День рождения и мой отпуск.

Tony скрылся за раздвижной дверью. Потом они вместе с Марко прошли в спальню.  - Помоги мне, пожалуйста, упаковать наши чемоданы, - сказал Tony и стал вытаскивать их из шкафа. - Дайте мне пол часа, - ответил тот. - я всё упакую, а вы занимайтесь своими делами.  - Andry, а что ты наденешь в дорогу? - крикнул Tony мне из спальни.  Но я уже был в душе и ничего не слышал, и он зашёл ко мне в ванную комнату.  - Котёнок, а что ты наденешь? У тебя есть предпочтения или на мой вкус?  - Любимый, я тебе полностью доверяю. Выбери сам.  - Но тебе будет достаточно удобно в шортах для тенниса? - спросил он.  Я кивнул. Tony вышел и вернулся в спальню.  Марко пока только успел открыть все чемоданы и приготовился складывать вещи. Tony быстро отложил в сторону свои и мои белоснежные теннисные шорты и две майки, такого же цвета. Перейдя к тумбочке с бельём, он покопался в ней и взял мои белые и ярко-синие танго и себе тоже белые, уложив всё самостоятельно в отдельную сумку. Туда же последовали две белоснежные рубашки с короткими рукавами и его чёрные боксеры, две пары светлых носок и кроссовки.  Взяв из шкатулки два флакона со смазкой, он остановился, чтобы Марко заметил это. Тот одобрительно кивнул, затем вышел к себе и принёс ещё одну шкатулку и её содержимое высыпал прямо в чемодан. Tony улыбнулся ему и подмигнул.  Когда я присоединился к ним, один чемодан был уже готов, а второй, с обувью, ждал только, чтобы его закрыли. Tony с сумкой, где были отобранные вещи, и со мной вышел в зал, чтобы не мешать Марко.  Быстро сняв себя одежду, он задрал руки за голову и, покрутившись, спросил:  - Как ты думаешь, мне не нужно подбриться?  Всё та же прекрасная волосатая грудь и ноги. Растительность чуть короче на животе и около сантиметра на лобке, яичках и попке.  - Под мышками можно чутка сбрить, - сказал я. - А так идеально, любимый.  Недолго думая, я скинул халат и покрутился на месте, спрашивая: - А что у меня с волосатостью? Член Tony был напряжён, и нужен был только позыв, чтобы он зашевелился активнее.  - Ну-ка, наклонись. Может промежность чуть подбрить и попку.  Я наклонился, и его богатырь уже стучался в быстро смазанную норку.  - Нет, всё идеально, - протянул в стоне удовольствия Tony и, подавая бёдра вперёд, вошёл со словами: - Сто процентов идеально, любимый! Попка ангела просто уносит на небо.  И начал активно двигаться в мой портал.  Одну ногу я уже поставил на диван и ещё больше прогнул спину. Tony крепко притягивал меня к себе за бёдра, снова и снова проникая в меня. Потом вышел и увлёк за собой в душ, где жёстко придавил к стене. Я оттопырил попку, и он скользнул обратно.  - Да, да!  Я стонал. Льющаяся сверху вода охлаждала моё тело и возвращала на землю, а богатырь Tony своими движениями доводил до состояния полёта и даровал мне крылья.  Перед взрывом Tony вышел из меня, повернул к себе, опустил на колено и, ополоснув своего богатыря и смыв пену, приставил его к моим губам. На пятое - шестое проникновение он одной рукой придержал мой лоб, чтобы я не насаживался ртом глубже, а другой, обхватив основание, крепко сжал руку и пару раз вздрочнул.  Головка коснулась открытых губ. И несколькими массивными залпами он заполнил мой рот до краёв своими сливками. Потом просунул глубже до упора. Я не успевал всё проглотить, и часть спермы выплеснулась из моего рта наружу и потекла по губам и подбородку. Активно глотая сливки, я чувствовал, как моя гортань принимает свою порцию его соков прямо из головки, которая в плотную давила на глотку.  