Snakes At Midnight

Стук, стук, стук. Ген игнорировал раздражающий шум от того, что полицейский напротив продолжал нетерпеливо притоптывать ногой, прислонившись к прохладной стене переулка. Он не видел, что выражение лица этого человека стало ещё более недовольным, когда тот скрестил руки, беспокойно переводя взгляд с нейтральной полуулыбки Гена на его проворные пальцы, порхающие между купюрами. — Всё окей? Сколько можно тянуть? Я не могу потратить на тебя целый день, знаешь ли, — фыркнул офицер. — Мой сержант заподозрит что-то, если заметит, что меня не было больше получаса. Всё, что сделал Ген, это лишь пренебрежительно помычал ему в ответ, когда тихо закончил пересчитывать пачку наличных, которую полицейский всучил ему в руки, как только они встретились на своем обычном месте. Офицер явно переживал, что их заметят вместе, однако Ген сомневался, что кому-то ещё будет интересно болтаться в тесном переулке между мусорным баком и домом престарелых. Как только Ген мысленно подтвердил нужную сумму, он быстро и ослепительно улыбнулся, невозмутимо сунув толстую пачку денег во внутренний карман блейзера. — Не стоит волноваться, офицер Йо. Я прекрасно осведомлен о вашем плотном графике, — пропел Ген, быстрым движением поправляя воротник. — А ещё я рад сообщить, что всё на месте… — Он погладил карман. — …и ни одной йены не пропало~! Йо цокнул, закатив глаза. — Да, какое облегчение, — он оторвался от стены и упёрся руками в бока, приняв властную позу и как бы нависая над Геном. — В любом случае, я дал тебе то, что ты хотел, так что теперь и тебе пора дать мне то, что я хотел. — Его хмурый взгляд стал вязким, но Ген не шевельнулся. — Выкладывай. Ген хлопнул длинными ресницами и посмотрел на него глазами, в которых не было ни страха, ни злобы, и просто позволил словам сорваться с языка, будто он говорил о погоде, его улыбка даже не изменилась: — Они заключат сделку завтра в том кафе, о котором я тебе уже говорил. В полдень. В отличие от обычных дилеров, им совершенно комфортно работать днём, они оба довольно талантливы и осторожны. В конце концов, никто ведь не подумает ничего лишнего о двух людях, которые просто невинно беседуют за чашкой кофе, особенно если учитывать их изящные кодовые слова, — он фыркнул. — Неудивительно, что вы, ребята, их еще не поймали. — Захлопнись! — Йо зарычал, кончики его ушей стали розовыми. Потратив несколько секунд на то, чтобы успокоиться и обработать информацию, которую только что получил, он с сомнением посмотрел на собеседника. — Ты уверен, что это правильное время и место? Типа, действительно уверен? Ген подавил раздраженный вздох. Из всех людей, с которыми он когда-либо имел деловые отношения, именно Йо вызывал у него больше всего головной боли. — Конечно! Я слышал это своими ушами! Хотя, признаюсь, мне жаль тех несчастных официантов, которым придется убирать бардак, который ты устроишь своим набегом на это милое место~ Затем он замолчал, наблюдая, как на первый план выходит давно знакомое явление, которое постоянно сопровождало его работу. Как бы это описать… Зрелище было похоже на затишье перед бурей. Этот момент, когда пустой взгляд его клиентов — спустя несколько секунд колебаний — внезапно сменялся гневом или отчаянием, радостью или облегчением. К счастью, злодейская радость — это то, чем одарил его Йо в этот конкретный день, и за это Ген был благодарен. В конце концов, у него было немало жестоких клиентов, которые могли бы и наброситься на него за то, что он сообщал им новости, которые те не хотели слышать. — Хахаха! Отлично! Как только я скажу своему сержанту, что раскрыл дело, которое больше никто из моего тупого отряда не смог даже чуточку всковырнуть, то повышение и сладкая-сладкая премия будут моими! — Офицер захихикал, гордо выпятив грудь. — Я стану лучшим чертовым копом в отделе! Ген проигнорировал то, как быстро этот человек присвоил себе его заслуги за всю работу. К этому он тоже уже успел привыкнуть после того, как поработал с таким количеством людей разной степени высокомерия и коррумпированности. Ген ободряюще кивнул мужчине. — Держу пари, ты станешь! Вдалеке Ген слышал фоновую суету машин в час пик, которая сопровождалась звуками гудков и голосами людей, идущих по городу. Некоторые спешат сесть на ближайший поезд, прежде чем тот уйдет, некоторые просто бегут по своим делам. На другой стороне улицы каркнула