the curse of the anime protagonist (проклятие аниме-протагониста)

Возможность для всех (и для тебя) отдохнуть перед тем, как ты получишь стресс от спортивного фестиваля.

***

Кими [15:32]: Изуку в новостях!!!!!!! Кими [15:32]: ты в порядке? Кими [15:32]: что происходит? Кими [15:32]: пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, будь в безопасности. Яширо [15:34]: Изуку, все в классе говорят об этом. Яширо [15:34]: все классы, включая героизм, общий, бизнес, и даже поддержка знают об этом Яширо [15:35]: ты в порядке? Кими [15:36]: пж, пж, ответь, когда увидишь это Яширо [15:37]: я постараюсь приехать сегодня Кими [15:38]: пожалуйста, сообщите мне. Кими [15:39]: только, пж, будьте осторожны.

***

В конце концов, Изуку пришлось везти домой на частной машине, предоставленной сотрудниками Юэй. У него просто не было другого способа пробраться через полчища репортеров, которые заполонили школьные ворота после выхода экстренного выпуска новостей. Каччан поехал вместе с ним. Он не хотел отпускать Изуку домой одного. Школа разрешила, узнав, что они живут недалеко друг от друга, а Яги мягко вмешался и напомнил собравшейся полиции (и детективу, которого он, кажется, знает), что оба мальчика прошли через ужасное испытание и не должны идти одни. -Я бы хотел поехать с вами, — пробормотал Яги, когда Изуку и Каччан садились в машину. -Но мне нужно разобраться с делами здесь. Пожалуйста, постарайся отдохнуть — я уверен, что завтра вас вызовут на допрос. Изуку мог только кивнуть. Директор, видимо, спустился вниз, чтобы встретиться с прожорливой толпой репортеров, в то время как машина уехала через потайной выход на заднем дворе школы. Каччан, в кои-то веки, все это время хранил полное молчание. Насколько мог знать Изуку, его отправили в зону ливня, где, по его мнению, наиболее вероятна помеха для его взрывной причуды. Судя по довольно затравленному выражению лица Каччана, ясно, что он, вероятно, столкнулся не только с ливнем, когда его туда отправили. Машина доставляет их в квартиру Изуку. Каччан коротко сказал водителю, что он тоже сойдет здесь и будет добираться до своего дома в свое время. Как только Изуку открыл дверь, его мать тут же оказалась рядом и заключила его в крепкие объятия. -Изуку, солнышко, — говорит она, глубоко дыша, стараясь прижать его как можно ближе к себе. Он не может сделать ничего, кроме как погрузиться в ее мягкие объятия, пытаясь отгородиться от всего мира, насколько это возможно. -Шшш, все хорошо. Каччан стоит неловко, отводя глаза от нежной сцены, пока Инко не протягивает ему руку, тепло улыбаясь, несмотря на тревожные слезы в глазах. -Иди сюда, Кацуки, — мягко говорит она, и Каччан ставит свою сумку у порога и прислоняется к ней, впитывая тепло Изуку и Инко. Они остаются там довольно долго, втроем, молча и черпая утешение друг в друге. В конце концов Инко отступает назад и улыбается им, вытирая стойкие следы слез, появившиеся в уголках глаз Изуку. -Почему бы вам двоим не подняться в свою комнату, а я приготовлю что-нибудь перекусить, — осторожно говорит она. -А потом мы сможем… поговорить. Без слов, они оба кивают. Они снимают обувь и оставляют ее у порога. Волосы Каччана еще немного влажные, поэтому Инко находит для него небольшое полотенце, прежде чем они идут в комнату Изуку. В комнате Изуку сразу же направляется к своей кровати и погружается в мягкий матрас, прежде чем Каччан успевает занять ее, как он это делал раньше. Изнеможение после инцидента окончательно доконало его, отяготив кости и мышцы. Он издал глубокий вздох, вероятно, первый настоящий звук, который он издал с тех пор, как закончил разговор с Всемогущим и Незу. Каччан берет все подушки и мягкие вещи, складывает их в кучу на полу и ложится на них. Он странно спокоен, даже учитывая то, через что они только что прошли. Изуку решил, что ему есть что рассказать о случившемся. -Тебя отправили в зону ливней, да? — тихо сказал Изуку, закрыв глаза. -Да, — коротко отвечает Каччан, не предлагая никаких дальнейших подробностей. Изуку немного помолчал, а затем спросил: -Разве твои родители не волнуются? Разве ты не должен быть дома? -Папа уехал в командировку, и мама поехала с ним, — говорит Каччан. -Они должны вернуться домой сегодня поздно вечером. Я уже написал им. -Понятно, — говорит Изуку. На этот раз он молчит, погружаясь в свои ощущения, погружаясь в свою удобную кровать. Так они и лежат, пока в дверь Изуку не постучали. -Изуку? — спрашивает кто-то, и дверь открывается, и в нее просовывается голова Яширо. -Можно войти? Твоя мама послала меня сюда, сказала, что я должен постучать, прежде чем… ой. Каччан смотрит на него холодно, но не более презрительно, чем обычно. Изуку понимает, что это, вероятно, первый раз, когда Яширо и Каччан увидели друг друга более чем за три года. -Заходи, — говорит Изуку, усаживаясь на кровати, чтобы освободить место для Яширо. -Мы просто… отдыхаем, я думаю. Яширо выглядит несколько неуверенным, но он входит в комнату и забирается на кровать Изуку, чтобы сесть на освободившееся для него место. -Давно не виделись, — говорит он Каччану. Светловолосый мальчик только кивает, а затем снова усаживается на свою кучу мягких вещей. Яширо поворачивается к Изуку, приподняв одну бровь, а Изуку просто пожимает плечами. -Тяжелый день, — говорит он. -Расскажи мне больше об этом тяжелом дне, — говорит Яширо, поднимая подушку и прижимая ее к груди. -То есть, я уже смотрел новости, но сейчас они повторяют одни и те же детали снова и снова. -Больше нечего рассказывать, — говорит Изуку. -Единственное, что еще не сообщили в новостях, это мое имя, и кто знает, сколько времени пройдет, пока они его тоже узнают? Он поднимает свою подушку. -То есть, я понимаю, что с тем, как Юэй показывает своих студентов, общественность в конце концов узнает и узнает меня, но я бы хотел, чтобы это случилось не так скоро. И чтобы это произошло не таким образом. -Почему? — спрашивает Яширо. Изуку крепче сжимает подушку. -Потому что это не в моих интересах, и даже не в интересах школы, — говорит он хриплым голосом. Он не рассказывал об этом никому, кроме Яги, которая, вероятно, даже не заметил его бессвязного бормотания. -Это было сделано злодеями. Обеспокоенный Яширо присел, чтобы лучше рассмотреть Идзуку. Даже Качан, кажется, обратил на него внимание. -Злодеями? — повторил Яширо. -Что ты имеешь в виду? -Я не знаю этого наверняка, — медленно говорит Изуку, прогоняя в уме прошедшие часы. Образ человека с огромными глазами выпрыгивает на него, призывая его продолжать. -Но я уверен, что злодеи стояли за тем, чтобы эта история попала в новостные издания еще до того, как Юэй сделали свое официальное заявление. Когда злодеи убегали, я видел, как эта штука летала вокруг здания, носилась туда-сюда, но так ничего и не сделав. -На их спине сидел человек с огромными глазами, пытающийся увидеть все сразу и издающий странный звук, похожий на щелчок фотоаппаратов, всякий раз, когда он моргал. — при этих словах Яширо застыл. -Я не уверен, но, возможно, у них была причуда, которая позволяла им записывать видео всего, на что они смотрели. Это объясняет вид с высоты птичьего полета на видео, которое они показывают по телевизору — что ты делаешь? -Погоди, — говорит Яширо, бешено прокручивая телефон, поспешно вытащив его из кармана. -Придержи эту мысль, придержите ее — вот. Взгляни на это, Изуку. Яширо протягивает свой телефон Изуку, чтобы тот внимательно посмотрел на него. Качан тоже встает с пола и подходит, чтобы взглянуть самому. На экране — групповая фотография класса Яширо на бизнес-курсе, увеличенная, чтобы сфокусироваться на одном конкретном человеке. Изображение не очень четкое, но невозможно не заметить огромные глаза мальчика, немигающе смотрящие в камеру, когда он улыбается. Сердце Идзуку начинает колотиться, глядя на это лицо. -Это тот человек, которого ты видел? — спрашивает Яширо, задыхаясь. -Да, — отвечает Изуку, голос его холоден. Он не может отвести взгляд. -Да, это он. -Блядь, — говорит Яширо, забирая свой телефон, чтобы посмотреть на человека. -Я не уловил связи, пока ты не упомянул о больших глазах этого человека, но у меня возникли серьезные подозрения, когда ты упомянул о причуде. Это тот самый наследник, на которого я тебе жаловался. Его зовут Ода Нобунари. Его причуда называется, кажется, «Объектив камеры» — она позволяет ему делать снимки и видео высокого разрешения всего, на что он смотрит. Глаза у него такие большие, чтобы можно было смотреть побольше. Яширо снова ругается, вставая. -Сегодня он отсутствовал целый день — прислал сообщение, что заболел. Он поворачивается, чтобы посмотреть на Изуку и Каччана, которые оба наблюдают за ним. -Если он работает с этими злодеями… -Тогда, возможно, именно так они получили доступ к нашему расписанию занятий и знали, что сегодня мы будем в USJ, — заканчивает Изуку. -И если он действительно наследник крупной медиа-компании, как ты сказал, то, возможно, именно поэтому история быстро просочилась во все новостные издания — у него должен быть доступ ко всей их контактной информации. -Ты кому-нибудь об этом рассказывал? — спросил Качан, сильно нахмурившись. -Нет, пока нет, — ответил Изуку, нахмурившись. -Я еще не был уверен в этом, так как это была всего лишь догадка, но это доказывает это. Он снова поворачивается к Яширо. -У тебя есть идеи, почему он это сделал? Яширо беспокойно качает головой. -Нет, — говорит он. -Несмотря на то, как я жалуюсь на него, я не думаю, что он из тех, кто тайно сговаривается со злодеями таким образом. Может быть, его заставили это сделать — это кажется гораздо более вероятным. Изуку нахмурил брови, глубоко задумавшись. -Сейчас мы ничего не можем с этим поделать, — медленно говорит он. -И я думаю, что маловероятно, что он появится в школе завтра, потому что я уверен, что он знает, что я его хорошо видел. Все, что мы можем сделать, это подождать, пока я не смогу сообщить об этом учителям. Их разговор прерывается, когда экран телефона Яширо загорается, побуждая его проверить его. -А, мне пора, мама звонит, — с сожалением говорит он. Он смотрит на Изуку. -Отдохни немного, хорошо? И отвечай на сообщения Кими — она очень волнуется за тебя. Я уверен, что ты сможешь рассказать обо всем этом учителям завтра. Он придвигается, чтобы слегка взъерошить и без того беспорядочные волосы Изуку. -Я рад, что с тобой все в порядке, — честно говорит он, прежде чем опустить руку и сжать ее в кулак. Изуку улыбается, сталкивая ее со своей. -Спасибо, Яширо, — говорит он. -Увидимся. -Увидимся, — говорит Яширо, а затем неловко поворачивается к Каччану. -И тебе тоже, я полагаю. -Неважно, — пренебрежительно отвечает Каччан и больше ничего не говорит, пока Яширо собирается покинуть комнату. -Боже, это так странно, — бормочет Яширо, а затем уходит.

