День рождения и мой отпуск.

Я затушил сигарету и развернулся к Tony.  - Можно я наконец-то тебя по-настоящему обниму, поцелую и почувствую твоё тело, крепко прижавшись.  - Конечно, малыш! - сказал Tony и развёл руки в стороны, мол, давай я обниму тебя тоже.  Я оплёл своими ногами его талию, руками оплёл его шею, а своими губами и языком занял его рот. Чувствовал, как он надрывно дышит, как быстро бьётся его сердце, как в воде колышется его боец и трётся о мою попку.  Как всё хорошо получилось! Как я счастлив! Слегка колючая щетина пробивалась на бороде Tony. Я целовал его и, нежно обнимая, гладил руками. Колыхающийся колышек становился всё ощутимее, и постепенно я чувствовал, что практически сижу на нём, и он неподвижно и крепко придерживает меня на плаву.  - Малыш, я тоже счастлив, что ты рядом, - тихо произнес Tony и добавил: - И я хочу тебя. Я улыбнулся, со словами:  - Я чувствую, как сильно он хочет в меня.  - Хочешь прямо в бассейне? - спросил Tony.  Я кивнул, и он передвинулся чуть ближе к ступеням, на которые мы поднялись, чтобы моя попка оказалась над водой. Потом он развернул меня к себе спиной, наклонил на ступеньки и прильнул к моей попке губами и языком. Нежно лаская и щекоча дырочку, надавливая языком и стараясь ворваться внутрь.  Взяв из шкатулки флакон и выдавив на пальцы смазку, он обильно нанёс её на мою попку, потом на свой член. Развернул меня к себе лицом и, приподняв, усадил на головку своего бойца, и стал медленно опускать, одновременно опускаясь сам обратно в воду.  Через некоторое время я полностью был высажен на его богатыре. Tony спокойно двигался по дну бассейна, чуть придерживая меня за ягодицы. Я держался за его шею, продолжая целовать его, не давая вдохнуть. Ласкал его губы и язык, который проникал в мой рот и пытался установить там господство. Устроившись в углу бассейна, Tony чуть приподнял меня и опустил, потом снова и снова.  Я облокотился на бортик и старался оставаться на одном уровне и немного ослабил свои ноги, сплетённые на его талии. Он, приседая, стал активно вгонять бёдрами в меня своего бойца, медленно вынимая на две трети. Я стонал и закидывал голову, стараясь негромко выкрикивать:  - Да, Tony! Да, хороший! Ещё. Хочу тебя ещё.  Волны, поднятые движением наших тел, казались цунами. Но мы не останавливались. Tony вынес меня из угла, устроился там сам, упираясь спиной в стенку бассейна. Я отпустил руки и откинулся на воду, чтобы она держала мою спину. Волны становились всё больше и больше. Тело извивалось подобно волне и придавало ей больше амплитуды.  Я кричал от наслаждения и плакал бы, но эти слёзы смывали брызги, которые летели на моё лицо. Мой Посейдон уносил меня в сладкую негу блаженства.  Tony придавил меня за бёдра одной рукой, другой крепко прижал к себе, чтобы я, сидя неподвижно, опять оседлал его кол. Перехватив меня под ягодицы, он стал выходить из воды. Он уложил меня на кушетку и, задрав мне ноги, продолжил жарить мою попку с ещё большей силой, проникая сильнее и сильнее.  По телу пробежала дрожь, и я, не выдержав, кончил, выстрелив себе на грудь. Tony продолжал свои движения. Поджатая попка старалась его остановить, но боец продирался в неё с неистовой силой и доставлял мне удовольствие изнутри.  Извиваясь, как змея, я старался слезть с него хоть на сантиметр, но он продолжал буравить меня.  Минут через пять его дыхание участилось. Tony захрипел, темп уменьшился. Но полностью выходя и вонзаясь вновь, боец запустил волну нашего общего оргазма.  Я задрожал, и мой мальчик выстрелил на живот. Tony начал заполнять меня изнутри, загоняя поршнем свои соки ещё глубже. Но как только он вышел, часть его спермы, увлекаемая членом, всё-таки растеклась по моей попке.  - Давай в душе ополоснёмся и нырнём ещё раз, - проговорил Tony и, уже держа меня на руках, нёс в душ.  