Зажигая солнце

Pov: Арсений

Это утро было райским. Невероятно светлым, слепящим, теплым, нежным, спокойным и безмятежным. Вся спальня залита белоснежным светом, льющимся внутрь через окно, которое мы вчера, конечно же, не успели закрыть. Он освещал полный хаос и месиво из наших вещей на полу и игриво бликовал на маленькой серебряной упаковке, валяющейся где-то у изголовья. Напоминая о том, что между нами произошло. Солнечные зайчики от зеркала дремали у нас в ногах, притаившись на широкой мягкой, словно облако, постели. Сладость утра не позволяла убрать улыбки с лица и открыть, наконец, глаза. Устало и громко втянуть лёгкими чуть застоявшийся в тканях постельного теплый воздух. А потом протяжно и расслабленно выдохнуть… Это утро отличалось от других тем, что сегодня на моей груди ощущалась заметная приятная тяжесть. Пальцы моей ладони задумчиво и невесомо зарылись в золотисто-пшеничных светящихся на солнце кудрях молодого парня, которые щекотали чувствительную кожу моей шеи. На ней ещё не успели остыть его нежные поцелуи… Что ему снится?.. Я постарался чуть опустить голову, прижав подбородок к груди, чтобы не потревожить его и рассмотреть лицо. Такой невероятно, неописуемо милый: щека прижата ко мне, длинные реснички, розовые пухлые губы, как у ребенка. И шоколадная родинка на носу. Он пах чем-то сладким, словно детским шампунем. И влажной кожей со следами моих рук, губ и чего-то откровенно нового и особенного… Он улыбался во сне и крепко обнимал меня. Я не спал уже какое-то время. Вспоминал отрывки минувшей ночи. Лучшей ночи в моей жизни. Наконец-то это произошло… Быть с истинным — нечто неземное и прекрасное. Уже не думал, что когда-то испытаю это чувство. Это не сравнится ни с чем, ни с одним даже самым большим удовольствием в мире. Нечто на грани небесного. Душа улетала в рай… Внезапно зазвенел будильник. Да-да, я старомоден, мой будильник это все ещё умные настольные часы рядом с кроватью, а не смартфон. Звук громко и неприятно ударил по ушам. Я досадно нахмурился и скривился, будто мне наступили на ногу. Пришлось осторожно чуть перевернуться и таки потревожить моего пригревшегося котенка. Отключив противную «сигнализацию» (сегодня я мог обойтись удаленкой) я почувствовал, что Малой проснулся. Сладкий носик с родинкой тепло и лениво зарылся в мою грудь, крепко прижавшись всем телом в ответ на мои «объятия». — Доброе утро, — «бархатно» и как можно более ласково произнес я. — Доброе… — мягко чмокнул он губами, отвечая чуть хрипло и сонно ерзая щекой по моей груди. Не собираясь прерывать идиллию. — …Все хорошо? — но мои намеки на особенность этого момента и его состояния дали о себе знать эдакой интонацией. — Мгм… — даже как-то интимно и загадочно, но довольно протянул мой мальчик. Pov: Антон Я чувствовал себя хорошо. Ещё не сказать, что полностью «проверил свои настройки» во всем теле, наслаждаясь лишь поверхностными ощущениями на коже, негой от хорошего крепкого сна и запахом родного тела. Надо же, все встало на свои места… Я думал, что мой кайф только в том, чтобы быть сверху, гонять мелких смазливых слабых пацанов, кто не против принять у меня на зуб, но нет. Я раньше плохо обо всем этом отзывался. Признаюсь. Я многое пересмотрел после этой ночи. И понял на себе разницу между «подставлять задницу мужикам» и «быть единым с любимым человеком». Кто вообще по позиции в сексе оценивает статус в обществе? Даже великие политики когда-то все вылезли из… Не важно. Это утро только наше. Короче говоря, пазл сложился самым неожиданным и на удивление весьма приятным для меня образом. И все же игнорировать его будильник мне не стоило. Разлёгся тут сверху и лежу. А человеку, может быть, на работу пора… Я ещё немного поерзал. — А можно я в школу сегодня не пойду? Сегодня последний день перед первым экзаменом, последняя консультация по математике. — Да? — Арс попытался посмотреть на меня, тоже чуть подтягиваясь к изголовью. — Потому что я… — мне даже было тяжело передвигать руки и ноги. — не уверен, что вообще смогу куда-то сегодня дойти. — выразился честно и красноречиво я. Старался не думать о том, что между нами произошло, ведь если бы я увидел это со стороны, сквозь призму своего пацанского авторитета, мне бы вряд ли это понравилось. Раньше я, даже признав наше сексуальное взаиможелание, думал, что добьюсь, чтобы учитель сделал мне приятно. Но теперь понял, что приятно мне может быть с ним в любой форме. Слышите, вы? Да. Вот настолько он хорош. — …Ну, я постарался… — гордо замурлыкал довольный Арсений, восхваляя себя. — … Понравилось? — голосом Базилио он все продолжал напрашиваться на восторженные комплименты и гладил мой затылок. — Мдам… — сладко и сонно протянул я, прикрыв глаза и ерзая — одеяло едва прикрывало мне спину. Тело мое было абсолютно ватным, словно я этой ночью заново родился. — но если честно, немного больно по началу… — озвучил свои мысли я, снова не боясь быть с ним честным. — Больно? — кажется, с удивлением переспросил Арсений. Как я подумал — он сразу напрягся, переживая, что я тогда весь процесс просто терпел, боясь сказать ему «хватит», что я не был готов… Но это не так. Правда. Мне не 15 лет, я понимаю, что делаю. Принимая в себя другого мужчину так это точно. — Ну да, — виновато и одновременно сексуально-невинно тихо помялся я как истинный скромник, начиная просыпаться и поднимать голову, чтобы наконец посмотреть на его красивое лицо. Зато это было честно. — Ну мне тоже, — тут он уже явно начал гнать и я отвернулся, не разглядев его и близко — солнце било в глаза. Или это его улыбка? — Ну да, — отмахнулся я. — Показать как? — Не-ет!.. — когда он попытался хватануть меня под одеялом (а мы, как оказалось, до сих пор голые — трусы не появились на нас волшебным эстетичным образом), я дернулся и засмеялся. — …все было хорошо. Спасибо, что ты такой, — не договаривая, я решил закрыть глаза и поцеловать его в благодарность за терпеливость и нежность, которые он с трепетом вкладывал в каждое действие со мной вчера. Наши теплые уставшие губы соприкоснулись, прижавшись одинаково крепко. И я, угомонившись, вернул щеку ему на грудь, обнимая, как плюшевого медведя, которого у меня никогда не было в детстве. Ася запрыгнула на стол и взмахнула пушистым хвостом. Теперь она уже не смотрела на меня с презрением, а только удивлённо пучила зелёные глаза, не понимая, как мы угодили в такую конфигурацию с ее хозяином? — И все же у тебя… — я потянул плечи, не отнимая рук от фигуры Арса. — Такая же родинка, как у того чувака, на фото. — и вздохнул со спокойствием и миром в душе, вспоминая, что ещё хотел сказать ему раньше, но не мог из-за школьной этики. — Только на правом бедре.

