Единственный

Единственный. Единственный, кто провалил экзамен на второй попытке, единственный, кому дали щедрый шанс всё исправить в третий раз, и единственный, кто придёт в университет в ночь воскресенья. Почему? Этот вопрос держится в его голове третие сутки. Почему? А, самое главное, за что? Пропустил несколько пар, забивал на домашнее задание, а если и приходил на занятие, грыз карандаш, обдумывая планы на выходные. Так за что? Не сдав экзамен во второй раз, Влад думал, что всё кончено. Единственный. Единственный дурак из всей группы, который почему-то удостоился шанса. В прошлом году Марию, кажется, фамилия её была на букву "К", Даниил Романович с позором отстранил от экзамена, когда та провалила вторую попытку. Она вылетела из университета через неделю. Рыдала у его стола, молила дать последний шанс, даже предлагала деньги, но тот отказался. Так почему? Что снизошло на Даниила Романовича сейчас? Может ли преподаватель видеть в мальчике потенциал? А есть ли потенциал вообще? Влад не хочет и не хотел учиться. Он даже толком не знает, как попал на юриспруденцию. Заставили ли его родители? Может быть. Вероятнее всего отец-депутат сыграл главную роль в выборе профессии. На улице темно. Фонари еле освещали дорогу, ведущую к университету. Глаза Влада наткнулись на клумбу. Кто-то подавил там цветы. Мерзость. Что за ублюдки это делают? Пройдя мимо елочек, парень наконец оказался у двери. Что ждёт его сегодня? Вероятно, есть причина, по которой ему дали третий шанс. Но чем придётся заплатить? Этот вопрос пугает больше, чем тот, что звучал на протяжении нескольких дней. Почему-то именно сейчас ему захотелось зайти за колонну, присесть и несколько минут отдышаться. Страшно? Почему? Потому что он единственный? Пришедшее уведомление заставило Влада окончательно прийти в себя. Дернув ручку, он прошёл внутрь. Тишина. Обычно тут редко ощутишь такое, но в этот раз неудивительно: практически полночь. Звук его шагов эхом отражался от стен, заставляя дёрнуть плечами. Слишком тихо. Было слышно даже дыхание, которые звучало немного жёстче из-за простуды. Владу казалось, что даже если сглотнуть, выйдет слишком громко, чем надо бы. Он двигался к одной аудитории, о которой думал по пути сюда все сорок минут. Тринадцатая. Счастливое число, не правда ли? Из-за этого Даниила Романовича даже прозвали чертом, но старались об этом не болтать, дабы не испортить отношения с преподавателем. И вот дверь перед носом. В горле резко пересохло. И почему он не взял с собой бутылку воды? Отогнав странные мысли, так как понял, что таким образом пытается избежать уже почти случившейся ситуации, он постучал. Секунды три было тихо. За это короткое время сердце парня несколько раз ударило по ребрам, вызывая вибрацию во всем теле. – Войди, – и он замер. Да что тут такого? Просто зайти в кабинет Даниила Романовича. Просто пересдать зачёт. И ничего, что это единственный случай за все его годы преподавания. И ничего, что уже полночь. И ничего, что ночь воскресенья. Влад открыл дверь, жмурясь от света, который вцепился в глаза. Перед ним огромное помещение. За столом, в шикарном чёрном костюме, сидел тот самый преподаватель. Он даже не взглянул на вошедшего, видимо, точно зная, кто именно это мог быть. – Здравствуйте, – Влад стоял на пороге. Стоит ли сделать шаг? Стоит ли проходить? – Доброй ночи, студент, – Даниил наконец отложил бумаги в сторону и взглянул на гостя, – закрой дверь и проходи. Скрежет у рёбер почему-то только усилился. Влада нельзя было назвать стеснительным или просто трусом, но в этой ситуации паника струилась по венам из самого сердца до самых недр организма. Только он сделал шаг к трибунам, как его остановили: – Нет, сядь рядом со мной. Секунда и дыхание замедлилось, как и всё время в аудитории. Парень обернулся, видя стул прямо у учительского стола. Выдавив