Никто, кроме тебя

      Пришёл в себя Сергей только утром. Он сонно потянулся, вдруг осознавая, что лежит в собственной кровати, но самым неожиданным было то, что спальня находилась не в доме, а в офисе. Это было странно, ведь Птица ненавидит Олега и Игоря и вряд ли хотел бы встретиться с ними сейчас.       Серёжа осмотрелся вокруг, прислушиваясь к тишине — вроде бы тихо и никого нет. Он встал с постели, накидывая на голое тело свой любимый цветастый халат. Почему он голый? Лишь сделав шаг парень заметил как болит его задница. Что вчера было?       Разумовский выглянул из спальни, оценивая обстановку в собственном офисе. Кто-то прибрал рассыпанное на полу стекло и поправил уцелевшие постаменты — неужели у кого-то пришло вдохновение, вдруг, навести порядок? Парень подошёл к журнальному столику, подбирая папку с какими-то бумагами, но уже через секунду вздрогнул, понимая, что в комнате не один. — Доброе утро. — Игорь отошёл от стены с автоматами, на которую был облокочён ранее, складывая руки в карманы брюк. — А… Что вчера было? — Сергей замер на месте, пытаясь вспомнить хоть один момент из прошлого вечера. — Ты ничего не помнишь? — удивился Олег, смотря на парня с доброй улыбкой и умиляясь его растерянности. Мужчина сидел в офисном кресле, держа в руках договор с банком, который теперь отложил в сторону, вставая с места. — Нет… — Серёжа сжался, неотрывно смотря на собеседников. — Ну… — протянул Гром, даже не зная, как можно начать рассказ.