ворона, взмахнула крыльями и взлетела в послеполуденное небо. В конце концов, Ген взглянул на время на тяжелых часах на своем запястье, и элегантно выпрямился, подводя итог их встречи, протягивая руку Йо. — Так это всё? Офицер пренебрежительно усмехнулся, возвышаясь над ним, не выказывая никакого интереса к рукопожатию. Он грубо оттолкнул Гена, чтобы выйти из переулка, претенциозно вышагивая. — Да, да, на этом всё. Просто убирайся отсюда, пока у меня не осталось другого выбора, кроме как арестовать тебя. Нельзя, чтобы меня увидели рядом с вами, интриганами. Ген дьявольски ухмыльнулся. — Ой, ой, ой~! Я не считал вас лицемером, офицер Йо. Мужчина быстро бросил на него раздражённый взгляд, прежде чем выйти на тротуар, бормоча в его адрес множество ругательств, в то время как сам Ген даже не пытался скрыть своё дразнящее хихиканье. Йо вышел на солнечный свет, а Ген остался в тени соседнего здания. — Думаю, до следующего раза, — вздохнул офицер, равнодушно помахав рукой, и зашагал прочь, делая вид, что прогуливался. — Ты знаешь, как связаться со мной, если я тебе когда-нибудь понадоблюсь~! Ген получил в ответ лишь легкое ворчание, силуэт полицейского становился всё меньше. Однако, когда Гену надоело стоять на одном месте, и он уже собирался развернуться, чтобы идти домой, Йо внезапно остановился как вкопанный и посмотрел на него неуверенным, но любопытным взглядом. Его брови нахмурились, глаза осматривали каждый сантиметр лица Гена, словно пытаясь найти следующий кусочек головоломки.  На короткое мгновение он заколебался. — …Эй, а откуда у тебя вся эта информация? Вдалеке сигналила машина, женщина смеялась, к телефону подошёл служащий, а ребенок выпрашивал у матери конфету. Все это было далеко, но он всё слышал: мир, выстраивающий скрытые хитросплетения, словно играя в карты. Ветер доносил до его ушей городской шепот — фальшивую, жуткую колыбельную, согревающую его кожу, — и Ген поднял палец к недоброй улыбке на губах. — Волшебник никогда не раскрывает своих секретов~! ••• К тому времени, как Ген вернулся домой, небо превратилось в коллаж из пастельных оранжевых и розовых оттенков, и ноги у него уже заныли от ходьбы, хотя этой боли всё же было недостаточно, чтобы убедить его вложиться в пару кроссовок с ортопедической стелькой вместо тесных туфель из выделанной кожи, которые он носил почти каждый день. Даже если его однажды вызовут на встречу где-нибудь на ферме в самый сезон тайфунов, он всё равно сделает своим приоритетом задачу выглядеть как можно лучше — несмотря на мозоли и всё такое. Если так подумать, если он вдруг перестанет демонстрировать свой статус с помощью дизайнерской одежды, разве это помешает клиентам пользоваться его услугами? Иди разберись. Сняв туфли у входной двери, Ген вошел в гостиную и медленно направился к балкону, вытягивая руки над головой и преувеличенно громко зевая. Отодвинув занавеску, он открыл стеклянную дверь и мягко шагнул на балкон, не обращая внимания на шероховатый бетон под босыми ногами. Легкий ветерок тотчас же растрепал его волосы — асимметричную двухцветную стрижку, которая неизменно привлекала внимание прохожих на улице — и охладил его щеки, вызывая легкие мурашки, когда он прислонился к перилам, удерживающим его от падения вниз прямиком в руки смерти. Заскучав, Ген посмотрел на раскинувшийся перед ним огромный город и бесцельно провел пальцем по стрелкам часов. Кроме сбора разведывательных данных и передачи информации своим клиентам, не было ничего интересного, чем информационный брокер мог бы заняться в свободное время. Чем занимаются обычные люди? Встречаются с друзьями? Да, но он определенно не был настолько глуп, чтобы дружить с теми, кто пользовался его услугами, как бы часто они не приглашали его выпить. А на общение с кем-то ещё у Гена обычно не оставалось времени. Вот он — замкнутый круг, дурная бесконечность. Излишне говорить, что работа в преступном мире Японии была… особым занятием, за неимением лучшего слова. Каждый день был разным и приносил что-то новое: пару свежих лиц, несколько завсегдатаев-социопатов, пару-тройку халявщиков, выпрашивающих бесплатную информацию, и множество шансов получить пулю в голову, если он вдруг свяжется не с тем парнем. Эта работа была особенно особенной для таких, как он, что были достаточно сумасшедшими, чтобы действовать в одиночку в мире, где сила была в количестве. Одиночки были