***

Изуку [20:23]: Извини запоздний ответ Изуку [20:23]: я в порядке не беспокойся Кими. Изуку [20:23]: Яширо был здесь раньше, но ему пришлось уйти. Изуку [20:23]: расскажешь об этом завтра? Кими [20:25]: о, слава Богу! Кими [20:25]: никогда больше не делай мне радиомолчание, когда у тебя проблемы, ок???? Яширо [20:26]: ты так говоришь, как будто он снова попадет в очередную передрягу. Кими [20:27]: … Изуку [20:27]: … Яширо [20:27]: вау я чувствую твое осуждение через телефон Яширо [20:27]: я чувствую ваши осуждающие взгляды Яширо [20:27]: спасибо большое Изуку [20:28]: мы не можем рисковать, чтобы сглазить что-то Яширо Кими [20:30]: просто, пожалуйста, будьте осторожны ок???? Кими [20:30]: у меня чуть инфаркт не случился, когда я увидела тебя в новостях. Изуку [20:30]: Я уверен, что знал бы, если бы у тебя был сердечный приступ. Изуку [20:30]: так что будь осторожен тоже Изуку [20:31]: К сожалению, я могу справиться только с одной проблемой за раз.

***

В конце концов, родители Каччана опоздали на поезд домой. Они звонят ему за ужином, когда он еще находится в квартире Изуку, и просят передать трубку Инко, чтобы спросить, может ли он остаться у них. Изуку идет в свою комнату и достает запасной футон еще до окончания разговора. Каччану придется ненадолго зайти домой, чтобы купить туалетные принадлежности и форму на завтра. -Нам обязательно завтра идти в школу? — хнычет Изуку, пока Каччан надевает ботинки у входа. -Я хочу спать миллион лет. Или неделю. Неделя тоже подойдет. -Придурок, — фыркает Качан, надевая рюкзак. -Ты собираешься позволить им думать, что ты не можешь справиться с одним нападением злодея? Честно говоря, «справиться» — понятие относительное, но ни Качан, ни Изуку не признают этого, пока первый уходит. Пока его нет, Инко осторожно тянет Изуку в гостиную, чтобы попытаться обсудить события дня. -Я видела все это по телевизору, Изуку, — говорит она ему. -Я дважды чуть не упала в обморок, когда камера сфокусировалась на тебе! Я тоже чуть не упал в обморок, когда услышал, как этот туманный злодей произнес мое имя, так что мы в одной лодке, мрачно думает Изуку. -Это было страшно, — признается он, глядя на свои руки. -Но нам повезло. Причуды каждого были настолько удивительны, что не имело значения, телепортировали ли они тех, кого считали самыми сильными. Инко слегка смягчается. -Я так горжусь тем, как ты справился с этим, Изуку, — говорит она ему ласково, но беспокойство внезапно омрачает ее лицо. -Но я беспокоюсь о твоей личной жизни и комфорте теперь, когда так много людей знают твое лицо и то, что ты сделал. Я все еще не думаю, что они узнали твое имя, но ты будешь под пристальным вниманием многих людей. С тобой все будет в порядке? В глубине души Изуку знает, что ему это будет неприятно. Но это неотъемлемая часть профессии Героя — он только-только начинает понимать, каково это — быть в центре внимания. Он считает, что сейчас самое подходящее время, чтобы начать привыкать к этому. -Мне это не понравится, но я смогу с этим смириться, — честно говорит он. -Я просто надеюсь, что это не сильно повлияет на нашу жизнь. Инко вздыхает и обнимает его. - Просто знай, что я с тобой во всем этом, Изуку, — говорит она ему, успокаивающе поглаживая его волосы. -И я сделаю все, что нужно, чтобы ты был в безопасности — только скажи. Изуку обнимает мать в ответ. Он знает, что она, должно быть, очень волнуется, и что она делает храброе лицо только для его блага. Она даже не знает самого страшного — что хотя СМИ не знают его имени, злодеи знают. И кто знает, что еще им известно, если они знают его имя — кто его мать, где они живут… Изуку закрывает глаза и позволяет матери обнять его еще крепче. Вскоре после этого возвращается Каччан с полностью заполненным рюкзаком и помятой формой. Инко настороженно смотрит на него, когда он входит, и Изуку знает, что она собирается тайком вынести ее из его комнаты и погладить, как только они оба уснут. Каччан хоть раз в жизни явится в школу в приличном виде, потому что Инко ни за что не позволит ему ходить в школу в том виде, в котором он обычно ходит. В комнате Изуку Качан бросил взгляд на расстеленный для него футон, затем обернулся и посмотрел на Изуку. Вздохнув, зеленоволосый мальчик достает из контейнера второй футон и расстилает его поверх уже разложенного футона, чтобы создать более мягкую поверхность. Каччан одобрительно хмыкнул, затем стащил подушку с кровати Изуку и лег на нее. Изуку позволяет ему. По крайней мере, он переоделся в чистую одежду, прежде чем лечь на футон. Как только они устроились, Изуку закрывает глаза, намереваясь проспать свой будильник на следующее утро. Однако он обнаружил, что не может выбросить из головы образ ному — ни его глаза-бусинки, ни черную кожу в пятнах, ни мясистый розовый мозг, который выглядывал наружу и пульсировал при каждом движении. …Минета был не единственным, кто был напуган до безумия. -Каччан? — шепчет он хриплым голосом. Когда мальчик не отвечает, он пытается снова. -Каччан? -Да? отвечает Каччан, и голос его звучит бодро. Возможно, он считал светящиеся в темноте звезды на потолке Изуку, как он иногда делал, если не мог заснуть во время их ночевок. -Что случилось в зоне ливня? — тихо спросил он, натягивая одеяло на лицо. Каччан был не единственным, кого туда отправили — когда они подводили итоги телепортации учеников, Урарака и Токоями сообщили, что их тоже туда отправили. Сильный ветер и проливной дождь помешали бы способности Урараки манипулировать плавающими предметами, а темнота значительно снизила бы уровень контроля Токоями над Темной Тенью. Очевидно, как это повлияло бы на причуду Каччана. -…Это был вовсе не бой, — признается Каччан. Изуку поворачивается на бок, чтобы посмотреть на Каччана, но тот стоит лицом в другую сторону. -Нас ждала целая тонна людей, когда они нас забросили — Круглолицая отделилась от нас почти сразу. -Ее зовут Урарака, — укоряет его Изуку, полагая, что прозвище Круглолицая не совсем применимо к Токоями. -Как бы ее ни звали, на нее набросилась куча злодеев, и ей пришлось быстро убегать, — говорит Каччан. -Потом у Птицеголового вылезла причуда, и он не смог ее контролировать — она впала в ярость, пытаясь раздавить меня, злодеев и все остальное, до чего могла дотянуться. У одного из этих ублюдков даже была причуда, которая могла делать окружающую среду темнее. Я пытался использовать свою причуду, чтобы привнести немного света, но дождь… — он прервался. -В конце концов, ему тоже пришлось убежать. Некоторые из них последовали за ним, но остальные… остальные просто набросились на меня. -Это была даже не драка, — снова говорит Каччан, его рука слегка загибается внутрь себя. -Это самая дерьмовая часть всего этого. Мы просто пытались выжить. -Ты был один, — тихо говорит Изуку. -Ты был против больших трудностей. Удивительно, что ты выбрался без травм. -Это не так, — возражает ему Каччан, наконец, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Изуку. Его глаза снова приобрели тот слегка затравленный вид, который был у него раньше. -Они были со мной помягче. Это было видно. Они не пытались меня убить — они просто пытались не дать мне выбраться. -Тем временем, ты и остальные эти говнюки были там, сражаясь с настоящими злодеями. Хуже всего было не то, что я видел, а то, что я, блядь, чувствовал. Его руки сжались вокруг одеяла, которое ему одолжил Изуку. -Меня деформировали, как бесполезную хуйню, а потом я не мог ничего сделать. Я чувствовал себя слабым — и я, блядь, ненавижу это. Я так это ненавижу. Изуку не может представить, каково Каччану, обычно такому наглому и уверенному в себе, признаться во всем этом. Он знает, что светловолосый мальчик ненавидит быть беспомощным в любой ситуации — должно быть, сегодняшний день стал для него настоящим ударом. -Ты хотя бы вырубил кого-то из злодеев? — тихо спросил Идзуку. Каччан фыркнул. -Конечно, вырубил. За кого ты меня принимаешь? Я завалил двенадцать этих ублюдков, прежде чем они начали на меня наседать. Изуку тихо засмеялся, перевернулся на спину и закрыл глаза. -Это значит, что ты все равно уничтожил больше злодеев, чем я, Каччан, — говорит он. Каччан вздыхает. Шуршащие звуки показывают, что он отворачивается в сторону. -Это помогло, — говорит он слишком тихо, чтобы Изуку мог расслышать. -Это как вступительный экзамен, — говорит Изуку, опуская глаза. Ему наконец-то хочется спать. -У тебя по-прежнему больше всех убийств злодеев, Каччан. Ты потрясающий. Незаметно для Изуку, грудь Каччана резко сдавило. Изуку, в конце концов, все равно вышел на первое место, как тогда, так и сейчас.

