Dollhouse/Кукольный домик

— А, так мы взаимны? — Акааши уклонился от объятий, метнув взгляд на Цукишиму. — Ты тоже родственная душа Цукишимы-сана? — Ага! Куроо, скажи что-нибудь! Посмотри, твой ли Кейджи тоже! — Я не думаю… — Я уже - Они моргнули друг другу, и Куроо горько усмехнулся, сунув руки в карманы. — Я уже знал, что Акааши — моя родственная душа. Я был там, когда Кьётани транслировал видео, отправленное в полицейский участок. — Ой, — руки Акааши теребили больничную рубашку, надетую поверх джинсов, и он посмотрел вниз. — Я подумал — поскольку ты не отреагировал так, как Бокуто-сан, когда я заговорил, что это не было взаимно. Потому что я слышал твои слова во время рейда. — Ну, это идеально! Мы все взаимны! — наступила пауза, пока Бокуто обдумывал свои слова, и его плечи опустились. — Или так будет… когда Кей проснется. — Я ещё раз извиняюсь. Вам не пришлось бы беспокоиться об этом, если бы я не столкнулся с ним. — Я говорю тебе, что всё в порядке! — Бокуто усмехнулся, хотя на этот раз он казался более натянутым, чем раньше. Он подошёл к кровати, быстро вытер лицо рукавом и уставился на блондина. — Кей проснётся, ему станет лучше, и тогда мы все сможем пойти домой! Куроо глубоко вздохнул, пытаясь не обращать внимания на тот факт, что его дом был далеко не здесь, и откашлялся. — Вообще-то, раз уж ты здесь, Акааши. Извини, но не мог бы ты ответить на несколько вопросов? — Вопросы? — мужчина выпрямился, стиснув зубы. — Ах, о том, что случилось. Куроо поднял руки, заставляя себя сохранять на лице сочувственную улыбку. — Я не хочу заставлять тебя что-либо делать. Если ты не хочешь отвечать, то и не обязан. — Нет, я хочу… — Акааши уставился на Цукишиму, прежде чем кивнуть Куроо. — Я хочу помочь всем, чем смогу. — Хорошо, ты будешь в порядке, если Бокуто будет подслушивать? — после кивка улыбка Куроо стала менее натянутой, и он указал на стул, стоящий в углу комнаты. — Почему бы тебе не присесть, может быть, так будет проще. Акааши кивнул и наконец вошёл в палату, медсестра заняла его место в дверях. Она посмотрела на троих мужчин, стоящих в комнате, прежде чем кивнуть. — Акааши-сан, если вы думаете, что с вами всё будет в порядке, я оставлю вас в покое. Когда мужчина кивнул, она улыбнулась и сделала шаг назад. — Не забывайте, что в этой палате есть кнопка вызова медсестры, если вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, не стесняйтесь. Акааши со вздохом сел, когда медсестра закрыла дверь в палату, а Бокуто сделал вид, что вежливо игнорирует их, взял Цукишиму за руку и снова встал на колени у кровати. Куроо пожевал щёку изнутри. Внезапно раны его родственной души стали ещё более очевидными. Волосы, покрывавшие часть лба Акааши, сдвинулись в сторону, обнажив повязку, а когда он посмотрел на Куроо, тёмные круги под глазами казались ещё больше. Он мог видеть два круглых синяка над воротником больничной рубашки, размером примерно с два больших пальца. Это заставило его кровь закипеть. — Возможно, полицейский участок уже спрашивал тебя об этом, но я просто хочу получить как можно больше информации, прежде чем вернуться в участок, — Акааши снова кивнул, и мужчина прочистил горло. — Хорошо, учитывая, что мы арестовали его на месте преступления, он мало что может сделать, чтобы защитить себя, но любая информация, которая могла бы дать нам фактическое признание, поможет. Это может быть немного сложно, но я буду прямо здесь, хорошо? Акааши мрачно улыбнулся, его глаза метались между Куроо и Цукишимой. Рискнув, Куроо шагнул вперед и опустился на колени перед Акааши, взяв его за руку. Не обращая внимания на шокированный взгляд, Куроо посерьёзнел. — Я попрошу тебя закрыть глаза и пройти со мной несколько сцен, хорошо? Даже когда Акааши сделал так, как он спросил, и закрыл глаза, он спросил: — Зачем? — Если твои глаза закрыты, это может облегчить запоминание, — Куроо сжал руку Акааши. — Вспомни, что было два дня назад, —неужели это действительно было так давно? — Тебя не было дома вечером? — Нет. Нет, я был в гостях у друга, Конохи-сана, мы вместе выпили кофе, но я пообещал моим родителям, что приду домой к ужину пораньше, поэтому я прервал нашу встречу, — глаза Акааши забегали по векам. — Я ехал домой, но когда я добрался туда, дверь была широко открыта. Наступила долгая пауза, и Куроо почувствовал, как Акааши крепче сжал его руку. — Что произошло дальше? — Я подошёл к крыльцу и заглянул внутрь, а там папа падает на пол, и он там, и мама, и там так много – о Боже – так много крови, и он поворачивается и смотрит на меня, — дыхание Акааши стало тяжелее, и Куроо услышал, как Бокуто ёрзает позади него. — Я не могу – столько крови, я не проверял живы ли они. Я бежал, но должен был остаться, — губы мужчины на мгновение дрогнули, и Куроо задумался, не прервать ли его, но Акааши продолжал. — Есть тропа, ведущая через лес, и если я смогу добраться туда, а он всё ещё следует