редким явлением, но если его опыт в этой сфере и научил его чему-то, так это тому, что солидарность хорошо окупалась. Буквально. Самое замечательное в том, что он не был связан с какой-либо конкретной группировкой или обременен какими-либо союзами, — так это то, что его беспристрастность позволяла легко получать информацию от любого, кто ему был нужен. Не будучи ни к кому лояльным, как к его клиентам, так и к его целям, Ген играючи заполучал необходимые данные. Благодаря его независимой позиции, люди обычно больше доверяли ему и меньше колебались, чтобы дать ему то, что ему нужно; у бизнесмена, работающего в одиночку и не имеющего врагов, не было бы причин наносить удар в спину. Ген считал, что это была довольно разумная и логичная теория. В некотором смысле Ген понимал, что такое мнение относительно его может привести людей, с которыми он общался, к ложному чувству безопасности. В конце концов, люди, которые жили за счет преступлений и обмана, жаждали найти кого-то, кому они могли бы полностью доверять. Тем не менее, это не его вина, что они принимали его беспристрастность за доброту. К этому моменту он полностью потерял счет тому, сколько раз ему уже угрожали или чуть ли не убивали, когда его цели понимали, почему Ген внезапно с ними подружился. Что ещё хуже, у него болела голова от одной только мысли о том, что будет, если клиент вдруг узнает, что это он сделал его мишенью для другого своего клиента, который его нанял. Кстати говоря, Ген как раз задавался вопросом, сколько времени потребуется Йо, чтобы понять, что те дилеры, которых тот стремился арестовать завтра, на самом деле успели нанять его раньше, чтобы выяснить, насколько полиция близка к их поимке, именно с целью вовремя сбежать. В отличие от скромного офицера, те ребята зарабатывали так много денег, что доплатили ему за то, чтобы Ген скрыл новую информацию от Йо. Подумав об этом, Ген внезапно вспомнил об увесистой пачке денег, спрятанной в его блейзере, и вытащил ее, улыбаясь про себя, когда снова пересчитал все купюры. В конце концов, он усмехнулся, покачав головой. — О, бедняжка, офицер Йо. Что же он теперь будет делать? Сомневаюсь, что в ближайшее время он сможет позволить себе мои услуги... При всем уважении — и Ген, конечно, имел в виду именно это, — сумма, которую Йо заплатил ему, вряд ли могла бы сравниться с теми непомерными ценами, которые он назначал большинству своих клиентов. Хотя ему и нравилось общаться с разного рода коррумпированными, именно люди, которые играли на том же поле, что и он, платили больше и волновали — больше.  Наркоторговцы и торговцы оружием, грабители и взломщики, мошенники, фальшивомонетчики, убийцы и лидеры банд — все они были его хлебом с маслом. И в отличие от тех госслужащих, которых он встречал, именно преступники чаще сохраняли спокойствие, когда вскрывалось, что их обманули. Конечно, они всё ещё были в ярости, и их глаза источали жажду убийства, но они были достаточно умны, чтобы не убивать его. Это было просто, правда. И именно это сделало его самым знаменитым информационным брокером. Когда он только начинал, его безупречная работа получала похвалу от первых клиентов, и потом они рекомендовали его услуги другим людям, и те приносили ему ещё больше клиентов, больше целей для расследования и больше денег. Именно благодаря такому сарафанному радио он и повстречал многих и узнал многое. И теперь, спустя несколько лет, Ген имел компромат почти на всех в городе. Черт возьми, да всего несколько обмолвок с нужными людьми, и он мог бы сжечь весь город за час. Если этого было недостаточно, у него даже было уличное прозвище — Волшебник, так его звали — по какой-то странной причине. Так что вполне можно сказать, что убийство Асагири Гена было ужасной идеей, и не потому, что его призрак будет ходить повсюду и рассказывать всем о том, что однажды вы переспали с сестрой главаря вашей банды. По правде говоря, самое худшее в убийстве Асагири Гена — это то, что вы никогда не узнаете информацию, которой он владел о людях, которых вы ненавидите больше всего, и не используете её против них. И в их мире эксплуатация и месть — единственный способ почувствовать облегчение и испытать счастье, который есть у преступников. В этом смысле он был похож на прохожего, который подкармливает бродячих псов, и те скулят и машут ему хвостом при встрече, и Ген солгал бы, если бы сказал, что ему