Принципы директора Сяо

      Сяо Чжань легонько нажал на ручку двери и бесшумно скользнул в студию. Для владельца известного модного журнала он вел себя слишком тихо, но он уважал рабочее пространство своих сотрудников и старался не мешать, когда творческий процесс был в самом разгаре, особенно если от результата этого самого процесса зависели продажи ежемесячного выпуска журнала.       Пройдя немного вперёд, Сяо Чжань замер, моментально забыв, зачем вообще пришел и откровенно залипая на модель, с которой работал фотограф.       Молодой парень в длинной белой рубашке и в темных обтягивающих джинсах босыми ногами плавно передвигался по студии, легко прогибаясь в пояснице в соблазнительной позе для очередного горячего кадра, заставляя Сяо Чжаня судорожно ослабить узел галстука.       Ван Ибо был начинающей, но уже довольно известной моделью, а также самой большой ошибкой Сяо Чжаня. Нет, не сам Ван Ибо, конечно, а предложение Сяо Чжаня на него поработать.       Как владелец популярного модного журнала он был весомой фигурой в модельном бизнесе. Многие известные модельеры приглашали Сяо Чжаня на показы новых коллекций, надеясь на статью в его журнале.       Он терпеть не мог, когда перед ним заискивали, как модельеры, так и их модели, поэтому показы посещал лишь те, в которых сам был заинтересован.       Однажды Сяо Чжань посетил один из таких показов. Выпуск новой коллекции представлял его хороший друг, поэтому он не мог отказать.       Именно на том показе Сяо Чжань впервые увидел Ван Ибо. Он выделялся среди остальных моделей, вышагивающих безликими серыми тенями, особой аурой уверенности и дикой, необузданной сексуальности. Весь вечер Сяо Чжань следил только за Ибо, выдыхая лишь тогда, когда тот скрывался из поля зрения.       После показа Сяо Чжань нашел друга, чтобы поздравить с успешным представлением коллекции, и заодно, как бы невзначай разузнать о Ван Ибо. Точнее, тогда он ещё не знал имени парня, но модельер и без того сразу понял, о ком спрашивал его друг.       Оказалось, что Ван Ибо хотели в штат моделей многие модные журналы, да и менеджеры модельных агенств выстраивались перед ним в очередь. Но парнишка, несмотря на свою взрывную внешность, лишь скромно улыбался и вежливо отклонял каждое предложение, аргументируя свой отказ тем, что ему важна его свобода и он не хочет обременять себя контрактом.       - Получается, ты нанял его всего на один показ? Он не работает на тебя? - на всякий случай уточнил Сяо Чжань.       Модельер чуть не поперхнулся шампанским.       - Да если бы эта золотая рыбка работала на меня, я бы сейчас тут с тобой не разговаривал. Этот паренёк слишком особенный. Я тебя, конечно, уважаю, дружище, но даже тебе не отдал бы это сокровище.       В ответ Сяо Чжань лишь кивнул, а затем сделал глоток шампанского, скрывая коварную улыбку за продолговатым бокалом.       Тем же вечером он отправил к Ван Ибо своего менеджера с предложением о сотрудничестве. Сяо Чжань впервые за последние несколько лет действительно волновался, ведь заполучить такую модель как Ван Ибо равнялось чему-то сродни выигрышу в лотерею всей жизни, но паренёк отказывал абсолютно всем, даже известнейшим модным домам, поэтому нервишки шалили нещадно.       Но каково было удивление Сяо Чжаня, когда менеджер сообщил, что Ван Ибо без лишних вопросов согласился на сотрудничество. А на следующий день он пришел в компанию и подписал контракт, а вместе с ним и приговор на выдержку Сяо Чжаня.       Не то, чтобы он раньше не спал с моделями, но он никогда и никого не тащил в постель в обмен на место главной модели в своем журнале, и уж тем более - не спал с теми, с кем работал. Сяо Чжань всегда брал в штат моделей за их изюминку, они должны были зацепить его на подиуме, а не в постели. Остальные сотрудники так же знали о главном правиле их директора, поэтому никто даже не пытался вешаться к нему на шею. Но в случае с Ван Ибо устойчивый мир Сяо Чжаня в один миг перевернулся, а ещё недавно непоколебимые принципы - дали серьезную трещину.       