Другой Аонунг

Осознание того, что Нетейам его поцеловал пришло не сразу. Затуманенный возбуждением разум, лишал возможности здраво мыслить, а ощущение жара, что обдал всё тело, сбивало с пути кричащие о неправильности мысли. — Н-небо! А-ах! — синие пальцы схватили кудри Аонунга и потянули на себя. Нетейам восхищался тем, насколько прекрасна его пара. Как он стонет и трется о его бёдра, как дрожит его хвост… Голубые глаза, поддернутые туманом возбуждения. Лесной просто не мог насытится, наклоняясь к лазурной шее и вдыхая запах своего возлюбленного. Концентрированный мускусный аромат, заполнил всё небольшое пространство воздушного кармана подводной пещеры. На границе разума кричали мысли о неправильности, рифовый не может позволить зайти дальше. Но сильные руки, ласкающие его бёдра и живот, приводили в такой восторг, что заставить себя оттолкнуть Нетейама не было сил. Когда ловкие пальцы задели сосок, Нунг вздрогнул и тихо мяукнул. Этот неведомый ранее Салли звук завёл его до предела. Поэтому ничего удивительного, что настойчивый и во всём идеальный парень коснулся ещё раз, уже намеренно. Поглаживая нежный бугорок, что становился твердым, лесной зарычал. — Нравится? — хриплым, низким голосом спросил Нетейам. Он наблюдал за вспыхнувшим Аонунгом, который дрожал каждый раз, как лесной сжимал его грудь. — М-м-м… — Нунг отвечать не собирался, итак смущён и возбуждён до крайности. Синекожий нави фыркнул и решил действовать смелее. Он обхватил ладонью широкую грудь меткаинца и вначале нежно сжал, а затем надавил сильнее. — Нравиться? — повторив вопрос, парень, а затем другой рукой стал играть со свободным соском. И когда из плотно сжатых лиловых губ вырвался стон, он нетерпеливо рыкнул. — Аонунг? — желая получить ответ, он наклонился и лизнул бугорок, затем обхватывая его губами. Он прекрасно помнил истории старейшин, о том как доставить удовольствие своей паре. — Ты так хочешь з-знать, л-лесной м-ма-альчик? — с вырывающимися стонами спросил Аонунг. Затем он стал вертеть бёдрами, чувствуя под задницей твёрдость лесного. Парень считал, что не только он, будет расплывающиеся лужицей в этой ситуации. Поэтому собирался завести Нетейама настолько сильно, насколько возможно. — Пф-ф. — фыркнув, а затем рассмеявшись, Нетейам поднял лицо и улыбаясь сказал. — Даже в подобной ситуации такой гордый. — то, как красиво выглядел Салли, заставило Нунга подумать о том, что раз этот парень сам его поцеловал, то тогда и он имеет право это сделать. Резко наклонившись, рифовый впился в синие губы жарким поцелуем. Не дожидаясь пока лесной сообразит и вернёт контроль, он тут же протянул руку к косичкам Нетейама и грубо схватил оттягивая так, что бы парень откинул голову слегка назад. Разорвав поцелуй, он наклонился к острому уху и взяв его кончик в рот, слабо пососал, прекрасно помня о том, что это крайне чувствительное место. Низкий стон эхом отбился от стен пещеры. Лучшее доказательство правильности действия лазурного нави. Довольный реакцией партнёра, Аонунг вновь обхватил губами ухо, уже немного покусывая. Сильная рука лесного схватила его задницу, сжимая правую половинку, в то время как пальцы другой стали нежно, но настойчиво тереть основание мощного хвоста. Ощущая, как похоть застилает глаза, что совсем немного и он уже не в силах будет остановится, Нунг тихонько простонав, резко отодвинулся от Нетейама. Глядя прямо в хищные глаза, сказал. — Нам еще нельзя спариваться… — рифовый ожидал реакции синекожего парня. Боялся увидеть гнев, или разочарование, но