать начинающие таланты от выступлений. В здании было темно, только яркие вспышки света мигали, отражаясь в бокалах и бутылках на баре. По всюду шастали люди, толкаясь, ругаясь и флиртуя. Да, Арс этот клуб любит.

      Открыв в телефоне телеграмм, он зашел в чат с Серегой и отписался, что будет ждать внутри. Спустя секунду получил привычное: «ок», и информацию о том, что будет через пять минут. Этим пяти минутам Арсений уже давно перестал верить, они пару месяцев назад чуть не пропустили поездку в Италию, ведь кое-кто проспал и еле как успел. Как тогда переживал Арс… За поездку конечно же, потому что Серёжа заказывал билеты, и они были у него, так что он боялся, что даже один не полетит.

      Попов знал, что лучше много не пить, ведь через день первое сентября и первые уроки. Об этом он узнал пару часов назад и вместе со всеми учениками начал бастовать, не понимая, как можно учиться первого сентября. Ведь все привыкли, что это выходной день, и максимум, что там проводят, так это классный час, а его с утра обрадовали, что первого числа четыре урока, и будет ознакомительный урок с одиннадцатиклассниками. «Кайф» — подумал Арсений, плюхаясь лицом на холодную полупрозрачную барную стойку. Он понимал, что пить не нужно, потому что от выпивки он отходит очень долго, а вести занятие у пятиклашек в полу трезвом (или полупьяном) состоянии он не может. Старшеклассники его хотя бы поймут и не будут жаловаться Ольге Альбертовне в отличие от малолеток.

      Но Попов пить хотел, директриса сама виновата в этом, зачем расстраивать людей с утра пораньше? А ещё он вчера не рассказал Серёже о произошедшем, поэтому их встреча обязательна, он был нужен Арсу, чтобы выговориться и просить помощи, о таком же не попросишь Лёшу? Поэтому позвав бармена, он заказал просекко и закуски и стал ждать прибытие друга. Держа в руке бокал с напитком, Арс от скуки решил зайти в учительский чат, где несколько часов подряд спорили такие же недовольные учителя, из-за уроков первого сентября. Правда, одно гневное сообщении директрисы их успокоило, и уже пару часов никто ничего не писал. «Трусы» — подумал Арс, который даже слово не решился написать в группу.

      Он хотел его увидеть. Притянуть и обнять, но резкий удар привёл его в чувства. — Ну что, ждал меня? — Раздался над ухом знакомый голос друга, из-за чего Арс поднялся с барной стойки и кинул на него презрительный взгляд, но несмотря на это, Серёжа всё равно опустился на соседний стул. — Не тебя я хотел… — Пробурчал Попов себе под нос, а Серый неоднозначно глянул на него, снимая пиджак и вешая его на спинку высокого стула. — Че? — Переспросил он, на что Арсений махнул рукой мол: «ничего важного».

      Серёжа махнул знакомому официанту, который мило улыбнулся им и побежал дальше разносить заказы. Заказав виски с колой, Серёжа спросил: — Ну? К чему все те сотни сообщений с «приказами» о встрече? — Многозначительно поднял он бровь. — Всегда, когда ты хотел поговорить, ты бежал к «своему» Лёшеньке. — сказал он, кривя голос, стараясь, чтобы его слова вышли более приторными и резкими. — А сейчас я тебе зачем-то понадобился, могу предположить, что этот самый разговор пойдёт о нём, раз говоришь ты со мной.

      Зараза. Почему он такой проницательный, пусть и чуть-чуть мимо, но суть он уловил. Арс считал Серёгу глупым и неначитанным, потому что, когда тот спросил, кто такой Наполеон, друг ответил, что торт. Возможно, он и правда многих вещей, кроме химии, не знал, но раскусить Арса мог за пару минут. Иногда ему становилось страшно, что по пьяни он легко может вытащить из него любую информацию, а тот на утро об этом даже не вспомнит. До встречи он легко мог представить как расскажет о неизвестном парне из кафе, в которого влюбился за пару секунд, но смотря на ждущего объяснений друга, он понял, что понятия не имеет, как начать диалог.

      Серёга злился на него, когда тот состоял в отношениях, ведь болтал постоянно о них, а когда Лёша и Арс расстались, он думал, что наконец-то его друг станет прежним, а не околдованным любовью. Как он ошибался. Если состоя в отношениях Арс говорил, как сильно любит Лёшу, и рассказывал разные истории, приключившиеся с ними, то после расставания он только ныл. Ревел, говоря какая он мразь, что так с ним поступил, говорил, что покончит с собой, потому что такие «животные» не нужны этому миру. В общем — страдал. Поначалу тот пытался его утешить, но, когда Арс вновь закатил шарманку о том, что он мразь, гадина, пизда, вонючка, Серёжа не выдержал и согласился со словами приятеля. Тот непонимающе смотрел на него тогда, и опять начинал реветь, потому что даже лучший друг считает его пропащим. Он любит Арсения, как друга, не подумайте, но он терпеть не мог говорить об отношениях, не только Арса, но и своих.

