вино и сигареты

— Слушаю. — выдыхает девушка в трубку, отодвигая темную штору и впуская в гостиную ранние солнечные лучи. Утро в Барселоне, как ни странно, чувствовалось совершенно иначе, чем в Мадриде. Какая-то легкость витала в воздухе, попадая в комнату через приоткрытое окно. И это было бы абсолютно прекрасное утро, если бы не этот звонок. — Ты же узнала меня, надеюсь? — У меня записан твой номер. — она нервозно смеется, потирая шею. — Ты что-то хотел? — Вчера вот прилетел в Мадрид. Девушка приложила пальцы к приоткрытым губам. Что бы не было между ними, ему она желала только добра, и эта новость буквально выбила землю из-под ног. Белла до сих пор помнила свои эмоции, когда поняла, что им всем придется уехать домой, и сейчас представляла, что он испытывал. — Жуан, я очень сожалею. — шепчет Изабелла, присаживаясь на диван. В горле будто встал ком, мешая нормально говорить. — Все в порядке. Не будем об этом. — парень врал, причем это было так очевидно, что даже младенец бы понял. Просто ему казалось, что не стоит тревожить незажившую рану. — Я хотел бы увидеться с тобой, правда. Белла была готова схватиться за голову от отчаяния. О переезде ведь парень и понятия не имел, да и когда бы он узнал? Пока он был в Дохе, времени спросить, что в жизни девушки нового произошло, особо времени не было, да и сама Гарсия в беготне забыла поставить в известность. — Прости, мне надо тебе кое-что сказать. — шепчет в динамик девушка, нервозно потирая со лба выступившие капельки пота.  — Я уехала из Мадрида. — И надолго? — Мне предложили работу тут, в Барселоне. — О, ну конечно. — недовольно шипит Жуан. — Твой дружок постарался на славу, еще бы. Ладно, у меня есть время перед продолжением сезона, я могу приехать- — Это плохая идея, Жуан. — прерывает его девушка. — Не стоит. Внутри парня все сжалось, будто ребра стали металлическими тисками, сжимавшими легкие и сердце. Дышать было тяжело. Слова застряли в горле. Сохранять самообладание было очень тяжело. — Что ты имеешь в виду? Изабелла думала об этом уже очень давно, и вот сейчас ей нужно было, наконец, сказать эти, казалось, слишком жестокие слова. — Я думаю, нам стоит прекратить общение. На другом конце трубки послышался треск. — Что, прости? — Я не вижу в этом смысла, Жуан. Говори жестче. Чем больнее ты сделаешь, тем быстрее он забудет. — Слушай, в том, что ты переехала, нет проблемы. Глупо из-за этого прекращать общаться, Белла, у нас с тобой же все нормально. Или дело в этом придурке, я не понимаю. Феликс тараторил, не в силах остановить поток мыслей, и некоторые его слова под конец просто уже были не различимы. — Не вздумай вмешивать в это Пабло. Он и понятия не имеет об этом всем, я сама приняла это решение. — она шепчет, чтобы не разбудить Гави. — Так будет проще всем нам, ты сам это понимаешь. — Белла, подожди, давай рассуждать рационально... — парень с каждым словом терял последние остатки надежды, хватался за каждый ее вдох, как за спасательную веточку. — Что плохого в том, что мы будем друг у друга, а? Но она уже приняла решение. В силу того, что Феликса она знала не так давно, расставаться с ним не было слишком больно. Прожить без его внимания она вполне могла, оно не было жизненно необходимым. И прощаться так грубо, как она собиралась ей сделать, было тоже очень просто. — Жуан, не надо. — То есть, это все, да? Да, это все, Жуан. — Сука, что у тебя в голове творится. — парень шипит, словно змея, источающая желчь и яд. — Это все он, да? Чертов Гави, я же ему шею сверну. — Закрой свой рот, Жуан. — девушке приходится повысить тон, чтобы остановить ругательства португальца. — Хватит. Феликс даже не успел ничего ответить, как она сбросила трубку. Действительно, хватит с нее. Она оставляет телефон на кухне, прежде чем