Сяо Чжань ещё никогда и никого так не хотел. Изначально он думал, что подобная одержимость объяснялась желанием заполучить того, кто всем отказывал, и тем самым вывести свой журнал в разряд особенных, если хотите, исключительных. Но регулярный стояк после каждой, даже краткой встречи с Ван Ибо, в итоге убедил Сяо Чжаня в том, что желание было отнюдь не коммерческим, а что ни на есть плотским.       Он пытался утолить свою "жажду" в объятиях других любовников, даже разбавил свой ночной досуг новыми пассиями, но ничего не помогало. Ван Ибо буквально преследовал его в каждом сне и, разумеется, на работе.       И сейчас, когда фотограф попросил Ибо переместиться на высокий стул и оседлать его, Сяо Чжань жадно впился взглядом в крепкие бедра, обвивающие играющий в специальном освещении бликами металл стула. Он слишком явственно представил, как эти стройные длинные ноги сомкнутся на его пояснице, прижимаясь плотнее и позволяя войти глубже.       Сяо Чжань чувствовал, как внизу живота начинает сладко тянуть зарождающимся возбуждением, понимал, как глупо будет выглядеть с очевидным стояком, но отвести взгляд было выше его сил.       И когда фотограф отвлекся на свою камеру, чтобы оценить только что сделанный снимок, Ван Ибо медленно перевел взгляд на Сяо Чжаня. В его больших темных глазах черти устроили вечеринку. Он смотрел пристально, склонив голову на бок, а уголок пухлых, как будто уже кем-то зацелованых губ приподнялся в лёгкой ухмылке.       Грех во плоти, не иначе. И Сяо Чжань был не прочь окунуться в него с головой. Даже, если потом придется гореть в адовом пламени. Как будто сейчас в его штанах не разгорался пожар вселенского масштаба.       Фотограф вернулся к работе, что-то говоря Ван Ибо, и тот нехотя отвёл от Сяо Чжаня взгляд, меняя позу для следующего фото.       Потеряв с Ван Ибо зрительный контакт, Сяо Чжань сделал глубокий вдох. Оказывается, чтобы не выдать собственного возбуждения, он все это время не дышал.       Стараясь больше не смотреть на свой главный возбудитель, он поспешил на выход из студии, так и не вспомнив о том, зачем вообще приходил.

***

      На следующий день, по приходе в журнал, Сяо Чжань получил от своей секретарши совершенно обычный белый конверт. В углу аккуратным почерком было выведено краткое "Для директора Сяо".       На вопрос, кто именно принес послание, секретарша лишь развела руками, утверждая, что когда она пришла на работу, конверт уже лежал на ее столе. Нахмурившись, он поблагодарил девушку, а затем скрылся за дверью своего кабинета.       Бросив конверт на стол, Сяо Чжань включил компьютер и на некоторое время залип в панорамное окно, пока загружалась операционная система.       Когда на экране приветливо всплыла заставка его рабочего стола, он опустился в кресло, просмотрел почту, ответил на письма, а когда уже собирался попросить секретаря принести ему кофе, взгляд скользнул по загадочному конверту.       Не то чтобы Сяо Чжань когда-то получал письма с угрозами, но сложившаяся ситуация все равно казалась странной.       Решив не затягивать довольно абсурдную ситуацию, он резко схватил конверт, тут же его вскрывая.       Изначально Сяо Чжаню показалось, что конверт был пуст, но когда он слегка развел бортики в стороны, а затем перевернул, на гладкую поверхность стола выпал небольшой обрывок фотографии. В прямом смысле обрывок, по неровным, немного надорванным краям становилось понятно, что фотографию предварительно разорвали на несколько частей.       Конкретно на том клочке, который рассматривал Сяо Чжань, была запечатлена рука парня. Большая широкая ладонь с длинными пальцами наталкивала на мысль, кто именно мог быть пойман на этой фотографии. А рукав белой рубашки окончательно подтверждал догадку Сяо Чжаня.       Ван Ибо. Именно на его съёмку вчера он попал. Ибо был в той самой белой рубашке, да и сам Сяо Чжань достаточно залипал на эти восхитительно крупные ладони, чтобы не узнать их обладателя.       