Позитивное общение

              По поводу подвески Чонгук, конечно, оказался прав. Увидев испачканное в крови серебро, родители чуть не заскулил от восторга дуэтом. Прошло всего два занятия, а они уже заочно обожали этого загадочного проблемного оборотня, невольно подвязавшегося учить их сынулю привыкать возюкаться в крови. Отец обещал, что в любой день может подвезти до леса и обратно, мама твердила, что нового друга нужно обязательно пригласить на ужин, она вон косулю заморозила, можно отличное рагу приготовить… и только Джунги оставался настороженным и холодным. — Ты в него втрескался, что ли? — выдал он, когда Юнги после душа забрался под одеялку и приготовился вырубиться до самого заката. Увы, от таких слов всё внутри моментально узлом завязалось. Над закрытым непроницаемой металлической шторой окном горела гирлянда с красными и белыми лампами, в свете которых всё выглядело чуточку более угрожающим. Был почти час дня, родители давно спокойно спали. И им бы тоже следовало, будильник вон на семь вечера стоял. Только что-то подсказывало Юнги, что выспаться он не сможет. — С чего такие выводы? — пробурчал он, зевая и притворяясь невозмутимым. — Выдумал какую-то рекомендацию для универа, таскаешься с ним на охоту, хотя блюёшь, когда у тебя медсестра кровь из вены берёт, а домой привести стесняешься. — Джунги, сидящий за столом, развернулся вместе с креслом и с коварной улыбкой уставился на брата. — Всё по канону. — Ничего я не выдумал. Комиссии нужно предоставить рекомендательные письма из школ и кружков, куда я ходил. А я никуда не ходил, я всему сам дома учился. Вот и… подумал, раз моя сильная сторона — самообучение, нужно кого-нибудь чему-нибудь обучить. — Обучатель, — усмехнулся Джунги. — Втрескался. — Да что ты заладил? — Потому что ты втрескался! Ты перед школой вчера надел всё старое, чтоб не жалко было на охоте изгадить, а волосюшки свои три часа лаком укладывал! — Так я же в школу сначала шёл… — Ты десяток лет сначала в школу ходил и даже не причесывался, а тут вдруг и бальзам для губ купил, и лак для волос, и… — Джунги потянул театральную паузу и выудил из кармана белый тюбик. — Инновационный тональный крем Silver оттенка «Ультрабледный»! С ним никто не узнает, что вы делали прошлым утром! Любые дефекты вашей кожи будут надёжно скрыты в течение полных суток. Не боится пота, слёз, крови и даже пламенных взглядов! Silver — выпусти на волю свою истинную красоту! — Скотина ты… — проворчал Юнги, отворачиваясь к стенке. Джунги со стуком поставил тюбик куда-то на полочку. — У скота клыков не бывает. — Кабарга с тобой поспорит. — Ладно, бывают. — Джунги выдернул гирлянду из розетки и зашуршал, укладываясь в постель. — На самом деле, я рад узнать, что ты хоть кем-то интересуешься. Не то чтобы быть не способным влюбляться плохо, дядя Бумгён вон сорок лет так живёт и не жалуется, его жизнь никак не назовешь неполной. Но всё же есть в любви какое-то очарование… — Не уверен, что мы с тобой чувствуем что-то похожее. — Значит, ты признаешь, что что-то к этому своему Чонгуку чувствуешь? — Чувствую, что моё признание тебе уже и не нужно. Отвяжись, пожалуйста, тебе завтра на свидание с самого раннего вечера бежать. — Юнги невольно улыбнулся, крепче стискивая подушку-обнимашку. — Добрых снов. Джунги хмыкнул, пробормотал еще что-то невнятное и затих. Юнги: Я вернулся. Намджун: А я не уходил. Как прошло? Юнги: Кажется, вторая проблема стала еще серьезнее. Хотя, каюсь, в этот раз большая часть моих доводов — он симпатичный, он такой симпатичный, он очень симпатичный. Только уже о волке. Волка в зоопарке, конечно, вообще не сравнить с общением с реальным оборотнем… Намджун: Да. А стриптиз в клубе не сравнить с реальным сексом. А пробник сыра на дегустации — с ужином в ресторане. А тизер фильма — с походом в кино. И так я могу продолжать целую вечность. Но всё это ведет к одному: хочешь или нет сейчас, рано или