Кровавый художник

Тик так, тик так. Часы на стене отбивали чечетку, ровно в такт ноге Арсения. Похоже он сходил с ума. Он рвал и метал все на своем пути. «Чертов Матвиенко!» кричал голос в его голове. Главный редактор и журналист «The main character» приехал как только ребята нашли улику. Черт бы его побрал, он забрал все! Полиция больше не верила Арсению. А этот прохвост оставил ему лишь крошки…Как раскрывать дело без улик и людей. Вы спросите, как это без людей, если он работает в «SM Group»? Да потому что его отправили в чертов «отпуск» ! Он помогал в расследовании стольких дел, а верхушка сбагрила его из-за первой неудачи  —Понимаешь,—Мужчина говорил неуверенно и отводил глаза от Попова,—Дело серьезное, личность популярная,—Тут он запнулся,—Ты уже разбился, потратил свою жизнь, облажался. Поэтому это дело и доверили Матвиенко. Процент раскрытых дел у него теперь, даже больше чем у тебя, Арсений… Больше? Как он мог такое сказать. Да быть такого не может! 

***

Идеально выглаженный костюм и водолазка гармонирующе смотрелись на молодом человеке. Он шагал уверенно, поднимаясь по лестнице вверх, иногда поглядывая на наручные часы. Факультет журналистики встретил его с распростертыми объятиями и он его не подвел. Брюнет, даже не постучавшись, нагло зашел в аудиторию  —Арсений,—Обратил на Попова свой взор преподаватель,—Ты как всегда вовремя!  Кивнув, тот только поднялся на свое законное место.  Он ни с кем не здоровался, общался лишь по существу, а начинал разговор лишь когда ему было что-то надо. В знаниях своих был уверен и показывал это на парах, получая лишь высшие баллы, как за устную, так и за письменную часть. Всегда идеальный и красивый Арсений Попов. Друзей он не имел, как и партнера. Для него в первую очень была важна учеба и получение образование. Многие девченки по нему сохли, но он никогда не обращал на них внимание. Еще одна пара лишних глаз, подумаешь.  Сегодняшний день же не отличался от остальных. Очки в черной оправе, водолазка, а поверх пиджак. Одет был как с иголочки. Вновь вступая за порог учреждения, в голове он прокручивал ответы на контрольную, которую должны были провести на второй паре. Ничего не предвещало беды и он как обычно написал все на отлично. Ведь так? —Арсений Попов,—объявил преподаватель и тут же замялся,—незачет… Все взоры были обращены к нему, как будто перед ними стояло невообразимое чудище. Кто-то посмеивался, кто-то шептался. Мысли в голове спутались и собрались в один клубок, который никто бы не сумел развязать. Вечер голубоглазый брюнет провел в ближайшем к учреждению баре, заливая в себя уже, кажется, сотую рюмку горячей жидкости. Знал бы он к чему это приведет. И сейчас он ничем не отличался от себя старого. Постарел если только. Он не хотел даже в зеркало смотреться, просто противно. Он знал, что выглядит ужасно. Волосы загрязнились, синяки под глазами стали темнее, а желудок предательски урчал. Ему нельзя проиграть. Нельзя проиграть Матвиенко. Он собрал бумаги на столе и сгреб их в кучу. Перечитывая все вновь и вновь он пытался найти ту самую ошибку. Затем взгляд его упал на единственное, что он сумел забрать из того дома-карты. Они были подарком для него, он знал это. Этот парень просто псих. Играется с ним, придурок. Вы спросите, почему карты, если у него была только одна? Вторая же лежала в коробке, в той самой с красным бантом. Ну или же она и была первой. Это не так важно. Туз пики и черви…Карта лежала в коробочке мастью вверх, а по середине была выведена кровавая надпись, что гласила в себе «начало конца» Он приподнялся со своего стула и наклонился, пересекая весь стол. Потянувшись, он наконец-то смог забрать карты. Рассмотрев все внимательно, он не заметил ничего такого, что могло бы ему помочь. Почему именно это? Светлая голова журналиста уже сварилась, и тот запустил руки в свои волосы. Выдохнув, он засунул руку в карман черных джинс и достал от туда телефон, попутно набирая номер судмедэксперта.