На обратной стороне обрывка он заметил часть иероглифа, какого именно, понять было сложно.       Сяо Чжань крепко задумался, пытаясь понять суть странного послания. Никто из сотрудников, и, уж тем более, моделей не стал бы с ним флиртовать, все прекрасно знали о табу директора. Кроме того, Сяо Чжань был практически уверен, что конверт оставил именно Ван Ибо. Фотосессия свежая, доступ к ней на данный момент был только у фотографа, а Ван Ибо вполне мог попросить распечатать одно фото, он ведь модель, имеет право.       Но что он задумал? По сути игра, граничащая с откровенным флиртом походила на детскую забаву. Письма с признаниями в любви Сяо Чжань последний раз получал ещё в школе. Но, с другой стороны, обрывок фотографии с недописанным текстом едва ли был похож на романтическое признание.       Сяо Чжаню было забавно и одновременно интересно. При его статусе он должен был сразу же выбросить конверт вместе с его содержимым в мусор. Директор известного журнала не должен размениваться собственным драгоценным временем на подобную ерунду.       Но... Это был Ван Ибо. И мысленно он уже влепил себе несколько пощёчин за столь явный и определенно растущий интерес к модели, но что-либо менять абсолютно точно не собирался. Ван Ибо работал в журнале чуть больше месяца, все это время он никак себя не обозначал в плане заинтересованности директором. За исключением, разве что томных взглядов, но такое случалось исключительно на фотосессиях, если Сяо Чжань случайно (на самом деле нет) заглядывал в студию.       Поэтому Сяо Чжань решил пустить ситуацию на самотёк и узнать, что именно затеял Ван Ибо.       И спустя ещё четыре дня его любопытство было удовлетворено. Последний конверт оказался на столе секретаря, когда та отлучилась на обеденный перерыв. На недостающем клочке, ожидаемо, открылось лицо Ван Ибо. Фото действительно было из новой фотосессии. Ибо сидел на стуле, немного разведя ноги и запрокинув голову, открывая вид на тонкую шею и острый выразительный кадык.       У Сяо Чжаня моментально потяжелело внизу живота, а во рту обильно повлажнело от желания облизать этот самый кадык.       Он сделал несколько глубоких вдохов, судорожно выдыхая, а затем медленно провел ладонями по лицу. Да что с ним такое? Когда он настолько возбуждался от обычного фото? Ладно, не совсем обычного, но сути дела это не меняло. Сяо Чжань ежедневно сталкивался с моделями, он взрослый мужчина, в конце концов, а заводится, как подросток в разгар пубертатного периода...       Внизу живота все ещё тянуло, но дыхание постепенно выравнивалось. Перевернув обрывки фотографии, Сяо Чжань смог прочитать теперь уже полноценное послание.       "Мне совсем не понравились фотографии. Может, директор Сяо лично поработает со мной?"       Сяо Чжань зажмурился, шумно выдыхая. Этот паршивец точно в гроб его загонит. Причем падет директор модного журнала именно от перевозбуждения. Как же глупо. Ван Ибо всё-таки наплевал на главное правило и в открытую начал флиртовать с начальником. И Сяо Чжаню бы возмутиться, вызвать Ибо к себе в кабинет и отчитать, но он не мог. Не был уверен, что получится держать себя в руках и штанах, окажись он с Ибо один на один в замкнутом пространстве.       Сяо Чжань понимал, что именно скрывалось за посланием того. Каждый день он отправлял конверты Сяо Чжаню, чтобы увидеть его реакцию. Если бы директор разозлился, то уже давно вызвал бы его к себе на разговор, но Сяо Чжань молчал, тем самым давая зелёный свет на любые действия умелого искусителя.       К вечеру Сяо Чжань постепенно остыл и наконец взял себя в руки. Если он пойдет сейчас в студию, где его абсолютно точно ждал Ван Ибо, ничем хорошим это точно не закончится. Поэтому он уехал домой, где впервые за несколько лет ласкал себя сам, потому что в голове был только Ван Ибо, никакие другие модели больше не заводили, а умереть от перевозбуждения все же не хотелось.