Pov: Арсений

Я закатил глаза. Ну что за чудо с невозможной памятью и отсутствием фантазии… — …Какой же ты дурачок иногда, Антоня… — вздохнул я с улыбкой. — Чего? — смутился он. — Мои это были фото. Родинка того «чувака» это и есть моя родинка на правом бедре. Селфи зеркальное. Я заставил парня задуматься. Казалось, что я слышу, как просыпаются шестерёнки в его мыслительном процессе. Это было очень любопытно и забавно. — … Значит, зря я их удалил? Я повел бровями и погладил его обнаженную спину. — Ну теперь-то ты можешь все увидеть вживую, — гордо прикинул я. — Ах, да, — Антон вытянул руки выше и обвил мою шею, уже дурачась. — Я совсем забыл… — и крепко прижался снова, потягиваясь и не желая меня отпускать ещё как минимум часа два. Довольный своим положением. — учитель русского скинул мне свои интимные фото — чем же я это заслужил? Я поддержал его под ребра и снял на соседнюю часть постели. — Может быть, тем, что доводил меня на протяжении пяти месяцев? Антон довольный и улыбающийся поставил голову на локти, любуясь моим лицом и шухером на голове. Если так посмотреть — мы сейчас с ним как два подростка без определенного возраста, весенние и влюблённые. — Наглый хитрый котяра… — я смахнул кудряшку с его лба.