***

—Арсений Сергеевич..—Практически шепотом тараторил Позов,—Вы, как мне кажется, не в порядке… Испугавшись взгляда Попова, Димка спрятался за вешалкой, разглядывая уставшую фигуру за столом и обстановку в целом. Атмосфера в комнате царила ужасающая: грязные чашки из под кофе, бумаги валяющиеся по всей комнате. Потрепанный вид журналиста тоже не утешал. Даже окна были зашторены, что не позволяло пробиться ни единому лучику света. Метнув взгляд на пробковую доску, висевшую по левую руку от Арсения, он заметил изменения. Красных ниточек стало больше, как и заметок, приклеенных рядом с фотографиями. Но самое главное-это два прямоугольных куска картона, аккуратно вывешенных прямо по середине. Картинки и записи же располагались по кругу, а нити шли к картам. В голове у судмедэксперта забарабанила обезьянка, он ничего не понимал. Но когда снова увидел злобный взгляд голубых глаз направленных в его сторону, отпрыгнул от вешалки и отцепился от черного пальто, насквозь пропахнувшего терпкими духами с запахом кофе и тирамису. Поправив очки пальцем, он скользнул на стул и внимательно стал ждать дальнейших указаний, боясь сказать лишнее. Прошло несколько неловких минут молчания, и как только Дмитрий попытался заговорить, его перебили —Замолкни,—Даже не взглянув на того, Попов продолжил читать бумаги,—лучше помоги.  —Чем, боюсь спросить, я вам могу помочь,—Заикаясь проговорил очкарик,—Принести кофе?  Кажется у журналиста даже волосы дыбом встали, настолько он был зол. Бросив еще один томный взгляд, он увидел как судмедэксперт стекает по креслу вниз как лужица. Позов зарылся в свой шерстяной голубой свитер и принялся разглядывать пробковую доску. Через пару секунд он снова открыл свой рот —Можно предположить…—начал было Дима, но его снова заткнули  —Выкладывай,—сложив руки на столе, он наконец-то стал внимательно слушать помощника  —Вообщем-то,—закашлявшись, проговорил очкарик,—Я думаю, это как-то связанно с вами. Он кивнул головой по направлению к игральным картам и оба обратили свой взор на картон. —Со мной?—прервал тишину журналист,—Что ты имеешь в виду? —Ну,—замедлив, он снова продолжил,—Вы же увлекаетесь покером, если не ошибаюсь,—Увидев неторопливый кивок, он развивал свой монолог,—Можно предположить, что тузы, оба, с этим связанны. Как бы так объяснить ,—он приподнялся и стал объяснять еще и жестами,—После того как игроки сделают свои ставки, им выдают по две карты, с этого момента и начинается игра… —Только никакую ставку я не делал,—Усомнившись в своем ответе сказал голубоглазый,—И играть с ним не соглашался  —Вы уже давно сделали ставку, Арсений Сергеевич. Буквально как только начали на него охотиться,—оспаривал Позов,—Ваша ставка-это ваша жизнь… Пробубнив, высказался судмедэксперт. Попов стучавший по столу своими холодными пальцами, тут же остановился и подскочил с места. Он шагал по комнате из стороны в сторону о чем-то размышляя…