***

      Следующий день Сяо Чжаня был забит под завязку. Он должен был присутствовать сразу на нескольких модных показах, кроме того в его графике в последний момент появились несколько деловых встреч. Последние затянулись на неопределенное количество времени, поэтому в свой кабинет Сяо Чжань буквально ввалился поздним вечером. Голова гудела, а уставшее за день тело неприятно ломило и слегка вело от достаточного количества алкоголя, который ему пришлось выпить на каждом из мероприятий.       И по-хорошему, ему бы поехать домой и нормально выспаться, но у него ещё остались кое-какие дела в журнале, которые никак нельзя было проигнорировать.       Сяо Чжань щёлкнул выключателем настольной лампы и буквально упал в кресло, немного откатываясь от стола. Прикрыв веки, он пытался унять беспрерывное жужжание в голове, которое, как он подозревал, вряд ли оставит его этим вечером, но в какой-то момент почувствовал, как кресло начало двигаться. Возможно, Сяо Чжань не заметил бы, что кресло кто-то подтащил обратно к столу, если бы в следующую секунду на его промежность не легла чужая рука, аккуратно оглаживая его член сквозь ткань брюк.       Резко открыв глаза, он весь подобрался и хотел уже откатить кресло обратно, но ему не позволили. Из-под стола показались до боли знакомые широкие ладони, которые крепко схватились за кресло, удерживая Сяо Чжаня плотно прижатым к столу.       Одна ладонь снова перекочевала на его промежность, на этот раз в попытке расстегнуть молнию на брюках.       - Ван Ибо, что ты творишь? - воскликнул Сяо Чжань. Он хотел, чтобы его голос звучал как грозный рык, но на деле напоминал лишь жалобный скулеж. Из-под стола действительно показалась голова Ван Ибо. Он довольно ухмылялся и смотрел так пронзительно, что Сяо Чжань вздрогнул, следом покрываясь мурашками. Ибо ухмыльнулся шире на подобную реакцию.       - Директор Сяо так напряжен. Я хочу его расслабить, - прошелестел Ибо, а затем одним резким рывком расстегнул ширинку, сразу же запуская под белье руку и нащупывая уже немного возбуждённый член.       - Ван Ибо, в журнале есть правила-а-а, - последнее слово Сяо Чжань уже простонал, потому что Ибо, который легонько поглаживал с каждой секундой все больше твердеющий член, внезапно сжал его, большим пальцем надавливая на крупную головку.       Пока Сяо Чжань находился в прострации, Ибо приспустил его брюки вместе с бельём, наконец высвобождая уже полностью возбужденную плоть. Поймав поплывший взгляд Сяо Чжаня, Ибо снова ухмыльнулся.       - Правила есть везде, господин директор, но, как по мне, нарушать их гораздо веселее, чем соблюдать.       А затем, прежде чем Сяо Чжань успел что-либо возразить, этот мелкий паршивец насадился ртом на его член сразу на половину.       Сяо Чжань застонал в собственный кулак, искренне надеясь, что на этаже уже никого не осталось и все сотрудники давно разошлись по домам.       Здравый смысл трепыхался в уставшем хмельном разуме, пытаясь достучаться до хозяина. И Сяо Чжаню действительно стоило бы одернуть Ван Ибо, встать из-за стола, надеть обратно штаны, и пускай со стояком, но послать этого наглого засранца на все четыре стороны.       Но... Ему совсем не хотелось этого делать. И возможно, в нем сейчас говорил алкоголь, смешанный с усталостью, но ему чертовски нравилось ощущать мягкие губы на собственном члене, чувствовать, как разгорается возбуждение в таком горячем и невозможно податливом рту.       Когда Ван Ибо понял, что Сяо Чжань больше не пытается сбежать, он отпустил кресло и выпустил член изо рта. Некоторое время он уделял внимание головке, лаская языком, следом обхватывая губами и начиная активно сосать.       