Когда Роберт - олень

-Государь пока изволит почевать, – знакомый мальчишеский голос ворвался ко мне в сознание и немного подбудил. -Хорошо, – отозвался уже мужской, чуть надтреснутый, и тут же раздался короткий сухой кашель, – но позови меня, Гарт, когда его милость отоспится и будет готов меня принять. -Разумеется, милорд десница. Ага. Мальца зовут Гарт. Странное имя, впрочем, реконструкторы, как и толкиенисты, еще и не так себя обзывают. Куда уж страннее, что на свои сборища они детей тягают – а потом считают, что детям нужно горшки за взрослыми мужиками выносить. С трудом я поднялся на квазикровати. “Деснице” я этому, как в себя приду, рыло за это начищу: так использовать ребенка, даже если он твой собственный. Было, было у меня ощущение, что та же раболепность имелась в голове у мальчика при разговоре с “десницей” – а это значит, что его абьюзят, заставляют на кой-то хер делать вид, что я тут государь, и вбивают в голову всякий полукиношный бред. Вернусь домой и соцслужбы вызову на это скопище придурков! Кое-как я доковылял до окна, но на сей раз не стал разглядывать раму, а присмотрелся вовне, чтобы хоть приблизительно понять, куда меня завела моя пьянка. И охуел. Эти психи возвели тут целый, судя по всему, город. Притом, частью из кирпича. Сколько они и как зарабатывают, если могут такое себе позволить? Сходка реконструкторов-миллиардеров? Да лучше бы детям своим оставили! Ну, или хотя бы - оставили детей в покое. Будучи, как выяснилось, бесплодным, я часто жертвовал в фонды, которые, так или иначе, помогали малышам-сиротам, даже пару раз навещал частные детдома, хотя и понимал, что забрать из них кого-нибудь будет большим геморроем для ребенка, чем для меня. В общем, люби издалека, помоги, чем можешь, но сам, по неумению, не лезь. Малыша же Гарта мне было искренне жаль. Зачем тащить детеныша на такую игрушку, да еще и заставлять делать, ну, я не знаю, все вот это! Особенно, если у вас, очевидно, есть деньги. Ребенок, естественно, любую игру воспримет радостно, тем более, если мама и папа в то же играют, но горшки выносить?! Я таки доковылял до выхода, надеясь, раз уж пролюбил сотовый, найти стационарный телефон. Там стояло зеркало, и то, что я в нем увидел, превзошло все возможные ожидания: мужик, не поймешь, не то около тридцати, не то за шестьдесят даже, толстый, с растопыренной бородой, притом, высокий, мышцастый, алкогольные мешки под глазами, губы - дрожат; такое в тренажерку надо или хотя бы бегать по утрам заставить. Но не я, черт побери. Вообще не я! Реконструкторы реконструкторами, но происходит какая-то дичь. Я, конечно, накидывался, но алкоголем, наркоту не ел. Почему меня так глючит? Ладно, доберусь до дому - даже раньше соцслужб, вызову нарколога. До такого дойти - это уже самый край. В дверь постучали, тихонько, и я, отойдя внутрь немного, сказал: - Войдите. -Государь, - теперь зашел какой-то хмырь, которого я пока еще не видел. Взрослый, одетый в красное, и без того (я все еще типа король?) раболепного взгляда, в отличие от мальчугана. - Раз вам стало лучше, десница настаивает на визите. -Хрен с ним, пусть идет, - только тут я отметил, что и голос у меня изменился, - телефон мне только принеси. -Прошу прощения, ваша милость, что именно принести? -Да вы все тут совсем заигрались? Телефон! Хоть стационарный, хоть свой сотовый! Сейчас, или я вам не царь великий?!