не нравится их внимание и ощущение своей власти. Что касается других людей, его коллег, которые были ветеранами в одиночку плавать в безудержном море незаконной деятельности, то они его тоже не слишком волновали. Они были ветеранами не просто так — знали, как вести дела и каких людей не злить, — и поэтому он редко сталкивался с ними, каждый тихо уважал его границы, а он тихо уважал их. Пока ни один из них не мешал ему, он для них был просто сладким персиком. Он посмотрел вниз, на город, и увидел мерцание уличных фонарей, заметив, что небо стало медленно темнеть, и вздохнул, снова взглянув на деньги в своих руках. Желудок заурчал. Он устал от еды на вынос. — Хм, они начали поднимать цены на продукты... Может, мне тоже стоит брать больше~? Напевая случайную мелодию, которую он только что придумал, Ген развернулся на пятках и направился обратно в квартиру, желая нарядиться в какую-нибудь свободную пижаму и приготовить себе теплую чашку лапши. ••• Несмотря на все усилия, Ген не смог проспать весь день, как он планировал, и проснулся в 9 утра следующего дня, очевидно, из-за строгого графика, навязанного ему работой. Теперь, когда он обратил на это внимание, оказалось, что сегодня был его первый выходной за три недели. Вообще-то, Ген был уверен, что месяц закончится вообще без выходных, так что это должно было стать для него приятным сюрпризом. Однако, он уставился в потолок, лёжа в своей кровати, слегка нахмурившись, ощущая себя скорее расстроенным, чем довольным. Несмотря на свой сварливый характер, лень и любовь к роскоши, Ген предпочитал больше работать, чем оставаться дома и бездельничать, потому что, хотя это и было нужно, ничего, что можно было связать с отдыхом, не было ему особо интересно. С другой стороны, работать — встречаться с клиентами, разыскивать свои цели и беседовать с ними глубокой ночью — было весело, даже если и был риск, что его арестуют или изобьют до неузнаваемости. Люди определенно эгоистичны, глупы, ими легко манипулировать, и вообще у них полно других презренных недостатков, которые он ненавидел, но именно это и делало их такими очаровательными; каждый человек был подобен сложной головоломке, которую он должен был решить. А вот оставаться дома было совсем не то. Зная, что заставлять себя снова уснуть было бы бессмысленно, и что его любимое магическое шоу, которое он с нетерпением ждал, выйдет в эфир только через двенадцать часов, Ген зевнул, лениво вылез из постели и поплелся в ванную комнату, чтобы начать свой день. Он решил, что вполне может использовать свое свободное время и деньги, которые заработал вчера, чтобы побаловать себя чем-нибудь вкусненьким. Обычно ему требовалось около часа, чтобы собраться, но, учитывая тот факт, что у него не было особых дел, а продуктовый магазин находился всего в десяти минутах ходьбы, он решил завернуться только в удобную черную толстовку с капюшоном и пару старых узких джинсов, которые он нашел в глубине шкафа, поставив новый рекорд сборов за пятнадцать минут. Он поправил несколько непослушных прядей волос в отражении зеркальной стенки лифта, пока спускался в вестибюль своей элитной многоэтажки. Ген вышел на улицу, помахав рукой и пожелав доброго утра женщине за стойкой регистрации.  Даже в будний день город был по-прежнему в движении, когда Ген совершал свою короткую прогулку в продуктовый магазин, умело уворачиваясь от толпы на широком пространстве тротуара. Люди, как обычно утром, шли в школу и на работу, и Ген плавно лавировал между компанией смеющихся служащих, студентом, слишком сосредоточенном на своем телефоне, и человеком, который чуть не врезался ему в плечо. Рука Гена инстинктивно дернулась, когда все его чувства обострились опасностью.  Слишком близко. Он немедленно повернулся к мужчине, как отскочил от него на безопасное расстояние, и изобразил фальшивую, яркую улыбку, которая не коснулась его глаз. — Сэр, вы в порядке? Это было довольно сильно! Окружающие остановились, чтобы посмотреть на этих двоих с недовольством из-за того, что они внезапно остановились посреди тротуара, но Гену было все равно. Столкновение с кем-то было событием, которое всегда случалось внезапно и тревожило людей. Неожиданное появление кого-то в вашем пузыре личного пространства нарушает чувство комфорта и безопасности. В результате люди немедленно пытаются отпрыгнуть назад, когда чувствуют, что вот-вот столкнутся