поздно ты начнешь к нему подкатывать, ставлю дополнительное четвертое желание на это! Юнги: Я не ввязываюсь в заранее проигранные споры… Намджун: В каком это смысле? Юнги: Похоже, я уже начал. Попёрся с ним в пункт приема, до дома проводил… еще и печеньками с рук кормил, пока он тащил пакеты из минимаркета. Намджун: Эй, Юнги-я, это уже не подкаты, это уже отношения. Юнги: Если бы. Он воспринимает меня только как друга, так что не видит ничего романтического в моих действиях. Сразу понятно. Я просто хён, который помогает подтянуться по учёбе. Намджун: Так, может, это твой шанс?) Юнги: Предлагаешь мне наслаждаться волнующей близостью, пока он видит в ней только дружбу? Нехорошо как-то)) Что я скажу, когда Гук вспомнит, что друзья обычно взасос не целуются?) Намджун: Ну, скажешь, что у него крошка на губе прилипла, а у тебя просто руки заняты. Крошки, они коварные, иногда так просто не сдаются. Намджун: А если без шуток, это отличный шанс приучить его к своей милой стороне. Подсадить на нежности, как на печеньки. Сделать зависимым от тебя и твоей заботы. Надрессируй этого щенка. Посади его на невидимый поводок. Пусть виляет хвостиком от одного упоминания твоего имени! Юнги: Ох уж это твое «без шуток»… Спасибо, умеешь поднять настроение)) Намджун: Да. А еще умею занудничать и обламывать. Так что выключай телефон и скорей засыпай. Может, планов у тебя на завтрашний вечер и не было, но это не повод весь день под одеялом чатиться с джинном. Сладких снов, Юнги-я. Юнги: И тебе… приятного серфинга по волнам интернет-энциклопедий.

┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈ ┈┈┈┈┈┈♡┈pretty┈┈ ┈┈┈┈┈┈╭╯♡┈wolf┈ ┈┈╭v━━v╮┈┈┈┈┈┈ ┈┈╰━━━╯┈┈┈┈┈┈ ┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈

Юнги довольно быстро понял, что разговорник универсального звериного — это только для попыток обучения, но никак не для реальных попыток общаться со зверями. Кое-как выражая свои мысли дворовому кроту через этот дурацкий разговорник, Юнги тут же впечатывался в стену непонимания. Крот говорил — Юнги не разбирал. Да как вообще можно искать в разговорнике ответы, которые тебе выдают животные? Кто-то скажет, что для этого и существуют онлайн-переводчики с функцией микрофона… вот только онлайн-переводчики оказывались еще более бессильными. Им и вовсе чепуха несвязная слышалась. И даже форумы с вопросами-ответами уверяли, что за пять лет существования эти переводчики не научились и десятую часть сказанного животными понимать. А уж этим форумам можно было доверять! Как итог — крот разводил лапами, Юнги не понимал, что он творит. Осталось только так же руками развести и идти по своим делам, потому что бить по голове лопатой после получасовой болтовни теперь казалось совсем уж неуместно. Пихнув книги обратно в рюкзак, Юнги оглядел газон у подъезда, ставший в последнее время слишком неровным, вздохнул и зашагал по дорожке. Для первого занятия не в лесу они с Чонгуком договорились встретиться в городской библиотеке. Час на физику, час на звериный. Самое то, чтобы разобраться в вопросе и понять, что вообще нужно подтягивать в ближайшее время, но при этом не успеть слишком устать. Именно в библиотеке этому и место. А не дома, где Джунги с третьим за неделю свиданием обломался, и родители кинулись свою старшую крошечку зубастенькую утешать… Что по обстановке в доме Чонгука, Юнги даже не спрашивал. Постеснялся. Не позвали — и не надо. В библиотеке тоже хорошо: симпатично, уютно, романтично. Намджун: Я прочитал, что в вашей библиотеке есть портрет её основателя, сделанный самим Казимиром Упыревичем. Сфоткаешься с ним для меня? Юнги, сидящий на скамеечке у стены в фойе библиотеки, поднял взгляд. Прямо напротив, в нише за стеклом, висела картина с него ростом. Юнги привык к картине с самого детства. И думать забыл, кто там ее автор. И было даже как-то неловко пытаться сделать селфи на её фоне на глазах у таких же безразличных