Помывшись, я вернулся в бассейн. Tony нажал какую-то кнопку у бортика, и вся вода в нём забурлила, как в гигантском джакузи. Пройдя по залу к раздвижной двери, он приоткрыл её. И через мгновение зал и терраса заполнились нежной латиноамериканской мелодией. Tony направился в мою сторону, размахивая из стороны в сторону своим бойцом. Зайдя в воду, он сел на первую ступеньку, что была полностью в воде. Из воды торчал его поплавок.  Мне так было приятно смотреть, как ходит по номеру голый красавец, демонстрируя только для меня своё тело. Лежит, купается и плавает. Для меня и со мной.  Нет. У меня были парни, но всё же у нас парни более зажатые и скованные. А те, которые в курортных романах посещали мою спальню, «страстные жиголо» испарялись после того, как кончал я или они, получив свои чаевые. И не оставляли в моей памяти ни своего имени, ни воспоминаний о внешности.  Я задумался и просто лежал в пузырьках бурлящего бассейна.  - Малыш, всё хорошо? - подплыл ко мне Tony.  - Да, всё супер. Я просто на седьмом небе от понимания всего этого.  Он стал целовать меня, поддерживая под спину, чтобы я оставался лежать на воде. На часах было 5:00. Восьмое сентября.  Всё словно смешалось, как в день сурка. Время как будто специально двигалось медленно-медленно. Мы столько всего успели и ещё столько успеем. Я был уверен в этом. Проснулся я на животе и, не помня, как оказался в постели. Tony лежал, широко раскинув ноги. Богатырь лежал рядом, чуть напрягаясь от утреннего стояка. Я поцеловал щеку Tony, потом головку бойца, сполз с кровати, чтобы не будить его, и поковылял в зал. Мои костыли стояли возле дивана.  Еле слышно играла музыка. Следов нашего ночного буйства не было. На террасе также аккуратно лежали полотенца на кушетках и у бассейна. Над раздвижными дверями четыре больших циферблата показывали время и дату: Токио, Лондон, Нью-Йорк и Санто-Доминго.  Местное время 8:20. Восьмое сентября.  Я заглянул к Марко, чуть приоткрыв раздвижную дверь. Он подскочил, потирая помятое лицо и глаза.  - Доброе утро, - первое, что произнёс он и продолжил: - Вы на завтрак спуститесь в ресторан или мне организовать вам всё в номер? - спросил он и улыбнулся.  - Мы будем завтракать в номере, - проговорил я, и Марко откланялся.  Минут через двадцать, пока я разгребал письма в ноуте, обернувшись в халат и устроившись с ногами на диване в зале, Марко вернулся с нашим завтраком и принялся накрывать стол на террасе. Я вышел к нему и, закурив сигарету, смотрел на море, облокотившись на перила.  За спиной раздался звук отодвигающихся штор спальни, и в разные стороны разъехались стеклянные двери, ведущие на террасу. Tony во всей красе. Заспанные глаза и болтающийся полу-напряжённый хоботок.  Марко ещё не успел отойти от стола, и Tony на мгновение замер. Потом пожелал Марко доброго утра и продолжил своё движение в мою сторону. Подошёл и поцеловал.  - Доброе утро, малыш, - хриплым и еле слышным голосом сказал он.  Я схватил его рукой за тугую ягодицу, и он крепче приобнял меня.  - Доброе утро, мой хороший.  Марко быстро скрылся у себя в тамбуре.  Через некоторое время мы уже сидели за столом на террасе и завтракали.  Быстро утолив голод, я сидел в телефоне и продолжал пересматривать письма, которые нападали мне, пока мы летели из Нью-Йорка в Санто-Доминго и за сегодняшнюю ночь. Tony ещё попивал кофе. Всё также голый, закинув ногу на ногу и уложив своего бойца на бок. Босой ступнёй он поглаживал мою ногу, специально продвигаясь всё выше и выше от ступни к икре и дальше, делая вид, что это случайно, на автомате.  Я отвлекся на его вопрос.  - Какие у нас планы? - достаточно оживлённо спросил Tony, поставив чашку ароматного доминиканского кофе на стол.  - Ну, - начал я, - Мне нужно минут 30, чтобы ответить на все письма. Потом можем пойти на пляж или к общему бассейну, или поехать в город и что-то прикупить.  - Или остаться в кровати. И в нашем бассейне, - перебил меня Tony, улыбаясь во весь рот.  - Можно и так, - поправил я его. - Но нам всё равно на это нужно выделить сегодня время. Оставленные мною в душевой вчерашние вещи и те, в которых Tony искупался в бассейне, выстиранные и отглаженные, висели на стойке для одежды. Я встал и направился в зал. Tony остановил меня возле себя и, приобняв за попку, уже крепко зажимал мои булки своими руками.  - Иди в душ, - более строго сказал я. - А я постараюсь быстрее закончить с делами. Ведь на отдыхе ты, а я на работе.  Tony слегка повесил нос и послушно пошёл со мной в зал, а потом и в душ. Я примерно полчаса был занят. За это время он помылся и разложил наши вещи: одежду в шкаф спальни, гигиенические принадлежности в ванную.  Разгуливая в пижамных шортах длинной до середины бедра и без внутренних трусиков, спущенных ниже талии почти на лобок, иначе оголялась головка члена, уложенного в одну из штанин, он разложил мою обувь: все левые у шкафа, все правые в чемодане.  Я уже закончил работать. Просто делал вид занятости и наблюдал за Tony. Как он на корточках присаживался у чемоданов, и сползающие шорты оголяли булочки, как выпадал член из штанины и задирал шорты выше, стараясь выбраться наружу.  Какое умиление, наблюдать за полуобнажённым самцом в домашних условиях!  Освободившись, Tony стал метаться по залу, точно лев в клетке, дефилируя передо мной. Потом включил телевизор, нашёл музыкальный канал, сел на пол у дивана у моих ног. И между нежными поглаживаниями моего бедра, скользил под полы халата.  - Ну что, малыш, - одёрнул он меня. - Ты закончил? - вопросительно и с детской любознательностью поинтересовался Tony.  Я закрыл ноут и поставил его на столик у дивана.  - Помоги мне решить вопрос, - сказал он, резко вставая. И, выпрямляясь, спустил шорты.  Я замер в ожидании вопроса. И Tony продолжил.  - Мне интересно, - сказал он. - Он тебе больше нравится в анфас или в профиль? - сказал и повернулся ко мне боком.  Рассмеявшись, я ответил: - Однозначно внутри.  Tony наклонился ко мне, стал целовать моё смеющееся лицо и поднял с дивана, стягивая с меня халат.  - Ты хочешь? - многозначительно спросил он.  Я решил продолжить веселый настрой. И переспросил:  - В меня или в тебя?  - И так, и так, - сказал он, и его рука уже раздвигала мои булочки, и палец упирался в дырочку.  Я одной рукой уже сжимал его твердеющую биту, другой мял его ягодицу.  - Пошли в спальню, - сказал я. - Пока я дойду, ты успеешь взять нашу шкатулку и намазать себе попку, - с улыбкой на лице и со стояком сказал я.  Tony мгновенно метнулся к комоду, на котором она лежала, и быстро запрыгнул на постель, опережая меня в дверях спальни. Поставив на тумбочку у кровати «шкатулку удовольствия» и намазав себе обильно дырочку, он встал на четвереньки, как пёс, и стал радостно размахивать попкой вправо и влево.  Я был заведён таким поведением. Поравнявшись с кроватью, сильно притянул его к себе за бёдра и, упершись в его смазанную попку, скользнул внутрь снова и снова, держа его за бёдра и не отпуская. Tony постанывал или можно сказать поскуливал. Надрывно дыша, я продолжал драть его попку.  Tony подался вперёд. Я вышел. Он заметался на четвереньках по кровати, потом повалился на спину и высоко задрал ноги, предлагая мне зайти в такой позе, уложив мне на плечи свои согнутые в коленях ноги. Его пещерка была как раз у головки моего члена, и без каких-либо препятствий я оказался внутри, в нежной, тёплой тесной норке.  Продолжая свои движения, я долбил его попку, а он постанывал. И эти звуки наращивали во мне желание и приближали момент моего апогея. Резко вогнав член в Tony, я хрипло ахнул и, точно вкручивая в него свой ствол глубже, подал бёдра вперёд и кончил. Стоя на коленях и приводя дыхания в порядок, я замер.  - Я кончил, мой хороший, - сказал я.  Tony рассмеялся и радостно скомандовал:  - Если кончил, то тогда запрыгивай на коня. Сказав это, он быстро опустил свои ноги и помог мне оседлать себя. Приподняв меня за попку, обильно смазав дырочку и свой член, он приставил его к месту назначения, положив свои руки на мои бёдра.  - Ну, вскачь, что ли?