делать прямо здесь и сейчас он не собирался. — Да, ты прав… Мой Аонунг. — медленно приблизившись к лицу рифового, Нетейам вначале коснулся лёгким поцелуем распухших и влажных лиловых губ, а затем цепочкой поцелуев переместился к виску пары. Притянув будущего оло’эйктана в свои объятья, парень вдыхал его запах, нежно массируя основание косы. — Идём? — поцеловав висок ещё раз, лесной тихо спросил, боясь разрушить атмосферу нежности. — Да… — слегка заторможено ответил рифовый. Он совсем не ожидал, что лесной отступит так легко. А ведь Нетейам был невероятно возбуждён. Нунг до сих пор чувствует большую твёрдость под своим задом. Обычно, если нави заходили до подобного момента, более сильный партнёр не мог остановиться, желая пометить свою пару, иногда насильно спариваясь, даже если другой против. И то, что лесной не стал настаивать на продолжении лишь больше уверило Аонунга, что этот парень самый лучший партнёр, какого бы он смог найти. — Ты как? — спустившись руками к бокам рифового, Нетейам легонько поглаживал кожу, расслабляя свою пару. — Всё хорошо. Нам пора. — со вздохом, Нунг отстранился и пересел на своего илу. Затем дождавшись кивка от лесного, нырнул. Они плыли по туннелям достаточно долго, прежде чем оказаться в большой подводной пещере. Выйдя на плоскую поверхность, покрытую светящимся мхом, Нунг повел Нетейама дальше. — Однажды, во времена скорби, когда на рифах стоял бесконечный ураган… Мои предки жили в этих пещерах. Тогда они не были затопленными. — рассказывая, рифовый уже привычно схватил лесного за руку, и повёл вглубь. — Тут очень красиво. — с придыханием ответил Нетейам. Он наслаждался временем, проведённым со своей парой. Нежная улыбка освещала красивое лицо, хвост лениво колыхался сзади. Почему-то Аонунгу захотелось, что бы похоть вновь овладела синекожим нави. — Пещер бесчисленное множество. Даже самым лучшим пловцам не найти все. — отпустив руку лесного, он обошёл его по кругу и продолжил. — Я провёл нас по короткому пути, но когда впервые нашёл это место… До этого несколько дней блуждал по другим. — он не сказал, что испугался тогда, ведь не был уверен, что сможет выбраться. Но природная безбашенность спасла и в тот раз. Когда любой другой бы выдохся уже на первый день, Нунг шёл напролом до тех пор, пока не нашёл выход. — Это было опасно… — поучительным тоном начал Нетейам. Привычка контролировать ситуацию въелась в него с самого детства, поэтому когда он узнал, что Аонунг подвергал себя столь большому риску, то забеспокоился. — Ха-ха… Ты такой заботливый! — развернувшись к лесному, рифовый медленными грациозными движениями подошёл вплотную к Нетейаму. Слегка встав на цыпочки, он приблизился совсем близко, так что ощущал горячее дыхание на своих губах. Атмосфера вновь изменилась. Однако парень не целовал лесного, он ждал, когда у старшего закончится терпение. — Аонунг… — предупреждающе начал Нетейам. Его тело напряглось до предела, сдерживать себя было невероятно трудно. Однако он не собирался накидываться на свою пару. Рифовый чётко дал понять, что спариваться ещё рано. Возможно он сейчас его проверяет. Все-таки лесной не малолетний юнец, а взрослый мужчина и он собирался ему это доказать. Доказать, что надёжен. — Не хочешь, лесной мальчик? — невинно спросил Нунг. И не дожидаясь ответа нежно поцеловал желанные губы. — Мой Аонунг, мы не… Мгх — попытавшись отстранился, Нетейам замер, когда сильные пальцы схватили его косу. — Я хочу целовать тебя. — серьёзно смотря в золотые глаза, Аонунг пытался донести до Нетейама