***

За ночь все новостные каналы узнали о том, кто такой Изуку. Его имя и фотография мелькают на экране на каждом утреннем новостном канале, а позади воспроизводится видеозапись нападения USJ. Изуку совершает ошибку, включив телевизор в ожидании, пока Инко приготовит завтрак. Каччан лениво прогуливается по гостиной, когда слышит громкое -Черт возьми! — от Изуку. -Они узнали твое имя, да? заметил Каччан, наблюдая за тем, как брюнетка-репортер говорит об Изуку, как будто это не является чем-то на миллиард уровней странным. -Твое имя показывают по телевизору? Они уже узнали его? — с тревогой спрашивает Инко, присоединяясь к ним в гостиной с миской и венчиком в руках. Ее беспокойство только заставляет ее взбивать яйца сильнее, что побуждает Изуку осторожно взять миску из ее рук. -Похоже на то, — говорит Изуку и морщится, когда его лицо снова появляется на экране. Они каким-то образом заполучили его школьную фотографию, и он с некоторым удовлетворением отмечает, что на снимке он хмурится. Это многое говорит о том, как он относится ко всему этому. -Я надеюсь, что не слишком много людей смотрели новости сегодня утром — или что они будут достаточно внимательны, чтобы узнать меня. Я не хочу, чтобы люди постоянно смотрели на меня. -Еще как будут, — фыркнул Каччан, направляясь к холодильнику и забирая для себя последний пакет молока. Инко не останавливает его, вместо этого забирает миску у Изуку и возвращается на кухню, чтобы закончить приготовление завтрака. -Ты слишком простой, чтобы люди узнавали тебя на людях, как будто ты какая-то знаменитость. -Каччан, я собирался выпить это, — протестует Изуку, заметив картонную коробку в руке Каччана. Светловолосый мальчик только усмехается, а затем агрессивно достает маленький стаканчик и наливает в него небольшое количество молока. Он одним махом выпивает все, что было в пакете. -Надеюсь, ты прав — мне бы не хотелось ехать в поезде, когда люди смотрят на меня. -Завтрак готов! — зовет Инко, расставляя на столе тарелки с едой. Изуку быстро идет на кухню за тарелками и столовыми приборами, которые он передает Каччану с укоризненным выражением лица. Тот закатывает глаза и начинает накрывать на стол. -О, спасибо, Кацуки! — говорит Инко, положив руку на грудь. -В любом случае, мальчики, вам лучше поесть побыстрее, чтобы вы могли уйти раньше — наверное, будет лучше, если вы избежите обычной утренней суеты. -Спасибо за еду, — в унисон пробормотали Изуку и Каччан, после чего сели за стол и принялись за еду. Инко права. Чем меньше времени они проводят на людях, тем лучше. Однако они все еще недостаточно рано. Как раз когда Изуку и Каччан надели свои формы (обе аккуратно выглаженные, любезно предоставленные Инко и к большому огорчению Каччана), они начали слышать громкие голоса за пределами квартиры. -Что бы это могло быть? — интересуется Инко, завязывая Каччану галстук. Изуку кажется, что он никогда не видел Каччана с галстуком на шее. Возможно, это даже не его. Выглядит он в нем крайне неуютно. Изуку позволяет себе небольшую улыбку, когда оставляет их, чтобы заглянуть в окно и посмотреть, что это за суматоха. Ему повезло, что он лишь немного опустил жалюзи, потому что это означает, что небольшое действие не попало в поле зрения толпы репортеров и операторов, которые в настоящее время роятся за воротами. Они сохраняют некоторый уровень уважения и приличия, учитывая, что они еще не начали стучать в ворота, но, судя по громкости их голосов и топоту, кажется, что они не так уж далеки от этого. Изуку закрывает жалюзи и быстро отходит от окна. -Мама, там снаружи куча репортеров, — говорит он с опаской. -Они перекрывают ворота. Инко задыхается. -Они даже узнали, где мы живем? — говорит она, прикрывая рот рукой. -Если они знают мое имя, то, наверное, не составило труда узнать, где мы живем, — говорит Изуку, поджав губы. -Как мы собираемся пройти мимо них? -У меня есть идея, — говорит Каччан. -Я точно не позволю тебе пойти туда и разбить им лица, — говорит Изуку. -Тогда у меня нет идей, — отвечает Каччан. -Давай просто скажем им, чтобы они отвалили. -Они так просто не уйдут, Каччан, — говорит Изуку, поглаживая свой подбородок. -И мы не можем быть с ними грубыми, ведь мы все еще носим имя Юэй на своих плечах. Они будут пытаться следовать за нами всю дорогу, пока мы не доберемся до школы… Он делает паузу, в его голове расцветает идея. -Если только они не смогут за нами поспевать. На его лице появляется небольшая ухмылка. Он смотрит на Каччана, который смотрит на него, ухмыляясь, как будто он уже знает, о чем он думает. -Как ты смотришь на то, чтобы прогуляться сегодня до школы?