нервную улыбку, он прошёл на указанное место. Третья попытка. Последняя. Провалить нельзя. – Как себя чувствуешь? Настроен на работу? – Даниил Романович сложил руки в замок, сосредоточенно пытаясь поймать взгляд своего собеседника, пока тот умышленно пытался этого избежать. Вопрос заставил его врасплох? Преподаватель спрашивает о самочувствии и готовности к работе в полночь? Больше походит на кошмар, чем реальность. Если только вся наша реальность не сущий ад долгих снов. – За этим я и пришёл, – Влад попытался расправить плечи и выглядеть более уверено. – Отлично, – Даниил Романович облокотился на спинку стула, – я задам всего четыри вопроса. Чётко рассказываешь и можешь идти. Если же ответа не будешь знать.. – долгая пауза стала причиной напряжения воздуха во всём помещении, – как думаешь, что случится? – Меня отчислят. – Всё может быть, – сказав это, преподаватель улыбнулся и взял бумажку, лежащую на столе, – как Петр I боролся с коррупцией? – Так.. ну он сам отказался от любых доходов, перейдя на зп офицера. Был создан специальный орган, следивший за законностью действий в чиновничьих кругах.... Один за другим. Вопросы были сложные, но не доставляли парню особого дискомфорта. Да, может он и не учил этот предмет достаточно долгое время, но получив 3 шанс, переосмыслил всё. Последняя попытка. Последний экзамен. И выигрыш точно должен быть на его стороне. Три вопроса позади. Остался ещё один. Влад нашёл глаза преподавателя своими. Последний странно усмехнулся и снова сложил руки в замок. В горле студента встал комок. Здесь что-то явно не так. Даниил Романович буквально прожигает его немыми словами: ты проиграл. Подготовил вопрос, на который почти невозможно ответить? Решил поиграть со студентом, чтобы в конце концов отчислить? И правда. О чем Влад думал, когда получил такой шанс? Что особенный? Что судьба подкинула ему приятный сюрприз? Хах. – Полагаю, вопрос будет самым трудным для тебя, – запустив руку себе в волосы, Даниил стал жутко серьёзным, но.. Но он.. Влад. Обычный студент не мог произнести и слова. Даже если бы его спросили про дату рождения, вряд ли в этот момент он что-либо вспомнил. Вены обожгло, сердце скрутило, будто это не орган, а тряпка, которую пытаются выжать. Парень сглотнул, попытался увести взгляд, но не вышло. Он не мог не смотреть. Не мог себя контролировать. Не мог очнуться. – Что такое? – эти слова преподавателя он даже не заметил. Не мог даже выдохнуть. Взгляд скользил по, на тот момент ему казавшейся, слишком изящной шее, когда Даниил Романович чуть запрокинул голову. Владу показалось, что тело вздрогнуло. Замерло ещё сильнее, как только он вспомнил.. как только вспомнил... *** Тяжесть опустилась на голову. Пальцы сомкнулись, и волосы оказались сжаты. Сильнее. Нужно сильнее. Никто из них не произносил и слова. Звуки, предложения, выдуманные подсознанием, удовлетворяли эту потребность в полной мере. Сейчас важно было нечто иное. Нечто, связанное с действием, а не с пустой болтовней. Приглушенный звук отразился от стен. Парень даже не успел понять, когда оказался на коленях, не успел понять, когда расстегнул молнию у партнёра на джинсах. В глазах так мутно, что, кажется, выпитый алкоголь вышел перебором. Влад через туман видел, как касается того самого, запретного, как пишут во многих романах, места, чувствовал, как коснулся члена губами, как провел по нему языком. Яркость ощущений смешалась с головокружением. На секунду ему показалось это таким восхитительным, что он мог поклясться, что хочет проводить так большую часть своего времени. И нет, он не был извращенцем, которому нравился секс во всех его проявлениях, ему хотелось быть с ним. С человеком, которого он пока не видит, но с которым чувствует себя хорошо. Слишком хорошо. Взяв в рот естество, он сделал пару движений сначала плавно, проникая себе совсем