Безусловная преданность

Сяо красивый. Итэру не потребовалось много времени, чтобы прийти к этой мысли. Кажется, он считал так всегда. С самой первой встречи и до сегодняшнего дня. И, пожалуй, он будет считать так до самой смерти, потому что сколько бы Итэр на Сяо не смотрел — ему всегда мало… Каждый раз хочется больше. Хочется пожирать его взглядом, вглядываться в каждую эмоцию на его лице и впитывать в себя каждое движение его прекрасного тела. Но даже этого всё равно будет мало, потому что насытиться красотой Сяо невозможно, сколько бы Итэр не пытался… — Боже… — срывается дрожащий шепот с тонких, искусанных губ, и Итэр не может сдержать самодовольную улыбку. Сяо сейчас хорошо. Это заметно по вздрагивающим на каждый медленный толчок мышцам, по тому, как он закатывает глаза и как рвано дышит, пытаясь оставаться в сознании, хотя, Итэр уверен, даётся ему это нелегко. Сяо стоит на коленях на их кровати, опирается локтями на мягкую подушку и то и дело роняет голову вниз, упираясь лбом в скрещенные перед собой руки. Итэр с жадностью скользит взглядом по ярко-выпирающим лопаткам, по изящному изгибу поясницы и по дрожащим, блестящим от смазки бёдрам, в которые впиваются черные ремешки, тянущиеся от изголовья. Итэру нравится развернувшееся перед ним представление. Наверное, он мог бы наблюдать за этим часами. Наверное, будь его воля, он бы запер Сяо дома, чтобы больше никто не смел даже взглянуть на него, не то что подумать, какой же он до дрожи красивый… Итэр крепче сжимает в руке пульт и на мгновение задумывается. Позади Сяо стоит небольшая секс-машина, которая ритмично и безжалостно раз за разом вгоняет в него длинный резиновый член прямо до основания. Ремни крепко удерживают Сяо на месте, не позволяя отползти в сторону и как-то облегчить эту сладкую пытку. Вероятно, Сяо сходит с ума от удовольствия. По крайней мере на его лице Итэр не видит ни намёка на то, что ему не нравится происходящее. Наоборот, его ресницы мелко дрожат, на щеках заметны редкие слёзы, а с покрасневших губ то и дело срываются всё более откровенные и несдержанные стоны, но никак не просьбы о том, чтобы это прекратилось. Сяо явно наслаждается, и Итэру только от этой мысли хорошо тоже… На мгновение Итэр соскальзывает взглядом с лица Сяо на его выпирающие лопатки и, чуть склонив голову, задумывается о том, чтобы снизить темп до минимума. От одной только мысли об этом всё тело бросает в обволакивающий жар. Возбуждение приятно тянет внизу живота. Член крепко стоит, но Итэр оттягивает удовольствие, не прикасаясь к себе. Он мог бы начать дрочить прямо на развернувшееся перед ним зрелище. Мог бы прикоснуться к себе сквозь одежду, но Итэр терпит, потому что в этом сладостном ожидании есть какое-то доводящее до экстаза наслаждение. Итэру нравится смотреть на такого Сяо — дрожащего, абсолютно голого и всем своим видом умоляющего о большем. Итэру нравится видеть, как ремешки впиваются в бледную кожу, когда Сяо в слепом порыве подаётся вперёд, будто бы желая уползти от этой сладкой пытки. Итэру нравится видеть, как по дрожащему телу стекают капельки пота, а член снова и снова вздрагивает, ударяя головкой по поджатому животу. Итэру просто нравится, и Сяо, должно быть, очень хорошо знает об этом, потому что он лишь на мгновение мажет поплывшим, заплаканным взглядом по сидящему недалеко Итэру, и от этого возбуждение покалыванием отдаёт в кончики пальцев… — Блять… — ругается Сяо сквозь зубы и крупно вздрагивает, когда Итэр всё же снижает темп машины до минимума, из-за чего игрушка замирает на мгновение глубоко внутри, после чего плавно начинает выскальзывать наружу, вырывая из Сяо задушенный, протяжный стон. Итэр не может оторвать взгляд. Он жадно наблюдает за тем, как Сяо еще сильнее выгибается, зарывается лицом в подушку и пальцами цепляется за простынь, комкая ее в кулаках. Весь его вид кричит о том, что он измучен удовольствием. Он уже один раз кончил, но Итэр знает, что Сяо этого