Я слышу тебя

      Было приятной неожиданностью увидеть, как лицо Харгривза расслабилось, пока шла запись. Женщина в платке — он был уверен, что в сиреневом, — рассказывала о памятных зимних праздниках. Тихо фыркал от смеха, явно придаваясь воспоминаниям. Но как только запись приостановили, мгновенно вернул былую строгость и суровость.       — Мисс Трафэл...       — Миссис Харгривз-Трафэл, — с нескрываемой злостью поправил Пятый теоретика, словно услышал не ушедшее обращение, а самое настоящее оскорбление.       — Кхм, прошу прощения. Миссис Харгривз-Трафэл явно любит Рождество и Новый год. А что насчёт вас? Расскажите о любом памятном праздновании?       — Бредятина...       — Мистер Харгривз.       — Новый год в 2019, — выпалил резко, не раздумывая лишней секунды. — Апокалипсис. Я, будучи глупым мальчишкой, пытаюсь укрыться от снега и лютого мороза. Моя семья мертва. Все мертвы. Я один. Думаю о том, как было бы здорово вернуться назад и отметить Рождество с дурнями, которых тогда ещё считал любимой родней. Наряжаю ёлку тряпьём, надеясь, что хоть так разбавлю свою тоску. Пытаюсь вспомнить голос Грейс и какую-нибудь сказку в её исполнении. А потом я сжигаю эту чёртову ёлку, потому что не хочу умирать от холода.       Теоретик на время потерял дар речи — не такого ответа он ожидал. Но что поделать, если тот Новый год в самом деле запомнился на всю жизнь. Настолько, что аж отзывался с несколько недель в перемороженных пальцах на руках и ногах.       — Это самый памятный.       — А есть ли в позитивном ключе?       Пятый молчал, пытаясь делать вид, будто понятия не имел, что такое позитив и с чем его едят. Но бегло глянув на экран и вздохнув сквозь рык, признался:       — Моё первое Рождество с Ингрид. Я был идиотом, не оценившим её стараний, а она всё равно простила меня... — шепотом себе под нос добавил, — и тогда снеговик впервые растаял...