с кем-то, отчасти из-за рефлекторной реакции «бей или беги». Однако человек перед информатором, которого ему теперь удалось рассмотреть, с каштановыми волосами и повязкой на голове, и который был одет в простой темно-синий костюм, не отреагировал ожидаемым образом. На самом деле, его движения казались преднамеренными. Он следил за ним. И судя по тому, что незнакомец уставился на него, застыв в шоке, и его руки подёргивались, а глаза были удивлённо распахнуты и пытались избежать его прямого взгляда, Ген мог утверждать, что тот точно понял, что он на самом деле имел в виду: Мы с тобой птицы одного полёта. Я знаю, что ты следил за мной и что столкнулся со мной нарочно. Чего ты хочешь? На мгновение он увидел, как незнакомец попытался быстро собраться с мыслями и отдышаться, явно напуганный тем, что Ген разрушил какой-то его план. Не зная, что делать, он поправил свой темно-синий галстук в тон костюма и сделал еще один шаг, увеличивая дистанцию между ними, в то время как Ген не отрывал от него глаз. Мужчина, вероятно, думал, что его вот-вот сожрут заживо посреди улицы. Однако для любого другого гражданского лица Ген был просто одним из тех редких святых, что заботятся о благополучии случайного человека, с которым столкнулись на улице. Тем не менее, сбитый с толку незнакомец в конце концов сориентировался и заговорил. — Ха-ха, прости! — Он рассмеялся, нервно потирая затылок. Его улыбка была кривой и дружелюбной, но глаза были такими же холодными, как и у Гена. — Я действительно должен смотреть, куда я иду, а? Не хотел показаться грубым и оставить плохое впечатление! Понимание почти сразу нахлынуло на осведомителя. Ах, так он хочет воспользоваться моими услугами. Увидев, что лицо Гена не изменилось, он продолжил болтать. — Я-я действительно сожалею об этом! Обычно я не такой невнимательный, ха-ха. Просто я торопился на встречу... О Боже. — ... в Starbucks , который находится поблизости. — Мужчина не пытался скрыть то, как его глаза подозрительно указывали в том направлении, в котором он хотел, чтобы они пошли, чтобы поговорить наедине. — Я был- — О, я тоже туда собирался! — Ген быстро оборвал его, прежде чем мужчина привлек к ним еще больше ненужного внимания. — Мы можем пройти туда вместе, если хочешь! Он мгновенно заметил, что язык тела и общая уверенность собеседника изменились сразу, как тот услышал его предложение, и в его глазах блеснуло облегчение. Из всех людей, которых Ген имел удовольствие и неудовольствие знать, этот человек был одним из самых простых, едва ли не очевидным. Ген сказал бы, что читать его было легко, как ребенка, но он встречал детей, у которых было лучшее чувство самосознания, чем у этого персонажа. — О-окей! — Незнакомец сглотнул, сжав кулаки, прежде чем расслабить руки и засунуть их в передние карманы брюк. — Я пойду впереди! Кивнув ему, Ген вежливо махнул рукой перед собой. — В таком случае я пойду за вами. И они отправились в путь, чтобы найти укромное местечко, где можно было бы обсудить всё, что заблагорассудится, без риска, что кто-нибудь случайно их подслушает. Ген изучал спину незнакомца, пока плелся позади него, ища очертания спрятанного оружия или какой-то другой детали, которая могла бы помочь ему определить, кем являлся этот человек или что он сделал. К разочарованию Гена, он не смог найти ничего подозрительного или хоть сколько-то значимого, но это уже не имело значения, когда они нашли общественный туалет, закрытый на техническое обслуживание, перешагнули через оградительную ленту, блокировавшую вход, и заперли за собой дверь. И когда Ген сразу же начал свой допрос, ни секунды не колеблясь, он позаботился о том, чтобы сохранить приличное расстояние между ними, скрестил руки на груди, и вся мягкость с его лица исчезла. — Скажите мне, кто вы. Выражение лица мужчины колебалось между беспокойством и жесткостью, хотя Ген сказал бы, что больше всего он был абсолютно ошеломлен во всех смыслах этого слова. Несмотря на свой шок, незнакомец расправил плечи, вздохнул и помассировал запястья. — Я бы хотел, чтобы вы выполнили для меня работу… — Знаю, знаю, — вздохнул Ген, отмахнувшись от очевидного. — Вы хорошо дали понять, что именно этого вы и хотели, но я не об этом спрашиваю. — Ген фыркнул на него, покачав головой. — Разве это не безумие, что я уж было подумал, что вы собираетесь ограбить или даже убить меня, и я до сих пор не знаю вашего имени~? Незнакомец напрягся, на его лбу выступила капля нервного пота. — Ах, вы правы! Я очень сожалею об этом. Я действительно не собирался встречаться с вами вот так. Видите ли, мой... — Твое имя? — настаивал Ген, на этот раз решительно и твердо.  