— Ну ты прости, — сказал Арсений, строя щенячьи глазки, предлагая ему недавно заказанную бутылку вина. — Я не хотел тебя обидеть, просто мне правда не с кем это обсудить, а ты же мой лучший друг, как я без тебя.

      Серёжа облегчённо выдохнул, забирая бутылку из рук друга и разливая по бокалам, наклонил голову в бок, давая понять, что он весь внимание.

— Я влюбился! — воскликнул Арс, и его лицо озарила лёгкая улыбка.       Сергей чуть подавился и начал судорожно кашлять от горячего напитка во рту. Он непонимающе глядел на друга, а потом раскрыл рот в долгом: «ааааа».

— Так ты поэтому не мог это с Лёшей обсудить, который по факту — твой парень.       Арсений же говорил, что он жуть какой проницательный человек. — По факту. — цыкнул Арс. — Мы расстались.

      Серёжа выгнул бровь, мол: «кому ты затираешь это?». Он уже хотел вновь начать эту бессмысленную перепалку, но выдохнув решил узнать, что это за человек.

— Мы встретились в кафе. — с энтузиазмом начал парень, но в миг потух. — Из-за меня он пролил на себя свой же кофе, и тогда я увидел его лицо. Зелёные глаза, которых я, честно, никогда раньше не видел. Взлохмаченные кудряшки светло коричневого цвета, которые он, видимо, забыл расчесать с утра. Очень милые ямочки на щеках, а его голос. — будто промурчал Арсений, из-за чего лицо Серёжи приобрело не самый довольный вид, но Арса это не остановило. — Его голос, Серёж, он очень красивый, наверное, он певец или что-то вроде. Как у человека может быть такой ангельский голос, а его смех? Тебе нужно его услышать! Он настолько чудесный и милый, что кажется, будто бабочки в животе — это не метафора. И представь! Он выше меня, почти под два метра! — по-идиотски улыбнулся Арсений.

— Господи, хорошо, что ко мне пришел, а то даже твой бесчувственный Лёша заревновал. — лицо Арса исказилось на слове «твой», а на слове «бесчувственный» стало то ли разозлённым, то ли разочарованным, но одна мысль о незнакомце приносило удовольствие, и Попов перестал думать. — Ну ладно, как его зовут? Сколько лет? Кем работает? И так далее. — Серёжа спрашивал самые стандартные вопросы, чтобы лучше понять интерес друга.

— Как бы это сказать… — проговорил Арс, опуская взгляд вниз. — Я не знаю. — Что? — переспросил Серёжа, сделав вид, что не расслышал. — Эх, я правда не знаю ничего о нём. Мы встретились так же быстро, как и разбежались, я даже не успел взять его номер. — Тип даже имя не узнал? — с недоверием уточнил друг. — Даже имя. — огорченно кивнул парень. — Всё, что я знаю, так это то, что его фамилия скорее всего Шаркун. Это всё. — И? Пробовал искать? — Разумеется! Если б я его нашел, то не стал бы тут сидеть, а сидел бы на его коленях. Но нигде! Нигде нет такой фамилии, нашел только какого-то парня, но там ни фотки, ни че го, и город стоит Пенза, так что это не он.