***

      Птица поднялся на лифте, направляясь в спальню, к шкафчику, где хранился большой запас разных видов дорогого алкоголя. Возможно, напиться было не лучшей идеей, но по-другому поступить сложнее. Серёжа ещё не готов к обдуманной встрече с Олегом, а пьяному, всё-же, будет легче. Эта встреча, в любом случае, должна состояться и, чем раньше, тем лучше.       Пернатый открыл бутылку шампанского, выпивая залпом половину. Он переоделся в пижаму и халат, располагаясь на диване. Его поза была вальяжной, способной соблазнить кого угодно, и, со стороны, он напоминал большого рыжего кота.       Птица всегда отличался своей развращённостью. Если Серёжа часто был неуклюжим и мало следил за своим состоянием, то хтонь всегда действовал изящно, держа осанку и красиво подавая себя.       Прошло около двух часов до тех пор, пока в башню вернулись Олег с Игорем. Пернатый заранее рассчитывал на эту встречу. В отличие от Сергея он был давно готов повидаться со своими врагами. Поиздеваться над ними, выпустить пар.       За время ожидания Птица опустошил три бутылки шампанского, снял ненужную пижаму, оставаясь в одном припоясанном халате и подготовил себя, играясь с вибратором.       Игорь вошёл в кабинет первым, настороженно осматривая помещение. — Здравствуй. — промурлыкал пернатый, демонстративно закидывая ногу на ногу. — Ага. — хмуро откликнулся Гром, переводя взгляд на вошедшего в офис Олега. — Что будем делать? — оценив ситуацию Волков сложил руки на груди, обращаясь к майору. — Эй, ты! — полицейский обратился к хтони — Верни Серёгу, поговорить надо. — А ты поцелуй меня — верну. — пернатый смотрел собеседнику прямо в глаза бестыже улыбаясь. В его правой руке находился полупустой бокал, на котором тонкие бледные пальцы выглядели через-чур горячо.       Игорь усмехнулся и, неотводя пристальный взгляд, обошёл журнальный столик, подходя к пернатому с другой стороны. Он был похож на хищника, выслеживающего свою добычу. Это заводило Птицу сильнее любого фильма для взрослых. Он был горяч, уверен в себе, силён…       Гром подошёл к хтони вплотную, облокачиваясь одной рукой о спинку дивана и нависая сверху. — Просто так, говоришь, не вернёшь его?       Пернатый притаился, вжимаясь в диван, но, когда майор вновь ухмыльнулся, чувствуя своё влияние, хтонь приподнялся на локотки, врезаясь своими губами в его. Поцелуй был коротким, но страстным и, даже, злым.       Игорь быстро отстранился, слизывая собственную кровь с прикушенной губы. Хтонь выгнулся в спине, нагло смеясь. Олег, не выдержав такого поведения, быстрым шагом преодолел расстояние до дивана, нависая над младшим и грубо хватая его за шею. — Возвращай Сергея, сейчас же! — эти слова из уст Волкова прозвучали достаточно грозно, но у Птицы вызвали лишь новый хриплый смешок. — А ты выпроси! — Хорошо. — процедил сквозь зубы Гром, беря свои полицейские наручники, застёгивая их на тонких запястьях и грубо поднимая вверх, над головой младшего.       На секунду Птица почувствовал себя абсолютно беззащитным и слабым, но виду не подал, натягивая на лицо кривую насмешливую улыбку.       Игорь развязал пояс, распахивая цветастый халат. Взгляд невольно задержался на бледных покрытых веснушками плечах, спускаясь вниз к впалому животу и стройным ногам.       Волков склонился к шее пернатого, прикусывая тонкую кожу, а затем отстраняясь и наблюдая за стекающей по ключице струйке крови. Это месть за укушенную губу Грома.       Птица перешёл на шумное дыхание, хватая ртом недостающий воздух. Ему хотелось всего: ласки, грубости, секса. И плевать, что с ним будут делать, они всё равно никогда не убьют его — слишком любят Серёжу, боятся ему навредить. — Вернёшь? — спросил майор, сильнее прижимая руки к спинке дивана над головой пернатого. Он всё ещё давал шанс одуматься, понимая, что хтонь будет идти до конца. — Заставь меня! — рыкнул Птица, стискивая зубы от боли, которую причиняют врезающиеся в тонкую кожу наручники. — Себе же хуже делаешь. — улыбнулся Игорь, рывком переворачивая пернатого на живот и ставя раком на краю дивана. Он склонился над его ухом, оттягивая губами мочку.       Олег облизал свой палец, вставляя его в истекающий смазкой проход.       Птица судорожно выдохнул, кладя голову на диван и закрывая глаза. Было ужасно страшно. Он, по сути, отдался в руки своих врагов, предоставляя им полную власть над собой.       Гром спустился поцелуями вдоль позвоночника, присоединяясь к Волкову и вводя внутрь младшего ещё один палец.       Пернатый издал подавленный стон, пытаясь держать себя в руках и не показывать, как ему это нравится.       