День рождения и мой отпуск.

Я стоял под душем. Тёплая вода смывала пену с головы и тела, одновременно смывая и его запах, и капли его пота, которые он проронил, пока так классно отжаривал мою попку.  Глаза полные слёз и воды, а из мыслей этого не смыть. Не смыть эти два дня наслаждения, не смыть чувства сладкого оргазма. В голове витало множество мыслей: «Как не упустить его? Ведь может он и есть моё счастье?».  Я не стал терять время и как только вышел из душа, сразу набрал маму. Она-то точно меня сможет понять, ведь я ей первой открылся ещё в школе, что мне нравится парень. И она приняла меня и дальше помогла прийти к разговору с отцом.  Рассказать ей, как это иметь отношения мужчине с мужчиной, я не мог, но она понимала меня без моих объяснений.  - Мама, привет, - начал я, как только она взяла трубку. - Мне нужна твоя помощь.  - Что случилось, Дрюня?  Так ласково называла меня только она. - Я влюбился, мама. И хочу просить тебя сделать мне отели ещё на одного человека.  Голос, наверное, у меня был очень жалкий, так как она разговаривала очень обеспокоенно. Но, задумавшись буквально на секунду, она ответила:  - Конечно же, мой хороший. Присылай его паспорт. Я всё сделаю. - Мамочка, спасибо. Но это будет позже. Я ещё с ним не поговорил. И это будет после того, как я встречусь с доктором и мне скажут, что я могу лететь. - Без проблем, сына. Ты набери меня, как будешь всё знать, и я всё сделаю. Насчёт папы не беспокойся, я всё беру на себя.  - Спасибо, мамуля, - сказал я и положил трубку.  С облегчением, глубоко вздохнув, я понял, что часть дела уже сделана. Осталось только решить вопросы с Tony. А вдруг это просто эйфория. Вдруг это просто внезапная страсть с его стороны и я ему не подхожу и не нужен. Чтобы не срывать его и с работы, и с упорядоченного образа жизни, мозг рассматривал самые не подходящие мне варианты. - Ладно, насчёт этого я ещё подумаю, - пробормотал я себе и стал вытираться и одеваться.  Еда в горло не лезла. Я не хотел есть один. Тем более я знал, что Tony тоже ничего не ел. Я вышел на балкон. Стоял и курил, облокотившись на перила, примерно минут пятнадцать, потом приоткрылась дверь. Это пришёл Tony.  На часах было 9:22.  - У нас пол часа на позавтракать, и нужно выходить.  - Да что-то не очень хочется есть, - сказал я ему.  Но он настаивал.  - Или мне тебя покормить? - заигрывая, проговорил он. - Разве что твои сливки. Прямо из источника, - улыбнулся я, заигрывая в ответ.  Tony поцеловал меня. И уже расстёгивал штаны, увлекая меня с балкона.  Он уселся в кресло, скинув полностью брюки вместе с боксерами на пол и, широко расставив ноги, закинул их на подлокотники. Я опустился на колени. Мой боец ждал меня. Язык неосознанно уже облизывал губы, и когда я склонился над головкой, Tony придавил мою голову к себе.  - Бери источник. Испей его. Это всё для тебя, каждая капля.  Да, с такими словами, лакать сливки - это как испить нектар из чаши Грааля.  Усердно вылезав его ствол, пройдясь не раз вдоль и поперёк и крепко сжимая губы вокруг его головки, я жадно впился в неё и принялся сосать его член. Рот втягивал его бойца, с силой сжимая губами полностью, теребя языком уздечку. Руки интенсивно двигались от основания навстречу моему рту.  Как сладок был момент, когда Tony, запрокинув голову и придавив крепко мою, так, что головка члена протиснулась и уперлась в мои гланды, пустил поток своей спермы в мою глотку.  - Да, - с протяжным «Аа» простонал он. - Дааа! - продолжая салютовать в мой рот, выкрикивал он.  Проглотив выданные мне сливки, я облизал весь его член и яички. Потом облизал языком свои губы, чтобы ни одна капля его живительного сока не пропала даром.  Он заполнил меня собой, оставив часть себя. - Ну, теперь всё-таки пошли, выпьем кофе и поедем, - достаточно бодро скомандовал Tony, вставая и пряча своего красавца в боксеры, а потом и в брюки.  Поднимая меня с коленей и протягивая костыли, он поцеловал меня так нежно и глубоко, точно его язык рыскал по моему рту, пытаясь найти не поглощённые капли своей спермы.  - Пошли, - сказал я слегка угрюмо, но в то же время приободрённый происходящим. Я закинул на кровать спальни ноут. И мы вышли в гостиную.  Завтракая, я взял у Tony его телефонный номер и оставил свой, обещая обязательно искать с ним встречи, и объяснил, что буду признателен, если он ответит мне согласием. Он пообещал ждать моего возвращения и выздоровления.  