чуть-чуть в рот, при этом активно работая языком, а после ускорил темп, пробуя орган до самой глотки. И ему это нравилось. Определённо нравилось. Почувствовав, как партнёр закончил, Влад выпустил член изо рта, поднимая глаза к верху. Неважно, как он сейчас выглядел, похож ли был на пассива, которым всегда резко отказывался быть. Туман чуть раступился и тот заметил.. Даниил Романович. Преподаватель Истории России. Человек, по которому он совсем недавно начал сходить с ума, хотя признаться себе в этом до конца не смог. Влад видел, как закатываются его глаза, как плечи чуть трусит от наступившего оргазма. Плевать. Плевать, преподаватель это или нет. Ощущая, как тот всё ещё сжимает волосы, студент готов был простонать в след за ним, но сдержался. Ему хотелось до конца слышать отголоски того, что он сделал совсем недавно.. *** – Ты меня слышишь? – Даниил Романович сказал громче, вопросительно уставившись на молчаливого студента. Влад дернулся, отбрасывая мысли куда подальше и сразу же покраснел. На бледной коже достаточно быстро и ярко выразился румянец. Парень повернул голову в сторону, прокашлялся и ответил: – Да, просто в горле пересохло. – Хорошо, – преподаватель поднялся с места, отходя к шкафчику, который находился в углу аудитории, – как меня зовут? Полностью. – Что? – Пустота, такая была фамилия у юнца, опешил. Что за вопросы? Это тот самый последний? Но что за... глупости. – Даниил Романович.. – продолжил он и остановился. Фамилия. Какая у него фамилия? Румянец с лица сразу же исчез. Черт подери. Если он не сдаст экзамен только потому, что не знает фамилию.. хах. Зато какой милый получается анекдот. Пока Влад думал, Даниил с усмешкой вернулся к столу, поставил кружку, за который, видимо, и ходил. – Не знаешь? – его лицо было по-дьявольски милым. Если смотреть на улыбку, казалось, что преподаватель уже готов погладить студента по головке и отпустить домой с зачётом, но если взглянуть в глаза.. Там играли настоящие огоньки. И это был определённо азарт. Такой, какой бывает в настоящем казино. – Знаю.. – парень обманул самого себя. Должен. Он должен вспомнить. Почему-то, услышав про этого преподавателя впервые, он уже знал, что фио слишком легкое. Слишком запоминающееся. Но что сейчас? Почему забыл? – Ты говорил, у тебя горло пересохло, – Даниил Романович поднял кружку и вручил студенту, – сделай мне чай, как раз будет время подумать. Влад махнул головой и вышел, направляясь в столовую. На чай потребовалось всего десять минут. Голова забита вопросом. Фамилия. Какая фамилия. Что-то близкое к.. к чему? Он даже этого не помнит. Зайдя снова в ту самую аудиторию, Влад отдал чай и замер. Ему не хотелось даже садиться на стул из-за нервозности, что понял и преподаватель, поэтому даже не старался настаивать. Студент следил за руками. Как преподаватель аккуратно касается кружки, медленно ведёт к губам, нежно касается горячей керамики и.. Он не ожидал. Совершенно не ожидал, что тот скривиться и поставит чашку обратно на стол. – Ты чай делать умеешь? – дернув плечами, Даниил Романович продолжил, – солёный жуть. Перепутал соль с сахаром, влюбился что ли? Резкая волна возбуждения, перемешанная со страхом, пронеслась по всему телу. Перепутал?.. Провал. Полный провал. Мысленно выругавшись, Влад хотел извиниться и попытаться себя оправдать, но его перебили: – Ох, – преподаватель взял ручку и намеренно её уронил, – не мог бы ты поднять? Что он чувствовал? А что можно ощущать в такой ситуации? На душе играли и страх, и возбуждение, и стыд. Стыд из-за сна, который он вспомнил как раз не кстати именно сегодня, стыд из-за чая. Влад уже не знал, что хотел чувствовать, не знал, что чувствует в принципе. Подошёл к столу, наклонился и.. преподаватель прямо перед его носом отодвинул ногу. А на полу красовалась надпись, выведенная ярко-красной гелевой ручкой: 《Романов》