Собеседник прикусил язык, не закончив предложение и слегка подпрыгнув, и, наконец, дал ему правильный ответ. — Эээ, Хром. Я Хром. Приятно познакомиться. — Хм, — медленно кивнул Ген, мысленно записав имя, и прислонился к раковине, закинув ногу на ногу. — Приятно познакомиться, Хром. Я Асагири Ген. — Я знаю, — кивнул Хром в ответ. — Все в подполье знают, кто вы такой; вы же самый жесткий информационный брокер в городе. Вас даже называют Волшебником, потому что вы способны достать любую информацию буквально из ниоткуда.  Ген моргнул. — Подождите, что? Правда из-за этого? Хром таращился на него, пока Ген дрейфовал где-то в своих мыслях. — Эм-м-м…? Оторвавшись от случайных мыслей, Ген покачал головой. — Нет, ничего, ничего. — Затем он улыбнулся, наблюдая, как Хром вздрогнул, когда Ген внезапно хлопнул в ладоши. Звук эхом разнесся по туалету. — В любом случае! Что я могу сделать для вас, Хром? Похоже, вы много обо мне знаете, так что мне любопытно, почему вы решили поймать меня исподтишка, пока я просто шел по своим делам, вместо того, чтобы, как все нормальные люди, написать мне по электронной почте. Есть множество способов получить мои контактные данные, помимо преследования~… Всё ещё оправляясь от звукового скримера, Хром вылупился на него совсем уж ошалело, а потом опустил взгляд в пол и смущенно засмеялся. — Ха-ха, мда… — протянул он. — Это определенно было не самое лучшее моё решение. Я очень сожалею об этом... — Я знаю- — …но у меня не было выбора. Люди, с которыми я работаю, как правило, не доверяют незнакомцам, поэтому мы подумали, что будет лучше, если мы установим с вами прямой контакт, особенно учитывая то, как срочно наш босс хотел бы получить информацию.  Ген поднял бровь. — Ваш босс? — Ага, — Хром зашаркал ногами, снова скрестив руки на груди. — Мой босс послал меня в качестве вашего клиента от имени нашей организации. Ген тупо смотрел на него, пока его мозг обрабатывал информацию, крутил шестеренки, пытаясь разобраться в ситуации. Для него было обычным делом работать с различными бандами и другими организованными преступными группировками, поэтому-то он и говорил, что хорошо знаком со всеми властями в городе. Тем не менее, он не мог вычислить, откуда взялся Хром. — Какая организация? — Клан Ишигами.  Ах. Всё тело Гена внезапно застыло, а вниз по позвоночнику пробежал целый табун мурашек. Ему стало страшно. К счастью для него, он умел сохранять спокойствие независимо от ситуации, в которой оказался, а телесные проявления его животного ужаса были спрятаны под огромной толстовкой. И если бы вместо Гена был кто-то другой, Хрому наверняка бы удалось заметить, как одно только название его организации вселяет ужас в тех, кто его слышит, и, ей-богу, Ген ненавидел то, каким крошечным он себя сейчас чувствовал. Потому что правда заключалась в том, что, хотя Ген и имел налаженные связи с большинством лидеров криминального мира, было несколько избранных… И ему было слишком страшно даже слышать о них, не говоря уже о работе с ними. Потому что, в отличие от обычных преступников, с которыми он регулярно имел дело, те избранные не заботились ни о чьих границах, кроме своих собственных, и никто, кроме равных им по силе соперников, не мог бы оспорить их власть. Но его голос оставался ровным. — Клан Ишигами? — выдохнул он, пытаясь успокоить учащенное сердцебиение, незаметно для человека напротив. — Вы имеете в виду одну из Трех сверхдержав, которые контролируют город и управляют мафией? Напряженный, как всегда, Хром в замешательстве моргнул. — Э… да? Думаю, так нас и называют. А что? Что-то не так? Есть какие-то проблемы? Дав себе возможность испустить глубокий, измученный вздох, пока Хром пытался расшифровать его загадочное поведение, Ген потянулся, пытаясь стряхнуть с себя нервозность и уныние, грозившее сломать пластиковую улыбку, которая была его маской. Вместо этого он встал с раковины, прислонился к стене и ответил так сухо, как только мог. — Да, есть. — Почему, блядь, боссу мафии вдруг понадобились мои услуги? Что это, вашу мать, такое — благословение или проклятие?! — Я не встречаюсь с представителями