Сяо Чжань тихо постанывал, полностью отдавшись ощущениям. Умелый язычок Ибо заскользил по стволу, губы сомкнулись на яичках, всасывая одно за другим, дразня, пока длинные пальцы массировали мошонку.       Сяо Чжань не выдержал и подкинул бедрами. Ибо решил не медлить, он хотел погрузить его в максимально острое удовольствие. Толкнув кресло, Ибо выбрался из-под стола, сразу же оказываясь между разведенных ног Сяо Чжаня.       - Теперь директор Сяо может не сдерживаться, - прошептал он, сразу же насаживаясь ртом на требующий к себе внимания член.       Сяо Чжань застонал уже куда более громко, следом опуская ладонь на чужую макушку, пальцами путаясь в мягких волосах. Ибо начал двигаться, кончиком языка лаская шелковистый ствол. Выпустив полностью, он подул на головку, лизнул, а затем снова резко насадился до упора.       И на этот раз Сяо Чжань действительно перестал себя сдерживать. Крепко, но не больно сжав волосы на макушке Ибо, он начал трахать чужой рот, задавая нужный ему темп. Судя по лёгкой ухмылке, тот именно этого и добивался. Одну ладонь Ибо положил на бедро Сяо Чжаня, а второй продолжил массировать мошонку.       Сяо Чжань запрокинул голову назад и закрыл глаза, чтобы сильнее сосредоточиться на ощущениях. Его всего трясло. От каждого погружения в этот потрясающе податливый рот, тишину кабинета разрывал хриплый вскрик. Он чувствовал скорую разрядку, но в то же время ужасно не хотел, чтобы его влажный сон, каким-то образом оказавшийся реальностью, заканчивался.       Ван Ибо расслабил горло и активнее заработал рукой на основании. Сяо Чжань резко вскинул голову и посмотрел на него. И, ох черт, лучше бы он этого не делал.       В кабинете царил лёгкий полумрак, в свете настольной лампы, который слабо доходил от стола, он выцепил невероятно красивое, словно вылепленное руками самого искусного скульптора лицо. Щеки Ибо покраснели, губы, так плотно сомкнутые на его члене, по-блядски припухли, в уголках глаз застыло несколько слезинок, а из-под густых опущенных ресниц глядели темные выразительные глаза, обжигая, дразня, ещё больше возбуждая.       От подобной картины можно было кончить без лишней стимуляции, но Сяо Чжань, скорее по инерции, начал толкаться яростнее, крепче сжимая волосы на макушке Ибо, а когда его горло напряглось, а пальцы крепче сжали основание болезненно возбужденного члена, Сяо Чжань буквально зарычал, обильно кончая прямо в чужой рот.       Сяо Чжань поплывшим взглядом отупело смотрел в одну точку. Сейчас его тело напоминало бесформенную жижу, а в черепной коробке вместо мозга хлюпал кисель. Он ощущал такую приятную лёгкость, что если бы прямо сейчас в кабинет кто-то вошёл, ему было бы абсолютно плевать. А ведь дверь действительно все это время была незаперта...       Тем временем Ван Ибо вылизал его член от остатков спермы, чмокнул головку, а затем натянул брюки вместе с бельем.       Поднявшись на ноги, он опустил руки на подлокотники кресла, нависая над абсолютно поплывшим Сяо Чжанем.       - Теперь директор Сяо расслаблен, - затем Ибо подался вперёд, завладевая искусанными губами Сяо Чжаня, моментально проталкивая в его рот настойчивый язык. Тот лениво ответил на поцелуй, ощущая на кончике языка собственный вкус, но когда уже хотел усадить Ибо к себе на колени и перенять инициативу в сладкой, расслабляющей ласке, тот внезапно отстранился.       - Надеюсь, директор Сяо будет хорошо спать этой ночью, - прошептал Ибо в его губы, а затем лёгкой изящной походкой покинул кабинет. Сяо Чжань медленно облизал губы, все ещё чувствуя на них вкус чужих. Вряд ли этой ночью он сможет уснуть.