мало. Сяо любит, когда его долго мучают. Он любит, когда Итэр наблюдает со стороны. Он любит быть использованным… Итэр знает все желания Сяо, и он готов сделать всё, что угодно, лишь бы подарить Сяо всё то, о чём он только попросит. — Господин… Умоляю… — доносится совсем слабый голос, и Итэр переводит взгляд с выпирающих лопаток на раскрасневшееся лицо Сяо. Тот лежит щекой на подушке, тяжело дышит, и на его приглашённо-распахнутых губах блестит слюна, привлекая всё внимание Итэра к себе. Игрушка, едва не выскользнув наружу, так же медленно начинает скользить обратно. Итэр знает, что Сяо ненавидит такой медленный темп. Сяо любит интенсивно и грубо. Он любит, когда до боли и сорванного голоса. А Итэр любит издеваться, а потому не может отказать себе в том, чтобы совсем остановить машину в тот момент, когда игрушка входит до основания. С губ Сяо снова срывается разочарованный стон и тихая мольба, которая вызывает у Итэра лишь удовлетворенную улыбку. — О чём ты умоляешь? — спрашивает он почти будничным голосом, и Сяо дёргается вперёд, натягивая ремни и никак не облегчая собственное состояние. — Быстрее… Я хочу… чтобы было быстрее… — всхлипывает Сяо практически без запинок, и Итэр лишь усмехается. — С чего ты решил, что можешь просить о таком? Сяо поджимает губы. Итэр на мгновение засматривается. Сяо слишком сексуален. Его поведение каждый раз Итэра заводит. Каким бы Сяо не был — послушным, игривым, провоцирующим или грубым — Итэр всё равно возбуждается, потому что Сяо нравится ему любым. И Итэр иногда даже не знает, чего ему хочется больше. Чтобы Сяо беспрекословно подчинялся или чтобы провоцировал и перечил, вынуждая наказывать его за подобное. — Умоляю… господин… — повторяет Сяо, и в его поплывшем взгляде Итэр видит лишь похоть и желание получить разрядку. На губах снова мелькает самодовольная усмешка. Итэр медленно поднимается со стула, так же медленно подходит ближе и, игнорируя громкий разочарованный стон, запускает машину лишь на пару секунд, откровенно дразня. Он жадно следит за тем, как Сяо сжимается вокруг игрушки, замеревшей на середине, и не может отказать себе в удовольствие оставить звонкий шлепок на бледной ягодице. — Одной мольбы недостаточно, — произносит Итэр и мягко касается пальцами места удара. Сяо на это чуть вздрагивает, но не пытается отстраниться, наоборот словно выгибается ещё сильнее, выставляя себя напоказ и без слов прося о прикосновениях. И эта черта Итэру тоже нравится. Нравится видеть, с каким трепетом Сяо отзывается на ласковые поглаживания. Итэр проводит пальцами чуть выше, по изогнутой пояснице, по выпирающим позвонкам, а после снова скользит обратно, касается растянутого вокруг игрушки входа и чуть надавливает, будто бы желая толкнуться пальцем в дополнение к члену. Сяо стонет развязно и несдержанно, сам подаётся назад, но Итэр убирает руку раньше, напоследок оставляя еще несколько звонких шлепков по одной и той же ягодице. — Господин… — срывается с губ Сяо это приятное обращение, но договорить Итэр не позволяет. Он грубо впивается ладонью в волосы на затылке и дергает Сяо выше, вынуждая его опереться на дрожащие ладони и до хруста выгнуть спину. — Снова хочешь начать умолять? Насколько же ты несдержанный малыш… Так сильно нравится, что твою дырку имеет бездушная машина? — обманчиво ласковым голосом произносит Итэр и замечает, как содрагается Сяо от этих грубых слов. Должно быть, по его телу сейчас бежит унижение вперемешку с возбуждением. Сяо ведь любит все эти контрасты. Он любит, когда его полностью обезличивают. А Итэр любит наблюдать за Сяо, утопающим в удовольствии, и в груди приятно растекается жар от мысли, как идеально они друг друга дополняют. — Раз тебе так хорошо, может быть, мне стоит бросить тебя наедине с ней на весь день? Что думаешь? Включить самый быстрый режим и оставить тебя прямо так, чтобы она долбила без перерыва, пока ты кончал бы снова и снова… Как думаешь, тогда бы ты начал умолять меня