своих клиентов. Никогда. Я встречаюсь только непосредственно с самим клиентом, и это необходимо, чтобы выполнить свою работу должным образом. А ещё клиентам нужно согласовать встречу со мной заранее; такой занятой человек, как я, не может просто так вдруг принимать гостей~! — Ч-что?! — воскликнул Хром, ударив кулаком в стену. — Но мой босс сказал… — Извините, но таковы мои правила, — как ни в чем не бывало жестикулировал Ген, всерьез надеясь, что ему не придется работать с одной из самых жутких группировок в городе. — Я не делаю исключений даже для боссов мафии. Если ваш начальник не желает выполнять мои требования, боюсь, ему придется поискать помощи в другом месте. — Хм?! Вы ведь не серьёзно… — Я предельно серьёзно, — подтвердил информатор, и его взгляд был удушающим. Склонив шею, Ген оттолкнулся от стены и сделал полшага к двери. — А теперь, если вы меня извините… — Ах, хорошо! Просто подождите секунду! — заорал на него Хром, толкнув его обратно туда, где он стоял, когда открыл дверь туалета и выбежал наружу, в спешке неуклюже доставая телефон из кармана. Сбитый с толку ситуацией, Ген неловко стоял в углу туалета, достаточно хорошо ознакомившись с характером Хрома, чтобы понимать, что тот не даст ему сбежать. Он попытался подслушать громкий разговор по телефону, хотя за дверью было плохо слышно. Не прошло и минуты, как Хром ворвался обратно в туалет с настойчивостью врача скорой помощи и заставил Гена вздрогнуть от испуга. — У тебя есть планы на вечер? — Хром закричал. Ген снова забился в свой угол, его тело инстинктивно пыталось отдалиться от сумасшедшего. — Нет? Все, что я собирался сделать, это пойти за продуктами, но вы грубо прервали меня, когда... — Единственное правило, которое вы упомянули, заключалось в том, что все ваши клиенты должны встречаться с вами напрямую, верно?! Он неуверенно кивнул. — Да- Хром усмехнулся и выглядел так, будто этого ответа было достаточно, чтобы он разрыдался. — Идеально! Полагаю, это значит, что я всё ещё могу назначить встречу, если мой босс встретится с вами лично! О, нет. Информатор тут же нахмурился. — Подожди, я этого не говорил…! — Неа! Вы ничего не сказали о том, кому нужно назначить встречу, так что технически я не нарушаю правила! — Это не-! — Ген застонал, растерянно потирая лицо руками. — Послушайте! Я не говорил, что готов встретиться сегодня. Кроме того, я не могу идти на деловую встречу в таком виде!  — Не беспокойтесь об этом! Я просто назначу вашу встречу на поздний вечер, чтобы у вас было достаточно времени сходить за продуктами и переодеться! — Хром легко ответил с насмешкой, заодно листая свой телефон. Ген почти улыбнулся его пренебрежительному и тривиальному подходу к решению проблем. — Клянусь, я словно говорю со стеной. Как я уже сказал- — Босс говорит, что готов заплатить вам втрое больше, чем вы бы взяли с него, в качестве компенсации за неудобства. — ... Хром оторвал взгляд от телефона и хихикнул, когда заметил, что его заявление осталось без ответа. — Я так понимаю, ваше молчание означает, что вы будете свободны сегодня в 9 часов вечера? Ген усмехнулся. — Что? Вы ждёте, что я буду отрицать, что люблю деньги? В отличие от большинства людей, мне очень легко угодить~! — Крутяк! — Хром улыбнулся ему, снова глядя на свой телефон. — Тогда мы заберем вас у вашего дома как раз к встрече. Ген кивнул. — Хорошо… а? Погодите… — Менее чем через две секунды он снова съежился в своем углу. — Как, черт возьми, вы узнали, где я живу?! Никто из моих клиентов не знает этого! Ген мог предположить, что молодой мафиози уже потерял чувствительность к аморальным аспектам своей профессии, потому что его мягкая реакция на настоятельную жалобу, определено, настораживала.  — О, на прошлой неделе мы заставили нашего шпиона найти вас и отслеживать все ваши передвижения, и вчера ему удалось проследить за вами прямо до дома после последней встречи. Вот откуда я знал, где вас найти. Ага. Ну да. Связаться с мафией определенно было здравым решением. ••• В 20:40 Ген чуть не уронил свой телефон в раковину, полную воды, когда услышал стук в дверь, которого ждал весь вечер, в тот самый момент, когда в сотый раз перепроверял свое отражение в зеркале. Открыв слив раковины, чтобы вода просочилась, он в последний раз поправил свой блейзер, выключил свет, взял ключи и открыл входную дверь, за которой его терпеливо ждал Хром. На этот