***

Оикава Кана гордится своей способностью отталкивать всех и каждого со своего пути, когда ей нужно пробиться вперед в толпе. Поэтому она одна из первых в группе репортеров заметила студента Юэй, Мидорию Изуку, когда он выходил из своего дома. За ним следует остроносый светловолосый парень, также одетый в форму Юэй — она не знает его имени, но он также появлялся в тех видео USJ, так что им лучше поверить, что она сделает все, чтобы уговорить его дать совместное интервью с Мидорией. -Мидория-сан! — зовет она, ее мощный голос доносится до них, даже когда все остальные репортеры вокруг нее начинают выкрикивать имя мальчика. -Мидория-сан, можем ли мы получить от вас интервью? И от вашего одноклассника тоже! Мидория смотрит на них, собравшихся у ворот его дома, и извиняюще кланяется. -Мне очень жаль, но я не могу сейчас поговорить с вами, — говорит он им, подняв руки вверх. Кана видит двойные шрамы на его ладонях и задается вопросом, откуда они у него. (Возможно, если она правильно разыграет свои карты, то сможет получить эксклюзивное интервью с ним и спросить о них. Там наверняка будет тонна эмоциональной предыстории, которая добавит человеческий интерес к истории, если это когда-нибудь произойдет). -Просто быстрое заявление! Даже одно предложение! — говорит Кана, понимая, что она ни за что на свете не позволит этому парню проскользнуть мимо них без интервью. -Мне жаль, но нам действительно пора идти. Мы опоздаем в школу, — извиняется Мидория, снова кланяясь. Для человека, который без раздумий ударил злодея по голове, он невероятно вежлив. Гораздо вежливее, чем светловолосый мальчик рядом с ним, который ничего не говорит и только бросает на прессу убийственные взгляды, которые могли бы напугать Кану, если бы она не была сейчас на задании. Мальчики продолжают игнорировать призывы представителей прессы. Мидория поворачивается к своему другу и тихо спрашивает: -Ты готов? Кана мгновенно настораживается. -Включи камеру! — шипит она, неистово стуча по плечу оператора, который сопровождал ее сюда. Он вскакивает и направляет камеру на Мидорию, который снова смотрит на них. -Пожалуйста, извините нас! — вежливо говорит он, как раз перед тем, как они вдвоем подпрыгивают в воздух и резко исчезают из поля зрения. Репортеры и операторы с быстрыми рефлексами немедленно поворачивают шеи, чтобы проследить путь мальчиков, когда они уносятся прочь: Мидория прыгает на сверхмощных ногах, а другой мальчик использует взрывы из своих рук, чтобы подняться в воздух. Они могут только молча наблюдать, как мальчики в конце концов исчезают вдали. -Проклятье, — грубо говорит Кана, точно выражая мысли каждого. -Пожалуйста, скажи мне, что ты снял это на камеру.

