День рождения и мой отпуск.

Всем привет! Я Андрей. А для друзей просто Andy или Andry. Их у меня немного по причине моей ориентации, но все отобраны долгими годами и испытаны различными ситуациями.  Я получил хорошее экономическое образование. Родители обосновались в Швейцарии, а сам я пока в Киеве и уже четыре года живу самостоятельно. Остался управлять одной из родительских компаний по оказанию бухгалтерского и аудиторского обслуживания иностранных фирм. Я просто ненавижу офисный дресс-код. Никогда не прихожу вовремя в офис, так как работаю в разных часовых поясах: то Азия, то Европа, то Америка. Но с тайм-менеджментом у меня всё хорошо. На личном фронте пока пусто, но я не испытываю от этого проблем. Друзья и работа забирают всё время, и меня это устраивает. В офисе в основном у меня девушки. Есть, конечно, и мужчины, но совсем не в моём вкусе. На свой день рождения я решил с друзьями поехать в Стамбул: пошопиться и погулять. Я не мажор. В моём гардеробе, может и есть вещи каких-то брендов, но это, как правило, подарки. А так стараюсь не выделяться из толпы менеджеров столицы. Тем более, что это только у нас и в странах бывшего Союза принято выпендриваться в одежде. Во всём остальном мире ценят аккуратность и уместность в стилистике. В поездку мы собрались небольшой компанией из четырёх человек: Лёшка - это мой друг по университету и пара - Маринка со Светкой. Да, может, Турция - это не та страна, в которой нашим составом нужно было бы поехать отдыхать, но нам достаточно было друг друга. Приехав в гостишку, мы поселились в двух смежных двухместных номерах: я с Маринкой и Лёша со Светкой, чтобы не вызывать вопросов при заселении. По этой причине, потом, поменявшись, я спал в одной постели с Лёшкой, а Маринка, как и должно было быть, со Светкой. Двери между нашими номерами оставались открытыми почти всегда. Мы веселились целый день. Вечером был праздничный ужин нашей компании, поздравление от ресторана, а перед сном нам принесли шампанское с фруктами и десерты. Весь следующий день мы не стали отсыпаться и, чтобы не тратить время зря, просто гуляли по Стамбулу и развлекались. Звонок отца на ночь глядя немного выбил меня из эйфории. «Всё», - подумал я. - «Отпуск закончился! И оставшиеся два дня я проведу в обнимку с ноутбуком в номере». Но родители меня приятно удивили. Мой отдых продолжится!  Кто бы мог подумать, что мне придётся совмещать работу с развлечением. Правда, принимая во внимание смену поясов и постоянные перелёты, это будет нелёгким времяпрепровождением, и расслабуха мне не улыбается. В разговоре велась речь о том, что отец возвращается в столицу на пару месяцев. Мне же суждено это время потратить на аудит и банки наших дочерних компаний в странах Карибского бассейна, потом Сейшелы и Гонконг. Нервно куря сигарету и проверяя все маршруты, я понял, что мама приложила свою руку к этой поездке. У меня будет много свободного времени и нормальные гостиницы, но и перелётов, конечно же, тоже много. И там, где нужно - бизнес-класс. Первый рейс из Мюнхена авиакомпанией Lufthansa в Доминикану через Нью-Йорк. И за тем все страны Карибского бассейна по очереди и Сейшелы. Всё расписано больше чем на месяц.  «Вот это подарок, так подарок!», - подумал я. И только когда задумался, немного огорчился: «Если бы был не один, то это было бы ещё и приятно». Но потом сам себя успокоил: «Но ничего. Хоть и не с кем будет пообсуждать симпатичных парней на пляжах Карибского моря, но я найду, чем себя развлечь».  