Pov: Антон

Мне, признаться, понравилось говорить ему правду, ничего не скрывая. Я чувствовал некий гормон счастья, когда озвучивал без страха все, что теперь нес в своей голове. — Вообще, если честно, я просто поспорил. С Димасом — что смогу тебя совратить, что ты не такой безгрешный и непробиваемый, каким хочешь казаться. — Ах. Вот оно что. Я видел постепенно, как зарождается вихрь строгости в его голове, а я выступал целью. — Значит, Шастун, мне стоило бы вас наказать, а не любезничать?.. — тут Арс совершенно неожиданно попытался меня защекотать, нападая сверху и буквально накрывая меня собой. — Ха-ха, не-ет!.. — сьежился я, как тараканчик, закрываясь заломаными тонкими руками. — я просто хотел оторваться. Последний школьный год. Оторвался. Ни че не скажешь. Просыпаюсь с «Занудием Сергеевичем» в одной постели. Арсений понимающе посмотрел на меня и опустил глаза, пропустив ещё минутку приятной тишины. — …Как рука? — учитель в нем все же начал брать верх над любовником, которого интересовала только область моей задницы. — Болит ещё, но уже… Гораздо лучше… — я спрятал ее под одеяло, делая сонный вид и прикрывая глаза. — …Надо готовить завтрак. — Арс остановил свою руку на моей спине и закинул за голову вторую, озадаченно по-хозяйски вздохнув. — …А можно я ещё полежу? — я поставил подбородок на запястье и состроил жалобные глазки, смотря на Арсения из-под разворошенного гнезда своих кудрей. — Конечно можно, Котёнок…