***

В итоге их везут в Юэй в полицейской машине. Их не арестовали — просто в какой-то момент полицейский заметил, как они перепрыгивают через несколько зданий, и крикнул им, чтобы они спустились. -Эй, вы, дети! Спускайтесь оттуда! Каччан бросает короткий взгляд на Изуку, на его лице ясно написано: -Может, сбежим? но Изуку вздыхает и качает головой, приземляясь прямо перед полицейским. Каччан застонал, но последовал за ним, отряхивая руки от остатков пота, который может взорваться, пока они находятся перед офицером. Офицер подходит к ним, на языке у него вертится лекция о том, что «вы имеете представление о том, как безрассудно и незаконно то, что вы делаете», но его неодобрительный взгляд угасает, когда он видит Изуку. -Мидория-кун? — спрашивает он. -Офицер Минагава! — восклицает Изуку, узнавая в нем офицера, который допрашивал его после инцидента с поножовщиной более года назад. Минагава слегка усмехается, но затем на его лице появляется суровое выражение. -Что ты и твой друг делаете, используя свои причуды средь бела дня вот так? Я уверен, что вы знаете, что использование причуд без присмотра запрещено в общественных местах, особенно в жилых кварталах, как этот. Изуку поморщился. Он был в курсе, но он также надеялся, что они смогут добраться до Юэй так, чтобы никто их не заметил. Он полагает, что во второй раз ему не повезет, и в последний раз, когда он бежал в школу, используя Один за Всех, это было гораздо раньше утра. -Прошу прощения, Минагава-сан, но мой дом был захвачен репортерами, и не было никакой возможности пройти мимо них или заставить их уйти, — объясняет Изуку, стараясь звучать как можно более пострадавшим. Рядом с ним Каччан фыркает на его явно умоляющий тон, и Изуку очень деликатно подталкивает его локтем, чтобы он замолчал. Глаза Минагавы расширяются в понимании. -А, после твоего появления в новостях, да? — говорит он, кивая. -Я видел все это по телевизору вчера вечером! Ты был великолепен в борьбе с этими злодеями! -Ах, спасибо, — говорит Изуку, слегка смущаясь. Он неловко чувствует, что люди вокруг начинают пялиться на них — форма Юэй все-таки выделяется. Он боится, что их узнают, если они не уйдут в ближайшее время. -И, в общем, из-за той истории с новостями нам было трудно куда-то пойти, чтобы нас не узнали. Нам пришлось использовать наши причуды, чтобы убежать, и даже сейчас я думаю, что нам едва удалось отделаться от них. На самом деле, они оставили их в пыли, не имея возможности догнать. Но Минагаве не нужно это знать. -Понимаю, — говорит офицер, его лицо смягчается от сочувствия. -Я понимаю. Однако я не могу позволить вам, мальчики, так использовать свои причуды. Вы можете поранить себя или кого-нибудь еще. - Понятно, — разочарованно сказал Изуку. Он надеялся, что Минагава отпустит их только на этот раз, учитывая, что это их первое (известное) нарушение. - Однако, учитывая вашу ситуацию, я, вероятно, могу сделать исключение и помочь вам сегодня, — говорит Минагава. - Сегодня я патрулирую со своим напарником, но сейчас мало что происходит. Мы взяли с собой патрульную машину, и нам не составит труда отвезти вас, дети, в Юэй. Изуку колеблется, уже думая о возможных последствиях появления в школе в полицейской машине. Тем не менее, это гораздо лучше и практичнее, чем просто прыгать по зданиям, пока их не заметит другой полицейский и не остановит их снова. - Вы уверены, Минагава-сан? — спросил Изуку, все еще надеясь, что офицер просто отпустит их. -Мы не хотим вас беспокоить. - Глупости! Так вы сможете избежать репортеров, и мне не придется брать вас в участок за использование ваших причуд без присмотра! радостно говорит Минагава. Изуку нервно смеется, пока офицер связывается со своим напарником, чтобы сообщить ему об изменении планов. Смущаясь, Минагава подвозит их прямо ко входу в Юэй, несмотря на предложение Изуку высадить их в квартале отсюда, чтобы быть более незаметными. Студенты, которые только что приехали, останавливаются и смотрят на Изуку и Каччана, когда те выходят из полицейской машины. Их любопытство еще больше разгорается, когда Изуку благодарит полицейского, который подвез их туда, а тот хлопает его по спине, как будто они хорошие друзья. Изуку машет рукой вслед машине, пока она не исчезает вдали, а затем вздыхает. -Пойдем, — говорит он Каччану, когда замечает, что ученики все еще смотрят на них. -Что вы думаете, ублюдки, на что вы смотрите? — рычит Каччан, заставляя всех в округе отвернуться. Изуку только вздыхает и говорит, чтобы они начинали идти к своему классу, с досадой замечая, что Каччан уже умудрился где-то по дороге потерять галстук и расстегнуть пиджак. Однако они успевают сделать всего несколько шагов, как к ним приближается огромное пятно. -Юный Мидория! — восклицает Яги, принимая позу в своей форме Всемогущего. Изуку в замешательстве замечает, что его даже не насторожило внезапное появление этого человека. -Наконец-то ты (вы) прибыл! Пожалуйста, пойдем со мной! Он опускается перед ними на колени, прежде чем Изуку успевает открыть рот, чтобы ответить. -Идти пешком будет слишком медленно! Мы должны поторопиться! Пожалуйста, позвольте мне немедленно отнести тебя к месту назначения! Он даже не объясняет, куда они направляются, но, честно говоря, Изуку это уже не волнует. Несмотря на то, что сейчас еще раннее утро, столько всего произошло, и он уже вымотался. -Знаешь что, не идти пешком сейчас звучит очень хорошо, — говорит он, позволяя Всемогущему подхватить себя на руки. -Пойдем, Качан. Чем быстрее мы с этим покончим, тем лучше. -Боюсь, юный Бакуго не сможет пойти с нами, юный Мидория, — сказал Всемогущий, осторожно перекладывая тушку Изуку на плечо. -Я отведу тебя в кабинет директора для официального обсуждения того, что произошло вчера. Изуку хмурится. -Понятно, — говорит он. Это понятно, учитывая, что вчера он был в центре событий. -Тогда увидимся позже, Качан. Каччан только хмурится на него. -Просто тащи свою задницу обратно в класс, когда закончишь, дерьмовый задрот, — говорит он и уходит в сторону главного здания. -Он всегда такой… эээ… многословный? — нервно спрашивает Всемогущий, глядя вслед удаляющемуся светловолосому мальчику. -Эх, для него это довольно скромно, — беззаботно отвечает Изуку. Он осознает, что его все еще несут на плече у Всемогущего, и люди все еще смотрят на него. -Может, нам пора идти? https://images2.imgbox.com/3b/7b/2bHIVm8y_o.jpg -О, конечно! — говорит Всемогущий, приседая. -Пожалуйста, держись и крепись! — говорит он, прежде чем сконцентрировать силу в ногах и одним прыжком взлететь на второй этаж школьного здания. Изуку клянется, что его желудок остался там, где они стояли. Всемогущий снова приседает, не забывая крепко держать Изуку за руки, а затем подпрыгивает вверх и приземляется на самый верхний этаж здания. Его мощные ноги оставляют легкий отпечаток на бетонном полу, когда он приземляется, колени глубоко опускаются. Он осторожно опускает Изуку на бетонную поверхность, тело мальчика резко наливается адреналином после ощущения возможного преодоления «звукового барьера». -Все чисто! — говорит Всемогущий, похоже, никому конкретно. Сердце Изуку все еще колотится, когда он садится. Вот каково это — путешествовать как Всемогущий? В мгновение ока переходить от нулевой к максимальной скорости? Даже когда он пытается успокоиться и сосредоточиться на том, что будет дальше, он снова начинает испытывать возбуждение от перспективы когда-нибудь достичь таких скоростей. Громкий жужжащий звук привлекает их внимание, и Изуку только успевает посмотреть вниз, прежде чем часть бетона прямо под ними внезапно опускается, опуская их в здание. Он смотрит вверх: голубое небо над ними обрамлено квадратным контуром, а их спуск замедляется и наконец останавливается. Оглядевшись, он замечает, что они находятся в роскошном офисе. -Всемогущий, ты что, не мог воспользоваться лифтом? — раздается голос. К ним подходит маленький человек с явно мышиными чертами лица — даже не мышиными, он действительно похож на тревожно большую мышь. -Вы знаете, что я не люблю пользоваться потолочной панелью. -Прошу прощения, директор Незу, — овчароподобно говорит Всемогущий, втаскивая Изуку в комнату, чтобы позволить бетонной панели снова подняться к потолку. -Но я хотел попасть сюда как можно быстрее. -Ты был быстр, да, но был ли ты осмотрителен? Думаю, нет, — укоряет его Незу. Директор Незу? Значит, это загадочный и в то же время харизматичный глава Юэй. Изуку узнал его по многолетним наблюдениям за пресс-конференциями Юэй и его случайным появлением на спортивном фестивале. Вживую он… гораздо меньше. -О, э… — сказал Всемогущий, выглядя еще более смущенным. -Наверное, я не подумал об этом. -Все тот же старый Тошинори, — усмехается кто-то, и Изуку только сейчас замечает, что в комнате с ними есть еще кто-то. Это высокий мужчина с короткими черными волосами, и хотя он больше не одет в свой рабочий костюм, Изуку узнает в нем детектива, который присутствовал вчера сразу после нападения. Мужчина заметил, что Изуку смотрит на него, и поспешил представиться. -О, Мидория-кун! Ты, наверное, видел меня вчера, но нам не удалось поговорить — мы в полиции были заняты поимкой оставшихся злодеев. Меня зовут Цукаучи Наомаса — рад наконец-то познакомиться с тобой, — говорит он, протягивая руку. Изуку принимает ее и пожимает, нахмурив брови, вспоминая, что этот человек называл Всемогущего Тошинори. Цукаути не упускает его задумчивого выражения лица. -Пожалуйста, не волнуйтесь — я знаю о состоянии Всемогущего и его истинной форме, я также знаю правду, стоящую за Один за Всех, — говорит он, быстро сбивая Изуку с толку. -Я могу показаться простым детективом, но я старый друг Тошинори. Мы давно знакомы. -А ты, возможно, знаешь меня, но мы никогда не встречались лично. Я Незу, директор Юэй, — продолжает Незу, протягивая лапу Изуку, который нерешительно берет ее. -Теперь, когда с любезностями покончено, давайте перейдем непосредственно к обсуждению. Пожалуйста, присаживайтесь — нам еще предстоит обсудить все это с другими учителями. Они все уселись на свободные диваны, причем Всемогущий вернулся к своей обычной, долговязой форме. -Прежде всего, Мидория-кун, мы хотели бы поблагодарить тебя за твои действия во время вчерашнего нападения, — говорит Незу, слегка поклонившись. -Твое быстрое мышление и героические действия побудили твоих одноклассников и позволили тебе отбить злодеев, прежде чем они смогли причинить серьезный вред. Мне также сказали, что ты поручил Мисс Яойорозу и Мистеру Серо починить костюм Тринадцатой до того, как вы вступили в бой со злодеями — эта забота уменьшила количество повреждений, которые получило её тело, и за это она попросила меня передать тебе свою благодарность. Удивленный, Изуку склонился в низком поклоне. — Спасибо, но