      Серёга отпил из бокала и потянулся к бокалу друга, который пытался налить уже шестую или седьмую порцию. — Знаешь, на его месте я бы тоже поставил другую фамилию. Шаркун звучит бредово. — Отстань, это звучит мило. — Серый закатил глаза. — Ну, допустим, что от меня тебе надо? Скажу сразу, знакомых Шаркунов у меня нет. — Слушай, у тебя же по всюду куча знакомых, — протянул последнее слово Арсений и замолк, пока его друг не понимал к чему тот клонит, а спустя мгновение злобно глянул на него, показывая фак. — Ну, Серёнь, пожалуйста, что мне делать без него и без тебя? — начал умолять Попов. — Да как мне его найти?! — крикнул он, из-за чего на них обернулись несколько посетителей. — Под твоё описание подойдет каждый пятый парень, иди и вылавливай их на улице. Собери армию Шаркунов! Ни имени, ничего! — он закатил глаза. — Советую, вернись в то кафе и покарауль его, шанс встретить там намного больше. Один раз увиделись, может в следующий повезёт? — предложил друг, а Арс упал лицом на руки и начал издавать нечленораздельные звуки, скорее всего это действие десятого бокала вина. — Ходил… — пробубнил он, а Серёга не расслышав переспросил. — Ходил, говорю! Я припёрся туда в восемь и ждал, пока откроется кафе, а потом как конченный долбоеб до двух часов там сидел, ждал пока тот парень явится! Но угадай, что произошло? — Серёга двусмысленно пожал плечами. — Правильно! НИЧЕГО, он не пришел, ко мне уже в течение пяти часов официанты стали на автомате кофе приносить, а я ждал… Ждал и ничего. Потом увидел ту кассиршу, что принимала у нас вчера заказы, и уточнил видела ли она его? Так она сказала, что вчера увидела его первый раз в жизни, ведь такого высокого она бы не забыла! Всё… всё потеряно, я его не найду, и у нас не будет троих детей, двух кошек и секса. — Серёга выпучил глаза, наблюдая за другом.

      Он думал, что слова о влюблённости — всего лишь слова, секундный порыв, который бывал уже у него. Но его слова совсем не сходились с ожиданиями Серёжи. Он думал, что Арс дал минутную слабость, как когда изменил Лёше, но слышать от серьёзного в обычной жизни Арсения признания в любви парню, которого он видел минуты три в жизни, было жуть как непривычно. Так непривычно, что Серёга покрылся мурашками на спине. Он услышал всхлипы, а на них уже оборачивались люди, делая предупреждения. Крики Арса были слышны во всем клубе, несмотря на то, что какой-то очередной русский репер пытался зачитывать, но ему не помогли даже колонки, чтобы перекричать Арса. Он тихо наклонился к другу и потрепал его по волосам.

— Слушай, хорошо, я его поищу, но обещать ничего не могу. В Санкт-Петербурге живет почти шесть миллионов людей, шанс очень маленький. Только договорив, Арсений, с заплаканными глазами, полез к нему обниматься, сильно благодаря. Возможно, ради таких моментов он с ним и общается.

***

      Первое сентября — первый день учёбы. День, когда родители радуются, что их чадо наконец-то свалит из дома и не будет отсвечивать, а для учеников это очередная нервотрёпка в течение года. Особенно для девятых и одиннадцатых классов, ведь каждый учитель считает своим долгом сказать, насколько этот период важный в их жизни (будто они не знают), что каждый день нужно готовиться к предстоящим экзаменам.

      Впервые за три года преподавания Арсений решил посетить линейку в честь этого праздника. Хотя для него последние дни были равны аду. От Серёги не было никаких новостей, затрагивающих парня, он только присылал фотки мужчин и спрашивал: он или нет? Но ответ всегда был отрицательным. Один парень так отличался от описания Арсения, что казалось, что Серёжа присылает фотки рандомных людей из интернета, но позже оказалось, что тот был просто покрашен, но всё равно не парень из кафе.

      Арсений стоял позади директрисы, которая слишком уж радостным голосом поздравляла всех с началом учебного года. Казалось, что все ученики, кроме первоклассников, разделяли нежелание Арсения тут находиться. Он стоял тут уже битых два часа, периодически переписываясь с Серёгой, которому вручили пятый класс для руководства. Пару раз на него шикала Ольга Альбертовна, когда слышала звук уведомлений. Если бы Арсения предупредили, что линейка будет идти целых два часа, то он бы приехал к первому уроку, а не стоял и маялся тут в костюме, ведь сегодня как назло стояла жаркая, знойная погода. Ох уж этот Питер.

      Спустя пол часа поздравлений и вручений подарков, наконец-то стали запускать учеников в школу на их первые уроки. Десять минут назад Серёга написал ему, что договорился с родителями своих пятиклассников, и они все тихо свалят вместе с детьми праздновать. Прочитав это, Арс подумал пожаловаться Ольге Альбертовне, но вспомнив, что его будущие отношения зависят от того, найдёт ли Серёга ему его парня или нет, передумал. Но к Арсению подкралась мысль, что Серёга не один такой умный, и ещё парочка классов свалят. Конечно он надеялся, что эти пара классов будут те, в которых он преподаёт, чтобы самому свалить. Огромная надежда была на одиннадцатый класс, которым точно не охота сидеть на уроках, и они уйдут. Арс очень уж не хотел сидеть с ними последний, четвёртый урок, ведь объяснять им что-то смысла нет, слушать они всё равно не будут, а рассказывать им про ЕГЭ он сам не хочет. Какой смысл портить им настроение?