Уже через пару минут внутри обильно смазанного естественной смазкой ануса было пять пальцев — растянуть нужно хорошо, ведь мужчины явно не будут трахать его поодиночке.       Закончив своеобразную процедуру парни разделись. Игорь взял Птицу за волосы, насаживая на свой член. Пернатый гортанно застонал, уже не пытаясь сдерживаться. Олег подошёл ближе, оглаживая бедро младшего и по-тихоньку входя вторым.       Хтонь закатил глаза, выгибаясь в спине. Его переполняли, в прямом смысле, ощущения, из-за чего хотелось скорее кончить.       Мужчины, дав немного времени привыкнуть, начали движение, толкаясь в обильно смазанный анус. Уже спустя несколько мгновений Птица издал громкий стон, что означал попадание по чувствительной точке. Пернатый сжался, создавая внутри крышесносную узость.       Парни ускорили движения, не желая больше терпеть. Они пытались синхронизировать толчки, что получалось через раз, но этого было достаточно, чтобы младший кончил уже через пять минут. Его оргазм заставил старших кончить следом, заполнив пульсирующий вход собственной спермой, которая, в последствии, потекла вниз, по ногам Птицы.       Мужчины нависли над пернатым, который обессиленно расплостался по дивану. Они аккуратно покинули его тело, вызывая неконтролируемую дрожь. Уже не было сил ни на что, однако хтонь вновь засмеялся, пытаясь вызвать в старших новую волну гнева. — Ахах, и это всё, на что вы способны? И вы ведь не подумали о том, каково будет Серёже узнать о ваших деяниях! — Птица сполз на пол, пытаясь отдышаться. — Вообще-то, это тебе должно быть стыдно! — криво улыбнулся Гром, застёгивая пояс брюк и надевая футболку. — Возвращай Сергея, иначе мы перестанем быть добрыми. — пригрозил Волков также поправляя свою одежду. — Он не хочет вас видеть! — хохотнул Птица. — Слышь, — Игорь наклонился над пернатым, смотря ему в глаза — Мы без тебя с ним разберёмся. Он ненавидит тебя, а не нас, понял? Или тебе всё ещё непонятно объяснили? — майор схватил хтонь за горло, наблюдая скрытый под насмешкой страх.       Но Птица не собирался сдаваться. Он умрёт, но будет идти до конца. Его резон понятен: сохранить обломки разрушенной психики Серёжи, уберечь от стресса, но… Разве это всё может помочь?       Пернатый не отступал от своей позиции даже тогда, когда его вжали в диван, безжалостно трахая по-очереди, когда оттягивали за волосы, ударяя о пол, когда больно заламывали руки, заставляя наручники впиться в них до крови. Мужчины использовали лишь те приёмы, которые могут вырубить сознание, но, не в коем случае, не навредить летально. Однако, пришлось повозиться. Эффект был достигнут лишь спустя пару часов, когда измотанный организм самостоятельно отключился, позволяя парням, наконец, выдохнуть.       Волков набрал ванну, перенося младшего в неё — они же не звери, чтобы оставлять Серёжу в таком состоянии. Игорь аккуратно обмыл оставшиеся от наручников раны, бережно целуя запястья. От всей этой ситуации на душе залёг камень. Нельзя было так поступать, но по-другому бы не получилось. «Перезагрузить» сознание Разумовского было необходимо, ведь Птица иначе бы не ушёл. — Мы виноваты перед ним… — озвучил душевные терзания старшего Олег, будто читая его мысли. — Знаю… — тяжело выдохнул Гром, несмея поднимать взгляд. Он бережно смывал с худого бледного тела кровь и сперму - завтра Серёже тяжело будет…       Мужчины завернули Разумовского в большое махровое полотенце, перенося в спальню. Они обработали его раны, заклеивая пластырем и, укрыв одеялом, оставили до утра.

***

— Это… Правда? — Да… — с повинной опустил взгляд Игорь. Было ужасно стыдно, больно, тошно. Хотелось проволиться сквозь землю, ринуться к младшему, обнять, зацеловать, выпросить прощение… Он виноват. Они виноваты… — Ладно уж… — Серёжа тяжело вздохнул, анализируя услышанный рассказ — Раз уж я здесь, и всё так неожиданно вышло… Могу больше не прятаться от вас и быть уверенным, что в безопасности? — Да! Конечно! — почти хором ответили мужчины, переглядываясь между собой. — Только, пожалуйста, пей те таблетки, что тебе выписывал доктор лет пять назад. Ты не представляешь как трудно бороться с Птицей. — улыбнулся Олег, получая такую же улыбку в ответ. — Договорились. — Серёжа на мгновение завис, но позже — ринулся вперёд, обнимая Волкова. Хотел убедиться, что тот действительно жив. Что действительно существует, и то свидетельство было поспешным выводом ничего незнающих людей. Игорь стоял в стороне, радуясь, что наконец, всё должно наладиться, но уже через секунду был притянут к общим объятьям. Всё будет хорошо…

***

— Ребят, хотите новость? Я беременный!