то, что я сделал, не так уж и много, — говорит он. -Я передам от вас благодарность Яойрозу-сан и Серо-куну. Незу кивает. — Как скажешь. Я также хотел бы извиниться за последующую шумиху в СМИ, которая разразилась после инцидента — я уверен, что ты в курсе, как часто ты упоминался в новостях. Мне сообщили, что СМИ уже узнали твое имя и даже место твоего проживания — и что это связано с тем, почему ты появился в полицейской машине сегодня утром. Изуку покраснел. — Вы уже знаете об этом? — нервно спрашивает он. Цукаути усмехается. — Это я ему рассказал, так как меня держат в курсе всего, что происходит в местной полиции, — говорит он. — И по какой-то причине офицеры вокруг Мусутафу очень уважают тебя, Мидория-кун, особенно Минагава, который младше меня. Новость о том, что он отвез тебя в школу сегодня утром, быстро распространилась по участку. Не волнуйся — я полностью понимаю причину того, что ты и твой друг делали. У вас не будет неприятностей, если только вы не сделаете это снова. — И для твоего, и для нашего имиджа будет неплохо, если ты больше не будешь приезжать в школу в полицейской машине, — весело добавляет Незу. — Так что, пожалуйста, не позволяй этому случиться снова. Изуку наклоняет голову, смущаясь. — Да, Сер. — Двигаясь дальше, мы хотели бы, чтобы ты ответил на несколько вопросов, — продолжает Незу. — Преподаватели прибыли в USJ намного позже, чем произошли основные действия, и поэтому у нас есть лишь несколько подробных сведений о том, что произошло на самом деле. Цукаучи наклоняется вперед и открывает блокнот. Когда Изуку встречается с ним взглядом, его мозг начинает слегка затуманиваться. — Моя причуда позволяет мне распознавать ложь, — объясняет Цукаучи. — Так что, если у тебя начнутся непонятные ощущения, пожалуйста, не волнуйся. Это просто моя причуда начинает действовать — не то чтобы мы думали, что ты лжешь, конечно. Это просто небольшая мера предосторожности. — Конечно, — говорит Изуку, чувствуя легкое головокружение. Это как смотреть на землю с двадцатого этажа. — Кто были лидерами прибывших злодеев? — спрашивает Цукаути. Изуку напрягает мозги. — Кажется, это были два парня, — начинает он. — Высокий худой, который был покрыт множеством рук. И человек, который был полностью сделан из черного тумана. Я слышал, как эти двое несколько раз называли друг друга по имени — худого звали Шигараки, а злодея из тумана, кажется, Курогири. Но Шигараки командовал монстром, которого они привели, так что я думаю, что он и есть настоящий лидер. — Понятно — можете описать их причуды? — Причуда Курогири позволяет ему открывать порталы. Я не знаю, есть ли предел тому, сколько порталов он может открыть одновременно, но он смог телепортировать двенадцать моих одноклассников в одно и то же время. Я не знаю, есть ли предел тому, насколько они большие, или как далеко он может телепортировать вещи. Он использовал причуду, чтобы… перенаправить черную дыру Тринадцатой и использовать ее против нее. — Что касается худого человека, я не знаю, что у него за причуда, — нахмурившись, говорит Изуку. Даже когда он яростно думает, он не может вспомнить ни одного случая, когда этот человек использовал свою причуду. — Но в какой-то момент боя к нему привели Тринадцутую. Это было после того, как костюм был частично отремонтирован. Кажется, он сказал что-то о том, что обе их причуды разрушительны, а затем протянул руку, чтобы коснуться костюма Тринадцатой. Основываясь на этом, а также на мотиве костюма, я уверен, что его причуда активируется прикосновением, и, возможно, даже просто руками. Цукаучи записывает это. — Можешь ли ты описать существо, которое они привели с собой? Даже сейчас, Изуку становится немного жутко при мысли об этом монстре. — Оно двигалось как молния и было нечеловечески сильным, — говорит он. — И оно делало все только по приказу Шигараки. Я уверен, что оно могло бы причинить гораздо больше вреда, если бы они не решили отступить. И… я думаю, они привели это существо, чтобы сразиться с Яги-саном. Все остальные в комнате оживились, наклонившись поближе, чтобы послушать Изуку. — Что ты имеешь в виду? — спросил Цукаучи. — В начале атаки они спросили нас, где находится Всемогущий. И не один раз. И учитывая размеры этого существа и его очевидную силу, я думаю, что оно должно было стать противником Всемогущего, — объясняет Изуку. — Они также упомянули, что, согласно их «разведданным», Всемогущий должен был присутствовать на уроке, что означает, что он действительно был их целью с самого начала. — Разведка? — резко спросил Незу. — Ты хочешь сказать, что у них была внутренняя информатор о том, когда и где должно состояться ваш урок, а также кто будет присутствовать? — Я… я так думаю, — нерешительно сказал Изуку. — Это объясняет, как они догадались напасть на нас именно в тот момент. — Это многое объясняет — и в то же время поднимает еще больше вопросов, — задумчиво говорит Цукаучи. Изуку нахмуривает брови, вспоминая кое-что еще, что беспокоило его. — Есть еще кое-что, что беспокоит меня в связи с нападением. Я… я думаю, что они были полегче с нами. — Полегче? С таким количеством злодеев? Как это? — спросил Яги, сбитый с толку. — Во-первых, Кач… Кацуки, мой одноклассник, который был телепортирован, сказал мне, что хотя злодеи в его районе определенно не бездельничали, они также не боролись с ним всерьез, — говорит Изуку. — Скорее, они просто занимали его, чтобы не дать ему выбраться и помочь в основной битве. — Другое дело — вся эта история с телепортацией: если они действительно не хотели, чтобы мы им мешали, почему они просто не телепортировали всех нас? Им было бы проще сражаться с Всемогущим, не ставя нас на их пути. Также подозрительно, почему они не перенесли меня — те, кто был телепортирован, все студенты с причудами, которые могут помешать им в бою. Даже если они не знали о его настоящей сути, я все равно использовал Один за Всех против них. Почему бы им не телепортировать меня прочь, если они знали, что я силен? Глаза Незу вспыхнули интересом. -Действительно, почему? — И… ну, это может показаться нелепым, но… причина, по которой я убежден, что они легко обошлись с нами, это то, как Шигараки командовал монстром, — продолжает Изуку. — Он приказал ему «атаковать» Айзаву-сенсея и «привести» Тринадцатую к нему… но если бы он действительно был злодеем, в чем я уверен, и если бы он действительно заботился о том, чтобы убрать их с дороги, почему он просто не приказал ему убить их? В комнате резко наступает тишина. Изуку помрачнел, увидев их реакцию. — Простите, это было мрачно, — извиняется он. — Нет, нет, Мидория-кун, — говорит Цукаучи, качая головой. — На самом деле, это вполне обоснованный вопрос, который ты поднимаешь. Хотя я уверен, что мы все рады, что он этого не сделал, это довольно странно. Мы обязательно учтем и это. А теперь у меня другой вопрос, Мидория-кун, не знаешь ли ты, почему ты так часто появляешься на видео, которое было распространено среди медиа-компаний? Глаза Изуку расширились, вспомнив разговор, который состоялся у них с Яширо прошлой ночью. — Нет, но насчет этого — думаю, я знаю, кто снял эти видео и как они были так быстро распространены среди СМИ. Они все удивленно смотрят на это. — Пожалуйста, продолжай, — попросил Незу. — Ближе к концу атаки, когда злодеи убегали, я увидел нечто с огромными крыльями, летящее в воздухе, — объясняет Изуку. — На их спине сидел всадник с огромными глазами — каждый раз, когда он моргал, раздавался звук, похожий на звук затвора. Они летали вокруг здания, то и дело срываясь с места, но так ничего и не предпринимая. Как только я увидел их, они быстро скрылись. — По словам моего друга, который учится на факультете бизнеса, это физическое описание полностью совпадает с описанием одного из его одноклассников, Ода Нобунари. Глаза Незу и Цукаути слегка расширились в знак узнавания. — И, по его словам, причуда Ода-куна совпадает с тем, что я описал — его причуда позволяет ему делать фотографии и видео с помощью глаз. — Ода Нобунари, сын владельца «Ода Медиа», — нахмурившись, говорит Незу. — Если у его отца такие связи, то неудивительно, что видео так быстро распространилось. То, что он учится здесь, также может объяснить, как злодеи узнали о деятельности, если он каким-то образом смог получить эту информацию и передать ее им. Но зачем им это делать? Зачем им вступать в сговор со злодеями? Изуку покачал головой. — Понятия не имею. Какое-то время они все сидят молча, с обеспокоенным видом. В конце концов, Незу приходит в себя и говорит: — Большое спасибо, Мидория-кун. Эта информация, которую вы нам предоставили, очень полезна. — Это действительно так, — отвечает Цукаучи. — Большое спасибо. Будьте уверен, что мы в полиции продолжаем расследование этого инцидента. Ты дал нам очень ценную зацепку. — Я рад, что смог помочь, — честно говорит Изуку. — Сейчас нам придется обсудить этот вопрос с учителями, — говорит Незу, вставая. — Теперь ты можешь вернуться в свой класс, Мидория-кун. Мы можем снова обратиться к тебе, если понадобится. — Я к вашим услугам, — говорит Изуку, тоже вставая. Он кланяется им всем и направляется к двери, но потом останавливается, вспомнив кое-что еще. — Цукаучи-сан? — спрашивает он. — Да, в чем дело? — отвечает детектив. — Я… не знаю, имеет ли это отношение к делу… но когда мы были в USJ, Курогири, злодей из тумана, назвал меня по имени. Мидория. Он смотрит в пол, мысленно воспроизводя этот момент. — Я еще не был в новостях, и, насколько я знаю, никто не называл меня по этому имени, пока мы были там. Поэтому… поэтому я не знаю, как он мог узнать мое имя. Глаза Яги расширились от осознания. Так вот что имел в виду юный Мидория? Они знают мое имя. — Это очень тревожно, — сказал Цукаучи, нахмурившись. — Мы обязательно проверим это. В качестве дополнительной меры предосторожности я попрошу нескольких полицейских патрулировать вокруг твоего дома, по крайней мере, в течение этой недели. Кто знает, что еще знают или планируют злодеи? Это очень мало помогает успокоить страхи Изуку. — Большое спасибо, — все равно говорит он, потому что знает, что Цукаути оказывает ему большую услугу. — Я ценю это. Все трое взрослых смотрят, как Изуку выходит из комнаты. — Ты выбрал прекрасного преемника, Тошинори, — говорит Цукаути, качая головой. — Он невероятно храбр, умен и силен. Но меня немного беспокоят все эти вещи, с которыми ему приходится сталкиваться в самом начале, и как это повлияет на него в долгосрочной перспективе. Он все еще ребенок. Они все еще дети. — Я знаю, — сдержано говорит Яги, вспоминая, каким испуганным выглядел Изуку после нападения USJ. Этот взгляд до сих пор преследует его. — Я могу только надеяться, что буду оберегать его как можно дольше, пока он не сможет защитить себя сам.