мысль, что целоваться то можно и без спаривания. — Разве это плохо? — распахнув голубые глаза и надув губки, грустно спросил парень. Не выдержав подобного зрелища, лесной уже сам приблизился и поцеловал, раздвигая мягкие губы горячим языком. Когда рифовый стал постанывать прямо в губы, Нетейам обвил рукой его талию и приблизил к себе совсем вплотную. Они стояли и целовались, создавая мокрые хлюпающие звуки и это лишь сильнее возбуждало обоих. Оба были на грани и если один собирался сдерживаться до последнего, то другой так не считал. Нунг схватил синекожую руку и притянув, положил на свой твёрдый член. Резкий рваный вдох Нетейама пробежался мурашками по всему телу. — Мы не должны… Ха-а-а… — Нетейам собирался отстранится, пока всё не зашло слишком далеко, ведь он знал, что Аонунг пожалеет если всё произойдёт так быстро. А он слишком дорожил лазурным нави, что бы совершить подобную ошибку. Однако не успел даже договорить, как низкий стон вырвался из губ. Аонунг схватил его член, своей широкой ладонью поглаживая через ткань набедренной повязки. — Есть множество способов получить удовольствие, лесной мальчик. — тихо и с придыханием, Нунг гладил член своего неба, замечая как меняется выражение лица синекожего нави. Сердце рифового колотилось в груди с бешеной скоростью, он волновался так сильно, что боялся сделать что-то не так. Никогда раньше ничего подобного с ним не происходило. Однако действовал так, как всегда привык, безрассудно кидаясь вперёд. Парень был слишком возбуждён, что бы покинуть пещеру без кульминации. — Да… Есть много способов… — Нетейам резко притянул его к себе, заставив тем самым отпустить свой член, а после положил руку на поясницу рифового, и стал тереть основание мощного хвоста, прекрасно зная насколько эта зона чувствительна, так же как и член. Лесного затопила дикая ярость, отчего незримые волны силы распространились по пещере, подавляя лазурного нави и заставляя того стонать ещё громче. Широкий хвост дрожал и шатался из стороны в сторону, слегка приподнимаясь, чем и воспользовался злой синекожий парень. Резко развязав завязки набедренной повязки, что крепились на хвосте, он одним движением скинул вещь на пол, оголяя лазурное тело. Затем Салли опустил три пальца, касаясь уже влажного входа, между упругими половинками, в то время как большой палец ещё яростнее тер основание хвоста. — А-ах… М-м-м… — Аонунг почти падал, его ноги дрожали с такой силой, что второй рукой лесной крепко держал его за талию, не позволяя упасть. Глаза застелила пелена хрустальных слез, он уткнулся в синее плечо тихонько всхлипывая от невероятного удовольствия. — Откуда ты знаешь о подобных ласках Аонунг? — шипя спросил Нетейам. Теперь рифовый понял, из-за чего вечно спокойный парень так вспылил. Похоже он ревнует, считая, что у меткаинца уже кто-то был. Однако весь смех остался в груди, когда уже собирался вырваться, ведь тело сотрясло от нового удовольствия, когда лесной прекратил гладить сочащийся вход и медленно вставил один палец, не прекращая тереть основание хвоста. — Мгх… — плотно сжав губы, что бы позорно не разревелся от невероятного удовольствия, Нунг чувствовал, как натягивается внизу живота плотная пружина, готовая в любую секунду разорваться миллионами частиц, превращаясь в сокрушительной силы оргазм. Практически не соображая, рифовый постанывал на каждый толчок длинного пальца, что раздвигал внутренние стенки сокращающегося отверстия. — Аонунг! — нетерпеливо сказал Нетейам. Он вставил ещё один палец, ощущая как раздвигаются