посторонних. Стиснув зубы, он встал, неспешно прошёлся до середины зала и попытался притвориться, что просто ищет что-то в интернете. Так притворился да эдак, но всё равно пришлось собрать волю в кулак и хорошенько попозировать, ища кадр. — Дай, помогу, — усмехнулся Чонгук, забирая телефон из его рук. Юнги чуть собственным сердцем не подавился и наутек не бросился. — Скажи: «Вампиииир»! Юнги натянуто улыбнулся, показывая клыки. Чонгук сделал пару снимков и тут же вернул телефон, разглядывая картину. — Надо же, столько раз тут бывал, а никогда толком не присматривался, — доверительно прошептал он, склоняя голову к плечу. — Ох уж этот авангард, так сразу и не догадаешься, что это живое существо нарисовано. — Поговаривают, основатель библиотеки и правда больше на комочек пыли походил, так что… — Юнги неловко потёр руки, пытаясь понять по лицу собеседника, не ляпнул ли ерунду, которую никто слышать не хотел. — У него была редкая болезнь оборотней, из-за которой человеческое тело тоже оставалось покрытым густой волчьей шерстью. Биографы уверяют, что именно это сделало его изгоем и фанатичным поклонником книг. — Изгоем… а сейчас бы весь интернет фанател, — хмыкнул Чонгук. — Хотя наполовину — неискренне и бездумно. Хм. Так, что там, сегодня у нас физика или звериный? Чонгук так резко сменил тему и тон, зашагав в сторону лестницы к читальному залу, что Юнги растерялся. Глянул удивлённо на картину, мотнул головой и засеменил следом. — Точно, вспомнил. Мы договорились и то, и другое обсудить. Отлично. В просторном зале было светло, как днём. Лампы и зеркала под высоким потолком рассеивали свет ровно и гладко, как фильтр с настройкой яркости. Простая в дизайне мебель из одинакового светлого дерева, ухоженные растения в горшках рядом с каждым столом, модные студенточки, как всегда, готовящиеся тут к парам. Всё это делало их библиотеку каким-то кадром из атмосферного фильма. И невольно заползала в голову мысль — хоть бы романтическая комедия… — Я люблю тот стол, — шепнул Чонгук, кивая на пустой угол. — Там раздел с книгами о художниках, если станет скучно, можно поглазеть на картины с людьми, у которых черти выползают… из всяких-разных мест. — Ясно, откуда у тебя высшие баллы за изобразительное искусство. Начитанный. Чонгук весело покивал и выдвинул стул, приглашая присаживаться. Время близилось к одиннадцати. Посетителей в читальном зале можно было пересчитать по пальцам. А самое приятное — с выбранной ими северной стороны ловил вайфай от кафешки через дорогу, и два балбеса могли быстро и легко нарыть правильные решения задач со всеми пояснениями. — Как бы не пришлось мне тебя самого по физике подтягивать, — с улыбкой покачал головой Чонгук, глядя, как Юнги снова срочно сверяется с решением из интернета. — Не преувеличивай, — буркнул тот в ответ и обвел свой ответ красной ручкой. — Я, может, ни в чем не уверен, но почти всё правильно решил. — Угадал. — А ты даже не угадал… — Вообще-то в этот раз — угадал. Тьфу, решил. И совершенно верно. Можешь сам проверить. — Мм? — Юнги вытянул шею, заглядывая в тетрадь сидящего напротив парня. Решение там и правда было четко расписано по пунктам, со всеми формулами, всеми уравнениями, как положено прилежному ученику. — Да, все промежуточные действия верные. Молодец. — А то… — Видишь, я был прав, многократное повторение — отличный способ обучения. Тебе просто нужно зазубрить формулы, нарешать много задач для тренировки, и тогда проблем не возникнет. — Суметь бы ещё их зазубрить, — хмыкнул Чонгук, переворачивая страницу задачника и собираясь взяться за следующую, но нужная тема неожиданно закончилась. — Ну… на этот счёт у меня есть несколько идей. Не волнуйся. И… давай-ка закончим на сегодня с физикой. — Юнги щёлкнул боковой кнопкой на смартфоне, проверяя время, и охнул. — Почти два часа уже прошло. Давай переходить к звериному. — Может, сначала перерыв сделаем, а то слишком