Поделившись с друзьями своим рабочим подарком, я встретил искреннюю радость и добрую зависть. Отгуляв оставшиеся два дня с друзьями, я навесил на них свои чемоданы, избавив себя от багажа с осенней одеждой. Затарил свой чемодан свежеприобретёнными летними одеяниями, оставив одни джинсы и кожанку на тот случай, чтобы не стоять в шортах и майке в аэропорту в ноябре по возращению из длительной поездки. Проводив ребят до выхода на посадку, я пробежался по дьюти-фри и сел в самолет из Стамбула на Мюнхен. Родители встретили меня в зоне прилёта, проведя со мной пару часов в аэропорту. После чего мы все разъехались кто куда: мама на Мальдивы, отец в столицу. Я сдал свой багаж на стойке регистрации и с ручной кладью проследовал на посадку рейса Lufthansa: Мюнхен - Нью-Йорк. Билет был в бизнес-класс, и я мог не спешить, понимая, что меня в любом случае будут ждать и потом оближут с ног до головы, даже если я буду заходить в самолет в последнюю секунду. Проходя по посадочному рукаву, я как-то грустно подумал: «Всё. Начинается работа». И достал из сумки планшет.  Бортпроводник, достаточно симпатичный парень с хорошей спортивной фигурой, уложил мои вещи на багажную полку. Я собирался сесть, но, чтобы не мешать ему, остался стоять, дожидаясь, пока он положит ручную кладь пассажирки с места впереди. Ручка весьма внушительного саквояжа выскользнула из его пальцев. И, пытаясь поймать его, он махнул рукой в мою сторону, отступая назад. Я пошатнулся, почувствовав толчок локтем в грудь и удар багажной сумки по голове. Как-то сразу заболел затылок, и я отключился. Открыв глаза, я увидел, как еду по посадочному рукаву на каталке скорой помощи. Врач-немец что-то тараторил и махал руками перед моими глазами, в которых всё ещё было чуть мутновато. Из головы напрочь выбило все слова.  Из-за неожиданности я даже не мог сказать на каком-либо языке «Не понимаю я твой немецкий и не махай пальцами перед моим носом. И так всё рябит». Но через мгновение, собравшись, я всё-таки смог объяснить ему на английском, что не говорю по-немецки. И со мной стали разговаривать на английском языке. Рядом бежал представитель авиакомпании, пытаясь с кем-то связаться по рации. Судя по заявлению врача, я понял, что сегодня никуда не улечу, а поеду в госпиталь. Нога болела просто адски. Я отключался и снова приходил в себя. Мне что-то укололи и поинтересовались, не нужно ли с кем-то связаться.  Очнулся я в госпитале. Доктор протянул мне мой телефон. Я набрал маму и рассказал о происходящем, благо она была со связью. Успокоив её, я сказал, что всё хорошо и попросил, чтобы они не меняли свои планы. Доктор взял трубку и разъяснил, что у меня перелом ступни, что меня сейчас прооперируют и через пару часов я смогу выйти на связь.  После операции я очнулся в палате. На столике рядом лежал телефон. На полу у стены - моя ручная кладь. В кресле сидел высокий смугловатый симпатичный парень с чёрными, как смоль густыми волосами в форме компании Lufthansa и дремал. Я потянулся к телефону и набрал маму. Она была осведомлена лучше, чем я. С ней связались из авиакомпании и держали в курсе всего происходящего. Мама рассказала мне, что перелом не сложный, всё вправили, но нога будет зафиксирована в полимерной повязке 4-5 недель. Мой маршрут сместили на пару дней. Сегодня я еду в гостиницу и если всё будет хорошо, то послезавтра, после посещения доктора смогу полететь по заранее утверждённому маршруту.  Меня это порадовало, как и то, что авиакомпания, на борту которой произошёл несчастный случай, оплатила все расходы: гостиницу, доктора и все мои дальнейшие перелёты. Из неприятного - разбили мой планшет. Но в коробке на полу уже лежал новый, а возле дремлющего парня в моей палате, как я понял, стояли мои костыли.  «Весело отдохну! Инвалид в поисках партнёра на ночь на Карибах!», - подумал я. – «Теперь и дайвинг под вопросом. Всё накрылось медным тазом». Парень проснулся от моего разговора с мамой и, дождавшись, пока я завершу беседу, от имени авиакомпании и себя лично принёс мне извинения за всё произошедшее. Хотя он лично ни в чём виноват точно не был.  