***

      Сяо Чжань должен был отметить, что природа одарила Ван Ибо отнюдь не только божественной внешностью, но и восхитительным ротиком. Прошлым вечером он определенно сумел его расслабить, и ему было настолько хорошо, что все мысли и правила просто выветрились из ватной головы. И по-хорошему, стоило бы поговорить с Ибо о случившемся, но вчера он сбежал быстрее, чем Сяо Чжань успел выдохнуть после ошеломительного оргазма, а сегодня весь день пропадал на съёмках вне студии.       За работой день прошел незаметно. Сяо Чжань не заметил, как снова засиделся до поздна, хотя уходить из журнала позже всех уже вошло в у него привычку. Выключив компьютер, он решил напоследок заглянуть в одну из студий: утром была важная съёмка, нужно все проверить. Команду он давно отпустил, но что касательно своей работы Сяо Чжань был очень дотошным, поэтому предпочитал проверять все самостоятельно, не мучая при этом сотрудников.       Когда он включил лампу, чтобы проверить освещение, взгляд тут же выловил стул, расположенный в центре студии, верхом на котором сидел Ван Ибо. На нем была надета та самая длинная белая рубашка из прошлой фотосессии, ноги обнажены и немного разведены в стороны, голова запрокинута назад. Ибо занял позу с фотографии, которую недавно присылал Сяо Чжаню по частям.       - Директор Сяо наконец решился со мной поработать? - Ибо повернул все еще запрокинутую голову к Сяо Чжаню, ухмыляясь уголком рта.       От воспоминаний о прошлой "работе" с Ван Ибо внизу живота потянуло приятной истомой. Тогда Сяо Чжаню стоило бы проявить характер, прогнать наглеца, а ещё лучше уволить, но... Но Ван Ибо чертовски хорошо умел снимать напряжение, и тело отлично помнило каждое прикосновение мягких, сочных губ к изнывающей от желания плоти.       Сейчас тело так же пошло против воли своего хозяина, хотя, возможно, этому самому хозяину давно пора было отключить мозг, а не строить из себя праведника, которым он абсолютно точно не являлся.       Судя по слегка разведённым ногам Ибо и недвусмысленному бугорку под полами рубашки, которые накрывали его бедра, тот уже был возбужден. Несмотря на ухмылку и шальной блеск в глазах, Ибо тяжело дышал и как же порочно и невероятно горячо он выглядел, когда нырнув ладонью под все ещё застегнутую рубашку, начал медленно, словно смакуя, оглаживать свое тело. Сяо Чжань был рад, что не видел того, что происходило под рубашкой, но в то же время безумно хотел большего.       Не отводя от него взгляда, Ибо отнял ладонь от своего тела, а затем провел указательным пальцем по губам. В ту же секунду вынырнул язык, медленно обводя кончик пальца по кругу, следом начав легонько посасывать. Сяо Чжань слишком хорошо помнил, как сладко эти губы умели сосать.       Остатками разума (откуда они вообще взялись?) Сяо Чжань вспомнил, что они все же находились в здании журнала, и пусть сотрудники уже давно разошлись по домам, но таких отбитых на голову трудоголиков как Сяо Чжань хватало. Поэтому быстро метнувшись к входу, он запер дверь на защёлку. Вчера вечером им невообразимо повезло, что в кабинет директора никто не вошёл. Во второй раз лучше не испытывать судьбу .       Ибо продолжал сосать собственный палец, то вынимая его, то поглощая с большей яростью. Когда Сяо Чжань закрыл дверь, все клеммы буквально сорвало. Больше не было смысла ждать, отнекиваться, отталкивать. Он до болезненного спазма в паху хотел этого дерзкого мальчишку, и плевать, что тот работал на него, с этим Сяо Чжань разберется позже. В конце концов, ему недавно стукнул тридцать один год, пора было уже, наконец, договориться с собственными принципами.       Сяо Чжань быстрым размашистым шагом подошёл к Ибо, попутно снимая пиджак вместе с галстуком, отшвыривая куда-то в сторону. Схватив Ибо за запястье той руки, палец которой он усердно сосал, Сяо Чжань дёрнул его на себя. Ибо в ту же секунду оказался вплотную прижат к нему. Сяо Чжань шумно выдохнул, когда чужое возбуждение уперлось в его собственное.       