жёстко? Даже в школе есть переменки. Давай сходим перекусить. — Перекусить? — с лёгким сомнением протянул Юнги, думая, что есть для оборотня перекус. — Тогда наше занятие часов до трёх растянется. — Да ну и что, у меня нет планов на эту ночь, — усмехнулся Чонгук, отмахнувшись. Юнги поднял взгляд, зависнув в размышлениях. — Ой, прости-прости, затупил. У тебя свои планы, я понимаю… — Брось. Давай не делать вид, что слона в комнате нет. На мой счёт ярлык совершенно прав, я скучный зануда, у которого не бывает планов, так что вполне могу потратить несколько часов на помощь приятному оборотню. Позади послышались странная возня и разговоры, явно не подходящие для умиротворённой атмосферы библиотеки. Юнги оглянулся через плечо, удивляясь, как это строгая госпожа Чен всё ещё не пресекла такое вопиющее нарушение спокойствия, но та была прямо в эпицентре возни — настоящей борьбы за чью-то оторванную ногу. — Ну тётушка! — хрипел полудракон Чхве, поджав длинный ящеричный хвост и пуская дымок из ноздрей. — Я же только посмотреть, я быстро! — Не думай, что к тебе тут особое отношение, раз ты мой племянник! — шипела в ответ библиотекарь. — Сдай конечность в гардероб! В читальный зал нельзя с едой! — Я не буду её есть! Я только в медицинский справочник загляну! Госпожа Чен удивленно охнула, выпустила сапог и вцепилась вместо него в собственный зелёный хвост, с прищуром оглядывая предмет спора. Юнги такого предпочёл не делать — на светлый линолеум уже накапала солидная красная лужа, не хотелось видеть всё ещё и в подробностях. — Юный дракон, если не хотите, чтобы я доложила о вашем поведении отцу, немедленно положите огрызок в пакет! — Конечно-конечно, тетушка. Послышалось шуршание целлофана и госпожа Чен с ворчанием зашагала к своей стойке. А дальше, судя по звукам, племянничек ее на радостях кинулся к полкам за справочником, поскользнулся на луже крови, и на стол между Юнги и Чонгуком шлёпнулась едва завернутая в полупрозрачный пакетик нога. — Мм. Классные сапожки, — с одобрением покивал Чонгук, бесстрашно ткнув пальцем толстенную грязную подошву. — Надеюсь, мне скоро такие же попадутся. — Звиняюсь, никого не зашиб? Привет… — Чхве хапнул ногу, буквально выдрав у Чонгука из рук. — Ого, Юнги-хён! Здравствуй. Ты в норме? — Привет, Чечун, — слегка натянуто улыбнулся Юнги, не смотря, в какое там место полудракон себе эту ногу засовывает… прячет, то есть. — Всё в порядке. — Звиняюсь ещё раз, не хотел прерывать ваше… чем вы тут занимались. — Юнги с тоской глянул на заляпанные кровью странички. Ну вот, опять будут ругать, что ел над тетрадками. — Я просто только из леса. Поймал вот одного, а он, зараза, напугал. Кричал всё: «Не ешь меня, не ешь, у меня спиногрызы». Хочу вот узнать, заразно ли это для драконов. — Не волнуйся, это передается только половым путем и через заключение брака. — Точно? Юнги уверенно покивал. Полудракон задумчиво хмыкнул, оглянулся на мгновение за спину, где возилась за компьютером его тетушка, и, как воробей гусеничку, заглотил ногу целиком, оставив в пакете только сапог, носок да обрывок окровавленных штанов. Ох уж эти ящерицы… — Приятного переваривания, — буркнул Юнги, потупив взгляд. — Спасиб, хён. Ну чо, раз такое дело… пойду остального доем. Вам тоже приятного этого самого, чем вы тут заняты. — Пока! — весело махнул на прощание Чонгук, с улыбкой проводил уходящего полудракона до дверей, а после посмотрел на Юнги как-то испытывающе. Довольно кивнул, как будто резко вернувшись к прерванной беседе, и принялся собирать свои вещи. — Где перекусим? — Не уверен, что у меня всё ещё есть аппетит, — тихо вздохнул Юнги, собирая испачканные тетрадки и задачники в стопку. — Выбирай на свой вкус, я обойдусь чаем. — Позволишь какой-то культяпке оставить тебя голодным? — Чонгук покачал головой так выразительно, что даже стыдно стало. — Нет, так не пойдет. Пошли, тут есть поблизости подходящее место. Я угощаю.

┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈ ┈┈┈┈┈┈┈♡┈love┈┈ ┈┈┈┈┈┈╭╯♡┈┈┈┈ ┈┈╭v━━v╮┈┈┈┈┈┈ ┈┈╰━━━╯┈┈┈┈┈┈ ┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈

Подходящим местом Чонгук счёл забегаловку не самой популярной, но беззаботно живущей уже долгие годы сети «На укус». Юнги в ней с детства не бывал, но воспоминания о том вечере до сих пор заставляли малодушно содрогнуться и иногда навещали в страшных снах. В тот раз они с отцом застали то ли какой-то праздник, то ли специальную рекламную акцию: красные лампы создавали пугающую атмосферу, повсюду висели бутафорские, но очень уж натуралистичные сердца самых разных животных, а вместо обычных музыкальных колонок над входом висели нанизанные на шампур поющие людские головы. Все посетители веселились, подпевая им, малышня с азартом играла в дартс, пытаясь попасть в самые вкусные внутренние органы нарисованного на мишени человечка и выиграть особое блюдо с ними, взрослые хохотали над салфетками с кровавым принтом… а Юнги теперь иногда казалось, что, возможно, тот день был одной из причин, почему вообще зародилась его боязнь крови. Но теперь в кафешке «На укус» не было и намека на ту жуткую атмосферу. Помещение и мебель всё ещё были отделаны в корпоративных белых, красных и розовых цветах, но зал казался светлым, чистым, уютным. На широких подоконниках стояли горшки с пышными растениями, экран с меню обрамлял стенд с новым маскотом — мультяшной девушкой-оборотнем с белым хвостиком снежного барса, музыка расслабляла с порога, а из игр были только раскраски с бабочками в детском уголке. — Что ты тут обычно берешь? — спросил Чонгук, подходя к стенду и задумчиво изучая сменяющие друг друга фотографии блюд на экране. — Я здесь не бываю. — О, только домашняя еда? У меня тоже. Отец без конца нудит, что питаться дома выходит дешевле, так что мама без конца готовит на всю семью. Возможно, это и объясняет, почему у нее вечно нет настроения… — Моя мама готовить любит, — улыбнулся Юнги, — так что скорей поэтому я живу, как в ресторане. — Надеюсь, ты как-нибудь пригласишь меня в гости на ужин… О! Смотри, некровь, тебе должно подойти! — Впервые слышу. Не уверен, что такое название… — Доверься мне. Раз ты тут не бываешь, я выберу всё сам, иди пока займи место, которое понравится. Юнги неловко помялся, глядя то на столики, то на меню, но всё же сдался, кивнул и побрел в дальний угол зала. По большей части посетители тут ели вполне приличные на вид бургеры, хот-доги, тефтельки с соусами, жареные пельмешки да мясо во фритюре. Разве что рулетик с кровью немного настораживал, но Юнги сразу сел к нему спиной. Это была обычная кухня без извращений и излишеств. Так что он и не ждал никаких подстав от заказа. Убеждал себя, что не ждёт. И что «ученик» вовсе не решил грубо подшутить над «учителем». Чонгук поставил перед ним поднос с картофельными ломтиками, курицей в золотистой панировке и каким-то странным напитком в прозрачном стакане с трубочкой. — Что это такое? — удивился Юнги, принюхиваясь к фиолетовой жиже. — Некровь. Новинка в меню, — улыбнулся в ответ Чонгук, усаживаясь. — Коктейль из крови, молока и концентрированного свекольного сока. Целое море витаминов и минералов в одном стаканчике! — Звучит, как что-то, что невозможно взять в рот… — Не парься, там ещё и сахар с ароматизатором, так что должно быть вкусно. — Должно быть? То есть сам ты это ещё не пробовал? — Да я… как-то больше шоколадное молоко люблю, чем свекольное. Но, если вы настаиваете, милорд, я сочту за честь первым испробовать ваш напиток, чтобы узнать, не отравлен ли он, — подмигнул Чонгук и так лихо цапнул стакан с чужого подноса, что развеселившийся Юнги и подумать не успел, чтобы возразить. Чонгук затянулся через трубочку, причмокнул губами, смакуя, и задумчиво нахмурился, видимо, возомнив себя великим критиком, которому сейчас рецензию писать. — Весьма недурно. Сладко, слегка терпко и пахнет освежающе. Пожалуй, я поставил бы этому напитку где-то… Парень