о другом? — издевательски шепчет Итэр и, разжав ладонь, позволяет Сяо уронить голову на постель. Итэр не дожидается ответа. Ему вовсе не нужно, чтобы Сяо действительно начал с ним разговаривать. Он лишь несколько раз нажимает на пульте кнопку прибавления скорости, и с губ Сяо вместо слов срывается шумный выдох, перерастающий то ли в стон, то ли в скулëж. Итэр оценивающе пробегается взглядом по дрожащим бедрам, по блестящей от смазки игрушке, проникающей в Сяо раз за разом до основания, и в голове от этой картины рождаются лишь похабные мысли, потому что ни на какие другие Итэр сейчас просто не способен. Он и сам не знает, что хочет делать дальше. Действительно включить самую высокую мощность и со стороны наблюдать, как Сяо будет плакать и задыхаться от сухих оргазмов? Оставить медленный темп и выпороть эти бледные ягодицы до красных отметин? А может, просто отбросить эту чертову машину в сторону, уткнуть Сяо лицом в подушку и вытрахать из него всю душу, чтобы он даже не смел желать какие-то бездушные игрушки сильнее своего парня?.. Всё это выглядит до безумия заманчиво. Любой из этих вариантов Сяо точно понравится, и Итэру даже не нужно спрашивать его мнение, чтобы с уверенностью говорить об этом. Но что если пойти дальше? Что если всё-таки протолкнуть сейчас в Сяо пальцы? Что если снять этот резиновый член с рычага, растянуть Сяо еще сильнее и трахнуть его двумя членами сразу? Итэр ощущает возбуждение от одной лишь мысли об этом, но всё же сегодня настроение не для таких долгих и изнуряющих игр. Сегодня настроение на Сяо любоваться. И, пожалуй, дрочить на его использованный образ. Перед глазами тут же вспыхивают заплаканные глаза Сяо, его потекшая подводка, раскрасневшиеся губы и сперма на лице. Итэр готов был бы смотреть на это вечность. И разве сам Сяо не любит, когда его грубо берут в самое горло?.. Итэр снова несколько раз щелкает по кнопке увеличения скорости. Плечи Сяо начинают натурально дрожать то ли от перевозбуждения, то ли от острого удовольствия, но, судя по протяжному стону и тому, как Сяо невольно начинает подмахивать бёдрами навстречу, ему явно всё это нравится. Итэру нравится тоже, но станет еще лучше, когда он, наконец, тоже коснется себя, глядя на развернувшееся представление… Он больше не хочет терпеть и сдерживаться, а потому подходит к краю кровати и, аккуратно забравшись на матрас спиной и широко расставив ноги в стороны, Итэр впервые за этот вечер накрывает ладонью свой пылающий член. С губ срывается тихий вздох облегчения. Всё тело благодарно трепещет, но Итэр не торопится. Он медленно поднимает взгляд и сталкивается прямо с потемневшими от возбуждения зрачками, направленными точно на него. Раскрасневшееся лицо Сяо находится так близко, но в то же время не достаточно, чтобы с легкостью уткнуться Итэру в пах. Пожалуй, если захотеть, Сяо может притереться щекой к колену, и Итэр с огромным удовольствием посмотрел бы на это, потому что ему нравится, когда Сяо умоляет трахнуть его. Не выпороть, не унизить и не сжалиться, а именно трахнуть, потому что есть в этом что-то животное, когда всё тело превращается лишь в сгусток низменных желаний. Когда с губ того, кто когда-то даже не думал, что будет стоять перед парнем на коленях, срывается мольба о том, чтобы ему засадили в рот. Есть в этом отдельное, ни с чем не сравнимое удовольствие… — Я выполнил твою просьбу, малыш… Теперь ты доволен? — издевательски спрашивает Итэр и едва сдерживает себя, чтобы не прибавить скорость еще сильнее. — Да, господин… Спасибо, господин… — будто под гипнозом отвечает Сяо, но Итэр понимает, что тот сейчас вряд ли сосредоточен на том, что происходит сзади. Он явно сосредоточен на том зрелище, которое Итэр любезно ему предоставляет. Ладонь снова надавливает на налитый кровью член. Наверное, он бы смог кончить прямо так, в одежде, лишь несколько раз потерев пальцами в нужном месте. Он никогда не отличался такой же потрясающей выдержкой, как