влажные, нежные стенки. Ему невероятно сильно хотелось оказаться внутри… Член пульсировал и дергался. Но даже в таком сильном возбуждении, смешанной с яростью и ревностью, лесной не собирался заходить так далеко. Всё ещё помня наставления отца об уважении и следование желаниям своей пары. А меткаинец чётко дал понять, что спариваться ещё не желает. Однако ответ на свой вопрос он желал получить сейчас, что бы знать имя того, кого ему придется убить. — В ч-четырнадцать нас собира-ает с-старейшина… Мгх… Он… он рассказывает о… О том, как доставить удовольствие своей паре. — тихо всхлипывая от волн пронзающего удовольствия, объяснял Нунг. — Правда? — шокировано уточнил Нетейам. Он в ужасе замер, перестав тереть основание хвоста, и толкать внутрь мокрого входа свои пальцы. Его затопила вина… Из-за своей ревности, он наверняка напугал свою пару, а ведь нужно было просто спросить. — Мой Аонунг, я… — когда он уже собирался вытащить полностью пальцы из мягкого отверстия, что будто призывало, плотно обхватывая его, Нунг громко простонал. — Н-не останавливайся… Прошу… — ток прошёлся по всему телу, дыхание сбилось ещё сильнее, когда его пара выглядела такой нуждающейся. Голубые глаза, из которых без остановки лились хрустальные слезы, раскрасневшиеся щеки, подрагивающие ресницы, и приоткрытые, пухлые и влажные, лиловые губы. Всё это заставило лесного продолжить. Нежно и медленно, Нетейам продолжил свою ласку, поддергивая ушами на каждое хлюпанье, что было слышно, когда он до упора вводил два пальца внутрь своей пары. Лёгкое рычание вырывалось из груди, возбуждение вскружило голову. Он хотел… Так хотел внутрь Аонунга… Но привычка чётко держать всё под контролем помогла и в этот раз. Несмотря на дикое желание тут же взять рифового, лесной прокручивал в уме одну единственную мысль. Доставить удовольствие своему партнёру. — Т-ты тоже… — с тихим стоном, Аонунг быстро развязал набедренную повязку Нетейама, скинув ту на пол пещеры, и с придыханием коснулся твёрдого, горячего, крупного члена. — Ха-а… — Нетейам вздрогнул, однако ласки не прекратил. А Нунг, стал нежно водить рукой по влажному от выделившийся смазки члену вверх-вниз, подстраиваясь под ритм пальцев лесного. Салли тут же уловил параллель между своими и его действиями, и поэтому ускорился, желая что бы лазурная рука двигалась быстрее. Аонунг громко застонал от напора, а затем ускорил движение кисти, слегка сжимая горячий член. В один момент, он провёл большим пальцем по открывшейся головке. Реакция была незамедлительной. Нетейам застонал, затем рыкнул и ввёл в Аонунга третий палец, яростно потирая основание широкого хвоста. Рифовый задохнулся, от пронзившего его удовольствия и стал каждый раз, проводить пальцем по влажной, горячей головке своего неба, что бы доставить ему удовольствие. — М-м-м… Аонунг… Да, вот так. — хриплым голосом подбадривал Нетейам. Он трахал пальцами текущий вод, раздвигая жаркие, упругие стенки внутри его пары. Наслаждался удовольствием, которое испытывал от действий рифового. Тело Нунга задрожало, он чётко ощущал, что вот-вот кончит. Стоны срывались в крик, а рука двигалась автоматически, ускоряясь так же, как и синие пальцы, двигающиеся внутри него. А затем, будто весь мир взорвался, тело затрясло с огромной силой, живот сокращался, а из члена вырывались струйки спермы. Закатив глаза от удовольствия, он ощущал, что Нетейам не останавливается, продлевая его оргазм. Когда Аонунг задрожал кончая, Нетейам с силой стал долбить пальцами ещё сильнее, что бы доставить своей паре