***

Минут через 30 мне надоело валяться и исследовать мелкие детали постели, разглядывая на солнце частички пыли, вспоминая, как хорошо мне было вчера ночью. И пытаясь оценить по десятибалльной шкале уровень боли в разные моменты и под разным углом наклона. Не то, чтобы я там за чем-то следил или засекал шкалу моего ахуя от происходящего с моим телом, но это все было очень любопытно. Вскоре я был приманен на кухню запахом вкусного. Здесь уже вовсю царила милая утренняя атмосфера и суета. Я лицезрел очаровательную картину, как в лучших романтических фильмах Голливуда. Арс мастерски готовит завтрак. В моих серых спортивках, едва достающих ему до щиколоток. И они явно были ему тесноваты… Но и мне как настоящему порядочному любовнику-малолетке пришлось стащить его огромную белую футболку и напялить на себя как трофей завоёванной (совращённой) территории. Приятно было ощущать «его» на себе. Я закусил большой палец, прислонившись плечом к дверному косяку, и стал наблюдать с интересом за тем, как под профессиональным руководством Арсения Сергеевича шкварчит очередной съедобный шедевр. Но глаза мои были прикованы далеко не к плите. Гораздо приятнее было рассматривать его будоражащий прогиб в пояснице и тонкую талию с выпирающими косыми мышцами живота — все это я трогал вчера, хоть и боязливо и ещё со стеснением. Наблюдать сильные умелые выносливые руки, при этом — тонкие изящные запястья с рельефом переплетающихся венок. Скользить взглядом вверх по мужским крепким плечам и терять фокус в области широкой спины — каждая родинка притягивала на себя внимание. Не верится, что все это неописуемой красоты богатство статуэтки греческого бога — теперь принадлежит мне. Доступно только моим глазам. Выдержав на ногах гордые 15 секунд, я все-таки выдал свое присутствие вздохом. Арс обернулся. — Надо же — ты встал! — И по-моему не только я… — все же не всю нереализованную пошлость он из меня вчера вытрахал — я невольно вбросил этот намек, проходя мимо плиты со сложенным сзади руками, как невинная кудрявая барышня. И он был им услышан. — Одеться не хочешь? — я, конечно же, на самом деле был только «за» образ такого мастершефа, но хотел обращаться к нему, уже как к своему парню. Наравне. Я тот ещё пошлый доебатор и контроллер. — Аналогично как и ты, — произнес низким голосом Арсений прямо мне в губы, забирая мое лицо в объятия горячих ладоней. И долго и неспешно приветственно целуя. Я расслабился и свободно закинул тонкие руки ему на плечи, чуть наклоняясь вперёд, зная, что он меня выдержит. Хоть я и был ещё очень «зелёным» и по настоящему характеру жутко стеснительным в плане отношений, в чем я убеждался прямо сейчас, мы не могли друг от друга оторваться, целуясь теперь часто, отыгрываясь за все упущенное время. В эти моменты я был где-то в неге или эфире — парил в небесах, среди розовых облачков, не думая о том, что вешаюсь на учителя и позволяю себе так откровенно демонстрировать свои «языковые» способности. Сквозь улыбку, царившую на моем лице, трудно было продержаться больше 5 секунд, поэтому я отстранился. Сердце с каждым разом билось так быстро, что все процессы в организме сбивались и у меня в голове наступала влюбленная головокружительная кома. Думаете, после первой ночи, которая была не особо полноценной по части отрыва и комфорта, я так быстро привыкну, словно эти 5 месяцев мы действительно встречались? Нет. Я плыл, как пятиклассница, всегда когда лишь встречался с ним глазами. Такое состояние чередовалось с моим тотальным желанием соблазнить все, что движется. Такой вот я был. Бандитский пацан скромник с поведением пятилетнего и потенциалом элитного стриптизера. — У тебя походка изменилась… — поделился своими наблюдениями, скорее больше выдуманными, Арсений. Все поглаживая меня по спине и щупая талию так собственнически ласково, как Большой Папочка в какой-нибудь грязной порнухе. — Что? Да ну… — я сразу почему-то смутился, отвернувшись, хотя по сути не понял, как этот миф о физиологии лишившихся девственности девочек относится ко мне. Все же я остался в роли скромного мальчика без опыта и не стал сразу намекать ему на минеты по утрам, обнимать со спины за готовкой, шлёпать по заду, проходя мимо, и всячески лапать в свободное и не очень время. Я все ещё стеснялся, ведь долгое время видел его только в роли строго серьезного и взрослого учителя, которого принято уважать. Второго отчима, можно сказать… Надеюсь, это нормально и со временем мы притремся. Не только голыми — друг к другу. — У вас желание жарить до скольки обычно держится? — будучи в мурашках и на трясущихся ногах (Арс выше меня) после таких поцелуев, я рискнул снова назвать его на «Вы» в целях некой ролевой игры. Пахло уже очень вкусно. — А по-разному… — так же хитро и мимолётно ответил он, отпустив меня и вернувшись к плите. Я налил себе стакан водички и сразу выпил залпом почти половину. Да, хорошая была ночка. Я как выжатый лимон. На столе меня уже ждала тарелка свежей каши, украшенная ягодами в лучших традициях Инстаграма. Как мило. Он сначала позаботился обо мне, варил ее тут все утро. Хоть с предпочтениями моими и не угадал, а казалось бы, уже две недели я делю с ним холодильник. — Овсянка на молоке, сэр? — изогнув вопросительно и чуть жалобно брови, я проводил взглядом хозяйничающего Арса. Подъеб с молоком засчитан. — Полезно и придает сил, между прочим, тебе это пригодится, — строго произнес он, словно я теперь у него в секс-родительском рабстве и должен сидеть на особой диете. Но я не был против, правда. Я не ждал, что он теперь положит весь мир к моим ногам, заберёт меня от родителей, уволится со школы и увезет куда-то на Мальдивы на необитаемый остров. Я хотел отношений как у всех. Простого подросткового счастья от первой любви. Несмотря на то, что она обычно бывает между сверстниками. Но даже после такого райского момента и истинности я не заглядывал в будущее и нашу судьбу. Свадьбу, детей, семью и общую квартиру… Я ещё не верил, что этот мужчина мой. И что у меня теперь новый статус. Мне казалось, что между нами по-прежнему нечто волшебное и особенное, чего нет ни у кого, и это не поддается никаким шаблонам вроде завтраков, милых прозвищ, походов по Икеям, пикникам и сексам со взбитыми сливками. Хотя, конечно… Конечно, черт побери. Мы всё это теперь попробуем. — А тебе что, силы не понадобятся? — я облокотился спиной о стол, разговаривая с ним, выкладывающим себе на тарелку яичницу с помидорами. Он кстати многие продукты называл иностранными словами, я этого не понимал. — А кто сказал, что я устал?.. Господи — я просто кипятком ссался с его намеков этим бархатным голосом. Снова отвлекая меня своими ненасытными губами, в настоящей взрослой неконтролируемой одержимости, он резко подсадил меня на стол, что я аж перебил дыхание как от удара в грудь и обхватил руками его крепкую шею. Помню, отец так же неожиданно впервые посадил меня на большую лошадь, которых я дико боялся. Мне тогда было года 4… То, как легко Арс подхватил меня под мои сухенькие бедра и в одно движение закинул на холодную мраморную поверхность… Затем властно прошёлся теплыми коварными ладонями от коленей наверх к краю футболки… Я не был к этому готов и инстинктивно свёл их, положив руки на плечи мужчины, не позволив ему прижаться телом ко мне. И он сразу отстранился, не настаивая на ответе. Я опустил глаза, не зная, что сказать о своем ненамерении, и просто очаровательно чуть усмехнулся и сбивчиво помотал головой. Арс сдержанно прижался губами к моему виску, терпеливо убрав свои руки с моих колен и просто взяв за пальцы, как маленького ребенка. — Ладно… — согласился он, туша огонь своей прыти железным щитом самоконтроля. — ты прав, прости. — ещё раз подтвердил мой нелепый отказ на данный момент он, тоже взмахнув челкой. — просто не могу от тебя оторваться… — последнюю фразу он прошептал мне на ухо, обдав горячим дыханием шею. Если вы когда-нибудь чувствовали себя наркотиком для любимого человека… Вы меня поймете. Я покрылся мурашками. — Спрыгивай, всё остынет. Мы, наконец, приступили к завтраку. За которым спустя 5 месяцев всей этой чертовщины между нами решили всё-таки обо всем поговорить.