По дороге в госпиталь он сказал, что, наверное, вернётся на пару дней к родителям в Дрезден, и потом опять начнётся работа, которая поможет скоротать ему время нашей разлуки. Прибыв на место, Tony на прощание нежно и крепко обнял меня и поцеловал, совсем не обращая внимание на водителя. Я вышел, а он закрыл за мной дверь, и машина отъехала.  Сглатывая подступившие слёзы, я старался держать себя в руках. Идя на костылях и балансируя всем телом, я прошёл в холл госпиталя, где меня пересадили в кресло и отвезли на этаж в кабинет моего лечащего врача. Доктор принял меня в 10:50 и сразу отправился вместе со мной на томографию, результаты которой я ждал в кафе больницы, где ко мне присоединились мои вчерашние знакомые из авиакомпании.  - Мы подождём Вас здесь, пока специалист вас полностью осмотрит. Позже мы присоединимся, как только он будет готов сделать своё заключение.  Доктор внимательно изучил результаты томографии, проверил фиксацию лангета и пригласил представителей компании. Заключение звучало утешительно для всех сторон: смещений нет, всё должно хорошо срастись. Снимать лангету можно будет через 4 недели и снова показаться ему. Оставив нас в кабинете, доктор вышел.  Представитель компании по имени Гельмут снова попытался уверить меня в том, что всё будет хорошо и что они готовы нести всю ответственность и все ущербы. Но хотели бы быть уверенны, что я не буду настаивать на максимальных выплатах через страховую компанию и что они готовы решить вопросы полюбовно.  Утвердительно покачав головой, я добавил:  - Я ничего сейчас вам подтвердить не могу. Могу только сказать одно. Мне было бы намного проще прожить этот месяц, если бы вы предоставили мне компаньона на этот период. Примерно так же, как вы мне предоставили Tony на эти дни.  Гельмут задумался, уйдя в глубокие размышления. - Вы же смогли его снять с рейсов и прикрепить ко мне на два дня.  Они немного смутились, но я продолжал: - Так, я буду под его чутким контролем. Вы будете в курсе моего здоровья, как физического, так и морального. А я не буду чувствовать себя беспомощным. - На перелёты мы, конечно, организуем сопровождающих. Но проживание в ваших отелях… - стал озвучивать свои возражения второй представитель авиакомпании.  Я тут же перебил и продолжил: - Проживание и питание его я возьму на себя. Апартаменты и отели уже оплачены и перенесены на ближайшие даты. И нет проблем в размещении ещё одного человека.  - Ну, это многое меняет, - добавил Гельмут. - Если от компаньона зависит Ваше спокойствие и с нас только его перелёты, мы этот вопрос, думаю, готовы решить. - Tony, Tony… - перебирая по столу пальцами, проговорил он, продолжая размышлять. - Да. Вы с ним как минимум знакомы, и нет смысла тогда его менять. Главное, чтобы он был готов лететь сегодня вечером.  - Ну, думаю, что всё решено, - подытожил второй представитель и добавил: - В ответ на это мы рассчитываем, что Вы подумаете над нашим предложением и решите вопрос в обход страховой компании. И наш сотрудник в любое время сможет нас об этом уведомить.  На этом мы и порешили. Прощаясь и пожимая руку Гельмуту, я попросил их не афишировать, что это предложение было моим условием.  - Я не хочу, чтобы тот же Tony трактовал это таким образам, что как будто я не самостоятельный и не полноценный. Я, в свою очередь, и семье, и юристам смогу сказать, что именно Вы предложили мне это решение вопроса с учётом моего ограниченного передвижения.  - Без проблем. Я Вас понял, - улыбнулся Гельмут. - Очень было приятно с Вами познакомиться. Надеюсь на нашу скорую и взаимовыгодную встречу.  Пожав ему руку и облокотившись на свои костыли, я поковылял по коридору госпиталя.  Водитель ждал меня возле машины. Открыв дверь, он помог мне поудобнее устроиться и уложил мои костыли рядом на сидение. Как только мы отъехали, я набрал Tony. Он ответил сразу, как прошёл сигнал набора номера.  - Да, Andry. Как у тебя дела?  - Всё хорошо. Доктор отпустил меня на месяц. Сегодня вечером я улетаю и очень хотел бы тебя видеть, - проговорил я, надеясь на его быстрое появление на пороге моего номера.  - Мы обязательно увидимся, - сказал он. - Но позже. Я сейчас лечу в Берлин. Туда и сразу обратно. Я приеду тебя проводить. Обязательно! Я знаю твой маршрутный лист.  И мы окончили разговор.  