      Первый урок у Арсения пропал, ведь Серёжа настоял, чтобы он взял его пятиклашек. Поэтому Попов спокойно протёр пыль в своём кабинете, который находился в дальней части коридора, на третьем этаже. Проверил свои цветочки, которые вахтёрша поливала в его отсутствие. Достал из шкафа электронный чайник, ведь в прошлом году понял, как сложно жить без чайника, находясь в школе с восьми до пяти. В столовой даже учителям не дают бесплатно поесть! До следующего урока оставалось пятнадцать минут, и Арсений решил наконец-таки изучить то, что проходят в одиннадцатых классах. Ведь несколько дней он откладывал это на потом, а потом стало некогда.

      Через десять минут в кабинет стали врываться восьмиклашки и обнимать Арсения Сергеевича. Несколько девчонок сели за первые парты и стали выпытывать у него как он провёл лето. Минут двадцать Арс болтал с ними, периодически делая классу замечания, что они слишком громко болтают, хотя он и четверо девчонок были громче других двадцати человек. Спустя несколько минут девочки вновь, как и в прошлом году пытались выяснить есть ли у их учителя девушка? — Знаете, я влюбился. — тихо сказал им учитель.

      Ученицы сразу же окружили его, выпрашивая подробности. Он пытался рассказать им всю доступную информацию. Единственное, о чем он умолчал, так это то, что это парень. Одна девочка огорчённо вздохнула, расстроившись, что сердце их замечательного учителя занято кем-то другим. Её подружки посмеялись с неё, а Арсений принялся её утешать, говоря, что она точно найдёт кого-то получше. Он говорил всё это искренне, но ему очень нравилось слушать от девчонок, что лучше него никого нет. Не то чтобы это награда года от восьмиклассниц, но всё равно приятно.

      Через десять минут раздался звонок, и ученики потащили свои тела в другой кабинет, мысленно надеясь так же халявить весь урок. Девочки пошли обниматься на прощание с Арсением, а тот крикнул классу, попутно гладя волосы на голове ученицы, чтобы к следующему уроку повторили материал седьмого класса, ведь будет срез по знаниям за прошлый год. Все недовольно загудели, но Арсений их выгнал.

      Быстро выпив чай, он проверил расписание, чтобы узнать, какой класс дальше. К его удивлению, следующим был шестой А — его самый нелюбимый класс. Особенно потому что в прошлом году, на его уроке, один мальчик, с шилом в заднице, сломал руку. А все претензии предъявили Арсению, хотя того даже в классе не было (позвали к директору). Но он не любил их не только из-за сломанной руки. Он не взлюбил их, потому что они считали его пидором, и нет, он не отрицает это, но неприятно это слышать от пиздюков, которые до сих пор столбиком делить не умеют. Ужас состоял ещё в том, что в их классе нет нормальных учеников, только быдлы и девочки, у которых стрелки достают до ушей, а иногда и всё вместе. Поэтому Арс открыл свою вкладку на компьютере и начал распечатывать им срез по знаниям прям сегодня. Зато в тишине посидит.

      В начале урока он собрал у всех телефоны, а у одного мальчика он забрал аж пять телефонов. Мысленно Арс его похвалил, что он единственный пришел подготовленным, но ему это не поможет. Сначала ученики пытались его задобрить, но Арсений отвернулся от них и стал смотреть фотки Серёжи, которые он отправил Попову, из какого-то кафе-караоке для детей. Спустя десять минут упрашиваний школьники поняли, что теряют своё время и начали писать. Под конец урока, Арсений прошелся по рядам и лично собрал у всех листочки, разрешая детям забрать их телефоны. В целом, он был собой доволен. Зато не придётся мучить их на следующим уроке, а сразу можно переходить к новой теме, не забыв напомнить им, как делить в столбик.

      Одиннадцатый класс… «Звучит как приговор», — подумал Арсений. Возможно, он чуть-чуть боится того, что может увидеть. Единственное, на что он надеялся, так это то, что они не обезьяны, которые ломают руки и обзывают всё, что движется. Надежда была на то, что они достаточно умные и готовились к ЕГЭ летом, чтобы не заострять внимание на темах прошлых лет, а просто проходить новые параграфы, параллельно готовя учеников к экзаменам.