Сяо. Но кончать прямо так сейчас совсем не весело, а потому Итэр всё же стягивает с себя одежду ровно настолько, чтобы высвободить член, и роняет с губ еще один вздох облегчения. Сяо не смеет отвести взгляд. Он стоит в весьма неудобной позе — на локтях, прогнувшись в спине и держа подбородок ровно, будто бы по команде, хотя Итэр даже не приказывал ему следить. Сяо тоже довольно хорошо выучил то, как нужно себя вести. Итэру это до безумия нравится. — Хочешь кончить? — спрашивает Итэр тихо, и его губы растягиваются почти в хищной ухмылке, когда Сяо заполошно кивает, очевидно находясь в шаге от очередного оргазма. — Думаешь, тебе можно кончать столько, сколько вздумается? — продолжает издеваться Итэр, и одной рукой осторожно касается собственной головки. Сяо не упускает это движение из вида. Итэр замечает, как его взгляд бегло соскальзывает внизу, как язык мельком пробегается по и так влажным губам, когда он замечает, что Итэр сжимает головку в пальцах. Наверное, он тоже мечтает сейчас о том, чтобы его коснулись. Сяо любит чрезмерную стимуляцию по всему телу. Он любит, когда ощущений много, будто бы через край, но сегодня Итэр не собирается доводить его до исступления. Сегодня он хочет немного поиздеваться, и никто не сможет ему этого запретить. Собственное тело с трепетом отзывается на касания. От стонущего прямо перед глазами Сяо яйца натурально поджимаются от желания, но Итэр сам себя одергивает. Не сейчас, когда Сяо тоже в шаге от того, чтобы кончить. Не сейчас, когда Итэр только-только вошел во вкус… Глаза Сяо всё же закатываются. Он роняет голову на матрас, прямо меж разведенных коленей Итэра, содрагается всем телом в ожидании подбирающегося оргазма, весь превращается в клубок натянутых нервов, и именно в этот момент Итэр снова жмет на паузу. Игрушка остается внутри Сяо лишь головкой, и то, в каком разочарованном скулеже заходится Сяо, практически греет садистское сердце Итэра. Он снова мягко оглаживает пальцами головку, пробегается почти невесомыми прикосновениями по члену до основания и всей ладонью сжимает яйца в кулак. Итэру хорошо. Ему хорошо от того, как сладко плачет и дрожит Сяо из-за прерванного оргазма. Хорошо от того, как скулящие стоны ласкают слух. Хорошо от того, как Сяо трется лбом о простынь, будто это поможет ему получить желанную разрядку… — Мой малыш так сладко плачет… — мягко произносит Итэр и, отложив пульт в сторону, протягивает руку вперёд, зарываясь всей ладонью во влажные от пота волосы. Вторая рука продолжает сжимать яйца, чуть перебирая кожу пальцами, и где-то в мыслях Итэр ловит себя на том, что хотел бы прямо сейчас подползти ближе и, сжав волосы покрепче, насадить и так разбитого Сяо на член. Итэр хотел бы видеть, как тот захлебывался бы в слезах и задыхался от члена в горле. Он хотел бы видеть, как сознание Сяо окончательно уплыло от подобного. Он хотел бы снова включить машину и позволить ей безжалостно долбить податливое тело, пока он сам толкался бы в раскрытый рот и наслаждался вибрацией горла от гортанных стонов… — Оргазм нужно заслужить… — произносит Итэр совсем не то, что крутится в его мыслях, и Сяо, спустя пару ласковых поглаживаний по макушке, наконец, вскидывает голову, находя поплывшим, заплаканным взглядом ухмыляющегося Итэра. Должно быть, Сяо сразу понял, о чем речь, потому что ему никогда не нужно объяснять дважды. Должно быть, не будь он привязан ремнями, то он подался бы навстречу и сам растянул губы вокруг возбужденного члена. Но он не может двинуться вперёд, а потому просто замирает в ожидании, не в силах сообразить, что же ему сделать, чтобы заслужить чертову разрядку. — Как же мне нравится смотреть на тебя… — произносит Итэр всё ещё ласково, но уже с нотками томящегося возбуждения, а после убирает ладонь с макушки Сяо и опять вальяжно разваливается на подушках, одновременно с этим проскальзывая пальцами с яичек на головку. — Я мог бы весь день вот так лежать перед тобой, дрочить и кончать