Не отпуская тонкого запястья, Сяо Чжань насадился ртом на палец, который всего несколько мгновений назад находился во рту Ибо. Глядя ему прямо в глаза, Сяо Чжань плотнее сжал губы, опускаясь ниже по длинному, тонкому пальцу. Ибо сипло застонал, он и без того уже был заведен до предела и Сяо Чжань с трудом сдерживался, чтобы сию же секунду не разложить его прямо на полу студии.       Градус сексуального напряжения и желания начинал зашкаливать, поэтому, высвободив палец, Сяо Чжань буквально впился в податливые, слегка приоткрытые губы, сразу же пуская в ход требовательный язык, не давая Ибо ни собраться, ни опомниться. Его напор оказался настолько сильным, что Ибо пошатнулся. Впрочем, тот был сразу же перехвачен крепкими руками Сяо Чжаня. Он опустился на стул, усаживая Ибо к себе на колени, заставляя оседлать бедра.       Ещё при поцелуе, Сяо Чжань понял, что Ибо был без белья. А сейчас, когда его колом стоящий член вынырнул из-под полы рубашки, убедился в этом окончательно.       - Ты хотел со мной поработать? - хрипло спросил Сяо Чжань, глядя в совершенно пьяные от желания глаза Ибо. - Посмотрим, на что ты способен, малыш.       После этих слов он обхватил ладонью его член, большим пальцем обводя по кругу крупную головку.       Ибо всхлипнул и крепче схватился руками за его плечи.       - Чжань-гэ, - на выдохе произнес он. Сяо Чжань решил опустить факт фамильярности, поскольку в мозгу уже давно пульсировала лишь одна мысль: "Опустить Ван Ибо на собственный член". - Не нужно... подготовки. Ты... можешь уже... Пожалуйста, просто сделай... что-нибудь...       Ибо буквально задыхался от желания, а Сяо Чжань вдруг вспомнил, что тот уже был неслабо возбужден, когда он пришел. Неужели этот паршивец действительно...       Сяо Чжань обхватил упругие ягодицы Ибо, легонько разводя их в стороны. Тот пронзительно вскрикнул, когда Сяо Чжань коснулся анальной пробки в его заднем проходе.       - А ты не промах, - ошарашенно выдохнул он. - Что бы делал, если бы я не повелся на провокацию и прогнал тебя прочь?       Ибо все ещё загнанно дышал, но при этом все равно смог ухмыльнуться.       - Подрочил бы, представляя, что вместо собственной ладони, меня ласкает рука Чжань-гэ.       Больше Сяо Чжань не мог терпеть. Буквально зарычав, он сначала надавил на анальную пробку, а затем под сопровождение протяжного стона Ибо вытащил ее с пошлым хлюпающим звуком, заменяя игрушку сразу двумя пальцами, заставляя того прогнуться в спине.       Пальцы Сяо Чжаня легко скользнули по растянутому, влажному входу, нажимая на мягкие податливые стенки, задевая чувствительный бугорок. Сяо Чжань дурел от того, насколько чутко реагировал Ибо, а ведь это пока ещё были только пальцы...       Ибо тяжело дышал, приоткрыв рот, комкал ладонями рубашку на его плечах. Сяо Чжань не выдержал и снова впился в дразнящие губы, вставляя третий палец целиком. Ибо заерзал, а затем дрожащими руками потянулся к поясу на штанах Сяо Чжаня. Тот понял, что именно делал Ибо, когда его ремень уже был расстегнут. Свободной рукой он перехватил Ибо за запястье, разрывая поцелуй.       - Чжань-гэ, если это месть за мое поведение, то давай как-нибудь в другой раз. Обещаю, я приму любое наказание, но только не сейчас. Я весь день ходил с этой пробкой в заднице, и сейчас мне катастрофически нужен там твой член!       Ибо буквально молил, хотя на последних словах уже хрипло кричал.       Сяо Чжаня все больше заводило такое поведение, поэтому он позволил Ибо расстегнуть ширинку. Он облегчённо выдохнул, когда его член освободили из мучительного плена штанов и белья. Кого он тут пытался обмануть, не только Ибо нуждался в его члене, но и Сяо Чжань до физической боли хотел эту упругую, сочную задницу.       Ибо достал из кармашка рубашки небольшой квадратик фольги, Сяо Чжань ухмыльнулся. Всё-таки Ибо действительно знал, чего хотел, раз настолько все продумал. Когда большие ладони с красивыми тонкими пальцами натянули на член Сяо Чжаня презерватив, тот сглотнул, понимая, что даже если не сегодня, то в ближайшее время абсолютно точно сдался бы этому демону.              