      Сидя на иголках последние пять минут, он услышал стук в дверь и звонкие голоса входящих учеников. В класс зашли относительно высокие ученики, особенно в сравнении с другими его детьми. Все они здоровались с Арсением, а откуда-то из глубины толпы подростков, которые стали рассаживаться по местам, послышались перешёптывания о красоте Арсения. До начала звонка все занимались своими делами. Кто-то сидел в телефоне или болтал с подружками, кто-то ел, а кто-то уже храпел. Арс осторожно рассматривал их, а на глаза ему попался интересный человек. Интересный — это даже не то слово, которое лезет в рот, скорее красивый до ужаса. На второй парте второго ряда сидела девушка какой-то ненормальной красоты. Кристально белые волосы, которые чуть доставали до плеч, голубые глаза, подведённые оранжевой подводкой, у Арсения они тоже голубые, но её были настолько кристально чистые, что казалось их можно разбить. Белая кожа и тонкие, незаметные, светлые, почти белые брови. Ему она показалось знакомой. Скорее всего, когда-то видел её в коридоре.

      Девушка сидела и общалась с мальчиком в очках, который сидел перед ней. О нём он ничего примечательного сказать не мог. Парень как парень, что ещё.

      Прозвенел звонок, и все как по свистку встали, приветствуя учителя. Такого Арсений не ожидал, он думал, что придётся вставать, просить класс подняться и прочее, а тут такое. Он сам аккуратно поднялся со своего стула и, кивнув классу, разрешил им сесть. Подойдя к доске, он записал своё имя и отчество.

— Меня зовут — Арсений Сергеевич, я ваш новый учитель по математике до конца этого года. — все ученики внимательно смотрели на него, кто-то начал записывать его имя, чтобы не забыть. — Надеюсь мы поладим. Большая просьба: хочу, чтобы каждый рассказал мне о себе, то есть сказал имя, фамилию и какие сложности у вас были в вариантах ЕГЭ, если вы их решали, а если нет, то какие проблемы по программе, короче, что вы не понимаете, чтобы делать упор на определённые темы. Всем понятно? — спросил он громким голосом, и все вразнобой ответили «да», а кто-то просто кивнул. — Тогда начнём с первой парты.       И все потихоньку стали рассказывать, что да как. Арс аккуратно писал их фамилии, чтобы не забыть, ведь черт возьми, когда доделают этот электронный журнал. Когда очередь дошла до второго ряда, в дверь постучали. Дернув ручку, зашел парень, извиняясь за опоздание. Арс резко повернулся к той девочке с белыми волосами. Они были почти одинаковыми. У него такие же белые волосы, только подстрижены короче. Арсений пропустил его, только у него был один вопрос: «Почему он в юбке?» — подумал Арсений. Тот парень присел к той девочке, и они начали тихо шептаться. «А, они близнецы!» — дошло до Арсения. Только он их перепутал. Та, что с волосами, которые чуть доставали до плеч и с подводкой — был парень, а с короткой стрижкой — это была девушка, но в тот момент до него это не дошло, ведь в кабинет без стука вошел он…

      От неожиданности и удивления Арсений подскочил и все обратили на них внимание. «Господи, боже мой!» — это кричал внутренний голос Арса. Он не видел этого, но все лицо и вся шея покраснели. Он опять пялился на него, как те восьмиклассницы на Попова. Парень видно сам не ожидал, что его появление вызовет столь бурную реакцию, поэтому даже слова не мог сказать.

      Отдышавшись, Арс присел обратно на стул, и, уже успокоившись, посмотрел на ученика. — Извините, я задержался в столовой. — он повернулся головой к близнецам и шикнул на одного из них. — Предательница! — парень опять перевёл взгляд на шокированного Попова. — Можно сесть? — он покосился на доску и добавил. — Арсений Сергеевич. — он подошел ближе и шепнул на ухо. — А если нет, то можете меня наказать. — и хищно улыбнулся.

      В тот момент в голове учителя были взрывы и безумие, все его желания исполнились в этот злополучный день. Его лицо вновь залилось румянцем, и он стыдливо отвёл от него взгляд. В целом, он был в шоке от того, что встретился с парнем, по которому сох, хотя последние его слова всего лишь разыгравшаяся фантазия Попова. Парень всё смотрел на учителя обеспокоенным взглядом, ведь Арс выглядел так, будто его температура поднялась до плюс пятидесяти. Он так и продолжал стоять в середине класса, а из-за глюков Попов поверил, что у него правда температура.

— Имя… Назови мне имя. — попросил он, беря в руки ручку и решив записать это на листок. — А, Антон Шастун. — ответил парень, а Арс упал лицом на стол, ведь ему уже было так пофиг, что о нём подумают ученики, потому что не Шаркун, а Шастун. — Садись.       Парень прошел и сел за первую парту, перед близнецами вместе с мальчиком в очках. Они все вчетвером начали шептаться о чем-то, пока Арсений трясущимися руками пытался записать его имя. Паника и счастье окатили его. Просто посмотрите! Это тот самый парень, в которого он втюрился. Проблема была в том, что ему казалось, что Антон его не узнал. Возможно, в костюме он не похож на обычного себя, но Арсений надеялся, что тот просто сделал вид, а внутри так же, как и он трепещет от такого совпадения.