Tony стонал и рычал.  - Ты супер, любимы котёнок! Супер!  Чуть вздрагивая и изливаясь в меня, Tony вынул своего богатыря, поднял меня на ноги и, усевшись на колени, принялся ублажать меня. Но взъерошенный изнутри, мой член не мог долго сопротивляться давлению его губ и языка и быстро излился. Он испил из моего малыша и, вставая на ноги, приказал мыться. Когда мы вышли из душа, все чемоданы уже стояли в зале. Марко ещё копошился в спальне. Tony протянул мне ярко-синие танго, шорты и майку. Сам также принялся одеваться, только надел майку ярко-синего цвета. Потом помог мне надеть один носок и кроссовок. Марко уложил наши чемоданы на тележку и выкатил их в тамбур.  Мы прошли в кабинет и, сложив мои документы, компьютер и фотографии, вышли в зал. Я протянул свою сумку Tony и сказал:  - Дай Марко 2000 песо. И скажи «до встречи». Я думаю, он присоединится к нам. Тем более, что у него будет фора, пока мы будем на фотосессии.  Остальные сумки мы тоже отдали Марко, и он поехал в лобби отеля. Мы остались на пару минут проверить, что ничего не забыли. Убедившись, что всё в порядке и мы ничего не оставили, мы тоже вышли в холл. Там я забрал содержимое ячейки, что оставлял в их сейфе. Марко провёл нас до машины. Уложив все наши чемоданы, он попрощался с нами и пожелал: - До встречи. Машину Tony выбрал не плохую - Jeep Wrangler, ярко-синего цвета, пятидверную. Он сам сел за руль, я устроился рядом на пассажирском сидении, и мы поехали. Сразу при выезде из города к нам присоединился автомобиль с нашим фотографом. Он обогнал нас и ехал впереди, показывая дорогу.  Съехав с основного шоссе, мы продолжили свой путь вдоль скалистого берега и попали в закрытую бухту с прекрасным песчаным пляжем. Нас пропустили на охраняемую территорию, и мы подъехали почти в плотную к берегу. Это место охранялось, так как рядом строился небольшой отель. Мы припарковались.  Подошедший фотограф провёл нас вперёд по пляжу. Там стояло небольшое бунгало, покрытое пальмовыми листьями, и на песке лежал большой матрас, застеленный белоснежной тканью. Вокруг было расставлено освещение. Tony взял с собой сумку, я кинул в неё сверток из сейфа отеля, и мы оставили её у хижины.  Хоакин, так звали фотографа, дождавшись, пока мы подойдем к месту съёмки, сказал:  - Парни, можем начинать.  Я распустил свой пучок волос, чтобы добавить хаоса и скрыть лицо, если где-то на снимках будет попадание.  Сперва он фотографировал нас одетыми. Мы целовались на камеру, обнимались, просто двигались, держа друг друга за руки. Кувыркаясь на песке, мы постепенно перебрались ближе к воде, но не заходили глубоко, а только плескались у берега. Мы просто бесились и обнимались. Потом Хоакин предложил мне свалиться в воду, а Tony будет меня за руку поднимать и вытаскивать. Мы повторили это пару раз, пока его не устроили снимки. Постепенно мы стали раздеваться. Вернее, я стянул с Tony майку, когда он сидел на коленях, а я стоял сзади, и начал его раздевать, оголяя пресс и грудь, зависая на стоп-кадре.  Мы опять перебрались на сухой песок. Tony повалил меня на спину и сам, усевшись сверху, разорвал майку на мне. Хоакин снимал из-за спины Tony мою мокрую грудь, чуть присыпанную песком, в разодранной на куски одежде. Наши простые страстные движения добавляли импрессии снимкам, которые получались у фотографа.  И вот мы снова в воде, где я в брызгах прибоя хватаюсь за шорты Tony и стягиваю их с него. Так мы сперва лишились маек, после лишились шорт и остались в слипах.  - Если вас смущает, что вы будете раздеты, то я тоже могу раздеться, - сказал Хоакин.  Мы рассмеялись и сказали ему:  - Раздевайся.  Он быстро сбросил майку и шорты и остался в растянутых полосатых боксерах.  - Я сниму, сниму, как только вы будете голыми, - оправдался Хоакин. - Сейчас, Tony, вставай на колени и зубами стягивай шорты с трусами с Адриано. Медленно и полностью, - продолжал руководить нами фотограф.  Я стоял голый. Слипы зависли на щиколотках.  - Ок, Tony, всё супер! Теперь вставай напротив воды и широко расставь ноги. Адриано, садись на колени, но попкой не касайся песка. Лицо должно быть прямо перед трусами. Закидывай голову назад и стягивай трусы с Tony, - продолжал он давать нам указания. - Снято, хорошо!  И Хоакин тотчас оказался уже без своих боксеров, демонстрируя среднего размера, смотрящий конкретно в бок набухший член. Мы перебрались в зону прибоя, оба голые и все в хрустальных брызгах воды, сверкающих на солнце. Я был уже со стояком от вида богатыря Tony. Хоакин был тоже изрядно возбуждён. Он рассказывал, как нам встать, как двигаться, но мы на него не обращали внимание. Мы были больше увлечены нашими с Tony телами.  Наши висяки и стояки засняли в воде и на фоне моря и неба. Крупным планом запечатлели лобок Tony с моим подбородком и его кадык с моим стояком на его фоне. Потом мы перебрались на наше импровизированное ложе, где Хоакин поинтересовался, будет ли он снимать секс. Tony к этому вопросу был готов. Он быстро сбегал к бунгало и из сумки взял полотенце и смазку, оставив её на матрасе.  - Адриано, запрыгивай на Tony. Он тебя держит и типа несёт на кровать.  И Tony понёс меня.  - Роняй его и целуй.  И вот мы лежим на нашем ложе. Хоакин скачет вокруг нас, приседая на корточки и болтая во все стороны своим членом, раздает указания:  - Tony, ложись на спину. Адриано, держи его член, точно хочешь взять его в рот. Есть! Бери, медленно отстранись, оближи головку широким языком. Отстранись, бери в рот, сползай до основания и больше прогни попку. Выше её, ещё выше. Есть! Всё, молодцы. Кто будет кончать первым?  Tony посмотрел на мой стояк. Изрядно возбуждённый, я уже успел сказать, что первым буду я. Хоакин в этот момент был заведён больше меня. Мне хватило буквально двух минут, чтобы в стоне крикнуть: - Кончаю! - и вытащить изо рта Tony свой член. Он выпрямился и брызнул вперед.  Хоакин, стоя сбоку, всё заснял.  - Молодцы. Хорошо!  Я слегка додрачивал остатками кончи Tony на грудь. И это тоже сняли.  Боец Tony продолжал стоять. Я выпрямился и запрыгнул поверх него, чтобы попка была прямо над стояком. Оседлав своего любимого, я стал целовать его. Он ещё сильнее завёлся. Его член вздрогнул несколько раз и сам прильнул к моей дырочке.  - Супер! Есть! Всё так и надо. Подавая бёдра вперёд и не смыкая ног, подавай его внутрь, только по головку. Потом добавим смазку.  Сам Хоакин устроился сзади нас, у Tony между щиколоток, упираясь локтями в матрас.  - Снято! Добавляйте смазку и вперёд. Если нужно менять позу, меняйте, только не сильно быстро, чтобы я успевал втиснуться с камерой и словить ваши оргазмы. Когда будете готовы кончать, говорите. Мы договорились, что к окончанию съёмки я должен оказаться на спине с высоко закинутыми ногами.  - Вытащишь из попки, кончаешь прямо в дырочку, приставляешь его обратно и всовываешь его в попку. Очень медленно, - давал наставления Хоакин. Tony вертел мной, как мог. Он или перевозбудился, или переволновался. Я стонал, как будто в первый раз, и уже почти молил: - Ну, давай, любимый, давай. Ещё хочу тебя! Больше! Tony почти дошёл до апогея.  