На трясущихся ногах, опираясь на плечи Сяо Чжаня, Ибо поднялся с его колен, встречаясь горящим взглядом с точно таким же нетерпеливым напротив. Сяо Чжань вынул пальцы, пристроил головку к растянутому входу и легонько кивнул, давая понять, что Ибо может сам контролировать погружение. В ту же секунду они оба застонали, поскольку Ибо не собирался ничего контролировать и сразу же опустился на всю длину, звонко шлепнув ягодицами о чужие бедра.       - Ты отчаянный псих, когда дело доходит до секса, - констатировал Сяо Чжань, с трудом сдерживаясь, чтобы не начать втрахиваться в желанный зад, в котором было до умопомрачения тесно и жарко.       Ибо снова оперся ладонями на его плечи, начиная двигаться.       - Я отчаянный псих, - выдыхая в приоткрытые губы Сяо Чжаня, Ибо снова насадился на всю длину, - только когда дело касается Чжань-гэ.       Ибо говорил прямо, не скрывая своих истинных чувств, и от такой прямолинейности, которая отзывалась в каждом сладком движении, у Сяо Чжаня буквально кружилась голова.       Вот и сейчас, когда Ибо в очередной раз опустился на его член, Сяо Чжаня окончательно накрыло. От постоянной нагрузки ноги Ибо снова начали подрагивать, поэтому он обхватил его за талию, начиная двигаться в нужном для них обоих темпе, подмахивая собственными бедрами.       В студии было темно, яркий свет лампы был направлен только в ту часть, где утром должна была состояться фотосессия. На стуле сидел полностью одетый Сяо Чжань, сжимая ладонями чужие обнаженные ягодицы, и насаживая заведённого до предела Ибо на собственный член. Его обнаженные, стройные ноги резко контрастировали со все ещё облаченным в белую рубашку торсом. А смешанные отчаянные стоны и шлепки обнаженных ягодиц о полуобнажённые бедра, стали единственными звуками в студии, которая уже давно должна была погрузиться в ночную тишину.       Сяо Чжань чувствовал скорую разрядку, поэтому ускорил темп, начиная вбиваться жёстче и чаще. Ибо все ещё сжимал ладонями его плечи, полностью отдавшись его темпу, он не стеснялся хрипло стонать, чем заставлял Сяо Чжаня подбрасывать его на бедрах ещё яростнее.       В момент, когда Сяо Чжань почувствовал, что долго не продержится, он обхватил одной рукой член Ибо и начал активно ему надрачивать, не прекращая резких толчков. Полностью сконцентрировавшись на собственном заднем проходе, Ибо не ожидал ощутить чужую ладонь на требующем внимания члене, поэтому когда Сяо Чжань начал работать рукой, он застонал так громко и пронзительно, что тот толкнувшись особенно глубоко, сжал пальцы на члене Ибо, утаскивая того следом за собой в волну оглушительного оргазма.       Ибо упал на Сяо Чжаня, обхватывая того ногами за бедра, словно опасаясь, что его сейчас сбросят и уйдут.       - Дай мне выйти из тебя. Тебе же неудобно, - осторожно сказал Сяо Чжань, перебирая намокшие от пота прядки на чужом влажном лбу. Ибо положил голову на его плечо, и закрыл глаза, совершенно не ощущая дискомфорта. Было приятно вместе восстанавливать сбившееся дыхание, и возвращаться из послеоргазменного тумана, до которого, опять же, дошли вместе.       - Я мечтал оказаться на этих бедрах с первого дня работы в журнале, - потираясь щекой о плечо Сяо Чжаня, замурлыкал Ибо. - Комфортнее места просто не найти.       Сяо Чжань шумно выдохнул, легонько отстраняя его и заглядывая ему в глаза.       - Ты очень смелый и отчаянный, - краткий поцелуй в губы. - А ещё очень красивый.       - Это значит, что директору Сяо понравилось со мной работать? - улыбнулся Ибо, поигрывая бровями.       Сяо Чжань обхватил пальцами подбородок, делая вид, что думает над безумно важным контрактом.       - Ты там что-то говорил о том, что готов к любому наказанию? Пожалуй, я подумаю о продлении сотрудничества.       - А начать можно прямо сейчас, - сверкнул глазами Ибо, и резко толкнулся бедрами. Сяо Чжань зашипел.       - Я ведь ещё не вышел...       - На то и расчет! Я должен хорошо постараться, чтобы директор Сяо продлил со мной сотрудничество, - это Ибо сказал уже в его губы, следом ещё раз толкаясь.       - Ты невыносим, но, кажется, я уже зависим, - прошептал Сяо Чжань, сминая губы Ибо в жадном поцелуе.