максимальное удовольствие. Он ощущал, как рука рифового двигается так же сильно и быстро по его члену, а судорожно сжимающиеся вокруг пальцев стенки хлюпающего входа возбудили до крайности. С громким рыком, Нетейам кончил на живот лазурного нави, впервые в жизни получая такой сокрушительный кайф. Аккуратно опустив себя и свою пару на мягкий, светящийся мох. Нетейам приобнял Нунга, прикрыв глаза. — Тебе было хорошо? — тихо спросил Нунг через несколько минут, не отрывая головы от синекожего плеча. Ему важно было это знать. — Никогда так хорошо не было. — с нежной улыбкой ответил лесной, успокаивая сердцебиение. Он оперся о стену пещеры спиной, и слегка откинулся, приобнимая свою пару за талию. — А тебе? — спросил расслабленным голосом. — Это было невероятно. Ты хорош, лесной мальчик. — на выдохе, довольно сказал Аонунг. Он лёг на свое небо, полностью расслабляясь. — Лесной мальчик? И после подобного, ты всё ещё называешь меня так? — со смешком спросил Нетейам. Он нежно приподнял пальцами лицо Нунга за подбородок, что бы рассмотреть эмоции на лазурном лице. Аонунг умильно выпятил губки, и водя пальцами левой руки, по красиво мерцающим звёздам, на теле своего неба ответил. — Я ведь обещал, что буду называть тебя по имени лишь тогда, когда ты оседлаешь цурака. А до тех пор, Мой лесной мальчик, всё ещё лесной мальчик. — ухмыльнувшись, рифовый обвил руками шею Салли. — Когда я могу претендовать на цурака? — тут же деловито спросил Нетейам. Он безумно хотел, что бы во время близости, возлюбленный со стонами выкрикивал его имя, и был готов пойти ради этого, на что угодно. — Через две недели. После того, как Ультмарцы уплывут. — спокойно ответил Аонунг. Он оперся о грудь своей пары, и прикрыл глаза, наслаждаясь нежными поглаживаниями его кожи. — Устал? — тихо спросил Нетейам. Он с умилением наблюдал за своим возлюбленным, с широкой нежной улыбкой. — Угу… — засыпая ответил Аонунг. Он уже не чувствовал, как лесной полностью лёг, утягивая его за собой, лишь сквозь сон помнил, как тонкий хвост обвил его широкий. Когда Аонунг проснулся, Нетейам ещё спал. Выбравшись из крепких объятий, рифовый фыркнул, сдерживая умилительный смешок. Лесной был таким милым и красивым когда спал. Водя пальцами по лицу, он спустился к груди, следуя по пути рассыпанных на тёмно-синем теле звёзд. Затем он ощутил, как вздрогнули мышцы под пальцами и поднял взгляд. Там за ним наблюдали золотые глаза, с весёлыми искорками. — Выспался? — протянув ладонь, Нетейам погладил щеку своей пары и тихо вздохнул, когда Аонунг последовал за касанием, склоняя голову чуть в бок. Лесной не мог насытится видом этого прекрасного нави. Он благодарил Эйву, что встретил Нунга и с благоговением фиксировал в памяти, каждое движение возлюбленного. — Да. А ты? — улыбаясь спросил Аонунг. Он больше не видел смысла носить высокомерную маску, только не при Нетейаме. — Выспался… — с шоком выпалил лесной. Он никогда раньше не видел Аонунга таким нежным, таким открытым. Возбуждение вновь стало оседать внизу живота, и он облизнул губы. — Ха-ха, нам пора идти. — с удовлетворением наблюдая реакцию лесного, рифовый легонько шлепнул, по увитому мышцами, синекожему бедру и грациозно встал. — Да… — всё ещё заторможено ответил Нетейам. Нунг посмеиваясь, дождался когда лесной встанет, а затем направился к воде, где плескались их илу. Они быстро выплыли за пределы подводных пещер. Играючи оплывая друг друга по кругу. Пузыри вырывались из рта смеющихся парней и им часто приходилось подыматься, что бы Нетейам вдохнул