Я приехал в отель. Времени было немного, но я был предоставлен сам себе. Набрав маму, я договорился с ней, что напишу из аэропорта, тогда и вышлю данные паспорта. А пока у меня всё хорошо. Доктор подтвердил, что нога должна срастись без осложнений и через месяц по дороге на Сейшелы можно будет снять гипс и показаться ему. Договорив, я положил телефон.  Вопрос решен.  Теперь только остается надеяться, что Tony не откажется провести со мной этот месяц. В противном случае мне сложно будет собрать себя в кучу. «Я влюбился как мальчик», - думал я, и мои мысли не давали мне начать собираться.  Через некоторое время позвонил Гельмут и сказал, что мне лучше приехать в аэропорт чуть раньше, чем за два часа и вылет у меня в 21:00. Мы договорились, что я буду на месте в 18:30. Следовательно, машину за мной пришлют к шести часам. К этому времени я должен быть готов.  В дверь номера постучал парень в форме авиакомпании и сообщил, что меня необходимо сопроводить в аэропорт. Он забрал мои вещи и вместе со мной спустился в лобби, где я сдал ключ-карту. Со мной попрощались и пожелали удачного пути.  Мы приехали в аэропорт. Чтобы не терять время, меня встретили с креслом. Я пересел в него, и меня покатили по зданию, минуя все заторы или скопления людей.  Гельмут ожидал меня возле окна выдачи потерянного багажа. Два моих чемодана уже стояли готовые, мне только нужно было расписаться. Сопровождающий парень уложил мои вещи на тележку и покатил следом за мной. Гельмут провёл нас до стойки регистрации, где практически сам оформил мне багаж и выдал посадочный талон. Он что-то говорил, но я его не слышал. Увидев билеты, я как будто бы вернулся на два дня в прошлое. Всё то же место у окна - 7А и рейс до Нью-Йорка. Я улыбнулся. В голове всплыли моменты: падение, боль, операция, доктор, Tony в душе и наши истерзанные сексом тела.  Гельмут продолжал говорить, объясняя: - Все остальные билеты Вы будете получать по прилёту или в аэропортах отправления. Ваш сопровождающий в курсе и обо всём позаботится. Пока я проведу Вас в наш VIP-зал, где Вы сможете перекусить, а если есть желание, то и выпить. А Tony к Вам присоединится на борту. Его поставили в известность, и он получает сейчас инструктаж.  Услышав эти слова, я успокоился и глубоко выдохнул. В лаунже я прогулялся по Duti Free и купил для Tony купальные шорты и летний льняной костюм. Набрал сладостей и вкусняшек. Пару раз выходил курить и пить кофе. Написал маме, что скоро вылетаю из Мюнхена и по прилёту в Нью-Йорк пришлю ей все данные. Она, судя по времени, спала, но как проснётся, прочитает и уже всё получит.  «Ещё чуть-чуть», - успокаивал я себя, - «Совсем скоро я его увижу». Не знаю, раскошелились ли они на место в бизнес-классе для него, но как минимум, я буду с ним в одном самолете. Но, слава Богу, время пролетело. Провожатый отнёс мою ручную кладь из лаунжа. Я проковылял за ним. На борту меня встретили улыбающиеся глаза Tony. Он стоял, одетый в свои форменные брюки и белую рубашку, выпустив её наружу и сняв все опознавательные знаки своей авиакомпании. Встречая, он выискивал меня глазами, отметая взглядом всех посторонних. Как только я вступил на борт авиалайнера, он обнял меня, но слегка сухо, так как рейс выполняла его авиакомпания. Сопровождая меня к месту, Tony проговорил, слегка задрав нос: - Я лечу с тобой рядом.  - Я другого и не ожидал, - ответил я и улыбнулся.  Чуть наклонившись к нему, я прошептал:  - Как я хочу вцепиться в твои губы и целовать их, и целовать, не останавливаясь.  Он улыбнулся.  - Как тебе это удалось? Как так получилось? - быстро проговорил он.  - Это я потом тебе объясню. Лучше ты рассказывай. Как они тебе об этом сообщили?  - Ну, меня набрали, как только я приземлился в Берлине. И сразу велели возвращаться.  - Гельмут? - поинтересовался я.  - Да, - кивнул Tony. - И он мне сказал, что у меня официальная командировка. И я должен выполнять всё то же, что и здесь. Стараться скрасить твои перелёты… - он многозначительно посмотрел на меня и с улыбкой договорил: - И всячески оберегать твой покой.  - Правда, командировочные, я так понимаю, потрачу на подходящую одежду, - улыбаясь, продолжал Tony и ещё тише, чем шёпотом, добавил: - Если ты вообще будешь выпускать меня из кровати. Он игриво улыбнулся. Я улыбнулся в ответ, точно он мне подал прекрасную идею. - У нас будет время сходить в Duty Free в аэропорту Нью-Йорка, - утвердительно отметил я. Tony послал мне губами поцелуй и протянул аккуратно упакованную коробочку.