раз, однако, с ним был мужчина с такими же каштановыми волосами и в очках. Он стоял позади, его взгляд был суровым и сосредоточенным на том человеке, который сегодня вечером будет гостем их босса. — Ах, добрый вечер! У вас крутой костюм! — Хром встретил с улыбкой. — Добрый вечер, и спасибо! — Ген поздоровался в ответ, изо всех сил стараясь не слишком пристально смотреть на людей перед собой, пока запирал дверь. Сунув ключи в один из карманов, он выдал Хрому свою догадку. — …так вы действительно знаете, где я живу… — Конечно. Я же так и сказал! — Хром подтвердил это, но Ген действительно нуждался в объяснениях. Затем он указал на человека рядом с ним. — Кстати, это Кинро.  Ген улыбнулся. — Рад знакомству! — В ответ он получил лишь одобрительное рычание. На этот раз время, которое потребовалось, чтобы спуститься на лифте, пройти через вестибюль и выйти на улицу, казалось вечностью, и информатор усердно разглядывал каждую бороздку и трещинку в полу и на стенах. Каждый шаг, который они делали, отдавался эхом в его ушах и заставлял его пульс биться еще сильнее, неприятный жгучий приступ тошноты заставлял его грудь сжиматься — адреналин зашкаливал почти опьяняюще. Ген даже не заметил, что они уже вышли наружу, пока Хром не тряхнул его за плечо и не пробудил от оцепенения, когда силой повел его к черному восьмиместному автомобилю, который ждал их у входа в здание. Хром кашлянул, наклоняясь ближе к уху Гена. — Как только Кинро и Гинро проведут ваш личный досмотр на предмет оружия, Кинро откроет вам дверь, и тогда я официально представлю вас боссу. — Хорошо, — согласился Ген. — Но, честно говоря, хоть я и понимаю ваши опасения, вы могли сказать мне об этом, уже когда бы мы приблизились к месту встречи.  Хром на мгновение замер и в замешательстве нахмурил брови. — Что вы имеете в виду? Вы встречаетесь с ним прямо сейчас в машине. Ген почувствовал, как желчь начала подкатываться к его горлу. — Прошу прощения? — Босс относится к тому типу людей, которые любят оптимизировать свое время и время каждого, поэтому он решил, что будет оптимально начать встречу пораньше. Я сказал, что вы не против подождать, но он настоял. — Хром пожал плечами, прежде чем в последний раз похлопать его по плечу, когда остановил Гена прямо перед задней дверью, позволив Кинро и обманчиво хрупкому блондину, который, как он мог предположить, был Гинро, ощупать его тело. — Теперь все, что я могу сделать, это посоветовать вам вести себя хорошо. Если вы сделаете что-то, что навредит или проявит неуважение к боссу, мы без колебаний убьем вас. — …немедленно, — подчеркнул Кинро, прошипев ему в ухо, сжимая его тонкие руки, прежде чем перейти к остальным частям тела. Ген ничего не сказал. Еще через пару напряженных секунд Кинро и Гинро кивнули друг другу, прежде чем кивнуть Хрому. — Он в порядке. — Идеально. Спасибо, ребята, — утвердительно кивнул Хром, когда они прошли вперед и заняли свои места в передней части машины. Вскоре после этого Ген затаил дыхание, Хром бросил на него последний взгляд, а затем открыл дверь с удивительной элегантностью. Прошло три секунды, прежде чем Хром наконец обратился к человеку, тихо сидевшему внутри, и поклонился. — Босс, это Асагири Ген — информационный брокер, с которым вы хотели встретиться сегодня вечером. Сначала Ген планировал продолжить свою стратегию отстранения и пялиться на стену позади лидера клана Ишигами. Однако из-за того, что они решили назначить встречу уже после захода солнца, было трудно сосредоточить взгляд, когда черный цвет машины сливался с черной ночью. Поэтому, не в силах разобрать ничего другого, его внимание сразу же обратилось на первое, что пронзило всеохватывающую тьму. Ген чуть не задохнулся, когда обнаружил пару поразительных темно-красных глаз, смотрящих на него с яркостью тысячи солнц. Как только его глаза привыкли к отсутствию света, Ген почувствовал, как все его тело замерло, когда он увидел лицо человека перед собой, его острые черты и растрепанные волосы только делали его глаза еще более соблазнительными и неотвратимыми. Вибрации внезапного смешка мужчины — зловещего, но легкого — заставили его вздрогнуть, а недобрая ухмылка, которой его одарили после смешка, была столь же опасной, как и взгляд.  — Итак, — мужчина закинул ногу на ногу, от чего кожа обивки под ним заскрипела. — Ты и есть тот печально известный фокусник, о котором все говорят?