воздух. Но Аонунг не жаловался и не упрекал. Сегодняшний день был замечательным. Когда они приплыли в Ава’атлу, было уже темно. Нетейам провёл Аонунга к его дому и нежно обнял напоследок. — Спокойной ночи, мой Аонунг. — поцеловав в висок, лесной отстранился. — Спокойной ночи, мой лесной мальчик. — немножко приподнявшись на цыпочках, Аонунг нежно поцеловал Нетейама в губы. Салли тут же углубил поцелуй притягивая за талию. А затем медленно отпустив отошёл, ожидая когда его пара зайдёт в палатку. Ещё мгновенье полюбовавшись своим небом, Аонунг все же быстренько и тихо зашёл в дом. Пройдя в свою комнату, он застал уже спящую Цирею и с блаженной улыбкой опустился на свой плетеный, мягкий коврик. Когда Нетейам зашёл в дом, первое на что он обратил внимание, были многочисленные глаза, уставившиеся на него. Тихонько сглотнув, он уже стал придумывать, как избежать отцовского наказания, как его мысли опередила мать. — Как всё прошло? — с любопытством спросила Нейтири. Она видела с первого дня прилета в Ава’атлу, как её старший сын смотрит на сына оло’эйктана, в то время как младший сын, явно влюбился в дочь тсахик. Поэтому заметив уплывающих по группам нави хмыкнула, посчитав что те отправились на свидание. И если её младший сын вернулся ещё до темноты, весь взволнованный и радостный, тут же став рассказывать как прошла его встреча с Циреей. То старший сын вернулся много позже затмения, сияя такой довольной улыбкой, словно сытый танатор. — Всё было хорошо. Мы тренировались в длительном плавании. Аонунг сказал, что через две недели я могу претендовать на цурака. — спокойно ответил парень. — Замечательные новости сынок. — тут же обрадовался Джейк Салли. Он немного волновался за своих сыновей. И если активный Лоак, всё ещё был мал по мнению родителя, что его требовалось защищать и ограждать от неприятностей. То старший сын явно чувствовал себя не в своей тарелки, сменив статус взрослого на ребёнка. — Джейк! — Нейтири хлопнула мужа по плечу, неодобрительно качая головой. Она то видела, что её скрытный сын явно не страдает, обучаясь у будущего оло’эйктана. — Кгм. Да. Итак, как прошёл твой день? — уже спокойно спросил отец семейства. До того, как Нетейам вернулся, он успел выпытать подробности проведённого времени вдали от семейной маруи у всех своих детей. И вот сейчас собирался провернуть тот же трюк, с самым тихим ребёнком. — Замечательно! — искренне засмеялся Нетейам. Все семейство в шоке застыло. Даже Тук перестала жевать вяленую рыбку. Никто из них никогда не видел такой открыто демонстрируемой радости, от старшего сына Турук Макто. Ещё час, шокированные Салли мучали Нетейама расспросами, на что тот только посмеивался и ничего четко не говорил. Уже ложась на плетёную, мягкую постель, Нетейам с удивлением заметил, что Лоак спать не собирается. Он с минуту понаблюдал за пыхтящим младшим, что плёл в руках какой-то жгут. — Что ты делаешь? — встав, Нетейам подошёл ближе, с искренним изумлением понимая, что брат делает ожерелье. Об этом говорили аккуратно вплетенные в плотный жгут ракушки и жемчужины. — Это подарок, для Циреи. — младший забавно прижал уши к голове, тут же краснея. — О, понятно. — тихонько посмеиваясь Нетейам продолжил наблюдать, сам думая о том, что ему тоже следует что-то подарить Аонунгу. — А ты подаришь что-то Аонунгу? — с любопытством спросил Лоак, полностью поворачивая голову к старшему брату. — Конечно! Возможно через пару дней… — прикрыв глаза, Нетейам мысленно представлял, что пойдёт лазурной коже его возлюбленного. Хмыкнув, он