на твои прекрасные щёки, пока ты бы плакал снова и снова от того, что я лишал бы тебя оргазма… Ты бы смотрел на то, как я кончаю тебе на лицо и сгорал бы от перевозбуждения… Тебе ведь нравится твоя беспомощность? — Сяо кивает словно на автомате. Он, кажется, даже не моргает, продолжая неотрывно следить за тем, как Итэр медленно щекочет пальцем головку, дразня самого себя, но не доставляя нужного удовольствия. — Тебе нравится, что я контролирую твоё тело? — и Сяо кивает снова, но Итэр не уверен, что тот вообще понимает смысл слов. Кажется, словно он полностью поглощен процессом. Кажется, словно еще немного и он кончит просто от того, что ощущает внутри себя лишь головку члена и смотрит на то, как его парень ублажает себя прямо у него перед носом. — Конечно, нравится… Ты ведь извращенец… Только и думаешь о том, чтобы тебя натянули на члены с двух сторон, я ведь прав? И Сяо снова кивает, роняя с губ возбужденное «да, господин», которое тяжестью отзывается в паху у Итэра, вынуждая его сомкнуть пальцы в кольцо прямо под головкой, чтобы не кончить лишь от такой слепой покорности Сяо, которая так сильно сносит Итэру крышу… В руке снова оказывается чертов пульт. Итэр только и успевает, что отпустить собственный член, позволяя ему со шлепком упасть на поджатый живот, скрытый краем домашней футболки, когда Сяо громко вскрикивает, стоит сразу запустить машину практически на полную мощность. Комната наполняется хлюпающими звуками, вперемешку с ритмичными, хриплыми стонами. Итэр больше не касается себя. Он жадно наблюдает за тем, как Сяо еле удерживает себя на руках, как он закатывает глаза от такого бешеного темпа и как он роняет слёзы удовольствия, ведь именно об этом он и просил. Оставленный без внимания член дергается на каждый брошенный стон. Итэр сам начинает терять рассудок от жара, расползающегося по всему телу. Ему хорошо. Ему так, блять, хорошо, что он точно мог бы кончить без рук, потому что Сяо возбуждает его настолько, что даже прикосновения не обязательны, чтобы подвести Итэра к экстазу, но он держится. — Я сейчас… я… — шепчет Сяо загнанно, и Итэр тут же жмет кнопку паузы, ощущая, как мурашки пробегают по всему телу, когда Сяо заходится в тихих ругательствах и всё же падает щекой на колено к Итэру, начиная притираться к нему как одержимое, похотливое животное. — Позвольте заслужить… Умоляю… Я всё сделаю… Я… не могу больше… — заикаясь, шепчет Сяо, не прекращая всхлипывать и вздрагивать, а Итэр ощущает свою бесконечную власть, глядя на всё это. — Бедный, маленький малыш… — без капли сочувствия бросает Итэр и упивается тем, как же униженно Сяо сейчас, должно быть, себя ощущает — привязанный, насаженный на резиновый член, несколько раз прерванный на грани оргазма и наблюдающий за тем, как Итэр ласкает себя прямо перед его лицом, не испытывая ни капли сочувствия к его перевозбужденному телу. — Поверь, ты можешь гораздо больше… — насмехается Итэр, и Сяо вновь заходится в бессвязных мольбах, между словами оставляя короткие поцелуи на колене. И Итэр всё же оттаивает, глядя на всё это. Он довольно быстро меняет положение, встав перед Сяо на колени, и одним движением стягивает с себя футболку, отбрасывая ее куда-то в сторону. В одной руке он так и сжимает пульт, а второй опять зарывается Сяо в волосы и довольно грубо утыкает его лицом прямо к себе в лобок, не позволяя сразу взять член в рот. — Развлеки меня… — бросает Итэр, чуть прищурившись, и одновременно с этим включает самую низкую скорость. Сяо вздрагивает, но не сопротивляется, когда Итэр тянет его за волосы выше, к животу, продолжая при этом вдавливать его щекой прямо в себя. Это совсем немного щекотно, но Итэр очень хочет, чтобы Сяо еще помучался. Он наблюдает сверху-вниз, как Сяо, поколебавшись с пару секунд, всё же оставляет первый осторожный поцелуй чуть выше пупка. Итэр одобрительно выдыхает, чуть ослабляя хватку в волосах, и тогда Сяо начинает действовать чуть более уверенно — проходится