за мной, я могу попытаться потерять его в лесу. Я бегу, оглядываюсь через плечо, а он всё ещё там, но потом… Он снова остановился, и Куроо потянулся другой рукой, чтобы помассировать ту, которую он держал. — Но потом? — Я сталкиваюсь с кем-то, — Акааши втянул воздух, словно пытаясь дышать. Его свободная рука легла на ребра. — И я знаю, что… убийца прямо за мной, и я пытаюсь утащить этого человека за собой. Потом он говорит мои слова. И в его глазах боль, и это всё моя вина. Я должен был бежать в лес раньше. Я вообще не должен был бежать. Что, если бы мои родители были живы? У меня не было возможности узнать. Что за сын так делает? Мне следует.. — Хорошо, Акааши, открой глаза, — Куроо остановил другого, когда тот начал учащенно дышать, его глаза все еще были закрыты. — Акааши, — он услышал движение позади себя, услышал, как Бокуто придвинулся ближе. Он отпустил руку Акааши, чтобы убаюкать его лицо. — Акааши, всё в порядке. Открой глаза, Кейджи. Глаза мужчины распахнулись, он задыхался, лихорадочно осматривая комнату, как будто ожидал, что Кьётани будет там. Когда он понял, где находится, всё напряжение вылетело из него, и он рухнул на стул. К его чести, его подбородок лишь немного трясся. — Ох. Это было… более реально, чем я думал. — Память — странная штука. Прошу прощения, я должен был остановить тебя раньше, — Куроо встал, отойдя от Акааши. — Ты помнишь, что было дальше? — Он… я замер, когда Цукишима-сан упал на землю и накачал меня наркотиками, а когда я проснулся, я был в той комнате в подвале, — Акааши быстро покачал головой. — Следующим он бросил Цукишиму-сана, а затем заставил меня зашить его. В основном он не выходил из комнаты, пока, как я полагаю, вы не начали свой рейд. Я действительно не знал, сколько времени прошло. Куроо кивнул и слегка хмыкнул, вспомнив, как беспокоил Кенму взлом участка. — И последний вопрос, Кьётани был единственным человеком, которого ты видел? — Думаешь, у него есть партнёр? —Акааши моргнул, открыв рот. — Некоторые вещи, которые он сделал, потребуют гораздо больше… ловкости, чем он, кажется, имеет, поэтому мы просто пытаемся прикрыть наши базы. Руки Акааши сомкнулись, когда он массировал костяшки пальцев. — Я больше никого не видел… — он замялся, явно пытаясь понять, важно ли это. — Но когда Цукишима-сан проснулся после того, как я зашил его, он разнял нас. Он вернулся один, чтобы записать видео с требованием выкупа. Я не знаю, где он его взял. Но после видео он вернулся с Цукишимой-саном, который снова был без сознания. — Он увёз Цукишиму куда-то ещё? — Куроо скрестил руки на груди, нахмурившись. Возможно, он мог просто оставить раненого блондина одного в коридоре снаружи, но Кьётани не был похож на человека, который пойдёт на такой риск. Это означало, что либо у него было другое место для содержания, либо кто-то присматривал вместо него за Цукишимой. — Хорошо, это всё. Спасибо. Ты очень помог, Акааши. Отойдя, чтобы у Акааши было немного больше места для дыхания, Куроо обернулся, когда в дверь постучали. — Да? Такеда открыл дверь и проскользнул внутрь, держась за другой блокнот. — Здравствуйте ещё раз, у меня есть для вас эти регистрационные формы. Акааши откашлялся, прежде чем спросить: — Ты случайно не принёс три, Такеда-сенсей? — Мне жаль? — Такеда быстро оглядел комнату, прежде чем на его лице появилось сочувственное выражение. — Ага, понятно. Хорошо, хорошо, я оставлю это здесь с вами и вернусь с ещё одной копией. — Спасибо. Когда Такеда передал блокнот Куроо и вышел из комнаты, Бокуто схватил второй блокнот с того места, где он лежал на полу. — Я совсем забыл! Мне нужно заполнить это для Кея! Куроо фыркнул, сел на пол рядом с Бокуто и взял ручку, прикрепленную к бумаге. — Почему-то мне кажется, что это не совсем ненормально. — Хей! — Бокуто попытался ткнуть Куроо своей ручкой, а тот продолжал смеяться. Оба замолчали, сосредоточившись на своих документах. Куроо посмотрел на слова вверху и начал вводить своё имя. Регистрация родственной души. Подумать только, что он будет делать это во время расследования… Он покачал головой и заполнил основную информацию. Все области для Бокуто остались пустыми. Он перелистнул следующую страницу и начал заполнять одну для себя и Акааши, полагая, что они могли бы также иметь две полные формы, поскольку Цукишима не проснулся. Но затем, когда тишина продолжалась, он почувствовал, как воздух стал неловким. Он расписался внизу листа рядом с пустым полем, которое должно было быть заполнено фотографией их слов, сделанной больницей, прежде чем откашляться. — Ну, на самом деле, мы не так уж много знаем друг о друге… так что, может быть, мы могли бы использовать это время, чтобы исправить это? Акааши вмешался — чувак, если он чувствовал себя неловко, заполняя бумагу, то как Акааши чувствовал себя от нечего делать? – наклонился вперед в своем кресле. — Знакомство друг с другом звучит как хорошая идея.