Тут меня осенило, что я его видел где-то раньше. Он подтвердил мои догадки, рассказав, что его зовут Tony и что он обслуживал мой рейс из Стамбула. Как свободного старшего бортпроводника его отправили со мной в госпиталь. Парень убедил меня в том, что авиакомпания будет стараться сделать всё, чтобы разрешить ситуацию без взаимного ущерба. Через полчаса меня отпустили. Tony вёз меня на кресле-каталке из госпиталя. Мои вещи уже были уложены в минивэн. Он помог мне перебраться на сидение автомобиля и, сложив кресло, тоже поставил его в салон. Сев напротив меня и гавкнув на немецком название гостиницы водителю, он застегнул на мне ремень безопасности, и мы тронулись.  Нога периодически побаливала, но это теперь было терпимо.  - Я ещё раз хочу сказать, что мы очень хотим, чтобы у Вас всё было хорошо. Доктор попросил не оставлять Вас одного, поэтому, с вашего позволения, я буду с Вами до похода в госпиталь послезавтра.  Очень быстро добравшись, мы притормозили перед гостиницей. Tony помог мне пересесть в кресло и завёз в фойе. Портье занялся нашими вещами, а мы медленно следовали за ним. Я ещё когда летел из Стамбула, обратил внимание на этого бортпроводника. Крайне аккуратный, симпатичный, стройный, с красивым, чуть смуглым телом, крепкими руками и чрезвычайно выразительными глазами. В общем, весьма приятной мужской внешности.  Номер был просторный и состоял из двух комнат. Гостиная с диваном, большим телевизором и журнальным столиком. Справа - туалетная комната, слева - гардеробная. Из гостиной влево - спальня с большой кроватью и панорамным окном на балкон. Справа и слева от кровати за стеклянной стеной ещё один санузел.  Tony завёз меня в спальню и помог перебраться на кровать. Потом занёс мою ручную кладь, ведь багаж улетел. Свои вещи: небольшой чемодан и кофр он расположил в гостиной у дивана.  - Andry, может, Вам что-то нужно из вещей? Я буду рад сходить и купить всё, что вам необходимо.  Я улыбнулся, посмотрев на часы на руке.  - Сейчас два часа ночи. Об этом будем думать завтра.  - Вы не голодны? - спросил он.  Отказавшись, я вдруг подумал, что может, он был голоден. И предложил заказать то, что он хочет, на свой вкус, на нас обоих. Я предупредил, что подтвержу авиакомпании, что всё это съел или выпил я. Чтобы он смог списать расходы. Но Tony также отказался от позднего ужина.  - Ну, раз так, тогда давай отдыхать.  - Я, с Вашего позволения, воспользуюсь душем? Немного неудобный номер оказался, - сказал он, но я сделал вид, что не понял, о чём он говорит.  Стянув с себя брюки и футболку и оставшись в боксёрах, я дотянулся до пульта телевизора. Через пару минут Tony показался в спальне, тоже в нижнем белье и с несессером в руках. Зайдя в душ, он закрыл полупрозрачную дверь, которая специально была такой, чтобы прикрывать тело возле унитаза и биде. Положив несессер на умывальник, он наклонился снять трусы и, положив их на крышку унитаза, зашёл в душевую зону.  Я сделал вид, что пристально, с интересом смотрю телевизор. Пару минут можно было рассматривать тело Tony полностью обнажённым, пока кабина не заполнилась паром, и стали видны только контуры и те части, которыми он прислонился к стеклу и смыл запотевший слой. Я замирал с каждым его движением.  Нога, конечно, побаливала, и доктор говорил сделать укол перед сном и стараться не вставать на неё. Но я не мог больше лежать. Я не мог уже скрывать своё любопытство, видя изгибы его тела, упругие ягодицы, кубический пресс и большой во всех пониманиях член, который не мёртво болтался, а слегка устало свисал. Не выдержав и перекатившись на край кровати, я слез с неё, взял костыль и сигарету и вышел на балкон.  Закурив, я пытался отогнать похотливые мысли из головы, но ничего не получалось. Через пару минут за моей спиной уже стоял Tony и, придерживая меня за плечи своими крепкими руками, затянул в спальню, усадив на кровать.  - Ещё не хватало, чтобы Вы упали и ещё что-то сломали пока я на смене, - практически протараторил он, правда, на английском.  - Ты хочешь сказать, что эти дни ты не оставишь меня ни на минуту? - слегка удивленно спросил я, голодно облизывая языком свои губы.