***

— Ты опоздал, — говорит Айзава категорично, его сухой тон пробирается наружу, несмотря на несколько слоев бинтов на лице. Изуку стоит в дверях класса, челюсть отпадает. — Айзава-сенсей? Вы уже вернулись? Не думаю, что вам еще стоит здесь появляться! — говорит он в полный голос. — Мы так и сказали! — говорит Ашидо. — Йоу, Мидория! — кричит Киришима, размахивая кулаком. — Где ты был? — Ты во всех новостях, — немного неуместно сообщает ему Яоёрозу. — Технически, мы все в новостях, но о тебе пишут больше всего. — Мидория-кун! — громко говорит Иида, размахивая руками. — Я рад видеть, что ты цел и невредим! — Тихо, — говорит Айзава, и, как по волшебству, все замолкают. Изуку не может не улыбнуться. Он рад, что с Айзавой, похоже, все в порядке. — Меня вызвали в кабинет директора Незу, сэнсэй, — объясняет он. — Меня допрашивали о вчерашнем инциденте. Его одноклассники тихонько вздыхают. — Понятно, — говорит Айзава. — Ну, садись на свое место. Изуку поспешил сесть. Впереди него Каччан кивает в знак поддержки. Айзава поворачивается и смотрит на всех, его глаза проглядывают сквозь маленькие дырочки между повязками. — Я вернулся сюда так скоро потому, что скоро состоится спортивный фестиваль Юэй. Всего через две недели. Как один, глаза студентов расширились. — Это так нормально! — восклицает Киришима, вставая со своего места. — Попридержи коней, Киришима, — говорит Серо, усаживая его обратно. — Спортивный фестиваль Юэй совсем не похож на те, что проводятся в обычных школах. — Серо-кун прав, — говорит Джиро. — Это безумно грандиозное событие. Многие считают его чуть ли не Олимпийскими играми Японии. — И они идут на это? После того, что произошло вчера? — спросила Яойорозу. — Да, а что если злодеи нападут снова? — Оджиро вступает в разговор, его лицо озабочено. — Именно поэтому мы должны провести спортивный фестиваль, — говорит Айзава. — Во всяком случае, так считают учителя. В некотором смысле, Юэй продемонстрирует, что наша система управления в условиях чрезвычайных ситуаций надежна, если мы проведем это мероприятие даже после инцидента. Безопасность будет усилена в пять раз по сравнению с предыдущими годами. Тем не менее, спортивный фестиваль — это огромная возможность, в которой мы не можем отказать студентам Юэй только из-за одной злодейской атаки. — Конечно же, за всем должны следить все ведущие агентства по героям в Японии, — говорит Иида. — Это хорошая возможность быть разведанным уже на первом курсе. -Это верно, — кивает Айзава. — Конечно, присоединившись к известному агентству героев, вы получите больше опыта и популярности с самого начала. Но ваше время и шансы ограничены. Если вы рассчитываете стать профессионалом, то путь к вашему будущему начинается именно с этого мероприятия. — Один шанс в год — всего три шанса — это то, что вы, как начинающие герои, должны взять и заявить о себе. Он серьезно смотрит на них, глаза очерчены напоминанием о его близкой встрече с ному. — Если вы это понимаете, тогда выкладывайтесь по полной. — Да, сэр! — говорят они в унисон, в их глазах горит решимость. — Классный час окончен, — резко говорит Айзава. — Если я кому-нибудь понадоблюсь, я буду спать в комнате отдыха, пока мне не придется вставать.

***

— Деку-кун! Изуку поворачивается прямо перед выходом из ворот школы и видит Урараку, спешащую к нему. — В чем дело, Урарака-сан? — спрашивает он ее, когда она догоняет его. — Ты сегодня снова идешь в додзё? — спрашивает она. Изуку моргает. — Да, иду. Сегодня у нас нет домашнего задания, — отвечает он. — Почему ты спрашиваешь? — Можно я пойду с тобой? Еще раз? Пожалуйста? — умоляет она, хлопая в ладоши и кланяясь. Удивленный, он осторожно берет ее за плечи и поддерживает. — Не нужно так кланяться. Конечно, ты можешь пойти со мной. Но почему ты хочешь пойти? — Я… — начала она, но потом резко прервалась. — Можно я расскажу тебе позже, пожалуйста? — Пожалуй, да, — сказал Изуку, немного смутившись. Он не настаивает на этом, и она остается тихой и странно задумчивой, пока они едут на поезде в его район. Изуку может сказать, что у нее что-то на уме, потому что кошка мяукнула на них, когда они проезжали мимо, и она даже не взглянула на нее ни разу. Как только они прибывают в додзё, Шишоу уже там, чтобы поприветствовать их. — Изуку! — ярко говорит она, втягивая его в дверь. Он уже слышит характерные звуки младших учеников, пришедших поприветствовать его. — И о! Ты привел друга! — Д…добрый вечер, мэм! — говорит Урарака, резко встав прямо, чтобы привлечь внимание, прежде чем поймать себя и низко поклониться. — Эм, я уже однажды посещала это место! — Я помню! Ты и тот громкий мальчик были здесь с Изуку здесь не так давно! — говорит Шишоу. Она берет Урараку за руку и увлекает ее внутрь. — С возвращением!» — Изуку-ни! — кричит Акари, первой, как обычно, добежав до Изуку. Он смеется и подхватывает ее на руки. — Я видела тебя в новостях вчера вечером! Ты был супер крут! — Да, Изуку, мы все это видели, вообще-то! — говорит Шишоу, увлекая их обоих внутрь. Младшие ученики толпятся вокруг них, следуя за Изуку. — Я должна похвалить тебя за твой впечатляющий правый хук! Я была так горда, когда увидела, как ты вырубил того злодея! Изуку нервно смеется. — Спасибо, наверное, — говорит он, позволяя подтолкнуть себя к тренировочной секции детей. — Я научился этому у тебя, так что я должен поблагодарить и тебя, Шишоу. — Всегда пожалуйста! — великодушно говорит Шишоу, больно хлопая его по спине. Она поворачивается к Урараке. — А теперь скажите мне, юная леди, что привело вас сюда, в наше додзё? — О! Эм, насчет этого… можно ли поговорить с вами наедине? — нервно спросила Урарака, покручивая большими пальцами рук. Шишоу моргнула один раз, затем улыбнулся. — Конечно! Мы можем поговорить в моем кабинете, пока Изуку проводит занятия с детьми. Дети дружно радуются ее заявлению, набрасываясь на Изуку, который просит их успокоиться и позволить ему хотя бы переодеться в форму. — Я оставлю тебя, Изуку! — весело говорит Шишоу. — Мы скоро вернемся! — Увидимся, — говорит Изуку, пытаясь освободиться от цепких рук примерно двадцати энергичных детей. Несмотря на слова Шишоу, они не возвращаются до конца тренировки. К тому времени Изуку проводит детей через обычные упражнения для заминки и отпускает их. В додзё остались только продвинутые ученики, и даже они заканчивают свою деятельность. Когда Шишоу и Урарака возвращаются, они заметно приуныли. Глаза девушки кажутся странно красными, как и ее нос. — Извини, что мы так долго, — извиняется она, пытаясь улыбнуться. — Эй, ты в порядке? — Изуку спрашивает, слегка опустив голову, чтобы посмотреть ей в глаза, ее лицо опустилось. — Изуку, на сегодня я займусь запиранием, хорошо? — Шишоу говорит ему, ее голос тише, чем обычно. — Почему бы тебе не проводить ее до станции, прежде чем идти домой? — Эм, хорошо, — говорит Изуку, не задумываясь. — Сейчас я только переоденусь, и мы можем идти. Как только он переоделся, Урарака уже ждал его на улице с обеими сумками. — Большое спасибо, Шиори-сан, — говорит девушка, еще раз кланяясь Шишоу. — Конечно, — отвечает Шишоу. — Скоро увидимся, Очако-чан. Они уже общаются по имени? — удивляется Изуку, когда они начинают идти обратно к станции. — Что это было… То есть, могу я спросить, о чем вы говорили? — нерешительно спрашивает он. Урарака молчит несколько мгновений. — Ты знаешь, что произошло после того, как мы все телепортировались? — спрашивает она в ответ, ее лицо становится серьезным. Изуку вспоминает свой вчерашний разговор с Каччаном. Круглолицая отделилась от нас почти сразу. — Не совсем. Я знаю только то, что сказал мне Каччан, и что ты тоже попал в ту же зону, что и он. — Очевидно, Бакуго-кун, Токоями-кун и я отделались хуже всех, — тихо говорит Урарака. — Если я правильно поняла этих злодеев, зона ливня была местом их наибольшей концентрации. Я задался этим вопросом, потому что после того, как все были спасены, не было ощущения, что они столкнулись с такой же ситуацией, как мы. — Я имею в виду, что они выглядят испуганными и все такое, но очень скоро они с воодушевлением рассказывали о битвах, которые они вели в своих зонах. Никто из нас не смог сбежать до того, как ты прогнал злодеев, но… я не думаю, что это было то же самое. — Меня сразу же разлучили с Бакуго-куном и Токоями-куном, — продолжает она. Они проходят под уличным фонарем, и яркий луч освещает ее озабоченное лицо. — Я ни разу не попыталась сразиться со злодеями — я просто бежала все время. У меня было плохое предчувствие, что если я попытаюсь встретиться с ними лицом к лицу или если меня поймают, то… случится что-то очень плохое. Я просто пыталась выжить. Мы просто пытались выжить. — И я поняла, насколько я сейчас не готова. К тому, чтобы стать героем, и к реальности, которая придет после этого, — заключает Урарака, делая паузу. Рядом с ней Изуку тоже приостанавливает шаг. — Итак, сегодня я попросила пойти с тобой сюда, потому что хочу записаться в додзё. Глаза Изуку расширяются, но затем, по какой-то причине, он понимает, что не слишком удивлен. В какой-то степени это имеет смысл. — Ты хотела тренироваться здесь? Урарака кивает. — Быть героем означает, что я должна быть готова помогать и защищать других — я не смогу этого сделать, если сначала не смогу защитить себя. Вот почему я хочу стать сильнее — я хочу научиться сражаться. https://images2.imgbox.com/b4/bb/tVuLClf9_o.jpg Она поворачивается, чтобы улыбнуться ему. — Кроме того, скоро будет спортивный фестиваль, верно? Это действительно идеальное время для меня, чтобы начать учиться. Она показывает пальцами знак мира. — Это беспроигрышный вариант! Изуку не может не улыбнуться в ответ, когда они снова начинают идти. — Я думаю, это отличная идея, Урарака-сан, — говорит он ободряюще. — Так ты теперь будешь ходить со мной в додзё? Тебя устроит такая поездка? — О! Насчет этого… — Урарака говорит, выражение лица становится овечьим. — Сначала я действительно беспокоился о плате за обучение, не говоря уже о стоимости моих поездок туда и обратно. Поэтому я хотел поговорить с Шиори-сан наедине, чтобы узнать, может быть, я смогу получить более низкую ставку в обмен на помощь и прочее, как ты. — Ооо, — говорит Изуку, кивая в знак понимания. -И что она сказала? — Ну… я рассказала ей об инциденте с USJ, а потом все пошло по нисходящей, я говорила о своем финансовом положении и о том, что живу вдали от родителей, и это стало… немного эмоциональным? — смущенно говорит она. Это объясняет их приглушенное поведение и покраснение лица Урараки. — В любом случае, мы поговорили об этом, и она сказала, что если я буду приходить хотя бы четыре раза в неделю, и что я буду помогать тебе, когда ты будешь учить детей, она отменит всю плату и даже даст мне пособие на дорогу! — радостно говорит Урарака. — Шиори-сан действительно была слишком добра! — Это удивительно! — говорит Изуку, искренне удивляясь и в то же время радуясь за Урараку. — Значит, мы будем часто встречаться в додзё, да? И у меня наконец-то будет кто-то, кто поможет мне с детьми. — Я видела, как ты с ними справляешься, и ты потрясающий, Деку-кун, — искренне сказала Урарака. — Надеюсь, я не буду сильно мешать. — Я уверен, что у тебя все получится. Они доходят до станции, и Изуку ждет у ступенек, пока Урарака входит одна. — До завтра, Деку-кун! — говорит она, помахав ему рукой. — Спасибо за сегодняшний день! — Без проблем, — говорит Изуку, махая в ответ. Он остается на месте, пока Урарака не вошла и не исчезла среди толпы, ее шаг стал легким и пружинистым впервые с тех пор, как он увидел ее сегодня. Когда она ушла, Изуку остался, обдумывая ее слова. Кроме того, скоро спортивный фестиваль, верно? Если ты хочешь стать профессионалом, то путь к твоему будущему начинается именно на этом мероприятии, сказал Айзава. Урарака, да и остальные, конечно же, уже начали усердно работать, чтобы выложиться по максимуму на спортивном фестивале. После инцидента с USJ и последующих публикаций в СМИ все взгляды масс прикованы к нему. Он сжимает кулак и поворачивается назад, чтобы идти домой. Как носитель наследия Всемогущего, он не может позволить себе упустить и этот шанс.