      Ученики решили сами продолжить дальше называть свои фамилии и следующим встал сосед Антона. — Я — Дима Позов. Проблем ни с чем у меня нет в математике, кроме новых тем, которые мы должны разобрать в этом году. Но хотелось бы больше порешать варианты ЕГЭ. Учитель кивнул ему, и попросил, чтобы очередь двигалась дальше. Но тут раздался уже знакомый ему голос. — Ну, я Антон, как и говорил уже. В математике я полный ноль, варианты даже не пытался решать, всё равно ничего не знаю. — протароторил он, даже не вставая с места. «За что?» — подумал Арсений, ведь его угораздило влюбиться в него. Будь Антон кем-нибудь другим, то он бы уже предъявил ему за то, что он в одиннадцатом классе, а до сих пор ничего не знает. Но это был Антон, человек, который уже пару дней не покидал его голову. Поэтому на первый раз он мысленно его простил. Странно, но Арса интересовала мысль о том, чтобы научить Шастуна многому.

— Ладно, следующие!       Дальше стала говорить девушка близнец, хотя Арс до сих пор думает, что это парень. — Я Мика Стей, а это — она указала пальцем на брата, — Миша Стей. Мы, ну, близнецы. В целом, с математикой у меня вроде неплохо, но у него капец, похуже чем у Антоши. — её брат закатил глаза, а Арс их вытаращил из-за «Антоши». — Кто из вас кто? — решил узнать у них учитель. — Я девочка, а это особь мужского пола. — закончила она, показав на соседа. — Я особь? Ты вообще существо без пола, ни пизды, ни члена — хер пойми кто! — прошипел он на неё, но спустя секунду отхватил такой удар в пах её ногой, что схватился за живот и упал лицом на парту, а Мика ярко улыбнулась. — Приветствую в нашем классе! — сказал Антон, улыбнувшись.

***

      Антон сидел и задумчиво глядел в окно. В нём было видно школьников в официальной форме, которые спешили домой отпраздновать начало учебного года. «Что тут праздновать?» — подумал Антон, откусывая кусок пирога. Около него сидят трое его самых близких людей. Он уже пол часа назад потерял суть их разговора, ведь он перескакивал с темы на тему каждую минуту. Когда пирог был доеден, Шастун повернулся к Диме, который тряс Мику за руку, и что-то ей пытался прокричать. — Мы сидим в этой столовой уже почти три урока, может сходим на последний? — умоляюще взглянул парень на своих друзей, у которых глаза расширились от удивления.

— Ты издеваешься? — спросила Мика разочарованным голосом, будто не ожидая такой подставы. — Если так хотел идти на уроки — нужно было валить на первый, а то прикинь как это будет выглядеть, если мы заявимся ток сейчас. Кто-то точно Пашке спизданёт, что прогуливаем. — поддержал подругу Шастун. — Но первым физ-ра… — будто оправдываясь, заявил Позов. — Ой! Ты так говоришь, как будто мы сдавать что-то будем. — тыкала в него девушка, прокручивая в руке ложку. — Это принципы! — гордо поднял голову Дима. — Ох, ну извините, если ваши принципы распространяются только на физ-ру, что это вы решили вместе с нами прогуливать ещё физику с литературой? А, сударь? — поинтересовался Антон. — Это вы меня заставили, сами сначала начали ныть, что хотите кушать, вот мы и пошли в столовую. Откуда я мог знать, что вы двое — он указал пальцем на Антона с Микой, — до сих пор не можете доесть! А на алгебру надо сходить. — подытожил Позов. — С чего бы это? — в один голос поинтересовались друзья. — Вы вообще не следите за новостями класса? — получив отрицательные мотки головой друзей, он продолжил — Нина Геннадьевна же уволилась, так? — они пожали плечами. — Так, и нам поставили нового математика, его, кажется, зовут Арсений какой-то там, не помню. Может будет неплохо появиться на его уроке? То есть он будет понимать, что мы ответственные и прочее. Так ещё узнаем хоть как он выглядит. При слове ответственные все трое его друзей рассмеялись. Они и ответственность — два разных слова. Дима закатил глаза, он явно не ожидал другого ответа от них. — А знаете, я согласен. — заявил брат-близнец.       Сестра и Антон вытаращились на него, будто он заговорил не на русском. У Мики даже ложка упала в тарелку с недоеденной кашей. — Ты че? — Ахирел? — Не, посудите. Мы сидим тут, правда, уже почти три часа, может было бы неплохо сходить хоть на один. Мб Пашка зайдет проверить, что как?       Дима охотно закивал, а Антон скептически их оглядел так, будто они говорят на другом языке. — Уф, если вы пойдете, тогда я тоже. — выдохнула Мика, а Шастун пнул её по ноге и негодующе взглянул. — Только я сначала доем! — сказала она и принялась опять копошить в тарелке с кашей. — Хорошо, тогда мы с Мишей пойдем сейчас, всё равно через три минуты звонок с урока, а вы оставайтесь.       Антон посмотрел на лучшего друга, мысленно спрашивая, чего это он за него решает. Дима лишь пожал плечами и стал подниматься со скамейки. Они вместе с Мишей взяли свои пустые чашки и развернувшись пошли на выход. Дверь за ними захлопнулась, и он остался сидеть наедине с подругой.