распахнул глаза, схватился за сердце и с хрипом упал на стол лицом, как раз рядом со своим подносом с бургером. — Один отравленный слуга из десяти, — констатировал Юнги, забирая из рук «мертвеца» свой стакан. — А трубочка всего одна. Если б мы были в аниме, я бы уже верещал про непрямой поцелуй. — Что именно верещал? — Например, что предпочитаю прямые, — пожал плечами Юнги и отправил в рот ломтик картофеля. Чонгук отложил смерть на потом и поднялся, решив тоже сначала с едой разделаться. — Но если ты хочешь начать с чего-то невинного, так и быть. Он сложил губы бантиком и похлопал ресницами, потягивая свой коктейль. По улыбке Чонгука было сразу видно, что он совершенно не понял смысла странной шутки. Но это и не расстраивало. Как говорится, курочка по зёрнышку клюёт, дракон по курочке жуёт, большое дело — шажок за шажочком делается. Все эти мелочи отложатся в подсознании, и в нужный момент у него уже будет нехилое такое подспорье из мелочей, чтобы взять и подкатить по-крупному. — Так ты чо, по парням, что ли? — вдруг выдал Чонгук, обмакивая фрикадельку в мисочку с разноцветными соусами и смешивая их. — Я, конечно, свободен, а ты довольно милый, но я… вроде как не настроен на отношения сейчас. Юнги замер в прострации. Чонгук мягко улыбался, но звучал при этом так серьезно, по-взрослому и без всякого смущения откровенно, что Юнги почувствовал себя глупым первоклашкой, рискнувшим красивую учительницу за косичку дёрнуть. Ну вот и как теперь отвечать на её речи, полные любви и заботы, но не имеющие ни капельки общего с романтикой? — О… или тебя возбуждают волки? Юнги поперхнулся, наконец отставив стакан в сторону. — Прости, если прозвучало грубо, — усмехнулся Чонгук, подавая ему салфетки. Стопка выпала из салфетницы, разлетевшись по всему столу. Одну из них тут же цапнул длинные усики горшочного цветка. — Просто я заметил, как ты смотрел на меня в таком виде. Ты с моей задницы взгляда не сводил. — Я смотрел на твой неугомонный хвост. Им белок на лету сшибать можно. Этот пропеллер нас без конца выдавал. — Точно. Именно поэтому ты меня обнять пытался. Чтобы хвост придержать. — Да не пытался я… — Ааа. Видимо, я просто размечтался, — протянул Чонгук, кивая в знак согласия. Но во взгляде и нахальной улыбке четко читалось: «Ври больше, я вижу тебя насквозь, волколюб». — Но вообще-то тебе повезло, что у меня весенняя линька уже закончилась, а то ходил бы как огромный комок шерсти. Прям как тот библиотекарь с картины. — Не пытался я тебя обнять. И точка. — Юнги отвёл взгляд к окну, бездумно помешивая коктейль трубочкой. — И вообще, я был слишком занят, пытаясь не помереть от ужаса в этом полном опасностей лесу. — Ладно, допустим. Но вопрос с парнями ещё не снят. — Чего? — Растерявшись, Юнги даже глянул было на Чонгука, не понимая, но, сообразив, тут же снова запаниковал. Пихнул в рот пару кусочков курицы и заворчал невнятно: — Ты неправильно всё понял. Я просто по натуре своей такой, часто шучу на грани, но это не значит, что я с тобой флиртую. Ничего такого. Глупости! Забудь и прости. И забудь. И прости… — Вот как? — Чонгук опустил взгляд, старательно возюкая фрикаделькой по миске с соусами и превращая те в жуткое месиво ржаво-болотного цвета. — Понятно. Забуду. Мне, знаешь, приятно было пофантазировать, что и я мог кому-то понравиться, но, видимо, это и правда глупости. — То есть?.. — Даже у растяпы Чхве Чечуна поклонницы есть, а у меня никогда не было. Вроде, не страшный, гнилью от меня не прёт за десять метров, поговорить о чём-то со мной можно. Но всё равно никому никогда не нравился почему-то. Один единственный раз, когда классный новенький на физре сказал, что у меня сексуальная улыбка, но он очень хочет стереть ее поцелуем, оказалось, он говорил это не мне, а стоящему рядом Чимину, а я так усиленно распутывал скакалку, что даже не понял. — Чонгук вдруг улыбнулся, напрочь развалив всю наигранную трагичность своей речи, но зато показав настоящие чувства. — С того