раскрыл глаза, и чуть не засмеялся с округлившихся в шоке глаз младшего. Вовремя остановил смех, когда вспомнил что в соседних комнатах спят остальные Салли. — Ты не знаешь? — тихо и не веряще выдохнул Лоак. Он следил за эмоциями старшего и понимал, что Нетейам и в правду не знает. Иначе не был бы так беспечен, учитывая его серьёзность к любым мелочам. А уж так небрежно отзываться о подарке ухаживания… — Не знаю о чем? — недоумевая, что нашло на Лоака, Нетейам потер пальцами висок, пытаясь понять о чем он мог забыть. Но в голову ничего не приходило. — Через два дня праздник любви! — будто это всё объясняло, шёпотом воскликнул младший. — Ты не понимаешь… — тяжко вздохнув, Лоак стал пересказывать традиции племени меткаинов, точно цитируя слова Циреи. — … Так что день любви очень важен для меткаинцев. Считается, что связь заключённая в этот день или признание чувств друг перед другом принесёт долголетнюю и счастливую совместную жизнь. А подарок ухаживания нужно обязательно дарить, если хочешь признаться! — наблюдая за шокированным старшим, у которого от беспокойства хвост метался как разъярённая змея, Лоак хмыкнул. — Теперь ты понимаешь как это важно? — тихо спросил младший. — Да… Спасибо, что рассказал. Я совсем не знал… Ох и что же делать? Мне срочно нужны материалы… Два дня, агх так мало! — потянув себя за косички, Нетейам согнулся тихонько порыкивая от досады. Если бы он только узнал раньше, то подготовился со всей тщательностью. Как он успеет за два дня создать подарок ухаживания, достойный его пары?! — Не переживай братан! У тебя всё получиться! Я вон тоже только вчера его делать начал. — мягко похлопывая старшего по плечу, утешал Лоак. Он и представить не мог, что Нетейам будет так переживать. Вообще тот всегда был спокоен, практически в любой ситуации. И видеть такие яркие эмоции, всё ещё шокировало. Лоак думал, что нужно будет рассказать об этом Кири. — Да, ты прав. Ещё есть время. — Тихонько заключив это. Нетейам встал и пошёл к выходу из палатки. — Эй! Ты куда? — спросил взволнованный Лоак. — Мне нужны лучшие материалы. — спокойно заключил Салли. Он не собирался терять время, поэтому решил тут же пойти. Вспоминая всё, что рассказывал о здешних растениях и морских обитателях Аонунг, он с удовлетворением отметил, что серебряные жемчужины, отливающие голубым перламутром прекрасно подойдут лазурной коже его возлюбленного. А белые, переливающиеся радугой на лучах света водоросли, помогут сотворить прекрасный чокер, для его пары. Отогнав возбуждение, что пронзило тело от образа, как он наденет на шею Аонунга свой подарок ухаживания, а затем поцелуями спуститься к основанию мощного хвоста, лизнет и спуститься ещё ниже… Взмахнув головой, Нетейам сосредоточился на поставленной задачей. И призвав илу, поплыл добывать необходимые материалы. В тоже время, так и не заснувший Аонунг, достал из плетёной коробки заветное украшение, что собирался подарить своему небу, когда встретит его. Вспоминая, как найдя в прилавке с украшениями в племени Ультмар янтарно-медовую бусину, представлял какое красивое украшение сможет сделать с ней. Как тогда, почему то вспомнилось желание, что бы глаза его пары были золотыми, словно звезды. И как сын Тоновари чувствовал, будто держит в руках маленькую яркую звёздочку… Приплыв домой, он сделал красивый чокер, оплетя бусину темно-синими нитями, что бы она как настоящая звезда, светилась в ночном полотне. Вертя в руках кусочек неба, как называл чокер Аонунг, он точно знал, что подарит Нетейаму в день любви.