— Почему мы учимся в школе, где готовят такое? — поинтересовалась она, поднимая ложку. Антон думал, что сейчас каша свалится с неё, но она застыла в ней как вкопанная. — Ебать. — это всё, что смог сказать парень. — Пойду разогрею. — она встала и, подойдя к микроволновке, поставила её на минуту разогреваться.

      Антон не заметил, как пролетело время. Друзья ушли двадцать минут назад, а Шастун вместе с Микой развели вновь пикник. Они сидели и болтали, будто напрочь забыв о уроке, который шёл уже десять минут. Она всё пыталась доесть опять остывшую кашу, а он пил какао и ел булочку.

— Мы платим в год за обучение пятьсот тысяч, а они не могут делать кашу на молоке? Почему всегда на воде? Я пытаюсь это понять уже одиннадцать лет, но, как мне кажется, даже после моей смерти никто не сможет узнать. — Треш, — ответил ей друг, который абсолютно не любит никакие виды каш. Он мог ей только посочувствовать, ведь даже не понимал разницы на молоке она была сделана или на воде. — Урок идёт уже десять минут, — как бы невзначай напомнила она. — Ага, — без интереса ответил её парень, но посмотрев на неё уточнил. — Стоп, ты хочешь идти? — Я устала тут сидеть. Мы поели, ты так точно. Может хоть что-нибудь поделаем, — парень недовольно вздохнул. — Давай так, я схожу налью попить, доем кашу, и мы пойдём? — Ты ешь её уже третий час.       Она не ответила, взяла два стакана и пошла к чайнику. У Антона завибрировало в кармане и, достав телефон, он увидел несколько сообщений от Поза с вопросами, где они. Пока Шаст пытался объяснить другу, что они скоро будут и что пусть учитель пропуски не ставит, он доел свой кекс. Антон завис, смотря на время. Он начал сраться с Димой пять минут назад, когда ушла Мика, а она до сих пор не вернулась. Чайник в столовой стоял в метровой доступности. Оглянувшись, он увидел, что в столовой кроме него и недовольной поварихи, которую тоже заставили сегодня прийти, никого больше не было. — Падла! — Прошипел Шастун, проклиная подругу за то, что смоталась раньше него.       Он даже не успел заметить, как она схватила сумку. Шаст взял всю их посуду, а за спину закинул портфель, и как пингвин поплёлся к месту, куда складируют грязную посуду.

      Антон уже поднимался на третий этаж как вспомнил, что забыл телефон на столе. Быстро спустившись по лестнице в столовую и забрав телефон, он не спеша пошел на математику. Он и так бежал сначала вверх по лестнице, а сейчас у него абсолютно не было сил пытаться ускорить шаг.

      Дойдя до кабинета, он постучал и зашел. Первым, что он увидел — это вскочившего учителя. Антон из-за этого чуть оступился. Шаст рассматривал его, и сначала подумал, что он сейчас без одежды, иначе почему учитель так вскочил. Через мгновение Шастун понял, что уже долгое время молчит, а учитель, уже успокоившись, ждёт чего-то. — Извините, я задержался в столовой, — Антон аккуратно глянул на подругу и одними губами обматерил её. Шастун опять перевёл взгляд на шокированного преподавателя. — Можно сесть? — он покосился на доску и добавил, — Арсений Сергеевич.       Его учитель вновь отвернулся от него, а парень заметил покрасневшую шею. «Заболел?» — это первая мысль, что посетила его. Антон долго разглядывал Арсения, потому что сначала не мог понять, это учитель или какой-то человек на замене. Может быть студент? Слишком уж хорошо он выглядел для учителя. Спустя пару секунд ему разрешили сесть, попутно спрашивая его имя. Сидя за партой, он всё продолжал рассматривать учителя, не зря же друзья его уговаривали сходить попялиться на него. В целом, он этим и занимался. На секунду показалось, что он где-то его видел. А потом вспомнил, что Арсений Сергеевич учитель в этой школе достаточно давно, так что логично, что они пересекались в коридорах. Антон даже не вспомнил того парня из кафе, ведь для него это была всего лишь мимолётная встреча, которая не несёт в себе никаких скрытых подтекстов.