дня, кстати, Тэхён с Чимином и встречаются. И я ооочень надеюсь, они скоро забудут, что я тогда ляпнул… — А что ты ляпнул? — Хотел сказать «Под хвост меня поцелуй», но язык заплёлся не хуже той скакалки и вышло какое-то бессмысленное «Падпостменязацелуй». Чимин с Тэхёном до сих пор спорят: под мост или под пост меня надо зацеловать, и что там будет дальше твориться… А я просто предпочитаю надеяться, что когда-нибудь и на мою долю найдется тот, кто назовет меня придурком не для того, чтобы задеть, а чтобы предложить встречаться. Юнги невольно улыбнулся собственным мыслям. Видимо, многим подросткам это было знакомо… желание встретить тех, кто примет любые твои нелепости и недостатки, и с кем не будешь вечно стыдиться себя самого. Если даже такой классный парень, как Чонгук хочет больше понимания и покоя, что уж про остальных говорить. Жуя свою остывшую уже картошечку, Юнги смотрел на горшок с чудоцветиками и думал о собственных позорных моментах, пытаясь представить, как бы на них отреагировал Чонгук. Чудоцветик натирал свои гладкие мясистые листочки стащенной салфеткой, полируя, а он думал — было бы это то самое принятие и понимание? Или нет? — Постой. Ну так почему тогда ты говоришь, что не настроен на отношения? — «Хочу» и «готов» — разные вещи, — невозмутимо пожал плечами Чонгук и уставился в телефон, отвечая на пришедшее сообщение. На этом разговор уж точно был закончен. Юнги отправил в рот ещё пару кусочков курицы, достал из кармана пачку влажных салфеток и протянул одну чудоцветику. Растение на мгновение замерло, но после жгутики вцепились в салфетку и принялись с энтузиазмом надраивать горшок.

┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈ ┈┈┈┈┈┈┈♡┈kiss┈┈ ┈┈┈┈┈┈╭╯♡┈me┈┈ ┈┈╭v━━v╮┈┈┈┈┈┈ ┈┈╰━━━╯┈┈┈┈┈┈ ┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈┈

Чонгук: Похоже, ты был прав. Он со мной флиртует. Но я пока не уверен, что это может значить. Сокджин: А что это может значить? У тебя много вариантов? Чонгук: Во-первых, я не уверен, что это всерьёз. Юнги-хён странный, может, он со всеми так говорит… он вообще редко с кем-то говорит, как я понял. Во-вторых, возможно, он просто хочет моей крови нахлебаться. Все же знают, что у оборотней кровь намного вкуснее! Втирается в доверие, притворяясь гемофобом, а потом как выпьет до дна, одни шкура да косточки останутся! В-третьих, возможно, это всё одна большая и жестокая шутка. А вдруг он пранкер? И всё это время тайно снимает меня, а потом выкладывает ролики в сеть, и там вся школа обсуждает тупого волчару, который носится по лесу, не умеет решать задачи по физике и думает, что с ним вампир флиртует?! Или даже не вся школа, а весь мир?! Сокджин: Да, паранойя у тебя на всю катушку. Но ничего, и с этим жить можно… Чонгук: Я правда боюсь! Вдруг у него какие-то дурные замыслы? Тэхён вот ему не верит. Сокджин: Тэхёну твоему лучше бы собственной дурной голове не верить. Ладно, если тебя это утешит, я могу разузнать, что он на самом деле к тебе чувствует. У тебя, напоминаю, есть ещё целых пять желаний… Чонгук: А это нормально? Сокджин: Что? Обсуждать свою личную жизнь не с лучшими друзьями, а с чат-ботом? Чонгук: Не прикидывайся ботом, ты джинн с реальной личностью, ты как ещё один друг, только без физического тела! Чонгук: А Тэхён с Чимином сегодня слишком заняты друг другом, чтоб у них что-то спрашивать. Чонгук: Я имел в виду — не будет ли это неэтично? Это уже считается вмешательством в чужую жизнь? Сокджин: Боишься, что я на тебя донесу в полицию? Не переживай, мы не докладываем о дурных замыслах, мы просто не исполняем желания, которые нарушают закон. Чонгук: Я боюсь, что влезу туда, куда не звали. Юнги будет неприятно, если всплывёт, что я пытался узнать о его чувствах с помощью магии. Сокджин: Аж тошнит от твоей святости(( Ну тогда, раз не хочешь лезть в его чувства, спроси иначе! Ты можешь спросить, планирует ли он тебе навредить. Это точно не будет вмешательством в его дела, это забота о собственной безопасности. А