***

— Что за… — внезапно воскликнул Каминари, открывая дверь. Он резко останавливается на своем пути, из-за чего Серо и Киришима натыкаются на него. — Что случилось, парень? Почему ты… ох… — Серо тоже останавливается, увидев то, что увидел Каминари. На следующий день наступает время обеда, и как раз когда ученики класса 1-А начинают выходить из класса, чтобы направиться в кафетерий, они обнаруживают, что не могут этого сделать — сплошная стена учеников блокирует дверной проем, делая невозможным проход для любого из них. — Эй, ребята, что вы здесь делаете? — говорит Киришима, пробираясь вперед, чтобы встретиться с ними лицом к лицу. — И не могли бы вы нас пропустить? — Какие у вас дела с 1-А? — серьезно спрашивает Иида, вставая с места, где он разговаривал с Ураракой и Изуку. Изуку откинулся на спинку сиденья, чтобы посмотреть, из-за чего вся эта суматоха. Каччан фыркает, вставая. — Скоро будет спортивный фестиваль. Они явно нас изучают, — мрачно говорит он, направляясь к выходу. Его фирменного убийственного взгляда более чем достаточно, чтобы большинство учеников отступили назад. — То, что вы делаете, чертовски бессмысленно. Прочь с дороги, дерьмовые статисты. — Каччан, ты не можешь просто называть людей статистами, когда не знаешь их имен, — в отчаянии говорит Изуку, а Иида в ужасе и негодовании рубит воздух рядом с ним. — Йо, 1-А! — кричит кто-то. Ученики отступают назад, когда высокий молодой человек с серебряными волосами прокладывает себе путь к передней части группы. — Вы, ребята, стали довольно высокомерными после вашей небольшой стычки со злодеями! — громко говорит он, яростно жестикулируя перед раздраженным Каччаном. — Я из 1-Б по соседству! Из-за этого инцидента мы даже не смогли принять участие во вчерашней тренировке по спасению при стихийных бедствиях! — Ну, мы тоже не смогли принять участие в тренировке по спасению гражданских, так почему бы нам просто не поквитаться? — говорит Изуку, пытаясь (не совсем) быть полезным. Высокий мальчик яростно дымит, похоже, теряя дар речи после опровержения Изуку. В наступившей паузе Изуку качает головой и возвращается к записям, которые он позаимствовал у Ииды, когда кто-то еще подает голос. — Я пришел посмотреть, на что похож знаменитый 1-А курс героики, но я весьма разочарован, — говорит голос. Он звучит… сухо и абсолютно бесстрастно. Изуку думает, что он мог слышать его раньше, но, возможно, это просто потому, что они звучат очень похоже на то, как говорит Айзава. — Вы все просто высокомерные дети, как этот ваш одноклассник? Изуку фыркает, слушая, как остальные одноклассники неистово отрицают любое сходство с Качаном. — Есть довольно много учеников, которые записались на общеобразовательный или другие факультеты только потому, что не смогли попасть на курс героики. Вы знали об этом? — спрашивает собеседник. Каччан насмехается. — Конечно, блядь, да. И если вы вините в этом дерьме нас, то вы, ребята, глупее, чем я думал. — О, мы не обвиняем вас. Мы просто сообщаем вам факты — школа оставила этим из нас шанс. В зависимости от результатов спортивного фестиваля, они рассмотрят наш перевод на курс героики — и, в свою очередь, они могут перевести некоторых из вас. Изуку делает паузу в своем письме. Точно — он помнит это из чтения о школьной политике Юэй. Он приватно улыбается про себя — возможно, этот человек сбился с пути, но, похоже, он чертовски хочет попасть на курс героики. Он поворачивается на своем месте, чтобы взглянуть на них. И тут он замирает. — Разведчик? — говорит высокий мальчик с копной фиолетовых волос и такими же фиолетовыми глазами, в которых уже несколько дней стоят мешки. Он стоит прямо, здоров и цел, но Идзуку никогда не забудет это лицо. — Я пришел сюда, чтобы сказать тебе, что даже если ты будешь в классе 1-А, я отберу у тебя это место, если ты хоть немного недооценишь нас. Он отвесил челюсть и прямо посмотрел на Каччан, который в ответ на него сверкнула глазами. — Я пришел сюда с объявлением войны. — Как мужественно! — говорит Киришима, не в силах удержаться. — И если вы, ученики 1-А, хоть на мгновение подумаете, что мы не… — Тут мальчик делает паузу в своих словах, его глаза обшаривают класс — его фиолетовые глаза встречаются с глазами Изуку. На секунду они замирают, в их взглядах проносится история и понимание целого романа. На мгновение кажется, что они снова вернулись в тот переулок. — Святое дерьмо, — выдыхает мальчик, вместо того чтобы продолжить прерванное предложение. — Это действительно ты. И Изуку обнаруживает, что не может ничего сказать в ответ. https://images2.imgbox.com/ed/f9/dci2G6N9_o.jpg