      Арсений же был погружен в него. Для Попова та встреча стала судьбоносной. А сейчас он снова встретился со своим обожаемым человеком. Арс ещё не думал о том, что Антон — его ученик, и по факту ребёнок. Об этом он подумает позже, сейчас же Арсений разрешил ученикам ничего не делать оставшиеся пару минут и открыл телефон, думая, как бы сообщить Серёге, что они встретились.

      Серёга! Точно! В прошлом году он рассказывал, как взял какой-то десятый класс. Что, если это и был класс Шастуна? — понадеялся Арсений. Ведь если это так, он сможет побольше узнать об Антоне. Поэтому он решил отложить звонок другу и принялся искать Шастуна во всех соцсетях. Вк нашел достаточно быстро, но профиль закрытый. «Чёрт», — выругался про себя учитель. Зато с инстаграммом всё было нормально. Даже как-то смог найти профиль в тик ток и тг. Хотя всё остальное нашлось случайно. Проблема была в том, что ни в одном профиле у Антона не стояло фоток. А как по-другому доказать Серёже, что это он, Арс не придумал. Оставшиеся пять минут он пытался сфотографировать Шастуна, который смеялся из-за разговора с друзьями. «Красиво…» — засмущался Арсений.

      Он пытался сделать всё очень аккуратно, даже проверил выключил ли вспышку, но девушка, сидящая на первой парте перед учителем, всё равно запалила и скептически, явно не понимая зачем он это делает, подняла бровь. Арсений решил сделать вид, что не понимает, о чем идёт речь, раньше это постоянно срабатывало. Кое-как сфотографировав Антона, Попову показалось, что он будто специально трясся, чтобы у того не получился снимок.

      Прозвенел звонок, и ученики, радостно выскочив из класса и попрощавшись, поспешили на улицу. Несколько девушек задержалось, чтобы попросить контакты у Арсения, якобы для того, чтобы делиться информацией. Хотя у обоих были совершенно разные цели: девушка хотела бы пофлиртовать с Арсением, а он думал о том, что через неё сможет узнать номер Антона. В общем, все счастливы.

***

       Антон спускался с лестницы и параллельно переписывался с мамой, которая поздравляла его с началом учебного года. Хотя он не понимал, как с этим можно поздравлять. Максимум прислать похоронную открытку. Впереди шагали друзья, которые выбирали какой фильм они будут смотреть сегодня у Антона. Дима как всегда предложил посмотреть биографию какого-нибудь футболиста. А близнецы резко начали колотить его руками, давая понять, что идея фигня. Хотя Антон был не против.

      Когда с выбором фильма и закусок было решено, Мика завела их непринужденный разговор в более интересное русло. — Вы видели, как Арсений смотрел на Антона? — Шастун перевёл взгляд на подругу, спрашивая «как?» — Будто был готов расцеловать прям при всём классе, — закончил Миша за сестру. Антон удивленно посмотрел на них и прошептал Димке, мол «о чём они?». А близнецы не унимались. — А видели, как у него лицо и шея покраснели? Я такое только в манхвах видела, а сегодня впервые за семнадцать лет увидела в жизни. Он был красный, как помидор. Это капец какой прикол! Взрослого мужика смутил наш замечательный Антошка, — и все рассмеялись, кроме Антона. Тот глянул на Диму и не понимал, чё вообще происходит. — Шаст, ну он даже по моим меркам выглядел по-гейски. Вы раньше не встречались? — Ага, а то будет еще страннее, если у него встал на рандомного мужика! — поддержала подруга Диму.       Антон захотел соврать и сказать, что виделись, но обманывать он не хотел. Он честно никогда не видел этого мужика, ну, это он так думал.       — Да не виделись мы с ним. Я уверен, ему просто плохо стало, а вы тут приписываете, что он гей!        — Да, да. Твоя взяла. Пошли уже фильм смотреть, — сказала Мика. — Я, кстати, слышала, что в понедельник Попов зачёт вроде устроит, — она посмотрела на Антона. — Тебе хана.