уж если магия скажет, что не планирует, то он, может, и дурной, но хотя бы не козёл, который тайно снимает тебя, чтобы опозорить на весь интернет. Чонгук: Что ж. Ты прав… Чонгук задумчиво прикусил губу и огляделся на светофоре. Он был уже почти у дома, ещё минут пять, и всё. Самое время примастить пятую точку на какую-нибудь скамью и спокойно закончить разговор без лишних свидетелей. Перебежав по пешеходному переходу, Чонгук свернул во двор ближайшей высотки, плюхнулся на первую попавшуюся скамью у подъезда и открыл в приложении раздел желаний. Он уже знал, что эта штука очень даже работает. Совершенно точно не могла его мама сама вдруг решить, что пора бы ей из жгучей брюнетки превратиться в розовую жвачку… это точно была магия. Ну не могла она так громко и ярко привлечь к себе внимание и ворчание всего клана. А вот то, что она за три месяца ни разу и не подумала перекраситься в черный или хотя бы перестать освежать корни розовым — это уже была магия психологии, позволившая после неожиданного толчка в спину куда охотнее и проще шагать к собственным желаниям. Чонгук понимал, что прошлое желание сбылось даже лучше, чем он ожидал, кроме запроса на смену цвета волос магия почуяла и глубинные мысли о свободе. И теперь стоило быть очень осторожным со словами… «Хочу прямо сейчас узнать, планирует ли Мин Юнги из параллельного класса как-то мне навредить», — написал Чонгук после некоторых размышлений, почесал голову, ища подвохи, и всё же отправил. Знакомая анимация фейерверка сменилась поздравлением с исполнившимся желанием, а после на колени ему упал маленький конвертик, появившийся прямо из воздуха. Это и был ответ. Чонгук с волнением спрятал телефон в карман, медленно-медленно открыл конвертик и достал крохотную записку. — Приветствую, дорогой пользователь, id3820164, — шёпотом зачитал он. — Спешу сообщить, что Мин Юнги из параллельного класса очень не хочет тебя хоть как-то обидеть, потому что всёрьез в тебя влюблён. С уважением, Магия. Чонгук нахмурился ещё сильнее, разрываемый противоречивыми чувствами. — Всёрьез?.. Серьёзно? Послышался тихий хлопок и на колени ему упал ещё один конвертик. Чонгук открыл его, читая. «Мин Юнги ВСЕРЬЁЗ в тебя влюблён». Следом тут же упал и третий. «Приношу свои искренние извинения за опечатку. С уважением, Магия». Чонгук мотнул головой. — С ума сойти… получается… — Чонгукки? — окликнул позади хорошо знакомый тихий голос. Чонгук спешно затолкал все бумажки по карманам и подскочил со скамьи. Мама шла по тротуару с пакетом, откуда торчали ветки сельдерея, явно возвращалась из продуктового магазина. — Не ожидала тебя тут встретить. Женщина замерла рядом со скамьей и осмотрела сына как-то рассеянно, без особого интереса. — Да, я вот тоже. Домой? Давай помогу! — Не нужно, — отмахнулась мама и зарылась в пакет, что-то ища. Розовые волосы были собраны в идеальный прилизанный хвост, как обычно, строгое чёрное платье с жакетом скорей подходили для офиса, чем для прогулки к магазинчику за едой, а взгляд казался таким безучастным, что Чонгук чуть не обомлел, когда мама достала из пакета прозрачную упаковку с маленьким рисовым пирожным в виде милейшего кролика. — Вот, увидела его случайно, решила взять одного для тебя. — Ого… — только и выдохнул Чонгук, принимая очаровательную сладость, как великий дар. Нечасто в их семье можно было увидеть этакие забавные штучки на обеденном столе. — Только отцу не проболтайся. Он не поймёт. Чонгук с улыбкой кивнул и посмотрел на уходящую уже женщину. Торопливо спрятал кролика, смял и выкинул в урну бумажки с письмами от магии и припустил вслед за мамой. — Подожди! Я всё же помогу, — весело сказал он, забирая пакет с продуктами. — Знаешь, я давно хотел научиться готовить твою фирменную свинину с сельдереем. Можно мне сегодня… с тобой поготовить? Мама искоса глянула на него, поправляя жакетик, видимо, удивившись такой просьбе, но после молча покивала. И, кажется, даже сааамую малость улыбнулась уголками губ.