поцелуями вбок, прямо до выпирающей тазовой косточки, а потом снова обратно. Его горячие, влажные губы ощущаются так тепло и приятно, что хочется прикрыть глаза, полностью утонув в этих ощущениях, но Итэр продолжает смотреть, потому что Сяо так старается. Его ресницы мелко дрожат, дыхание обжигает влажную от поцелуев кожу, а щёки наливаются красным, хотя, казалось бы, краснеть еще сильнее просто некуда, и Итэр этим натурально наслаждается… Он соскальзывает взглядом по телу Сяо ниже, когда тот опускается поцелуями на лобок. Итэр видит сведенные вместе от неудобной позы лопатки, красивые, идеальные ягодицы и медленно скользящий между ними член. Сяо идеально принимает в себя любые игрушки. Сяо будто бы предназначен только для того, чтобы ублажать Итэра снова и снова. Сяо прекрасен во всех проявлениях, и Итэр иногда не может поверить в то, что Сяо не только идеальный партнер в обычной жизни, но и идеальный партнер в их постели. Итэр вновь жмет на кнопку прибавления скорости. Сяо всхлипывает, но не прерывает своего занятия, пока Итэр будто одержимый наблюдает за тем, как Сяо сжимается вокруг чертовой игрушки. Это так красиво… Всё же нужно было продолжать смотреть. Всё же нужно было оставить Сяо в этом положении на весь день. Всё же Сяо идеально создан для того, чтобы ласкать взгляд Итэра и дарить ему моральное успокоение, после хаоса в реальной жизни за пределами их квартиры… Итэр сам не замечает, как опять почти до боли стискивает волосы у Сяо на макушке. Он ощущает, как Сяо тут же расслабляет шею, позволяя управлять собой как вздумается, и Итэр не медлит — тянет Сяо ниже, утыкает его щекой в уже давно изнывающий член и еще сильнее увеличивает скорость игрушки. Сяо срывается на плачущие стоны, но не сопротивляется, когда Итэр натурально как куклой управляет им, потирая щёку Сяо о красный, изнывающий член. — Открой рот, — бросает Итэр томно, и Сяо тут же подчиняется, на автомате высунув язык, потому что он и сам знает, что Итэру это понравится. Красивый. Идеальный. Совершенный… Итэр хочет эту красоту как-то осквернить, унизить Сяо еще сильнее, подчинить, сломить, привязать к себе, хотя сколько бы он Сяо не унижал, тот в любом виде продолжает оставаться идеальным. Итэр и сам не понимает, как это работает, но чем сильнее Сяо падает в моральном плане в их играх, тем сильнее Итэр им любуется, будто именно в этот момент открывается его истинная красота. Итэр разжимает руку в волосах лишь на мгновение, чтобы в следующее с силой поймать Сяо за подбородок, большим пальцем надавливая на высунутый язык и не позволяя даже попытаться сомкнуть челюсти. Сяо продолжает поплывшим взглядом смотреть снизу-вверх. На его щеке идеально лежит член, и Итэр жалеет о том, что телефон сейчас так далеко, потому что сфотографировать Сяо в такой позе хочется прямо до дрожи. Итэр чуть ведёт бедрами вперёд-назад, позволяя члену проехаться по лицу. Слишком прекрасный вид, слишком красивые, покорные глаза, слишком сладкие задушенные стоны, что слетают с его распахнутых губ… Итэр сам не осознает, как наклоняется чуть ниже и тоже высовывает язык. Он неотрывно следит за тем, как зрачки Сяо от увиденного расширяются, но он не дергается в сторону и ни одним движением не даёт понять, что для него это слишком. Нет, он остается на месте и покорно дожидается, пока с языка Итэра стечёт слюна. Это так грязно, но у Итэра едва ли не сводит всё тело от удовольствия, когда он видит, как его слюна смешивается со слюной на языке Сяо и как сам Сяо роняет пошлый стон в ответ на это действие. Выдержка Итэра на этом моменте окончательно даёт трещину. Он роняет пульт куда-то на кровать, оставляя Сяо один на один с быстрым, но не достаточно убийственным темпом игрушки внутри него, а сам ловит освободившейся рукой собственный член и тут же проводит головкой по высунутому языку, размазывая слюну по нежной коже, но не толкаясь глубже. Сяо так красив в этом положении, что Итэр вновь едва ли не