***

Повсюду разносился пряный вкус кофеина и стоял тихий гул. Арсений вместе со своим помощником снова заседали в котокафе. Позов уплетал салат, иногда поглядывая на время, а журналист помешивал сахар в горячей кружке. Оба летали в собственных мыслях. Оба были в замешательстве. Когда ждать следующего хода? Когда наступит день икс и конец. Конец? А что это вообще такое? Он ведь не убийца и не маньяк, так почему свет должен померкнуть? Наверное, из-за того, что Арсений сам не сумел поддерживать образ горделивого и статного человека. Прогнулся под каким-то безумцем. Он испугался. Как боязливый заяц, поджал хвост и поскакал прочь от оскалившегося волка, хотя тот, похоже, не собирался нападать первым. Они уже обсудили это с Димой. Теперь ход за ним, Арсений совершает следующий шаг. Упасть в бездну, выбрав неправильное решение или открыть дверь в светлое будущее? Он встретил зло, что питается его собственной слабостью. Он встретил свой страх в живую. Дверь заведения распахнулась, зазвенели громким звуком колокольчики. Перед глазами ,кажись, дежавю-высокий парень переступает через пушистые клубки и пытается не упасть. Со стороны послышался тяжелый вздох  —Опять весь укутался,—с набитым ртом говорил Позов,—еще и в черном. Арсений непонимающе взглянул на судмедэксперта, а затем бросил взгляд на молодого паренька с запоминающимися зелеными глазами. Они блистали словно изумруд под лучами солнца, только свет его едва пробивался сквозь все эти ткани. Кепка, маска-половина его лица как обычно была не видна, лишь новая побрякушка красовалась в правом ухе. Отодвинув стул, он плюхнулся и вертел по сторонам головой, задавая как бы немой вопрос. Первым тишину решил прервать Позов, но сегодня ему видимо не везет  —Тох, короче…,—Начал было Позов, вытирая рот салфеткой, но его тут же перебил Попов  —Нам нужна твоя помощь,—процедил голубоглазый и сложил руки на груди.   Усмехнувшись, а затем и залившись хохотом, мальчишка не мог поверить своим ушам —Чем я могу вам помочь? Все еще заливаясь таким теплым и родным смехом проговорил зеленоглазый. Арсений уставился в чашку, которая уже успела остыть, как и напиток в ней.  Объяснив всю ситуацию, ребята сидели молча, никто не выронил ни звука.  —Значит,—начал Антон,—Вы хотите, чтобы я работал с вами? Уставившись на Арсения спросил парень  —Не то чтобы хотим,—пробубнил под нос Попов, но тут же ответил в полный голос,—Говорят ты хороший аналитик, поэтому… Вдруг перебили уже совсем не очкарика —Нет Раздалось слева от Арсения. Округлив глаза, тот уставился на черный силуэт. Ему казалось, будто этот парень издевается над ним. Может ему и не видно, но он знал, что тот улыбается. «Дрянной мальчишка …» пронеслось в голове у журналиста. Щеки его казалось запылали от злобы, а брови съехали к переносице. Он хмыкнул и лишь бросил злобный взгляд на Диму, пытаясь уговорить того сделать хоть что-то. Его помощь была им нужна. Теперь Арсений, мать твою, Сергеевич-никто. Он полный ноль. Его выперли из собственного кабинета, вместе с паршивой пробковой доской. Отправили в чертов «отпуск» и выплатили отпускные, будто он собирался на долбанные мальдивы. Ах, точно. Еще ему сказали не лезть в это дело, иначе он труп. Что же ему делать? Подпольное расследование-отличный вариант.  Позов лишь привстал, вскинув руки, мол он ничего поделать не может, и удалился, заворачивая в сторону уборной.  —Почему?—Прервал тишину журналист  —Я ненавижу вас, вы это прекрасно знаете,—процедил зеленоглазый и посмотрел прямо на Арсений. Идеально зализанные волосы, выглаженное пальто и белоснежная рубашка с красным галстуком. Брюнет и вправду был красив, но поистине глуп. Его затмила собственная слава. Антон совсем призабыл где он находится и ненароком улетел в собственные мысли. Но его раздумья о происхождении и личности голубоглазого были прерваны им же. —Честно,—оперевшись об край стола, журналист слишком близко наклонился к Антону,—Ты мне тоже доверия не внушаешь. Парней разделяла лишь пара сантиметров, но буря между ними была гораздо больше и ужаснее. —Мне нужно лишь найти этого безумца,—он ткнул пальцем прямо в грудь Шастуна, не зная насколько точно он попал,—И ты мне в этом поможешь. —С чего вдруг? Стоял на своем зеленоглазый.  —Знаешь,—поняв, что попытки тщетны, он отстранился,—Ты мне кое-кого напоминаешь —Кого же я вам там напоминаю? Хмыкнув, поднял свой взор Антон —Меня  Отчеканил Арсений.  Вдруг раздались приближающиеся шаги и ребята отпрянули друг от друга в разные стороны. Арсений чуть не упав со стула, заметил фигуру в голубом свитере, что трясла руками, пытаясь высушить их. —Ну как?—улыбнувшись спросил Позов,—Каков твой ответ?  Уставился он на друга. Шастун же пару раз цокнув, оглядел журналиста с ног до головы и ответил  —Я согласен,—спокойно ответил парень и поспешил удалится из заведения,—Напишешь мне  —А ну стоять,—Арсений подскочил с места, уронив свой стул и схватив зеленоглазого за запястье,—Почему ты согласился? Антон смеялся в душе, ей богу, его так забавлял этот мужчина. Совсем недавно он спокойно сидел на своем месте, грея пятую точку. А сейчас весь взъерошенный, с огромными зрачками стоял, запыхавшийся прямо перед Антоном. Шастун усмехнулся, и наклонился прямо над ухом голубоглазого. —Вы мне кое-кого напоминаете,—прошептал парень ,—Арсений Сергеевич.  Журналист удивленно смотрел как фигура в черном удаляется и становится все меньше. Тепло от него все еще грело ухо журналиста, а тот совсем и не заметил, как у странного парня сползла маска, под которой он так усердно скрывался. Его улыбка, которой он одарил Попова перед тем как выйти за дверь, до сих пор стояла в глазах у Арсения. «Удивительный парнишка…» Он очнулся лишь когда тяжелая рука упала на его плечо. Взглянув на совсем спокойного Диму, он и сам потихоньку успокаивался.

***

Мазки летали из стороны в сторону, как и холсты, разорванные на части. «Черти, ничего не получается!» говорил голос в голове. Кровавый художник упал на колени, зарывшись руками в светлые волосы. В его мыслях стояли лишь голубые глаза и взъерошенные волосы. На бумаге возникали лишь они и ничто другое. Руки художника тряслись, а алые капли впустую стекали по предплечью. С новой силой схватившись за волосы, он засмеялся. Смех его был неестественным и ужасающим, глаза его пылали, а в голове лишь одно-голубые глаза. Ему нравилось играть с ним. Ему нравился тот страх в тех глазах, цвета Байкала. Он был нужен ему как воздух. Он задыхался без него. Его жизнь должна принадлежать лишь ему и никому другому. Если кто его и убьет, так это он.  Парень приподнялся на ватных ногах и побрел по привычному маршруту в ванную комнату. Надо привести себя в порядок, ведь завтра будет интересный день —Побыв хоть раз в натуре волка,—усмехаясь со своих слов, бубнил куда-то в тишину художник,— Мне никогда не стать овцой…