вернуться в спальню и снова заползти под одеяло. Пабло все еще спал; утренние солнечные лучи прыгали по детскому личику, вырисовывал замысловатые фигуры. Девушка прижимается спиной к широкой груди и в ту же секунду ощущает, как мощные руки сгребают ее в объятия. Парень в полудреме целует ее в затылок, чем вызывает улыбку на ее лице. От него веяло теплом, таким домашним, что скулы сводило от удовольствия. — Где была? — спросонья спрашивает Пабло, утыкаясь носом в ее шею. От девушки до сих пор пахало вишневыми сигаретами. И, если раньше его блевать тянуло от этого запаха, сейчас он жадно втягивал его легкими, потому что это был именно ее запах. — Нужно было закончить одно дельце. Под дельцем она, конечно же, подразумевала эту драму с Жуаном. Белла разворачивается, чтобы оставить легкий и мимолетный поцелуй на его губах. Об этом она мечтала все утро. — Нам пора вставать. Отряхнув пепел с сигареты через открытое окно такси, девушка внимательно осмотрела стадион, к которому они подъезжали. Камп Ноу - это то, о чем Пабло всегда говорил с этими милыми искрящимися звездочками в глазах. Это было его место силы, правда. И сейчас Белла, наконец, поняла, почему. Когда они подъехали к воротам, их машину окружила толпа людей. Фанаты бились в окна с футболками и маркерами в руках, журналисты тыкали камерами, ослепляв вспышками. Люди скандировали его имя, крича, надрывая глотки: «Гави! Гави! Гави!». Белла повернула голову в его сторону и увидела этот страх, явно написанный на его лице. Дискомфорт от внимания папарацци накрывал с головой. Пабло поджал губы, наблюдая за абсолютно не адекватной реакцией фанатов. Гарсия, заметив это, крепко сжала его ладонь в попытке успокоить. Парень выровнял дыхание; этот маленький и кроткий жест со стороны девушки действительно помог. Дальше все было как в тумане: подписание контракта, объяснение обязанностей, экскурсия по этим лабиринтам Камп Ноу. Девушка не могла перестроиться с одних эмоций на другие - настолько сильно они захлестывали ее. Гави, как и полагалось, был рядом с ней каждую секунду, просто даже морально помогая выдержать это испытание. Наконец, они вышли из туннеля на сам стадион, где уже вовсю шла тренировка. Парни бегали по полю, гоняя мячи и обходя препятствия, кто-то сидел на вело-тренажерах, устало вытирая потный лоб, а кто-то пробивал мячи в ворота, не давая спокойно вздохнуть вратарям. Приход Гави и Беллы, конечно, немного отвлек их от своих занятий. К ее счастью, многих игроков она знала уже лично благодаря чемпионату мира. Поэтому она получила теплые слова приветствия от Бускетца или Джорди, в то время, как Ферран подбежал к ней, чтобы обнять и потрепать по голове, запутывая локоны. Гави отпустил ее руку, давая возможность спокойно пообщаться со всеми, и девушка, конечно же, без лишних слов сделала это. Торрес действительно соскучился по этой маленькой стерве, поэтому, прижав к себе, заботливо поцеловал в макушку. Ансу успел вкинуть пару локальных шуточек, лучезарно улыбаясь. Алекс Бальде, ранее не особо проявлявшийся, тоже соизволил подойти и выдавить из себя максимально доброжелательное «привет». Конечно, предстояло много кого узнать. Адаптироваться. Привыкнуть. И, как ни странно, неизвестность ее не пугала. А вот Педри, стоящий чуть поодаль, пугал невероятно. Только Пабло закончил с ним разговаривать, как он тут же направился мимо нее в туннель, видимо, в раздевалку. Он сделал, как она сказала. В точности и беспрекословно. «Нам нужно меньше видеться» «Не мозолить друг другу глаза» Белла смотрела, как Гонзалес проходит мимо нее, кинув холодное и бесчувственное приветствие и даже не посмотрев в ее сторону. Вот так вот. И как бы это не ранило в самое сердце, она была довольна. Ведь он сделал так, как это было необходимо.