зависает, оглядывая его с головы до ног. Так много хочется с ним сделать, но Итэр решает оставить всё это на следующий раз. В конце концов, они занимаются подобным довольно часто, да и Сяо доверяет ему всего себя, и за это доверие Итэр всегда будет ему благодарен, потому что не каждый смог бы вот так легко отдавать себя в руки другому человеку, позволяя делать со своим телом подобную грязь. Но Сяо позволяет. Даже не так. Он этого сам просит, и от этого вдвойне приятнее… Итэр постукивает членом по языку еще несколько раз, будто бы примеряясь, а потом, бегло убрав палец, проскальзывает вглубь приглашенно-раскрытого рта. Сяо от неожиданности чуть вздрагивает, но не отстраняется, а потому Итэр не останавливается. Он не уверен, что способен сейчас на то, чтобы смаковать удовольствие, как он делал это в начале. Сейчас он уверен лишь в том, что Сяо придется как следует расслабить горло, ведь Итэр не может больше медлить ни секунды… Сяо давится стонами, когда Итэр бегло выскальзывает наполовину, а потом со шлепком вгоняет член прямо до конца. Яйца ударяются о подбородок, и Итэр не может отвести жадный взгляд от того, как прекрасные раскрасневшиеся губы окольцовывают его член прямо у основания. На глазах Сяо виднеются слезы. Его снова начинает потряхивать от подступающего оргазма, и Итэр честно хотел бы продержаться дольше Сяо. Он хотел бы продолжать трахать его рот, пока тот сгорал бы от непрекращающихся толчков и невозможности как-то остановить это безумие. Он хотел бы трахать Сяо часами, но он знает, что это невозможно, да и им вовсе это не нужно. Сяо ведь тоже любит его таким. В конце концов, они ведь идеально подходят друг другу, а значит нет причин переживать о том, что Итэр довольно быстро заканчивает. Да и разве можно сдерживаться, когда Сяо такой?.. Итэр едва сдерживает протяжный стон, когда ощущает, как Сяо содрагается всем телом, кончая на простыни и захлебываясь слезами и слюнями, не в силах отстраниться ни на мгновение. Итэр не заставляет себя долго ждать. Он толкается еще несколько раз, а после замирает глубоко внутри, изливаясь прямо в сокращающееся от всхлипов горло… Сяо падает животом на кровать сразу, когда Итэр, наконец, снимает ремни с его бёдер. Его тело всё ещё бьёт крупной дрожью, но на губах Итэр видит лишь удовлетворенную улыбку, и от этого в груди на смену похоти и возбуждению приходит мягкое, обволакивающее тепло. Сяо красив после секса. Особенно после такого секса, хотя Итэр уже и не помнит, когда они вообще последний раз занимались классическим сексом без удушья, веревок и так любимой Сяо боли, но Итэр на это не жалуется. — Всё хорошо? — мягко спрашивает он, как делает это всегда. — Лучше не бывает… — шепчет Сяо и, приоткрыв один глаз, добавляет такое простое и уютное… — Хочу обниматься. И Итэр не смеет отказать в такой простой просьбе. Он снова садится на кровать и охает, когда Сяо буквально валит его спиной на матрас и забирается сверху, обмякая всем телом и прижимаясь щекой к обнаженной груди. Итэр, не долго думая, накрывает спину Сяо руками и расплывается в улыбке. Сяо необычайно красивый, когда требует к себе ласки. Итэру нравится то, как легко Сяо возвращается к своему обычному состоянию, стоит только их игре завершиться. Итэру нравится, что тот никогда ничего не просит в их обычной жизни. Он просто берёт это, потому что знает, что ему не откажут. Он знает, что Итэр никогда не откажется от таких объятий. Знает, что не откажется и от ленивых поцелуев, которых Сяо часто лишается во время их безумного секса. Сяо просто знает, что Итэр сделает для него абсолютно всё, и нагло этим пользуется, но Итэр, в общем-то, совсем не против, потому что Сяо не просто красив внешне, он идеален и внутренне, и Итэр его внутреннюю красоту обожает куда сильнее, чем его очаровательную внешность. Хотя… Какая, к черту, разница, о какой красоте идёт речь, когда дело касается Сяо? Он красив просто без условий. И Итэр любит его абсолютно любым…