Зов прошлого.

      Я сидела в поезде, что вез меня в родной Хитерфилд. Я уже целых 5 лет не была там, не знаю, что меня ожидает, когда я туда приеду. Повзрослевшая сестра, любимые родители, все те же родные подружки, которые, кажется, только вчера сидели в нашем любимом ресторане и болтали обо всем на свете. Быть может. И теперь у них свои дороги. У каждой. И у меня своя, но время от времени наши дороги все же переплетаются. Это как раз тот самый случай.       Да, я возвращаюсь в Хитерфилд, но не насовсем, всего на две недели, так как потом закончится моя виза, и я должна буду уехать. Уже навсегда. Но эти две необычные недели я хочу провести со своей семьей и дорогими мне подругами. Я так хочу запечатлеть эти волшебные дни и вспоминать их, когда будет одиноко.       И вот уже показался пригородный перрон и родные станции, на которые я любила приходить и просто наблюдать за людьми. Наверное, я все-таки сумасшедшая. Мало кто так поступает, право же. Меня никто не встречает. На минуту я удивляюсь — как же так? Но тут же понимаю, что я никому не говорила, что приеду. «Пусть будет сюрприз!» — решила я. Да, сюрприз. Теперь мне придется добираться до дома одной. Я поймала такси, которое, как и ожидалось, довезло меня прямо до подъезда. Было уже довольно поздно, но в моем окне все ещё горел свет. Он, подобно маяку, звал меня домой. Там мама. Там папа. Там сестра. Там дом.       Расплатившись и забрав багаж, я встала перед подъездом. Это был волнующий момент. Глупая мысль. Но я на мгновение даже сомневаюсь, что они будут рады. «Как они без меня живут? Скучают ли?» — подумала я, и с моих глаз упала неожиданная слеза. Смахнув ее, я поднялась до своей квартиры. И вот я уже стою перед своей дверью, и, как неродная, боюсь позвонить в неё. Чуть успокоившись и набравшись храбрости, я все-таки позвонила. Послышались шаги. — Кто там? — спросил девичий голосок. Лилиан. Кто же еще. — Это я, Корнелия, — ответила я ей. Дверь резко открылась, и громкий, знакомый голос Лилиан, просто оглушил меня. Я уже отвыкла от таких бурных эмоций со стороны сестры. — Корнелия вернулась! — завопила она, кинувшись мне на шею так, что я даже чуть не упала.       Родители в недоумении вышли в коридор — еще бы, мирно смотрели телевизор, а тут такой шум. Увидев меня в дверях, папа и мама застыли от изумления. Они не могли сдержать свои эмоции, особенно мама. Она просто разревелись от счастья. Как девочка. Я тоже не могла сдержать слез радости. Подойдя ближе, мама нежно, но в тоже время крепко, обняла меня. Так умеют обнимать только матери. Следом за ней подошёл папа. Он обнял нас всех вместе ещё крепче — на то он и папа. Слова здесь были неуместны. Простояли мы так минут пять.       После теплых объятий мы все же прошли на кухню, где мама налила мне горячего чаю. Такой чай умела заваривать только моя мамочка. Лилиан начала заваливать меня кучей вопросов. — Ну, Корни, рассказывай. Как учеба? Где ты побывала? Кого-нибудь встретила? А ты к нам надолго? Почему на письма не отвечала?       Её шквал вопросов перебила мама. Почти все они были глупыми. Впрочем, радость часто делает людей глупыми. — Лилиана, успокойся. Дай сестре хоть чуть-чуть отдохнуть с дороги. — Да я вроде бы не очень-то и устала, — возразила я. — Вот и славненько! — улыбнулась Лилиан, потирая руки. — Ну, давай, рассказывай, мы тебя внимательно слушаем.       Девочка отставила чашку в сторону, подперла руками свою светлую головку, как бы показывая всем своим видом, что готова слушать мой рассказ хоть до утра.       Я рассказала им все, что происходило со мной на протяжении этих долгих пяти лет. Что-то более подробно, что-то менее. Я поведала им, как поступила в медицинский, как защищала диссертацию, как путешествовала по разным городам... Слишком много и в то же время – так мало. — Наверное, если бы я тогда решила остаться, то сейчас бы не была такой счастливой… Видеть вас — это самое лучшее, что есть в этом мире.       Было ещё много незначительных вопросов — то со стороны родителей, то с моей стороны. — Да уж, это был трудный вечер, — пробормотала я, зевая. Глаза уже сами собой закрывались, и я готова была уснуть прямо на кухне, но мамин голос вернул меня обратно. — Корнелия, мне кажется, здесь не самое лучшее место для сна, — улыбнувшись, сказала она. Я все же отправилась в свою комнату, в которой ничего не изменилось за время моего отсутствия, и, на удивление, не было ни пылинки.       Бросив вещи прямо рядом с дверью и даже не разобрав их, я приняла душ, переоделась и просто обессилено упала на кровать. В ту минуту мне было уже все равно. Какие посторонние шумы за дверью, вы о чем? Я попросту блаженно погрузилась в сон.