Находясь практически в полуметре от нас, Хоакин, как мне казалось, одной рукой снимал, а другой активно дрочил себе.  Всё потом пошло по плану. Tony развернул меня на спину, высоко поднял мои ноги, вошёл пару раз и спокойно сказал: - Буду кончать.  Я старался расслабиться, но он рукой шлёпнул меня по ягодице, и я сжался. Хоакин замер над моей попкой. Tony вышел, спустил свои бездонные реки и медленно погрузился обратно.  - Супер! - прозвучало из уст Хоакина. - Теперь мы закончили. Вы молодцы. Сейчас моемся и посмотрим, что получилось.  На его конце виднелась густая слизкая капля. «Интересно сколько раз он кончил, пока нас фотографировал», - подумал я.  Мы с Tony бегом запрыгнули в освежающую морскую воду. Стали обнимать друг друга и гладить. Я остыл, а он от моих прикосновений ещё больше завёлся. Повернувшись к нему спиной, я почувствовал упирающийся член, раздвигающий мои булки. Tony скользнул внутрь, и мы сделали пару шагов паровозиком к берегу. Он наклонил меня и активно отжарил.  Пока Хоакин смывал с себя следы своего профессионализма, мы продолжали заниматься любовью.  - Да! Ещё! - стонал я.  Мне жгло попку. Tony догадывался. Выйдя из меня и присев, чтобы смыть своего бойца, он приставил к моим губам свою солёную от воды головку, пару раз провёл рукой по стволу и слил свой сок в мой рот, выкрикивая: - Дааа, любимый, да… Хоакин вышел на берег уже после того, как вышли мы. Пока я вытирался полотенцем, стоя на матрасе, Tony принёс мою сумку и свой ноутбук. Когда я закончил, Хоакин отдал нам фотоаппарат. Tony вытащил флеш-карту и вставил её в ноут. Я просматривал, что сохранилось на камере. В фотике было пусто, и я его вернул фотографу.  Tony загрузил компьютер и какую-то программу, и всё содержимое флешки вышло на экран. В режиме слайд шоу фотографии стали мелькать кадр за кадром, показывая, что там наснимал Хоакин. Вроде всё было не плохо.  Попросив на пару минут ноут, Хоакин пролистал всё и сказал, что завтра пришлёт фильтры, которыми можно будет поиграться. Или подъедет к нам в Пунта-Кана. Он будет там через 3 дня, и на нашем компе подкорректирует все снимки, доведя их до совершенства. На этом и договорились.  Tony спросил, что мы ему должны. Хоакин ответил:  - Если бы вы оставили мне хоть какие-то обезличенные фотки, то вообще ничего. А так - на ваше усмотрение. Просто вы такие хорошие модели. И, увы, таких у меня, думаю, больше не будет, - угрюмо сказал он и принялся надевать свою одежду поверх мокрого тела.  Я достал из сумки 10 тысяч песо и протянул их Хоакину. Он перестал застёгивать ширинку и стал жать мне руку. Потом пожал руку Tony, чуть не схватив его совсем не за руку, ведь тот как раз укладывал непослушного сорванца в боксеры. Пообещав обязательно приехать и всё доделать, он сказал, что будет рад поснимать нас ещё, если на то будет наше желание.  Tony помог мне встать с матраса после того, как я надел кроссовок, и мы, попрощавшись, пошли в машину. Выехав на первоначальную трассу, я хотел было посмотреть фотографии, но Tony прервал меня и сказал: - Посмотрим вместе, как приедем.  Я согласился.  Мы ехали и обсуждали всякую фигню, типа как Хоакин быстро избавился от своей одежды, чтобы оказаться с нами в одинаковом положении, и как сложно контролировать своё желание и всё делать по сценарию. Не обращая внимание на время, мы очень быстро приехали и, въехав в Пунта-Кану, проложили маршрут к нашему отелю.